Смерть в Черном Замке

Вель

      — Кровь! Кроовь! — орали вороны, кружа над птичником. Они хлопали крыльями в непроглядной ночи, словно полчища летучих мышей. Луна только зарождалась, и лишь тусклое мерцание звезд освещало исполинскую Стену и Черную Крепость под ней. Вель вскочила с постели от страшного грохота, словно каменное жилище поклонщиков, в котором поселил ее Джон Сноу, начало рушиться. Эта башня и без того выглядела обветшалой, но лорд-ворона уверял, что такой та является уж несколько веков, и рассыпаться в пыль со дня на день не должна. Холодная комната ходуном не ходила, но грохот всё продолжался, а потом воздух кнутом рассек раскатистый рев великана и чей-то предсмертный вопль.       Бам. Бам. Бам.       Глухой, душный звук. Вель подбежала к единственному окну в ее новых покоях, наспех накинув на плечи тяжелый плащ, подбитый мехом горностая. Она привыкла спать одетой даже в прогретой раскаленными кирпичами постели ворон. Вольный Народ не имеет роскоши наряжаться в шелковые сорочки, отходя ко сну, а в холщовой рубахе на голой земле можно замерзнуть насмерть даже под шкурами, если часовой вовремя не подбросит дров в костер. Она распахнула затворки окна, и мороз тут же поцеловал ее щеки. Пальцы, коснувшиеся каменного карниза испачкались в чем-то липком.       — Кровь! Кровь! — карканье птиц смешалось с ревом Вун Вег Ван Дар Вуна, что продолжал бить о башню чьим-то окровавленным телом. Кровь мертвеца летела во все стороны. Вель видела, как из домов и башен сбегаются люди с факелами и обнаженной сталью.       Бам. Бам. Бум. Над всей этой неразберихой она отчетливо услышала голос Джона Сноу:       — Уберите оружие! Не пугайте его!       Вель искала его глазами среди толпы, но вдруг ее отвлекли резкие вздохи тетивы. Стрелы посыпались на Вун Вуна, и одна угодила ему в ладонь. Великан взревел яростнее прежнего, выбросив свою прежнюю игрушку. Он рывком выдрал тонкие стволики с оперением на конце с плеч и груди. Стрелой великана не убить; они ему, что мамонту иголка, если только не угодят в глаза.       «Что-то не так», — взметнулись мысли в голове Вель, спрятавшейся от стрел под окном. — «Джон бы не позволил им в него стрелять!».       Когда она поднялась и вновь взглянула на двор, там уже шло настоящее побоище: разъяренный Вун Вун топтал окруживших его ворон, а тех, кого мог поймать, разрывал на части. Сталь скрежетала о сталь, вопили раненые. И, словно над всем этим, скорбно выл волк.       «Призрак», — вспомнила Вель. Ворона запер его где-то, опасаясь, что тот сцепится с вепрем Боррока. К ней лютоволк ласкался охотно, но она еще ни разу не слышала, чтобы тот выл или рычал… или вообще издавал какие-либо звуки. Тихий, белый и смертельно опасный. Вель любила этого зверя. Он всегда подкрадывался бесшумно, как сама смерть.       Смерть. Ее ледяное дыхание обожгло лицо девушки. Вель видела и чувствовала ее ни единожды, и не могла спутать ни с чем. Смерть и Белый Хлад, идущий с ней рука об руку. Но Белый Хлад остался там, за Стеной, которая от него бережет. Неужели…       На лестнице за дверью послышались чьи-то торопливые шаги, и Вель ловко отскочила от окна, притаившись. Кинжал из кости сумеречного кота, что она прятала меж грудей был слишком мал для достойной обороны. Ее пальцы проворно нащупали рукоять другого: стального, который подарил ей лорд-ворона перед тем, как отправить ее договариваться с Тормундом. Его она носила на бедре.       Те, кто поднимался в ее башню, не были ей друзьями. Это она поняла по их крикам, пыхтению и мерзким смешкам.       Тяжелая дверь распахнулась от удара ногой, и в покои влетели двое. Судя по плащам, это были вороны, но их лиц Вель не видела, потому что незваные гости стояли к ней спиной.       — Где эта одичалая шлюха? — воскликнул один, подбежав к расправленной постели, словно думая, что девушка спряталась под одеялом. Второй замешкался у входа, вертя головой. Тут-то Вель и нанесла удар. Резко и стремительно. Острие кинжала угодило мужчине прямиком в шею, он захрипел, зажимая ладонью в перчатке хлынувшую кровь, и обернулся. Но Вель что было сил пихнула его в грудь, и тот повалился на пол, сбив с ног ринувшегося к ней второго.       — Ах, ты тварь! — рявкнул тот, но девушка уже выбежала за дверь, пустившись вниз по лестнице прочь из башни. Окровавленный кинжал она по-прежнему сжимала в руке. Наверняка, тот ворон погонится за ней. Пробежав несколько пролетов, Вель остановилась, припав к стене с ножом наготове. Лишь бы снизу не налетели новые враги. Она не ошиблась в своей догадке. Дозорный в самом деле, пыхтя, ковылял за ней. Это был крепкий и плосконосый боров с лысиной, ползущей со лба на макушку. Услышав его сопение совсем близко, Вель подставила подножку в полной темноте. Благо, здоровяк впопыхах забыл захватить с собой факел. И тот с ругательством плюхнулся на каменные ступени, а после покатился вниз. Девушка перевела дух, надеясь, что ее преследователь свернет свою жирную шею. Так и случилось.       Она двинулась дальше, лишь спустя несколько минут. Тело вороны валялось у подножья лестницы лицом вниз. Он не шевелился, и Вель быстро проскользнула мимо, выйдя во двор. Бой все еще кипел, хотя Вун-Вун и еще несколько человек теснили взбесившихся Черных Ворон к клетям у Стены.       — Вель! — окликнул ее кто-то в суматохе. Вель обернулась и увидела встревоженное лицо Кожаного. В одной руке мужчины был обнаженный стальной меч, в другой — факел. Свой вороний плащ он скинул с плеч.       — Лорд Сноу… он мертв. — Сообщил он, указав острием клинка куда-то в сторону, где на обагренном кровью снегу лежало несколько тел. Вель обомлела, не поверив своим ушам. — Его закололи другие вороны, — добавил Кожаный, и тут кто-то поодаль завопил: — Пожар! Щитовой Чертог горит!       — Проклятые вороны, а я еще их плащ на себя пялил! — выругался Кожаный.       Щитовой Чертог. Вель слышала, что накануне Джон собрал там множество одичалых вождей. Они всё еще пили свой эль, даже не подозревая о бунте. — Я пойду помогу там с воротами, а ты спрячься и не высовывайся, принцесса.       — Женщины Вольного Народа не прячутся в башнях, — огрызнулась Вель. Ноги сами понесли ее туда, где на снегу лицом вниз распластался лорд-командующий. Лорд-Спаситель Вольных Людей. Один из ножей предателей все еще торчал у него меж лопаток, и девушка выдернула его, отбросив в сторону. Она осторожно перевернула мужчину, держа ладонями его голову. Свежие раны всё еще сочились кровью, струйка которой текла и из его рта.       Джон Сноу был мертв. Его большие темно-серые глаза, что так нравились Вель, были широко распахнуты и смотрели в небо с застывшим укором. Вель стиснула зубы, давя беспомощный крик ярости и отчаяния. Она не успела как следует оплакать Даллу… и Манса. Ей казалось, будто слезы давно замерзли в ее веках и не способны больше пролиться. Они и не лились… ее глаза оставались сухими, но сердце сжималось от боли. Боли за разбитые надежды ее народа, и за мужчину, которого она тайно считала лучшим из поклонщиков, хоть и никогда бы не призналась в этом никому.       — Еще не всё кончено в его судьбе… — прошелестел за ее спиной тихий вкрадчивый голос. Вель обернулась. Красная Ведьма стояла в тени башни в своих развевающихся на ветру шелках. Она была словно призраком, парящим над хаосом битвы. Вель её не боялась, но презирала за то, что та вместе со своим королем-поклонщиком сделала с Мансом. Она и сына Даллы бы бросила в огонь, если бы Джон не поменял младенцев. Вель видела многих чудовищ, но эта женщина была опаснее их.       — Я предупреждала его… — добавила жрица огненного демона, подойдя ближе и с сочувствием взглянув на тело Джона. Она, будто вовсе не чувствовала холода в своем тонком платье. — Говорила о кинжалах во тьме, но он не слушал… Мужчины никогда не слушают, пока не становится слишком поздно.       — Ты сказала, с ним еще не всё кончено, — оборвала ее Вель, поднимаясь с колен. На манеры поклонщиков у нее не было сил. К тому же Мелисандра не имела высокого титула, но ее почитала даже бородатая королева. Легкая улыбка скривила губы жрицы, и это очень не понравилось Вель. Девушка вновь схватилась за кинжал, направив его лезвие на ведьму. — Говори, что ты имеешь в виду!       Мелисандра лишь приподняла красные брови, и ее глаза сверкнули в удивлении.        — Я лишь сказала, что смерть еще не до конца забрала его в свои чертоги, и Тот-кого-нельзя-называть, пока еще не властен над ним…       Вель не поняла, о чем она говорит, и тут жрица добавила: — Его волк. Вель вздрогнула, опустив свое оружие. И верно. Оборотни за Стеной — не редкость, и все они после смерти продолжали еще какое-то время жить в своих зверях. Про Джона Сноу тоже говорили, будто он из таких, и если так, то… — Найди Призрака, леди Вель, — подначила ее Мелисандра, — А я позабочусь о нашем лорде-командующем и спасу его тело от осквернения.