Сквозь пальцы

      Бледные длинные музыкальные пальцы, дрожа, скользили от одной пуговицы к другой. Парень застёгивал рубашку, оставляя фирменные две пуговицы сверху расстёгнутыми. В зеркале он выглядел, как обычно, но чувствовал себя совершенно паршиво. В груди ещё был осадок от вчерашнего расставания с Кагами. Парень не сильно убивался по этому поводу. Его больше волновала свадьба его подруги, коллеги и любви всей жизни — Маринетт Дюпен-Чен, что по совместительству являлась Леди Баг.       Вчера все карты были раскрыты. Леди баг сняла маску, предлагая Коту стать свидетелем на её свадьбе. Только та не ожидала, что он уже приглашён, но как Адриан. В тот момент, когда красная маска медленно исчезала с розовым светом с лица Леди Баг, Адриан начинал всё больше чувствовать себя обманутым. Потому что он узнал в ней Маринетт. Маринетт Дюпен-Чен, его близкую подругу, которая раньше была в него влюблена, которая сейчас приглашала его на свадьбу с не менее близким Адриану другом — Лукой. Всё это время он был так близок к ней, она буквально была под носом, но он видел только красную маску и ничего более. Парень сказал, что он не хочет там светиться, что лучше посмотрит издали, что бы не привлекать внимание. И она с горечью в глазах согласилась, она даже не просила его снимать свою маску. Просто спросила не разочарован ли он, а получив отрицательный ответ, обняла напарника, пока в груди того всё сжималось.       Её запах преследовал Адриана целый день. Весь грёбаный день он вспоминал все их моменты, он понимал, что она любила его, но только его «маску» правильного мальчика. Смешно? Да, было бы если бы не несчастливый финал. Несчастливый только для него. Маринетт была рада своей свадьбе, по крайней мере выглядела счастливой.       Она начала встречаться с Лукой ещё четыре года назад. Девушка всё так же заикалась перед Адрианом, через год перестала, наивный Агрест думал, что та к логопеду пошла, а нет. Вчера до него дошло, что её речь нормализовалась из-за отсутствия чувств к нему. До него дошло, что он десять лет ненавидел самого себя, за то что смог влюбить Его Леди в себя же.       Вчера же он порвал с Кагами. Возможно самая популярная модель Франции пытался заглушить ею любовь к Леди в красном. Но даже в мелочах он находил сходство, её иссиня-чёрные волосы, привычки, вроде той, с питьём с обязательно отставленным мизинцем. Иногда он серьёзно задумывался о том, что смог найти свою Леди. Но потом вспоминал любимые голубые глаза и понимал, что Кагами не Леди Баг. Кагами тогда быстро приехала к нему. В полумраке комнаты, освещаемой огнями города, что бесстыдно проходили через большие окна, он сказал ей тихое «я не любил тебя», брюнетка на его слова лишь кивнула, говоря «А я — да», и ушла. Неприятный осадок. Адриан чувствовал себя паршиво, как минимум из-за того, что использовал её любовь, что бы заглушать свою, как максимум из-за того, что Кагами могла стать новым акуманизированным злодеем.       В комнату зашёл улыбающийся Нино. Он глядел на друга, явно оценивая, а потом бросил привычное:       — Хорошо выглядишь.       — Спасибо, — сухо отозвался Агрест, не удостоив друга и взглядом.       Но к несчастью Адриана, Нино заметил, что с другом что-то не так.       — Что с тобой? — по-интересовался друг ещё со школьных времён.       — Всё в порядке, — ответил блондин, поправляя рубашку и накидывая пиджак.       — Не ври, — обиженно процедил Ляйф. — Что? Опять не спал?       — Синяки видно? Но я их вроде замазал… — начал быстро тараторить Адриан, подлетая к зеркалу, разглядывая своё лицо.       — Нет, у тебя глаза не светятся, как обычно, счастьем — бросил Нино, кладя руку на плечо друга и смотря на блондина в зеркало.       Адриан усмехнулся. Счастьем? Его счастье выходит замуж. Не за него. Его счастье утекло сквозь пальцы, и он сам был виновен в этом.       Как он не заметил её? Адриан же был уверен, что знает её, как облупленную. Он был уверен, что изучил радужку её глаз, знал каждую веснушку, которая виделась из-под маски, замечал все её привычки и слова паразиты. Он знал, что от неё всегда пахло какой-то сладкой выпечкой. Адриан буквально был уверен, что если он встретиться взглядом со своей Леди, то сможет её узнать. Но не смог.       — Тебе кажется, — отмахнулся от друга Агрест, улыбаясь отражению Ляйфа.       Нино недоверчиво покосился на друга, отходя в сторону небольшого дивана. Ляйф сел.       — Нино, как ты думаешь, Маринетт счастлива?       Ляйф удивлённо поднял брови. Он почесал затылок, поправляя очки.       — Думаю, что да, — медленно произнёс он. — Чувак, к чему такие вопросы? Ты сегодня какой-то странный.       Адриан тепло улыбнулся другу. И отрицательное покачал головой, давая Нино понять, что всё нормально.       Но Ляйф на это не купится. Он знал Адриана уже десять лет. Нино чувствовал, когда друг лукавил или врал, но всегда спускал это с рук, понимая, что раз друг врёт, значит есть причина. И Адриан это ценил. В отличие от Альи и Хлои, которым кровь из носу нужно было знать всё и про всех, Нино всегда подыгрывал всем спектаклям Агреста, не задавая лишних вопросов.       — Друг, что происходит с тобой? — Ляйф решил отставить в сторону свою привычку не лезть в чужие головы.       Адриан замялся. Он повернулся к своему отражению в зеркале, усталыми глазами глядя на себя.       — Я люблю Маринетт, — ни капли сомнения в голосе. Любил десять лет назад, любит сейчас, и будет любить всю оставшуюся жизнь.       Слова звучали мрачнее похоронного марша, громче самого сверепого грома и били в самые тайные и далёкие места сердца и души.       Адриан не знал, как отреагирует Нино. Наорёт? Скажет, что у Адриана слишком позднее зажигание, и он сам виноват? Посочувствует? Посоветует отпустить Маринетт и начать жить новой жизнью?       Агрест не представлял. В последние два дня он вообще перестал что-то представлять. В голове метались образы Маринетт и Леди Баг, совместные воспоминания, пальцы сами заходили в галерею, выбирая фотографии с Дюпен-Чен. Она являлась во снах. Она была везде. Маринетт преследовала его повсюду, будто мстя за его оплошность и слепой идиотизм.       Адриан спал лишь несколько часов за практически двое суток. Потому что видеть её во снах ещё больнее, чем в жизни. Он в свои двадцать три впервые допустил мысль нажраться в хлам в каком-то баре.       Агрест был удивлён, как его до сих пор не акуматизировали. С этим помогал Плагг. После того, как это хозяин узнал личность своей любимой Леди и понял, что она выходит замуж, квами запасся множеством стеклянных банок и длинных палок в два раза больше его самого. Плагг стоял на защите своего хозяина денно и ночно. За что Адриан был благодарен своему маленькому ушастому другу.       Адриан слишком замучан воспоминаниями, а пустое осознание настоящего душило его. Он терялся в ярких картинках прошлого, где не было штампа «свадьба», где у него был хоть один шанс. Теперь же Его Леди станет замужней дамой и фамилию будет носить, увы, не Агрест.       — Ты опоздал на четыре года, чувак.       — Да я знаю! Я это понял! — крикнул Агрест, пиная ногой рядом стоящий журнальный столик. — Я такой кретин! Она же шесть лет меня любила!       Ляйф не шелохнулся. Такого поведения от Адриана ожидать было нельзя. Но Нино, подобно статуе, продолжал спокойно сидеть, смотря на крушащего всё вокруг друга.       — А ты влюбился в неё только через десять лет, — грустно усмехаясь, резюмировал Нино.       Адриан, который уже успел стянуть с кровати покрывало и подушки, перевернул настольный футбол. С грохотом разлетались фигурки футболистов.       — Адриан, ты ничего не можешь с этим сделать, — наконец поднялся с дивана Ляйф, надвигаясь на друга, продолжавшего устраивать погромы. — Адриан!       Нино схватил друга на плечи, немного потряс и уставился ему в глаза. Адриан слегка опешил. Обычно весьма флегматичный Ляйф резко поднял голос. Похоже, что сегодня они оба не похожи сами на себя.       — Адриан, я понимаю, что тебе херово, как никогда, — Нино несколько раз кивнул в подтверждение своих слов, глядя на друга из-под очков. — Но прошу тебя, не порть Маринетт свадьбу. Ты встречаешься с Кагами пять лет…       — Встречался, — поправил друга Адриан. — Я порвал с ней вчера.       Нино кивнул.       — Ты встречался с Кагами, когда Маринетт ещё была в тебя влюблена. Не делай ей больно снова, — сказал Ляйф.       Последнее, что Адриан для неё хотел это — боли. Агрест был готов вытерпеть что угодно, лишь бы Его Леди никто не посмел и пальцем тронуть.       Адриан глубоко вдохнул. С выдохом из тела вышли последние жизненные силы. Стало пусто. Агрест легко усмехнулся, чувствуя ком в горле.       — И что мне делать? — дрожащим от подступающих слёз голосом спросил Адриан.       Нино посмотрел куда-то в сторону. Агрест закатил глаза к самому потолку, сдерживая слёзы. Ляйф тяжело вздохнул.       — Боже, я просто хочу что бы вы оба были счастливы, — прорычал Нино, прижимая ладони к лицу. — Делай так, как посчитаешь нужным. Потому что я и малейшего понятия не представляю, что ты чувствуешь.       Но Агрест не знал, как поступить.