Вы снова вляпались, Ярило

      Я облажался. А может быть и нет. Не знаю. Тридцать первого октября на стене появилась надпись. Та самая надпись. И кошка Филча была подвешена за хвост. Не знаю, как описать произошедшее, потому что этого не должно было случиться. Дневника ведь нет! Что я сделал не так! Почему это началось? Джинни не должна была получить дневник, и он уничтожен. Это абсолютное безумие. Почему? Неужели Джинни Уизли каким-то образом влипла куда-то? Вопросов было слишком много и слишком мало ответов. Надо убедиться, что это она и сказать Снейпу. Пусть разбирается, к чёрту всё это. Не хочу сам лезть. И всё-таки, где она откопала эту гадость?

***

      Эмоциональный шок прошёл и на следующий день я абсолютно обычный пришёл в Большой зал. Увидеть у Джинни дневник не удалось, так как она, ясное дело, не берёт его с собой на приём пищи. А в сумке я не мог ничего усмотреть. Мне оставалось надеяться лишь на своё видение магии и удачу. Чары ведь я вижу, и блокноты тоже светятся, в таком случае должен увидеть и магию дневника. А вообще довольно странно, что Джинни не помнила, что делала, а потом вроде как просыпалась от сна. Тёмная магия ведь должна лучше воздействовать на разум, как говорила бабушка. Слишком топорно, она забывала куда ходила и что делала. Нет, тут явно что-то другое. Я буквально поселился на втором этаже где находился туалет для девочек. Часто сидел там в нише и читал книгу. В случае чего меня могут не заметить, зато я всё увижу и услышу. Наблюдения не приносили никакой пользы. Я надеялся, что сумею забрать дневник себе и не позволить Уизли вернуть его. Разумеется, так как я не идиот, писать там ничего не собирался, но изъять эту вещицу было бы довольно полезным. Пока обнаружить девочку с дневником не удавалось, потому я не мог прийти к Снейпу и выложить всё как на духу. А вдруг это не она? Ведь и дневник Малфой не подкидывал, и Добби тоже, как оказалось, не выполнил свои странные планы по защите мистера Поттера. Как же сложно жить без доказательств. Думаем дальше. Естественно, я пошёл на первый матч по квиддичу. Потому, как и с эльфом могло случиться точно так же, как и с дневником. Не хотелось снова попадать в такую ситуацию. И я оказался прав. Поттера действительно начал преследовать бладжер. Но Добби-то вылечили! Почему это происходит? Я подошёл к месту выхода на поле как можно ближе, чтобы в случае чего опередить Локхарта. Гарри упал, но снитч ему удалось поймать. Увидев это, я тут же рванул на поле. — Эй, Поттер, ты как? — спросил у мальчика. — Рука сильно болит, но в принципе нормально, — ответил он, слегка настороженно поглядывая на меня. Тут к нам подбежали его друзья и, разумеется, Гилдерой. — Я знаю отличное заклинание, которое поможет бедному мальчику. Давайте сюда руку, — попросил мужчина, доставая палочку из кармана. — Только не вы! — с ужасом в глазах прошептал Гарри. Как я его понимаю. — Бедный парень, сам не знает, что говорит! — воскликнул златовласый и тут уже вмешался я. — Сэр, пусть лучше это сделает мадам Помфри. Это её работа, вы не обязаны взваливать на себя заботы других! — залебезил перед ним. — Ох, мистер Ярило, ваша забота очень трогательна, и я ценю это, но мне совсем нетрудно… — Вы и так делаете для нас слишком много, сэр. Позвольте мадам заняться этим, ей ведь платят за её работу. — Наконец колдоведьма прибежала к нам и отстранила Локхарта. Поттер смотрел на меня благодарными глазами. В ответ я ему лишь подмигнул. Развернувшись, собрался свалить с поля, но уткнулся в чёрную ткань. Ну нет, молю всех богов! — Пойдёмте, Ярило, побеседуем с вами, — и зельевар, ухватив меня за плечо, направился в сторону замка. — Я слушаю вас, сэр, — сказал мужчине с тяжёлым вздохом. Пусть сразу скажет где мои провинности обнаружил. — Да успокойтесь, Ярило, — насмешливо протянул маг, слегка потрепав моё плечо. — Я просто хотел поинтересоваться зачем вы так очаровали мистера Локхарта? Это какие-то ваши очередные интриги? — Вопрос застал меня врасплох. Как это «зачем»? Ну просто так… — Не совсем понял вас, профессор, — прямо сказал брюнету. Что значит «очаровал»? — Ну, разумеется. Гилдерой о вас и мисс Грейнджер всем преподавателям уши прожужжал, — прояснил черноглазый с весёлой ухмылкой. Ах вот оно что! Он, наверное, ответы на тесты имеет ввиду. Ну тут не моя вина. — Сэр, это презанятнейшая история. Представьте, я ни сном ни духом кто он такой, и профессор выдаёт нам тест: «На сколько хорошо я знаю Гилдероя Локхарта?» — мужчина явно сдержал порыв банально расхохотаться. — Ну я и отвечаю на вопросы что в голову придёт, книги-то не читал. — Представляю, что вы ему там написали, — усмехнулся Снейп, взглянув на меня. — И я об этом, сэр. Уже готовился к отработке, но пересилить себя и не писать — не смог. А теперь вообразите моё удивление, когда профессор начал меня хвалить, что я «смотрю на вопросы оригинально», — брюнет прикрыл рот рукой, едва сдерживаясь. — Ну мне оставалось только поддерживать его мнение обо мне, — закончил я. Профессор зельеварения ухмыльнулся и вдруг потрепал меня по волосам. Я так и уставился на него шокировано. — Мистер Ярило, мистер Ярило, — усмехнулся маг, а затем как ошпаренный отдёрнул руку от моей головы. И вот предо мной снова стоит непрошибаемый Гроза Подземелий. — Идите к друзьям, Ярило, — сказал мне декан и ускорил шаг по направлению к замку. И что это, чёрт возьми, было? Я пригладил причёску ладонью и направился следом, не приближаясь к нему. Друзей-то в такой толпе искать — дело бесполезное. На следующий же день выяснилось, что Колин Криви окаменел. А я всё никак не мог обнаружить дневник у Джинни. Залезать в гостиную Гриффиндора не было никакой возможности. А спрашивать напрямую — вряд ли являлось хорошей идеей. Девочка, думаю, не дура, чтобы не понимать, что о таком рассказывать нельзя. И тем не менее я решил в последний раз сходить «на охоту», а затем, даже не имея доказательств, сказать зельевару всё как на духу. Наконец мне повезло. Придя к своему наблюдательному пункту, я увидел, что пол мокрый. Поспешив, я застал лишь Миртл. Значит Поттер с Уизли уже были здесь. Это печалит. Теперь говорить декану о дневнике категорически нельзя, ибо Поттер конкретно вляпается, хотя на самом деле невиновен. Дождался, едрид-мадрид! Дотерпел!

***

      Приближалось время рождественских каникул. Локхарт создал Дуэльный клуб. Я решил развлечься и нарисовал плакат. В поддержку Снейпа, разумеется. Я написал: «Профессор Снейп непобедим!». Мне остаётся лишь надеяться, что зельевар меня не убьёт, но это мелочи. Главное, что шутка казалась мне отличной. Скатал в рулон плакат и направился на первое занятие. Не понимаю зачем ребята стоят так близко к сцене, лично я встал на лавку позади всех, но оказался в самой середине и видел всё преотлично. — Всем меня видно, всем меня слышно? — спросил златокудрый явно не для «проверки звука», так как сразу же продолжил. — Профессор Дамблдор попросил меня создать Дуэльный клуб, чтобы вы могли защитить себя! Постоять за слабых!.. — в общем, он распинался минут пять. И наконец началось самое интересное. — Профессор Снейп любезно согласился мне ассистировать, чтобы продемонстрировать вам дуэль, — всё так же широко улыбаясь, заявил кудрявый. Ну сейчас тебя Снейп размажет по стенке. Я раскатал плакат и поднял его левиосой повыше. Так как платформа стояла посередине зала, то ученики окружали её со всех сторон, и в итоге все увидели мой плакат. Как, собственно, и зельевар. Он закатил глаза и снова взглянул на петушка. Его реакцию перевёл как: «Я и не ожидал чего-то иного». Черноглазому оставалось только самодовольно причёску поправить. Ну если ему понравилось, то я рад. А вот Локхарт, кажется, не видел ничего вокруг себя и распинался, распинался… Наконец он закончил болтовню и началась битва. Брюнет в буквально смысле перетёк в боевую стойку, сжав палочку в руке. Он настолько быстро махнул ею, что глаз даже не зафиксировал движение, а лишь что-то смазанное. Локхарт отлетел на конец платформы, явно ударившись спиной. Я, кажется, даже слышал, как из него вышибло воздух. Ух, наверное, больно. Но блондин резво подскочил и начал оправдываться, что он, конечно, разгадал приём, его гениальность ни с чем не сравнима и прочее… Черноглазый стоял с язвительной улыбкой и взглядом а-ля: «Да-да, петушок, ты такой забавный, пока живи». Гилдерой решил не рисковать во второй раз и предложил вызвать детей. — Палочка мистера Уизли сделает из мистера Поттера горстку пепла обычным экпеллиармусом. Ну или покалечит самого же мистера Уизли, — хмыкнул мужчина. Ну вот, все знают, что у гриффиндорца сломана палочка, но никто ничего не делает. Как Уизли умудрился сломать палочку — я не знаю, но факта это не отменяет. — Можно предложить кого-нибудь с моего факультета. Ярило, к примеру? — мужчина взглянул на меня. Ох чёрт, всё-таки решил наказать за плакат. Ну что ж… Я встал рядом с Поттером, и мы чинно-благородно разошлись на десяток шагов. Локхарт что-то там лепетал, но я его не слушал. До моего слуха дошёл только отсчёт. Три. Два. Один. Поттер пульнул в меня банальным экспеллиармусом. Но как силён! Я поставил палочкой щит, при этом заранее подстраховавшись и поставив другой. Заклинание отзеркалило от меня и полетело в Гарри. Он догадался пригнуться и луч едва не коснулся Локхарта. Ай, промазал! Затем Гарри, кажется, решил тоже обождать и не предпринимать никаких действий. Секунд пять ничего не происходило. — Мистер Поттер, я могу так долго стоять, — заявил мальчику. — Ярило… — прошипел было Снейп, но я тихо ответил ему: — Сэр, я не собираюсь нападать, — мужчина явно боролся с желанием схватить мне за шкирку и бросить в толпу. Наконец гриффиндорец не выдержал и послал в меня заклинание щекотки. Смешно, да. Я прошептал заклинание щита. Зачем тратить силы на невербалку, если можно просто тихо сказать? — Щекотка? Серьёзно? — хмыкнул я. Поттер снова не вытерпел и заорал: «Экспеллиармус». Я поставил щит, а затем послал в него два обезоруживающих, чтобы точно не смог уйти из-под атаки. И вот, через пару секунд его палочка оказывается в моих руках. Я потряс трофеем над головой, демонстрируя его, и подошёл к Гарри. — Держи, — протянул палочку и подал руку для рукопожатия. — Ты неплохо справился, только не надо кричать заклинания, смысла в этом нет, — и я по-доброму улыбнулся мальчику. Он кивнул, и мы спустились с помоста. Нас всех разбили на пары, и я наконец смог с облегчением выдохнуть. Ну теперь змееустость нашего шрамоголового мальца не будет раскрыта… — С-с-саяш-шие! Аш-ш-шс-сей! — услышал я в повисшей тишине. Да что же это такое! Мне начинает казаться, что как бы я не менял канон, он продолжает меня преследовать. В итоге вся школа узнала об его умении. Многие начали подозревать Поттера в том, что это он наследник Слизерина. Со всей уверенностью могу заявить, что никто со Слизерина в это не верит. По крайней мере не афиширует своё мнение. Веселье начинается, не так ли? Через несколько дней случилось очередное нападение. Жертвой оказался Джастин Финч-Флетчи. Всё только больше усугублялось, и положение Поттера отнюдь не становилось лучше.

***

      Так как я продолжал дежурить у туалета, то прекрасно знал о том, что золотая троица всё-таки решилась готовить оборотное зелье. И не важно, что это материал шестого курса. Какая разница, ведь готовит Грейнджер! Шалопаи самые настоящие. Я довольно-таки долго ждал, чтобы помешать им на позднем этапе. Ведь тогда у них не будет времени готовить новое зелье. И мне это удалось. Ребята втроём ушли из туалета, а я забежал в него и быстро начал искать котелок. — Что ты здесь делаешь? Почему все таскаются в мой туалет! — воскликнула Плакса Миртл. Что за невезение! — Здравствуйте, красавица, — обворожительно улыбнулся ей. Приведение потрясённо посмотрело на меня. — Ты мне? — спросила призрачная девочка. — Разумеется, миледи! Прошу вас помочь мне. Я узнал, что ученики варят здесь зелье и хочу вылить его. Всё-таки это ваш туалет и варить здесь зелья — проявление крайнего неуважения! — кажется работает, Миртл улыбнулась мне и смотрит благосклонно. — Ты совершенно прав, котелок стоит вон там, — она влетела в одну из кабинок и указала на искомое. — Благодарю, миледи. Вы очень выручили меня, — и я отвесил ей поклон до пола по всем правилам. — Да мне не трудно, — засмущалась девочка. Ну вот и хорошо. Я быстренько вылил в унитаз зелье и поставил котелок на место. — Ещё раз приношу вам благодарность и свои извещения за то, что побеспокоил вас, — вежливо кивнул призраку. — И не рассказывайте, пожалуйста, о моём поступке. — Конечно, я никому не скажу, а ты приходи ещё, хорошо? А то меня все только обижают… — я согласно кивнул и быстро смылся. Фух, дело сделано. Теперь-то они не отравятся. Всё-таки, какой бы не была «гениальной» Гермиона, приготовить зелье шестого курса правильно ей вряд ли по силам.

***

      Я уехал на каникулы к бабушке. Если мне правильно помнится, то в рождественские каникулы золотое трио сходило в гости к Малфою и этим события закончились. Мы с Анной долго думали над тем, что же предпринять. В итоге сошлись на том, что я постараюсь не допустить смерть девочки в конце года. Остальное как получится, и желательно не лезть на рожон. Ибо моя жизнь для меня и бабули объективно важнее чем жизнь какой-то чужой девочки. Возможно это довольно эгоистично с моей стороны, но чёрт возьми! Я всё-таки слизеринец. Чего от меня ещё можно ожидать, верно? Ещё с бабушкой мы обсудили каким образом к Джинни вообще попала эта тетрадка. Анна придерживается мнения, что мы живём в реальном мире, а не написанном, отсюда и различия в истории. Трудно было не согласиться с этим утверждением, поэтому я и не спорил. Мы оба были взволнованны тем обстоятельством, что ученики в большой опасности. Бабушка каждый день в течение всех каникул напоминала мне о том, чтобы я ходил только по людным коридорам и желательно вообще, как можно меньше выходил из гостиной. Пока длились каникулы мы съездили посмотреть на деревья, которые посадили дополнительно. Они пока были не такими высокими, так как совсем недавно «поселились» здесь. Остальные пока проходили этап сушки, который проходит в течение трёх лет. Я жду не дождусь увидеть окончательное творение, как собственно и Анна. Мне потребовалось разобраться с экзаменами по музыке и борьбе, которые прошли вполне удачно. Под конец каникул мы с бабушкой осознали, что Хогвартс точно вытягивает мозг. И не только у учащихся, но и у их родственников. Мы могли просто написать письмо в Попечительский совет, рассказав всё о василиске. И мы сообразили на двоих анонимное письмо, в котором рассказали о Джинни Уизли и её дневнике, о страшной рептилии, живущей в Тайной комнате. Также мы рассказали, как туда попасть. Решили отправить письмо и его копии из Хогвартса, чтобы нельзя было проследить по сове место отправления. И вот я еду с важным заданием в купе Хогвартс-экспресса.

***

      Многие могут подумать, что когда письма пришли в Попечительский совет, то бригада каких-нибудь ликвидаторов-зоологов моментально выдвинулась в Хогвартс. Ничего подобного. Никто не пришёл и даже не провёл проверку. Я попросил бабушку отправить копию из Косого переулка, но по прошествии ещё нескольких дней ничего не случилось. Пришлось бабуле призывать тяжёлую артиллерию в виде Августы Лонгботтом. Под клятву о неразглашении лица предоставившего информацию. Но и она только развела руками. — Одна я ничего не могу сделать. Будь я председателем совета, сразу занялась бы этим, но попечители видели письмо и не верят. А я просто член, не имеющий власти. При проведении голосования мой голос, разумеется, учитывается, но без других членов я ничего не значу, — вот такой ответ получила Анна. Собственно, вполне ожидаемо. Правда не ясно была ли замешана в этом седая борода нашего знакомого. Мне бы очень хотелось узнать. Мы с бабушкой решили вернуться к первоначальному плану. Я не лезу на рожон, по возможности нивелирую последствия деятельности Джинни Уизли. Как видно, хорошего мало.

***

      МакГонагалл отменила матч по квиддичу и теперь мы не могли ходить по школе самостоятельно без сопровождения преподавателей. Обычно те, кто проводил у нас урок, отводили нас на следующий. Но случались, разумеется, и казусы, когда мы ходили вместе со старостами. В общем-то старшекурсники ходили не всем классом, а группами, но так как мы всего лишь на втором году обучения, такая роскошь нам недоступна. Увы. Профессор Локхарт решил нас развеселить и устроил довольно… необычный выходной день в честь дня Святого Валентина. — Здравствуйте, дорогие ученики! — с хорошо отрепетированной интонацией начал он за завтраком. — Сегодня чудесный праздник любви! Именно поэтому я решил, что нужно отпраздновать его как следует! — В зале послышался удивлённый шёпот. — По школе будут летать маленькие купидончики, которые будут разносить валентинки. В этот праздник романтики вы сможете признаться в симпатии любой девушке или юноше. Думаю, профессор Снейп согласится сварить специально для вас пару бутылочек амортенции. А профессор Флитвик наверняка может научить нас интересным чарам полезных в делах любовных. Желаю вам всем удачи! — и златокудрый сел обратно на своё место, блестя словно начищенный пятак. Я едва не расхохотался в слух, посмотрев на лицо декана. Мне пришлось совершенно некультурно упереться лбом в стол, чтобы никто не видел моего лица. Плечи тряслись из-за моего беззвучного хохота. Рассмеяться в слух можно было бы сравнить с подписанием приговора о моей скорой кончине. А этого я пока не планировал. Флитвик и Спраут отреагировали на это заявление с обычной для них простотой и юмором, в то время как остальные преподаватели посмурнели. Не считая Дамблдора, конечно, он постоянно пребывает в благостном настроении или очень умело делает вид. Мастер чар сам весело рассмеялся, посмотрев на Локхарта. Сидящий рядом с ним Снейп был похож на грозовую тучу. Полугоблин, видимо, пытался успокоить взбешённого мага, но у него это не очень хорошо получалось. — Алекс, ты в порядке вообще? — спросил сидящий рядом со мной Нотт. Его губы были плотно сжаты, но в глазах явно просматривалось веселье. Я отрицательно покачал головой. Ну как можно быть в порядке, когда на Снейпа взваливают обязанность творить дела во благо любви? Тёмный купидон во всей красе, ему бы ещё кудряшки завить… Я запрокинул голову, пытаясь сдержать всхлипывания, которые рвались наружу из-за приступа смеха, но улыбка тем не менее не желала уходить с лица. Слизеринцы вели себя сдержаннее, но критиковать меня у них просто не хватало совести, так как сами испытывали схожие чувства. Мир вокруг расплывался от слёз, которые выступили вследствие неудержимого смеха. Вдруг я почувствовал, что кто-то дал мне слабый подзатыльник. Я повернулся посмотреть на этого человека и предсказуемо увидел зельевара. Только-только успокоившись, я вновь захотел рассмеяться, и улыбка снова расцвела на моём лице. В противоположность мне мужчина всё больше злился и мрачнел. — Простите, сэр… — прикрывая рот рукой, попытался извиниться я. Но, видимо, у меня это плохо получилось. Маг вытащил меня из-за стола за шкирку как нашкодившего котёнка и потащил на выход из зала. Кажется, на мне сейчас будут срывать злость. — Сэр, я правда не хотел, это всё профессор Локхарт… — я пытался оправдаться, но без большого энтузиазма. Всё и так уже было понятно — меня сейчас накажут. Мне едва удавалось подстраиваться под летящий шаг профессора. — Кажется, вы предлагали свою помощь? — прошипел брюнет, встряхнув меня. И не дожидаясь моего ответа, сказал: — Великолепно, тогда у меня для вас есть крайне неприятное занятие. — Кажется я попал…