Утоли мою жажду

      В мотель они вернулись за полночь. Красная неоновая вывеска, бликующая в лобовом стекле Импалы, напомнила Сэму искры от пламени, что они оставили позади. Они всегда оставляли за собой хаос и пламя, пусть и начиналось все с благих намерений. По дороге им пришлось немного попетлять, чтобы их нельзя было связать с пожаром. Дин не стал дожидаться, когда все прогорит: на этот раз огонь был слишком масштабным и мог привлечь внимание.       Сэм очень устал, то ли от безумной драки, в результате которой был ранен, пусть и не смертельно, то ли от использования демонической силы, то ли от такой жизни в целом. Иногда хотелось просто взять и остановить время, чтобы хоть немного расслабиться. Дин, как и метка Каина, тоже был сыт сегодняшними приключениями. Он чувствовал, как по телу постепенно растекается приятная истома. Будь он котом, то уже урчал бы от удовольствия. Раны старшего уже практически затянулись: пусть они и были нанесены магическим оружием, но проходили вскользь. Единственной глубокой была рана на спине, которую Дин заработал, прикрывая Сэма.       Заперев за собой дверь номера, Сэм тяжело вздохнул, бросил на стол нож и стянул с себя рубашку. Присутствие Дина его не смущало, а вот рану на боку следовало бы обработать как можно скорее. В сумке всегда была припасена аптечка, поэтому младший Винчестер опустился на кровать и вытащил все необходимое. Но не успел он капнуть на рану перекисью, как почувствовал в том месте острое жжение. Сэм нахмурился и с удивлением отметил, что рваные края в некоторых местах затянулись, причем самостоятельно.       — Что за… — прошептал он одними губами, но все же решил, что с перекисью будет надежнее.       Дин вскинул брови и осторожно, чтобы лишний раз не дергать брата, подошел к нему.       — Помочь? — поинтересовался он, глядя, как младший изгибается, чтобы получше видеть, что творится.       Сэм посмотрел на Дина, совершенно не ожидая встретить сочувствие в его глазах. Но тот вел себя, как образцовый старший брат, и младший Винчестер неловко усмехнулся.       — Да нет, все в порядке. Кажется, тут обойдется и без перевязки, — он вновь опустил взгляд на рану. — Не знаю, как, но она успела затянуться. Не думал, что кровь действует так быстро…       Сэм еще раз провел по разрезу скатанным ватным шариком, вымачивая его перекисью и слегка кривясь от пощипывания.       — А ты как? Я видел рану на твоей спине, — произнес он и ему стало стыдно, что за все это время он так и не поинтересовался состоянием брата. Хоть тот и был демоном, его тоже изрядно потрепало в драке, и младшему Винчестеру хотелось, чтобы Дин услышал в его голосе беспокойство.       Дин повел плечом, чувствуя, что раны абсолютно его не тревожат. Новость о том, что, вероятно, кровь не только давала Сэму силы, но и ускоряла его человеческую регенерацию, его порадовала.       — Я как новенький, — заверил старший, опускаясь на кровать рядом с братом. — На мне заживает быстрее, чем на собаке. А вот тебе в следующий раз лучше не зевать по сторонам.       Он усмехнулся, наблюдая, как Сэм обрабатывает кожу на своем боку. Дин был рад видеть, что с ним все в порядке. Если брат наберется сил, то скоро они запросто смогут уложить всех этих демонов, практически не напрягаясь. Старшему нравилась эта мысль, вызывающая воспоминания о том, каким был Сэм, когда использовал свою силу.       Ощущая присутствие Дина так близко и практически касаясь его бедра своим, Сэм вдруг осознал, что больше не чувствует страха. Брат сражался с ним бок о бок, как в былые времена, будто ничего и не менялось в их жизни. Он был тем Дином, которого он знал с детства, и Сэм понял, что сдается. В плен этих теплых зеленых глаз, по которым соскучился, которые уже не надеялся назвать родными. Этого нежного и бархатного голоса с рычащими нотками. И запаха крови, которым была пропитана его рубашка.       — Дин, — Сэм вдруг подал голос, но смотрел куда-то в пол. — Знаешь… там, в заброшенном доме, когда ты сражался с целой толпой демонов, я жалел только об одном. О том, что я не могу помочь тебе. И что нож в моей руке — это действительно зубочистка.       Младший Винчестер усмехнулся, но как-то горько: этот разговор давался ему нелегко.       — Я целый день думал об этом, с тех пор, как ты чуть не сорвался, увидев в комнате труп. Я думал, что не смогу тебя удержать. Чудо, что все остались живы… Но что, если в следующий раз моих слов будет мало? Если метка полностью овладеет тобой? Я слаб, Дин. А ты просишь моей помощи, когда я и себе толком помочь не могу. Поэтому… — он тяжело вздохнул и наконец поднял взгляд на брата, несколько секунд молча бегая им по его лицу, — я согласен. Согласен, что пить твою кровь — это единственный вариант. Это ведь уже необратимо, а на войне все средства хороши. Только представь, скольких людей можно будет спасти, — на последних словах у Сэма вдруг загорелись глаза.       Дин внимательно слушал брата, молча дожидаясь, когда тот договорит. Он сейчас высказывал все, что накопилось у него на душе с того момента, как он притащил старшего в бункер и собирался исцелять. Если его перебить, вставить свои пять копеек, то Сэм больше не решится завести этот разговор.       — В этом весь ты, Сэмми. — Дин смягчил голос, чтобы ни в коем случае его слова не звучали, как насмешка или упрек. — Все-таки ты никогда не брезговал темными силами, чтобы использовать их во благо.       Он скользнул своей рукой по руке младшего, переходя на шею и чувствуя, как ладонь щекочут отросшие волосы. Подушечка большого пальца легко погладила линию его челюсти, будто успокаивая. Сэм вздрогнул от неожиданности, но отстраняться не стал. В конце концов, он тоже хотел этого и так долго убегал от своих желаний. Младший Винчестер слегка прикрыл глаза, наслаждаясь нежностью прикосновения. Голос брата успокаивал, как в детстве, когда тот напевал ему Металлику перед сном вместо колыбельной. Сэм улыбнулся, то ли Дину, то ли приятным воспоминаниям, а может, всему сразу, ведь все эти воспоминания так или иначе были связаны со старшим Винчестером.       — Но теперь и я далек от чистоты, — хмыкнул Дин, разглядывая черты младшего, и тут же усмехнулся. — Достойны друг друга. Но если ты так хочешь, значит, так и будет. Спасать людей. Ты же знаешь, куда ты, туда и я.       Легко улыбнувшись, он подался вперед, сокращая расстояние между ними и касаясь губами губ Сэма.       Поцелуй стал еще большей неожиданностью, наравне с тем, насколько легким он оказался. Совершенно не под стать тому демону, что час назад выпустил кишки целой толпе. Сэм томно выдохнул ему в губы, чувствуя, как тело охватывает возбуждение, которому он мог наконец дать волю. Он аккуратно завел руку за голову брата, притягивая к себе ближе и с упоением хватая его нижнюю губу.       Когда брат ответил на поцелуй, Дин расслабился полностью, получив подтверждение, что не он один этого хочет. Родная и теплая рука с шершавыми подушечками приятно лежала на шее, распространяя мурашки по всему телу. Старший Винчестер соскучился по всему этому, страсть нахлынула моментально, как штормовая волна, полностью охватывая его. Дин подхватил новый темп, заданный Сэмом, скользя языком по его губам, раскрывая их и проникая внутрь. Ему не хотелось больше ждать, когда брат сидел прямо тут, рядом, принявший его и себя, тоже соскучившийся по их близости. Дин не мог этого не заметить. Брат был возбужден и это возбуждение росло с каждым движением их губ. Старший Винчестер положил вторую ладонь на обнаженную грудь Сэма, чувствуя, как она тяжело вздымается от участившегося дыхания.       Прикосновение к груди словно обожгло Сэма, но жар этот был желанным. Вслед за ним пришла легкая дрожь, и изголодавшийся по этим ощущениям младший Винчестер льнул к руке брата, разрешая себя трогать. Он уже не боялся, что слетит с катушек. С каждым поцелуем он лишь больше отпускал себя, сильнее прижимался к Дину, чувствуя некоторую несправедливость в том, что тот все еще в одежде. Поэтому свободной рукой Сэм скользнул под рубашку брата, стягивая ее с плеча и по ходу оглаживая мышцы на его спине, что прощупывались даже сквозь футболку. Дин был весь напряжен, и Сэм хотел почувствовать это напрямую, кончиками пальцев по голой коже.       — Дин, — как в бреду шептал он, прикрыв глаза. — Дин, как же я скучал.       От прикосновений брата Дин получал такое же удовольствие, как путник в пустыне, нашедший колодец с питьевой водой. Сэм льнул к нему, гладил и сжимал, будто собирался наверстать то время, когда они были порознь, и старший не собирался отказывать ему и себе в таком удовольствии.       — Я тоже, — вторил он брату, переключаясь с его губ на подбородок и шею. — Мне так тебя не хватало.       Дин нежно перебирал волосы у шеи Сэма, пока вторая рука на контрасте с нажимом проводила по острым ключицам и твердым мышцам, игриво сжимая уже затвердевший сосок. Сэм не удержался и простонал, чувствуя, как поцелуи на его шее стали настойчивей. Ладонь Дина бесстыдно блуждала по его груди, и младший Винчестер пропустил смешок сквозь учащенное дыхание.       — Ну, теперь я здесь, с тобой, — он подался вперед, утыкаясь носом в щеку брата и скользя им до уха. — И мне стоит перед тобой извиниться.       Сэм мягко обхватил губами его мочку, а затем легонько царапнул ее зубами. Что-то внутри так и подбивало его укусить, впиться в открытую уязвимую шею и вновь почувствовать сладкий вкус крови. Но ему не хотелось торопиться, у них впереди была целая ночь, и именно сейчас Сэм не хотел пугать Дина своим непомерным аппетитом. А тот специально наклонил голову набок, еще сильнее открывая шею, соблазняя брата, давая ему молчаливое разрешение.       — За что, Сэмми? — сбивчиво выдохнул Дин, сильнее сжимая волосы Сэма и притягивая его голову ближе к себе. Он еще раз обвел пальцами сосок брата, скользя ниже, обводя подушечками напряженный пресс, опуская ладонь на ремень джинсов и теребя пряжку. Сердце Сэма заполошно билось под рукой Дина, реагируя на прикосновения и на хриплый голос. Он так скучал по этому нежному «Сэмми» из уст брата, хоть ему и было уже тридцать два.       — За то, что не хотел принимать тебя таким, Дин, — он прижался губами к шее старшего, оставляя легкий поцелуй, затем еще один, чуть пониже. — За то, что боялся и не доверял. А ты ведь пытался быть таким, как прежде. Для меня.       Кожа под губами Сэма слабо пульсировала, но его тело реагировало на это мощными волнами жара, покрывая его лоб мелкими капельками пота. Младший Винчестер осторожно коснулся языком чужой шеи, а затем с настойчивостью провел им по выделяющейся мышце, будто выбирая лучшее место для укуса — но пока дразня. Дин сбивчиво вдохнул через нос, чувствуя возбуждение от того, как брат дразнит их обоих, пробуя на вкус кожу и ощущая биение крови в венах и артериях, такой близкой и доступной.       — Все в прошлом, — прошептал он, расстегивая ремень на джинсах Сэма и подцепляя пальцами пуговицу на ширинке. — Я рад, что ты со мной.       Старший Винчестер вновь вовлек брата в страстный, но короткий поцелуй, отстраняясь и избавляясь от рубашки и футболки, чтобы прижаться к Сэму кожа к коже, почувствовать его так близко, будто сплавленные в единое целое. Резкое движение позади Дина привлекло внимание Сэма, и он заглянул ему через плечо: оказалось, это было лишь зеркало, дублирующее его действия. Оно занимало целую створку шкафа, но до этого момента было практически незаметным. В отражении хорошо просматривалась почти затянувшаяся рана на его спине; младший Винчестер не удержался и провел по ее краю пальцами, наблюдая за этим зрелищем в зеркале.       — Ты такой красивый, — вдруг произнес он, второй рукой зарываясь в густые волосы Дина. Прикосновение к ране вызвало у того дрожь, перерастающую из неприятной в теплую волну удовольствия. Боли не было, но ранение до сих пор еще не успело затянуться. Старший Винчестер хрипло выдохнул и оставил джинсы Сэма, обхватывая ладонями его лицо и заглядывая в глаза. Он видел в его взгляде желание и жажду, образующие гремучую смесь, которую Сэм еще сдерживал, не давая выплеснуться.       — Хочешь полюбоваться мной? — усмехнулся Дин и погладил большим пальцем скулу младшего, а затем скользнул им по его губам, слегка оттягивая нижнюю и обнажая зубы.       — Я уже любуюсь, — нагло заявил Сэм, облизывая губу после того, как палец Дина соскользнул вниз. Младший Винчестер переместил ладонь на чужую грудь, медленно поглаживая и наблюдая за тем, как приоткрывается рот брата от участившегося дыхания, как слегка блестят его губы. Удержаться было невозможно, слишком соблазнительным было зрелище, поэтому Сэм снова подался вперед, но целовать не торопился. Лишь слегка царапнул губами губы Дина и отстранился прежде, чем тот успел ответить, а затем повторил маневр. Ему хотелось подразнить, увидеть демонический блеск в глазах брата и разогнать кровь в его венах. Сэм уже представлял, насколько такая кровь слаще, подогретая страстью и возбуждением.       — Дразнишь меня? — низким и соблазнительным голосом проговорил Дин, облизывая губы и кончиком языка теребя место, где только что были зубы Сэма. Его рука соскользнула с шеи брата, одним плавным движением вдоль всего его напряженного торса спускаясь к расстегнутым джинсам и накрывая уже твердый член. Старший Винчестер легко поглаживал его пальцами сквозь тонкую ткань трусов, распаляя еще больше.       — Ты уже возбужден, Сэмми, — продолжал шептать порочным голосом Дин, подаваясь вперед и почти нежно ведя кончиком носа по его щеке, чтобы потом прошептать ему на ухо. — Это игра, в которую могут играть двое.       Голос Дина будто вибрировал в теле Сэма, обволакивал его изнутри, щекотал мурашками, а затем к ним добавились новые, наслаиваясь друг на друга — от прикосновения пальцев. Ладонь брата гладила его член, распространяла возбуждающие импульсы по всему телу, закручивая вихрь внизу живота, и Сэм не сдержал жаркого стона, что тут же сменился игривым смехом.       — Тогда давай поиграем, — с ухмылкой на лице принял он условия Дина и дернул за пряжку его ремня, как бы обозначая намерения.       Довольно усмехнувшись, Дин опустил ресницы, придвигаясь ближе к брату, а потом и вовсе забрался на кровать с ногами. Его пальцы скользнули под ткань джинсов, чтобы всей ладонью накрыть член Сэма, пока что просто касаясь, но не сжимая.       — Не боишься проиграть? — промурлыкал старший, придвигаясь вплотную, почти забираясь на колени. Он прихватил зубами мочку уха брата, оттягивая ее и покусывая.       Младший Винчестер, обделенный вниманием, принялся ерзать на постели, неторопливо толкаясь в его ладонь.       — В этой игре проигравших не бывает, — осадил он старшего, расплываясь в довольной улыбке и слегка съеживаясь от покусываний. Его собственные пальцы, отпустившие пряжку, скользнули ниже пупка и потерли чувствительную кожу, скрытую под джинсами брата.       Дин перебрался на колени к Сэму, прижимаясь к нему всем телом, касаясь разгоряченной кожи своей и кусая брата в чувствительное место за ухом. Он сбивчиво дышал, чувствуя руку младшего так близко к возбужденному члену и подаваясь навстречу прикосновениям. Он так хотел этого, хотел получить удовольствие, хотел Сэма.       — И я знаю, как сделать наш выигрыш еще приятнее, — усмехнулся Дин, все так же шепча на ухо брату и сильнее сжимая пальцы на его твердом члене.       Дин не менялся. Он был таким же жадным до удовольствия, таким же до безумия страстным, он ластился как зверь и шептал распутные речи как демон. И исследовать именно эту сторону для Сэма было интересней всего. Из глубин памяти всплывали картины горячих ночей с Руби — и пусть он ненавидел себя за эту связь, но жаркий секс был единственным, на что она действительно годилась. Дин был гораздо желаннее, и младшему Винчестеру не терпелось узнать, насколько другими окажутся эти ощущения.       Стоило только Дину оседлать его бедра, как Сэм почувствовал, каким твердым стал его собственный член. Брат еще сжал его для верности, словно специально демонстрируя. Младший уткнулся в его шею, горячо выдыхая и слыша, как зазывно пульсирует вена под его губами.       — И как же? — слабым голосом спросил он, понимая, что теряет контроль.       — Я знаю, что ты хочешь больше всего, — улыбнулся Дин, касаясь губами уха брата и горячо шепча пошлости. — Уже давно хочешь. Я чувствую, как у тебя от одной только мысли об этом встает.       Старший Винчестер с нажимом провел ладонью по члену Сэма, как в доказательство своих слов. Пальцы скользнули вверх по стволу, подцепляя резинку трусов и оттягивая ее вниз. Горячая плоть сама скользнула в руку, и вместе с этим Дин ухмыльнулся и прикусил губу. Кровь щекотно потекла по подбородку, дразня своим металлическим запахом.       Голос Дина топил его в омуте греха, но в этот раз Сэм тонул добровольно. Он сглотнул, ощущая, как с каждым движением его руки пах начинает воспламеняться, а когда он почувствовал это кожа к коже, выдержать было невозможно. Младший Винчестер сдавленно простонал и опустил ладони на бедра брата, прижимая их к себе. Запах свежей крови разрезал воздух, и глаза Сэма забегали по лицу Дина в поисках его источника. Он готов был поспорить, что его зрачки расширились, стоило только взгляду упасть на тоненькую струйку под губой брата. Все тело словно замерло перед прыжком, напряглось, проверяя боеготовность, а затем выбросилось вперед, притягиваясь к заветному. Сэм прошелся языком по кровавой дорожке, зажмуриваясь от приятной дрожи, а затем накрыл губы Дина своими. Он осторожно припал к трещинке, вылизывая и посасывая в том месте, чувствуя, как этого мало и как ему хочется сильнее прикусить чужую губу.       Дин простонал от ощущения, как брат специально раздразнивал ранку на губе, пытаясь добыть больше крови, раскрыть ее сильнее, укусить еще. Такая жажда нравилась старшему, она высвобождала страсть Сэма, его ненасытность, которую он скрывал под маской праведника. Только Дин знал, каким может быть его брат, он изучил его за все эти годы, знал его настоящего. Старший Винчестер высвободил руку, зажатую между их телами, чтобы быть еще ближе. Их возбужденные члены теперь прижимались друг к другу, распространяя по всему телу жаркую волну. Дин заерзал на коленях Сэма, потираясь о него, чувствуя, как его пальцы сжимают бедра, и ухмыляясь в его губы. Он чувствовал солоноватый привкус собственной крови, но ему хотелось большего. Старший запустил пальцы в волосы брата, потянув за них назад и глядя в потемневшие от страсти глаза Сэма.       — Возьми, если хочешь, — порочным голосом прошептал он, облизывая прокушенную губу и тут же заживляя ранку.       Сэм неудовлетворенно прорычал, цепляясь взглядом за блуждающий вдоль губы язык брата.       — Хочу, — хрипло выдохнул он голосом, полным возбуждения. — Хочу твоей крови. Хочу тебя.       Эти слова так легко сорвались с губ, будто и не было этой пропасти между ними, или она была ничтожной по сравнению с теми чувствами, что все равно теплились в его душе. Он мог обманывать себя, сколько угодно, но сердце обмануть очень сложно. Сэм все равно любил Дина, неважно, каким. Будь он рядом на водительском сидении Импалы или погребенным в сырой земле; возмущенным голосом в телефоне или лишь воспоминанием перед сном — неважно. Демоном или человеком — неважно. Сэм примет его любым, потому что это Дин, а Дин не может быть злом. Тот, кто всю жизнь оберегал его, и кто эту жизнь на него и потратил, не может быть злом. Младший Винчестер всегда видел в себе больше зла и порока, чем в остальных — а Дин видел в нем свет, не подозревая, что сам был самым ярким маяком для своего брата.       Дин слушал голос Сэма, хриплый, полный возбуждения, сочащийся желанием. В его взгляде были смешаны все возможные чувства: страсть, нежность, любовь, жажда. Старший только удивлялся, как Сэм мог испытывать все это в один момент и не сходить с ума.       — Бери, — ответил Дин, скользя пальцами сквозь волосы брата, оттягивая их еще чуть сильнее, создавая ощущение приятного натяжения на грани с болью в чувствительной коже головы. — Для тебя все, что захочешь.       Губы старшего растянулись в порочной улыбке, его томный взгляд рассматривал лицо Сэма, его приоткрытые и покрасневшие от поцелуев губы, трепещущие от возбуждения ресницы и вздернутые в привычном умоляющем выражении брови. Терпеть больше не хотелось. Дин приглашающе наклонил голову набок, скользя языком по искусанным губам и сильнее вжимаясь членом в член брата.       Сэм пробежался взглядом по обнаженной коже, чувствуя, как пробуждается его жажда. Он моргнул несколько раз подряд, облизывая губы, а затем обхватил ладонью голову брата, фиксируя ее в удобном для себя положении. Всего несколько секунд отделяли его от долгожданной награды, и он пытался смаковать их, оттягивая миг удовольствия. Кусать Дина в шею по-звериному было все же неловко и страшно, но желание пересилило страх, к тому же, он так уже делал. Поэтому ухватился зубами за соленую от пота кожу и сжал челюсти, чувствуя, как рот наполняет другой привкус, горький и металлический. Но Сэму он нравился, он казался ему слаще сахара. Губы тут же впились в место укуса, подбирая скатывающиеся капли. Взгляд ненароком прошел поверх плеча Дина и вновь уткнулся в зеркало, заметив, как в отражении натягиваются мышцы чужой шеи. Зрелище было настолько красивым, что Сэм на мгновение забыл о том, что кровь надо слизывать, и будто завороженный смотрел, как она стекает по спине брата.       Дин зашипел от укуса, болью пронзившего его шею. Она растекалась по всему телу, превращаясь в горячую волну возбуждения. Потому что это был Сэм. Его губы касались окровавленного укуса, его руки крепко держали его голову, его тело обдавало жаром и заражало приятной дрожью. Влажный язык брата касался чувствительной кожи, с тщательностью наркомана слизывая вожделенную кровь. Жажда взяла над Сэмом верх, а Дин делал ее только сильнее. Он низко стонал от удовольствия, ерзая на коленях брата, сжимая в пальцах его волосы и чувствуя, что ему мало. Между ними все еще была преграда из одежды, мешающая полностью почувствовать, насколько Сэм возбужден.       Легкое движение головы младшего не укрылось от внимания Дина, особенно когда исчезли прикосновения его губ. Он недовольно зарычал, требовательно дергая брата за волосы. А затем он вспомнил. Сэм смотрел в зеркало, прикрученное к одной из створок шкафа напротив кровати. Старший Винчестер расплылся в поистине демонической улыбке.       — Нравится то, что ты видишь? — нагло спросил он, обнимая Сэма за шею и прожигая его полным похоти взглядом. — Маленький единоличник, решил оставить все веселье себе?       В одно мгновение Дин выкрутился из его рук, разворачиваясь и усаживаясь спиной к брату на его коленях. Теперь он мог видеть в зеркале их обоих, и это было бесподобное зрелище.       Сэм не смог сдержать восхищенного стона. Они оба, практически голые, так и источали похоть. Наверное, именно так они бы выглядели со стороны, и младший Винчестер даже немного позавидовал несуществующему зрителю. Но Сэм никому бы и не позволил любоваться его Дином, и словно в подтверждение этого провел ладонями по его бокам, очерчивая границы своих владений.       — Без тебя веселья не получится, — прошептал он, легко касаясь шеи брата своими губами. Скользнувшая вниз кровавая капля уже обогнула лопатку и застыла где-то возле поясницы. Сэм жадно вздохнул и склонился к тонкой красной дорожке, медленно слизывая ее с плеча. Он чувствовал, как дрожит спина брата от его прикосновений, и дрожал сам, притираясь членом к плотной ткани джинсов. Дин выгнулся, позволяя собрать уже подсохшую кровь, издавая низкий возбужденный стон. Он чуть сильнее наклонился вперед, чтобы Сэм смог доставать дальше, прижимаясь задницей к его твердому члену. Не отрывая взгляда от зеркала, старший Винчестер намеренно потерся о горячую даже сквозь все слои ткани плоть, дразня брата.       — Веселье только начинается, Сэмми, — промурлыкал он, глядя, как Сэм в отражении жадно скользит языком и собирает драгоценную для него кровь. — Ведь ты такой ненасытный.       То, как Дин выгибался и наклонялся, специально подставляясь под его язык, заводило Сэма не на шутку. Пользуясь удобным положением, он навалился сверху и скользнул языком к открытой ране. Одной рукой он обхватил Дина за подбородок, а второй дотянулся до его ремня, резко дернул за пояс и наконец расстегнул его. Отражение в зеркале слегка путало Сэма, но ему не хотелось отводить взгляда. Он жадно глотал кровь и следил за тем, как его пальцы забираются под ткань и поглаживают основание горячего члена брата, и за тем, как меняется выражение его лица.       — Я слишком долго терпел, — усмехнулся младший, поглядывая на Дина из-под ресниц и слегка покачивая бедрами, вжимаясь ими в обтянутую джинсами задницу. — А теперь дорвался.       Дин простонал, толкаясь в руку брата, стоило только его пальцам коснуться возбужденного члена. Он откинул голову на его плечо, из-под ресниц наблюдая за ними в зеркале и ловя там взгляд Сэма.       — Только посмотри, как красиво мы с тобой смотримся вместе, — сочащимся возбуждением голосом заговорил старший, тяжело дыша и кусая губы от движений Сэма, от прикосновений его языка к открытой ране. — Как красиво выглядишь ты, когда принял себя.       Смотреть на себя со стороны было неким подобием вуайеризма. Дин улыбнулся брату в отражении, специально показывая себя во всей красе и соблазняя, как истинный демон. И он говорил правду. Происходящее в зеркале было таким соблазнительным, что Сэм не знал, от чего заводится больше: от прикосновений или от возможности на них смотреть. Младший Винчестер скользнул взглядом по торчащему кадыку на шее Дина, а затем с нажимом провел по нему пальцами, чувствуя, как он напряженно ходит под его подушечками. Крови вновь стало не хватать: рана на демоническом теле слишком быстро затягивалась, и Сэм ухватился зубами за ее край, прокусывая в том же месте. Новая порция обожгла язык, и младший застонал, слизывая кровавые потеки со своего подбородка. Настойчивые толчки навстречу его ладони заставили Сэма полностью просунуть ее под ткань трусов и крепче ухватиться за член брата, наслаждаясь его тяжестью. Он помог себе второй рукой, оттягивая резинку, и наконец смог увидеть его в отражении.       — Так еще красивее, не правда ли? — Сэм усмехнулся, целуя Дина в линию подбородка и оставляя там кровавый след.       Старший Винчестер толкнулся в руку брата, тут же притираясь обратно задницей к его паху.       — Будет еще лучше, когда мы оба разденемся, — отозвался Дин, жадно глядя в зеркале на то, как головка его собственного члена скользит в плотном кольце пальцев брата.       Он рассматривал их отражение, то, как они плавно двигались, терлись друг о друга, смотрел на свою окровавленную шею и красные от крови губы Сэма. В его взгляде было только желание, которым заражался и сам старший, получая удовольствие от того, как брат пил его кровь, как брал ту силу, которую дарил ему Дин.       Сэму не терпелось избавиться от одежды и прижаться липкой кожей к коже брата, почувствовать его голую задницу на своих коленях. Тереться обнаженными телами было бы гораздо приятнее и действительно красивее.       — Я еще никогда не делал это перед зеркалом, — прошептал Сэм и прикусил мочку его уха, чувствуя, как сам краснеет от своих слов. Дин и его кровь дурно на него действовали, пробуждая самые безумные желания. Слизнув остатки крови на его ухе, которые сам же и оставил своим поцелуем, младший Винчестер ухватился руками за край джинсов брата и потянул их вниз, оглаживая открывающиеся его взору бедра. Он провел большими пальцами по косточкам и спустился ладонями к ягодицам, как бы намекая на то, чтобы Дин привстал и помог осуществить желаемое.       — Все когда-то бывает впервые, да, Сэмми? — хрипло усмехнулся Дин, напрягая мышцы и приподнимаясь, чтобы брат смог избавить его от последней одежды.       Теперь он был полностью обнажен и прижимался к Сэму всем телом, раскрываясь и откровенно соблазняя. Со своей человечностью старший Винчестер потерял и весь оставшийся стыд, ему было необходимо удовольствие, он готов был получать его любым способом и надеялся, что брат его не подведет. Он хотел, чтобы Сэм это понял, увидел и готов был принять его таким, принять его страсть и его темную демоническую любовь в любом проявлении.       — Ты такой красивый, когда ни в чем себе не отказываешь, — шептал Дин, закидывая руку назад и обнимая ладонью затылок Сэма. — Моя кровь на твоем лице выглядит так возбуждающе, и мне не терпится увидеть, как ты будешь отсасывать мне в таком виде.       Тело Дина лоснилось от пота, пышущее нечеловеческой энергией, и Сэм понял, как сильно тосковал по их физическому контакту. Брат жался к нему, сдавливал спиной его возбужденный член, и младший закусывал губу, мыча ему в загривок. То, что шептал Дин, было таким порочным, но по какой-то причине оно находило отклик в душе Сэма. Наверное потому, что порок распространялся по его телу вместе с кровью брата, погружал его в черноту с каждым новым глотком — и он перестал сопротивляться.       — Почему бы не проверить это прямо сейчас? — выдохнул младший Винчестер и скользнул сжатыми пальцами вдоль члена Дина. Он вновь наклонился к ране и сделал уж совсем неаккуратный глоток, вымазывая нос и щеку — брат ведь хотел видеть его в крови, и Сэм был готов исполнить эту его прихоть. Дин рычаще простонал от его действий. Он буквально чувствовал, как его кровь обволакивает горло Сэма, дразня своим металлическим, но сладким вкусом.       — Ты превосходишь все мои ожидания, братишка, — промурлыкал старший Винчестер, сжимая пальцами волосы на его затылке и наблюдая через зеркало, как тот жадно вылизывает окровавленную кожу. Сэм сейчас был похож на свою бездушную версию, полный похоти и страсти, такой же опасный и сексуальный, увлеченный жаждой и собственными желаниями. И Дин знал, что сейчас тот хочет его: тело и кровь. И он с радостью даст Сэму то, что он хочет, пока для брата новы эти ощущения.       — Ты даже не представляешь, на что я способен, — самоуверенно заявил тот, прижимаясь к спине Дина и чувствуя, как член елозит по его пояснице, оставляя липкие потеки. Рана на шее уже перестала прельщать младшего, ему хотелось оставить кровавые укусы по всему телу брата, превратить это в игру и попробовать кровь в разных местах. Но он понимал, что не может удовлетворять только себя, и Дину тоже требуется внимание, поэтому оставил свои желания на потом.       Сэм пощекотал головку брата большим пальцем и вновь зашептал ему на ухо.       — Ты же вроде хотел испытать мой рот? Давай, Дин, не сдерживайся.       Старший не выдержал и еще раз потерся о член брата. Горячая плоть обжигала, вызывала желание коснуться ее, сжать в ладони, принять в себя, но сейчас Сэм предлагал то, от чего было сложно отказаться.       — Тогда покажи мне, — пошло улыбнулся Дин, не сдерживая протяжного стона от прикосновения к чувствительной головке и вновь ловя взгляд Сэма в зеркале. — Хочу тебя, Сэмми, хочу твой рот. Я соскучился по тому, что ты умеешь им вытворять.       Старший Винчестер потянулся на коленях брата, как кот, и плавно соскользнул на кровать, ложась поперек, боком к зеркалу, чтобы не выпускать из виду прекрасное зрелище. Дин был таким горячим, распутным, бесстыдно красующимся перед ним, и в голове Сэма промелькнула грязная собственническая мысль: это все принадлежало ему, лишь он один мог этим любоваться. Когда Дин принялся выскальзывать из его рук, младший Винчестер с досадой вздохнул и напоследок оставил нежный поцелуй на его плече. Однако хватило одного лишь взгляда на тело брата, чтобы понять: заставить его перебраться на кровать было верным решением. От открывшегося вида Сэма бросило в пот. Он облизнулся и погладил рукой вздымающуюся грудь брата, чувствуя, как заражается чужим возбуждением. Не выдержав, он склонился к телу Дина и слизнул застывшую кровавую каплю на его ключице, при этом оставляя новые разводы своим подбородком.       — Не знаю, сколько в тебе от демона, — прошептал Сэм сквозь частое дыхание, продолжая гладить его грудь, — но для меня ты похож на божество.       Дин еще сильнее возбуждался под собственническим взглядом брата, светящимся неприкрытым желанием. Он впитывал в себя эти чувства, облизывая губы и призывно отводя в сторону колено, чтобы раскрыться перед Сэмом, показать себя во всей красе.       — Поосторожней со словами, Сэмми, — промурлыкал он, бросая на младшего томный взгляд из-под ресниц и ухмыляясь, — я могу зазнаться.       Дин скользнул ладонями по плечам брата, гладя его загривок и тут же вплетая пальцы в его волосы. Он потянул шелковистые пряди назад, заставляя Сэма запрокинуть голову и посмотреть в глаза.       — Тебе к лицу моя кровь, — усмехнулся старший Винчестер, рассматривая неаккуратные красные потеки на лице брата. — Ты выглядишь нечеловечески красиво.       Сэм довольно улыбнулся в ответ на похвалу брата и провел языком по окровавленным губам, соблазнительно приоткрыв рот.       — Теперь я вижу, что мы родственники, — пропустил смешок он и наклонился к губам Дина, чтобы подразнить его легким поцелуем — но, безусловно, увлекся. Старший Винчестер жадно отвечал на поцелуи, цеплялся пальцами за волосы Сэма и подавался бедрами вверх, чтобы потереться о него. В процессе Сэм навис над братом, зажав его бедра между коленями и раздражаясь от того, что его движения до сих пор стесняют джинсы. Поэтому, нехотя разорвав поцелуй, он отстранился и стянул их с себя вместе с трусами, тут же напомнив себе, насколько возбужден. Ладонь невольно обхватила ноющий член, медленно прошлась по пульсирующим венкам, и это прикосновение вызвало тихий облегченный стон. Сэма не смущало то, что он делал это прямо перед братом, наоборот, ему хотелось, чтобы тот видел. Чтобы знал, что это все тоже принадлежит ему.       Дин скользил взглядом по влажному от испарины телу Сэма, любуясь его идеальной фигурой, рельефными мышцами и возбужденным членом, больше не скрываемым под слоями ткани.       — Руки прочь, — игриво рыкнул старший Винчестер, легко шлепая по рукам брата и отбивая их в сторону. — Не лишай меня удовольствия. Он приподнялся на локте, оглаживая член Сэма ладонью, тут же сжимая его и несколько раз проводя вдоль горячего ствола.       — Уже передумал мне отсасывать? — усмехнулся он, дразня большим пальцем чувствительную головку и размазывая по ней смазку.       Сэм знал, что брат не позволит ему справляться с возбуждением самостоятельно. Уж слишком явно читалось собственничество в его глазах. На это и был расчет. Младший Винчестер коварно усмехнулся, когда рука Дина продолжила его движения.       — Нет, не передумал, — он прогнулся в пояснице, толкаясь навстречу ладони, пытаясь за эти несколько толчков испытать максимум приятных ощущений. — Просто от тебя сложно оторваться.       Испустив судорожный стон, Сэм не дал брату закончить начатое и попятился назад, медленно сползая на пол. Дин дразнил его, зазывно разводя ноги, и младший успокаивающе погладил его бедра.       — Даже не верится, что я могу довести тебя до такого состояния, — игриво улыбнулся он, скользнув ладонью на внутреннюю сторону бедра Дина.       Дин нехотя отпустил член брата, напоследок проходясь пальцами вдоль его длины.       — Ты такой соблазнительный, что встанет у кого угодно, — усмехнулся Дин, плавно выгибаясь под прикосновениями младшего. — Но ты только мой.       Он так и держался на локте, глядя сквозь ресницы на брата и предвкушая, когда его горячий рот, весь испачканный в крови, окажется на его члене, когда можно будет толкнуться в этот влажный жар, заявив на него свои права.       Эта поза была такой интимной и личной по одной простой причине: Сэм бы ни за что и ни перед кем не встал на колени, кроме Дина. И в этом был не столько сексуальный подтекст, сколько эмоциональный. Сэм не знал, сможет ли брат оценить это, будучи демоном, но таким образом он всегда хотел показать, насколько Дин был для него важен.       — Не сомневайся, — горячо прошептал младший Винчестер, переводя взгляд с лица брата на его торчащий чуть ли не перед носом член. Он не хотел долго дразнить старшего, тот и так еле сдерживался, реагируя на касания руки, поэтому Сэм облизнул губы и наклонился к его головке. Он чуть ли не физически ощущал тот жар, который исходил от тела брата, и уж было всерьез задумался, что может обжечься. Усмехнувшись, он аккуратно коснулся головки языком, собирая проступившие капли смазки.       Рука Дина тут же по привычке скользнула в волосы брата, путаясь в густых прядях. Сэм, сидящий у него в ногах и с членом у лица выглядел так соблазнительно и уязвимо одновременно, что у старшего перехватило дыхание.       — Сэмми, — низко простонал Дин, чувствуя горячий язык на чувствительной коже и толкаясь вперед, проехавшись головкой по губам брата. — Возьми его, я так соскучился по твоему горячему рту.       Он стиснул в пальцах чуть влажные волосы Сэма, нетерпеливо дергая за них и сгибая одну ногу в колене, чтобы раскрыться еще сильнее. Дин ерзал, желая получить все и сразу, и Сэм простонал, пытаясь поймать его член губами. Это оказалось непросто, поэтому пришлось помогать рукой. Второй рукой он поглаживал открывшееся бедро брата, плавно переходя на ягодицу, что в таком ракурсе стало проще. Горячая головка легла на язык, вызывая рокотание в горле. Сэм подался вперед, плотно обхватывая член губами и проводя по нему с нажимом, чувствуя, как Дин сам льнет к этому прикосновению всем телом. Все это действо, с кровью, демоном на кровати, да еще и перед зеркалом, вызывало стойкие ассоциации с каким-нибудь ритуалом, и от этой мысли Сэма накрыло приличной дрожью.       Дин бесстыдно застонал, чувствуя, как низкое урчание брата распространяет по телу возбуждающую вибрацию. Он смотрел на Сэма, не отрывая взгляда, как его испачканные в крови тонкие губы глубже выбирают в себя твердую плоть.       — Видел бы ты себя, Сэмми, — простонал старший Винчестер, толкаясь бедрами навстречу рту брата. — Ты сам выглядишь, как кровавое божество. И от этого я хочу тебя еще сильнее.       Дин любовался контрастом светлой кожи и темно-красной крови на ней, тем, как губы Сэма растягиваются, чтобы обхватить его член, как они плавно скользят по всей длине, оставляя светлые разводы от крови. Старший повернул голову, чтобы посмотреть на них в зеркало со стороны, и от этого зрелища захватывало дух.       — Посмотри, как ты прекрасен, — сбивчиво выдохнул он, слегка потянув волосы Сэма и заставляя его повернуть голову.       Сэм послушно повернул голову, насколько это было возможно, и увиденное заставило его член моментально среагировать. Может быть, сказывалось общее возбуждение, а может, картинка и правда чертовски ему нравилась. Он гортанно простонал, слегка посасывая чужую плоть, при этом не отводя взгляда от их отражения в зеркале. Вспотевшее тело брата блестело в свете лампочки, вздрагивало от мягких касаний его языка, и младший Винчестер невольно задумался о том, как красиво бы смотрелись тонкие струйки крови на его бледной коже. Как красиво бы они стекали по напряженным мышцам, огибая каждую, затекая в неглубокие ложбинки. Сэма не волновало, что для этого пришлось бы испачкать постель, это была прихоть, подогреваемая похотью. Он был уверен, что Дин физически ощущает его возбуждение каким-то своим сверхъестественным чутьем, именно поэтому его член так активно пульсировал на языке. Сэма это даже забавляло. Он вторил этой вибрации и тихонько рычал, принимая его глубже в себя. Дин был очень нетерпеливым, он толкался и царапал горло, вызывая желание закашляться, поэтому младший Винчестер периодически сжимал его бедро, пытаясь придержать его страсть. Дин подавался навстречу его движениям, толкаясь в такой желанный рот, по которому скучал все эти дни, что они были не вместе.       — Хочешь меня? — низко простонал он, вновь встречаясь взглядом с Сэмом в зеркале и даже в отражении видя, насколько он безумный от страсти. — Хочешь еще крови? Или сразу мое тело?       Дин медленно обвел языком губы, соблазняя, безмолвно давая согласие, что Сэм может взять все, что хочет, потому что он теперь принадлежит ему без остатка, теперь он его рыцарь, с радостью готовый исполнить его приказы.       Сэм не смог проследить за движением языка Дина до конца, потому что его снова бросило в жар. Он прерывисто вздохнул и прикрыл глаза, про себя ухмыляясь тому, насколько проницателен его брат. Либо между ними действительно была прочная, чуть ли не телепатическая связь. Младший Винчестер вновь сжал губами его член и провел по всей длине, соскользнув с головки.       — Я хочу все, — жадно признался он, облизывая натертые губы. — Но сначала я хочу, чтобы ты кончил.       В подтверждение этого Сэм стиснул его член в кулаке, и в порыве страсти вышло жестче, чем он планировал. Виноватый взгляд почти сразу сменился на томный, с хитрецой; Дин ведь все равно стал более толстокожим в этом плане — по крайней мере, так казалось Сэму. Он ведь терпел его укусы.       Дин простонал на грани боли и удовольствия, толкаясь навстречу ласкающим рукам и губам брата. Сегодня ему не хотелось нежностей, он слишком скучал по возможности заняться с Сэмом сексом, чтобы сдерживаться.       — Какой ты жадный, брат, — усмехнулся старший Винчестер, перебирая пальцами спутанные волосы Сэма и слегка оттягивая их. — Я с удовольствием кончу в твой рот, чтобы в нем была не только моя кровь.       Он любовался видом младшего, стоящего на коленях у него в ногах, берущего в рот его член и отсасывая так, что все тело прошибала сладкая дрожь. Дин испытывал бурю чувств: он хотел, чтобы Сэм не останавливался, хотел, чтобы он его трахнул, хотел сам трахнуть брата. Он сам был точно таким же жадным и ненасытным.       Сэм согласно простонал, и движения его губ и языка стали более настойчивыми. Дрожь брата передавалась и ему, выгибала его спину, заставляла его собственные бедра качаться в такт с бедрами Дина. Член Сэма терся о матрац, и он только сильнее вжимался в него, пытаясь получить такое же удовольствие, какое он доставлял брату. Теперь, кроме слюны и крови, на языке отчетливо ощущалась посторонняя вязкая жидкость, и младшему Винчестеру нравилась эта дикая смесь, нравилось, что он мог творить с Дином такое, от чего тот так подтекал. Сглотнув и почувствовав, как она обволакивает горло, Сэм выпустил член изо рта и спустился к потяжелевшим яйцам. Даже языком ощущалось, насколько горячими они были, и он не удержался от восхищенного стона.       — Боже, Дин, как же я хочу тебя, — шептал он, обхватывая губами чувствительную кожу.       Дин несдержанно стонал от ощущения горячего рта и припухших от ласк губ брата, притягивая его за волосы ближе к себе, толкаясь в податливый и влажный жар. Он с извращенным удовольствием наблюдал, как Сэм трется своим возбужденным членом о постель, пачкая белье сочащейся смазкой. От прикосновений к яйцам старший Винчестер сильнее выгнулся, напрягая мышцы, раскрываясь еще сильнее и подставляясь под ласки.       — Если хочешь — возьми, — хрипло выдохнул он, переводя взгляд с зеркала на лицо Сэма. — Я твой, Сэмми, докажи это.       Дину хотелось действий. Трахнуть как следует его рот, которым брат сейчас раздразнивал его. Или взять все в свои руки и разложить Сэма тут, на этой постели среди смятых простыней и вспомнить, насколько тесным он может быть. Или же отдаться самому, оседлать его член и получить незабываемый оргазм. Ему хотелось все это, и он не знал, с чего начать, потому что его брат был сейчас точно таким же обезумевшим от того, что наконец-то дорвался до самого желанного.       Знойные слова Дина сводили его с ума, и Сэм вновь толкнулся в матрац, не выдерживая напряжения. Он чувствовал, что еще немного, и зальет всю постель, все внутри буквально взрывалось и искало выход. Растрачивать энергию попусту не хотелось, хотелось излиться в брата, но Сэм не мог лишить его удовольствия. Он посасывал нежную кожу и параллельно с этим натирал член Дина рукой, желая поскорее довести его до оргазма и перейти к долгожданному десерту. Ладонь младшего Винчестера легко скользила по влажному от смазки стволу, и Сэм чувствовал, что ждать оставалось недолго. Он не хотел пропустить момент, когда брат кончит, поэтому вновь взял в рот головку и стал массировать ее языком, издавая хриплые стоны. Дин так красиво выгибался от его прикосновений, что было сложно отвести взгляд; Сэм и не отводил, любуясь телом брата с такого ракурса.       Младший издавал такие соблазнительные звуки, вибрацией отдающиеся в возбужденной плоти и вызывающей дрожь по всему телу, что Дин больше не мог сдерживаться. Он запрокинул голову, прикрывая глаза и кусая губы, позволяя стонам, полным удовольствия срываться с них.       — Сэм, ты и твой рот — это просто нечто, — прорычал он, вновь стискивая пальцами его волосы и притягивая его ближе к себе, толкаясь бедрами навстречу.       Сэм продолжал смотреть на брата, испытывая невероятное наслаждение от того, как Дина скручивал подступающий оргазм. Мысль о том, что эта машина для убийств сейчас буквально зависима от его ласк, вызывала у Сэма удовлетворенную ухмылку. Перед ним лежал не просто демон, а рыцарь ада, и младший Винчестер возбуждался лишь от того, сколько мощи чувствовалось в этом слове. И не только в слове, мощь исходила от каждой клеточки его тела.       Грязные реплики брата лишь подстегивали его двигаться активнее, синхронизируя свой темп с движением его бедер. Дин обвинял его в ненасытности, но сам с жадностью вбивался в его горло, а Сэму только и оставалось, что сдерживать руками его страсть. А потом в какой-то момент Дин выгнулся, и горячая сперма заполнила рот младшего, посылая по всему телу разряд крупной дрожи. Стон Сэма слился со стоном брата, когда он понял, что тоже кончил, пачкая простынь и чужое бедро. Он сглотнул и вновь провел губами по члену Дина, меланхолично собирая капли и одновременно пытаясь насладиться долгожданной разрядкой.       Дин вздрагивал от удовольствия, которое разлилось по всему его телу, каждый раз прошивая короткими разрядами, когда мягкие губы брата касались чувствительного после оргазма члена. Он расслабил хватку в волосах брата, пропуская их сквозь пальцы и сыто улыбаясь. Старший Винчестер чувствовал, что тот тоже дрожит от оргазма, и если бы он не кончил только что, то возбудился бы.       — Какой же ты извращенец, Сэмми, — хрипло, но с ласковой усмешкой, полной восхищения, поддразнил Дин. — Кончил только лишь от моего члена во рту.       Он прикусил губу, вновь поднимаясь на подрагивающем локте и глядя на брата черными глазами, цвет которых он пока еще не смог взять под контроль. Дин с наслаждением смотрел на Сэма, который точно так же, как и он, дрожал после оргазма. Его кожа блестела от пота, еще четче обрисовывая и без того рельефные мышцы, спутанные волосы обрамляли его лицо нимбом, создавая ощущение опороченной невинности. Но брат был далек от невинности, его припухшие и покрасневшие губы легко скользили вдоль мягкого члена Дина, собирая каждую упущенную каплю спермы. И это было невероятное зрелище, созданное на контрасте.       Сэм все еще вздрагивал от пронизывающих его тело импульсов, не торопясь выпускать член изо рта. Он не привык резко прекращать ласки, к тому же Дин сам льнул к ним навстречу. Только когда во рту уже стало сухо, он разжал губы и отстранился. Взгляд тут же встретился со взглядом черных демонических глаз — и сердце Сэма пропустило удар. Он списал это на вновь проснувшийся страх, но сейчас этот страх был другим, каким-то благоговейным. Если раньше при виде черных глаз у младшего Винчестера возникала лишь одна мысль: хватать нож, то сейчас… сейчас он был слишком возбужден, чтобы видеть в этом опасность. Наоборот, в этом было что-то чертовски прекрасное.       — Не только, — хрипло ответил Сэм и усмехнулся, облизывая губы. — Я наслаждался каждым твоим движением. Ты такой горячий.       И в подтверждение этого он провел ладонями вдоль бедер старшего, чувствуя исходящий от его тела жар. Дин рассматривал брата томным взглядом черных глаз из-под ресниц, многозначительно улыбаясь. Он с довольным видом выгнулся, подставляясь под ладони Сэма, желая продлить контакт и дольше насладиться прикосновениями.       — Тогда иди ко мне, я хочу тебя, — прошептал старший Винчестер, отталкиваясь локтем от постели и слитным движением садясь на смятых простынях. Он мягко взъерошил волосы брата, цепляясь за гладкие пряди пальцами и слегка дергая их, понимая, как сильно ему нравится тянуть Сэма за эту его копну, направляя или притягивая ближе. Сейчас он хотел ощутить брата ближе, пройтись языком по этим покрасневшим губам, еще сохранившим вкус его спермы, и наконец-то поцеловать его как следует, долго, жадно и грязно.       Сэм смотрел ему в глаза, тяжело дыша. Проснувшаяся в брате демоничность возбуждала, действовала на него, словно магнит; неудивительно, учитывая то, сколько крови Сэм в себя впитал. Они притягивались, поскольку были созданы друг для друга, такими, какими есть, грешными и порочными. И в этом некого было винить, разве что самого бога.       Сэм поднялся с колен, и твердый пол, на котором он стоял, тут же дал о себе знать дискомфортом в суставах. Но это все были мелочи, на которые младший Винчестер даже не обращал внимания. Он сел рядом с братом, подогнув под себя одну ногу, и положил ладонь ему на щеку, разворачивая к себе его лицо. Тело снова пробило мелкой дрожью, когда черные глаза Дина оказались буквально в паре сантиметров от его собственных, но это была приятная дрожь. Сэм понял, что брат не контролирует их цвет, и что это лишь естественная реакция на возбуждение — и эта мысль заставила его игриво усмехнуться. Ситуация перестала быть пугающей, только привлекала пытливый исследовательский ум Сэма, который тут же углядел в этом столько интересных возможностей.       Стоило только брату оказаться рядом, как Дин тут же прижался к нему, чтобы быть еще ближе, чувствовать обнаженную и прохладную от остывшего пота кожу. Он льнул щекой к шершавой ладони, наслаждаясь прикосновением и ластясь, как огромный кот. Он чувствовал, что Сэм взбудоражен, как вздрагивает от каждого взгляда старшего, и ощущал его страх, смешанный с возбуждением. Брата заводили черные демонические глаза. Дин самодовольно улыбнулся, не собираясь больше контролировать цвет радужки. Он потянулся вперед, что их лица оказались в миллиметрах друг от друга. Влажный и юркий язык с нажимом скользнул по губам младшего, запоминая новый вкус со смесью крови и спермы, возбуждающий своей пошлостью.       — Ты умеешь возбудить, практически ничего не делая и просто существуя, — выдохнул Дин в губы Сэма, прикусывая нижнюю, оттягивая ее и проникая языком в его рот.       Поцелуй приобрел совсем другую эмоциональную окраску, стоило только смотреть в черные глаза брата и думать о том, что перед ним демон, рыцарь ада — его рыцарь ада. Сэм открыл рот, пропуская внутрь язык Дина, что с поистине демонической настойчивостью вылизывал его губы. Он явно наслаждался тем, как пошло это выглядело со стороны, но Сэму это нравилось не меньше. Чувство, что они переходят все мыслимые границы, не возникало — они перешли их уже давно.       — Это взаимно, — прошептал он, перехватывая губу брата. Сэм даже не столько целовал его, сколько оставлял на чужих губах блестящие ниточки слюны, делая поцелуй влажным. Взгляд ненароком упал на разодранное плечо брата, что уже практически затянулось, однако все еще привлекало застывшими кровавыми потеками. Сэм не удержался и простонал, и в этом стоне было столько желания и жадности, что было понятно без слов, чего он хочет.       Грязный поцелуй заводил Дина еще сильнее, заставляя лениво скользить языком по языку брата, кусать его и без того припухшие губы, вылизывать его рот и жадно целовать. Он стонал от удовольствия, будто ему снова отсасывали, нетерпеливо ерзал на месте, цепляясь пальцами за волосы Сэма, его шею и плечи, спускаясь ниже. Дин обвел твердые соски брата, потирая их подушечками и слегка пощипывая. Сэм сбивчиво выдохнул ему в рот и подался вперед, к ласкающим рукам, но они уже скользнули к подрагивающим мышцам живота.       — Ты такой жадный, Сэмми, — горячо шептал Дин в его губы, гладя его напряженный пресс. — Хочешь еще крови, хочешь быть сильным? Ты можешь взять, сколько хочешь.       Рука старшего накрыла член брата, сжимая влажную от спермы и смазки плоть, постепенно твердеющую под уверенной ладонью. Дин уже предвкушал, как он окажется внутри, такой горячий и твердый. Сегодня он хотел именно в таком раскладе, хотел отдаться Сэму, раскрыться и дать понять, что он предан только ему и сделает для него все, исполнит любое его желание.       — О, Дин, я возьму, — шептал он на грани рычания от жарких перспектив, что предлагал ему брат. — Сначала кровь, а потом тебя. Или все сразу.       Ладонь Дина сдавила его член, и младший Винчестер простонал, выпуская чужую губу. Порвав языком тонкую ниточку слюны, он вновь припал к шее брата, чувствуя, как тугие мышцы ходят под его кожей от напряжения. Кровь пульсировала в вене под губами Сэма, и он прикрыл глаза, опьяненный предвкушением. Поглаживая стриженый затылок Дина, он аккуратно вонзил зубы в его шею, открывая новую рану.       Дин зарычал от укуса, чувствуя, как боль вновь растекается по телу, и сильнее открыл шею, чтобы брату было удобно пить его кровь. Он прикрыл глаза, хрипло дыша и лаская член Сэма в такт движениям его губ. Горячая плоть легко скользила в кулаке, позволяя прочувствовать каждую выступающую венку, огладить скользкую и мокрую головку и потереть чувствительные местечки. Услышав рычание брата, Сэм тут же ослабил нажим и провел по ране языком, извиняясь за причиненную боль. Кровь кружила ему голову, и из-за нее он терял весь здравый смысл. Это пугало младшего Винчестера, благо, у Дина еще оставались механизмы воздействия. Это было так удивительно: несмотря на то, что изначально Сэм должен был контролировать кровожадные желания брата, Дин точно так же сдерживал его собственные.       — Ты недавно кончил, а уже снова течешь, стоило только дать тебе крови, — хрипло усмехнулся Дин, обвивая свободной рукой шею брата и сильнее притягивая его к себе.       Кровь действительно возбуждала Сэма. Казалось, сколько бы он ни выпил, ему все равно будет мало. Тело охотно отзывалось на горячо любимый наркотик, и член в ладони брата снова начал подрагивать.       — Наверное, меня заводит не столько кровь, — Сэм собирал губами стекающие по шее капли, — сколько осознание, что она твоя.       — Какой ты собственник, Сэмми, — усмехнулся Дин, сбивчиво дыша сквозь приоткрытые губы. — А ведь не хотел сначала.       Сэм горько усмехнулся. Это его разум не хотел, кричал, всеми силами отговаривал — а тело тянулось, желало, как самый настоящий предатель. Он с самого начала знал, что все закончится кровью на губах и горячим сексом. Сэм совершенно не умел сопротивляться инстинктам.       Старший Винчестер придвинулся ближе, вновь заползая к брату на колени, оседлывая его, сильнее прижимаясь и чувствуя, как каждый раз от движения его руки соприкасаются головки их членов. Удовольствие прошивало тело разрядами, заставляя вздрагивать и ерзать сильнее. Ладони младшего скользнули вниз по спине брата, добираясь до его упругих ягодиц и собственнически их сжимая. Оторвавшись от аппетитной раны и даже не облизнув губы, Сэм ненадолго прижался ими к губам Дина.       — А знаешь, чего еще я хочу? — прошептал он, слизывая с них кровь, которую сам же и размазал по чужому лицу. — Тебя, и прямо сейчас.       Дин чувствовал, как пачкается его лицо, ощущал на губах свою собственную кровь, ее вкус тут же оказался на языке, когда он облизнулся, задевая и губы брата. Это заводило и сводило с ума. Их языки столкнулись, и старший Винчестер не упустил возможности поймать язык Сэма, вытягивая его в рот для короткого, но грязного поцелуя. Дин выгнулся, подставляясь под его ладони и предвкушая, что будет дальше.       — Я и так твой, — прошептал он в губы брата и еще сильнее пачкая свое лицо. — Но нам с тобой нужно кое-что еще.       Быстрым движением Дин вывернулся из рук Сэма, соскальзывая с его коленей и оказываясь на ногах. Посмотрев на брата все еще черными глазами, он хитро улыбнулся и направился к своей кровати, где оставил сумку, нисколько не стесняясь своей наготы. Даже больше — он откровенно соблазнял, зная, какое впечатление производит своим видом. Сэм не сводил глаз с красивого тела брата, не сомневаясь, что тот специально красуется перед ним. Причем неизвестно, что именно в данную минуту говорило в Дине, его демоническая или человеческая сторона. Даже будучи человеком, старший Винчестер никогда не упускал возможности привлечь к себе внимание подобным образом. Сэму нравилось в нем буквально все, казалось, его брат был просто идеально сложен, и с годами он становился лишь краше. Дин и в юности был необычайно привлекателен, но зрелость раскрывала его с новой, не менее прекрасной стороны.       — Поторопись, иначе начну без тебя, — шутливо произнес Сэм, все так же любуясь телом брата и невольно касаясь своего члена рукой. Дин обернулся и прищурил глаза.       — Прекрати, — прорычал он, скалясь и тут же нагло улыбаясь. — Иначе будешь дрочить, пока я на тебя смотрю.       Сэм обессилено простонал и нехотя отпустил член, напоследок надавив на влажную головку большим пальцем. От такого легкого движения на кончике вновь заблестела смазка, и младший Винчестер выпустил ленивый вздох, словно ему надоело с этим бороться. А соблазн продолжить был, и еще какой. Доставая тюбик, Дин для пущей зрелищности наклонился, демонстрируя брату себя во всей красе. Сэм закусил губу, с трудом преодолев желание подойти к нему и взять прямо так, прижав к стене. Эта мысль была такой неправильной, что заставила его покраснеть и отвернуться. Кровь Дина будто бы разгоняла его собственную, пробуждала в нем какие-то низменные инстинкты.       Смазка нашлась быстро, специально лежащая в отдельном кармане сумки на такие случаи: Дин был предусмотрительным, когда дело касалось секса. Обратное расстояние до кровати он преодолел в одно мгновение, быстрым и бесшумным движением, как хищник. Старший Винчестер вновь оседлал бедра Сэма, притерся к нему обнаженной грудью, прижимая к его горячей коже прохладный тюбик со смазкой.       — Я уже соскучился, — игриво промурлыкал младший, отбирая у Дина тюбик и откручивая крышечку. Холодный гель неприятно уколол подушечки пальцев, но быстро поглощал тепло горячего тела Сэма.       Дин с ухмылкой смотрел на покрасневшие щеки брата, понимая, чем вызвана такая реакция.       — Я хочу тебя, Сэм, — низким и сексуальным голосом прорычал старший Винчестер, подаваясь вперед и касаясь губами его уха. — Всегда хотел. Давай, не тяни.       Дин ерзал на коленях Сэма, потираясь о его твердый живот членом и пачкая кожу смазкой. Ему не терпелось получить удовольствие, получить брата. Демоническая форма только усиливала все ощущения, распаляя желание и страсть, когда старший спал с девушками за время его тура по барам. Но Сэм был особенным, он всегда вызывал совершенно иные ощущения и чувства, и Дину хотелось знать, насколько хорошо ему будет сейчас.       — Тянуть придется, — усмехнулся Сэм, тяжело выдыхая, когда член брата проходился по его собственному и щекотал живот. — Точнее, растягивать. Но тебе понравится.       Дин хрипло рассмеялся, царапая зубами ухо брата и покусывая его мочку.       — Крадешь мои шуточки, братец? — ухмыльнулся он.       — Мы просто думаем одинаково, — ответил Сэм, слегка прикрывая глаза от наслаждения. Дин покусывал его мочку, а его член оказался зажатым между их телами, и младший Винчестер вздрагивал от приятного трения. Он откинул тюбик, но недалеко, чтобы в любой момент можно было до него дотянуться, и скользнул чистой рукой на поясницу Дина. Тело слегка прогнулось в ответ на ласку, но Сэму было недостаточно. Он надавил на спину, заставляя прижаться еще ближе и подставиться под удобным ракурсом. Туда сразу же скользнули влажные пальцы, дразняще потирая ложбинку между ягодицами. Младший Винчестер возбужденно вздохнул, прижимаясь подбородком к плечу Дина и снова бросая взгляд на зеркало. Не удержался и толкнулся пальцем в сжатые мышцы, наблюдая за реакцией тела в отражении. Прохладное ощущение между ягодиц вызывало сладкую дрожь предвкушения, а давление на мышцы сорвало с губ Дина нетерпеливый стон. Он впился руками в плечи брата, подаваясь навстречу длинным пальцам, чтобы насадиться на них.       Стон прозвучал совсем рядом с его ухом, и Сэм напряг бедра, пытаясь сдержать новую волну возбуждения. Он боялся, что снова не выдержит и кончит раньше положенного — с Дином такой риск существовал постоянно. Сэм чувствовал его нетерпение, брат так старался опуститься ниже, но мышцы все еще не желали принимать его палец. Он слизнул засохшую кровь с плеча и сладко зашептал:       — Дин, не торопись. Ты слишком зажат, — Сэм нежно поцеловал его в затягивающуюся рану на шее. — Расслабься, иначе твой младший брат не сможет тебя трахнуть.       Дин низко зарычал от неудовлетворенности, кусая ухо брата и чувствуя дрожь от прикосновения к ране на шее. Он ерзал на коленях Сэма, потираясь членом о его живот, чувствуя его пальцы между ягодиц и желая большего.       — Я не хочу больше ждать, — рокочущим от возбуждения голосом проговорил старший Винчестер, спускаясь кусачими поцелуями по шее брата и оставляя свои собственные отметины. — Я хочу тебя. Я не хрустальный, трахни уже меня, или я трахну тебя.       Несдержанность брата пугала и заводила одновременно. Демоническое нутро все же взяло верх, и в голове Сэма промелькнула предательская мысль, что он не справится с непомерными аппетитами Дина. Но он почти сразу взял себя в руки: брат как зверь учуял бы его растерянность и страх, что в такой ситуации было опасно. Нужно играть по его правилам, проявлять властность и быть жестким.       — Раз ты так хочешь, — произнес Сэм сквозь зубы, постанывая от жадных укусов старшего, и настойчиво толкнулся пальцем внутрь горячего тела. Мышцы встретили его сопротивлением, но младший отвоевывал каждый миллиметр, скользя подушечкой по гладким стенкам. В какой-то момент они стали поддаваться легче, и палец Сэма наконец царапнул простату. Спина Дина вздрагивала с каждым толчком, и младший блуждал по ней плотоядным взглядом.       Дин хрипло застонал, наконец-то чувствуя, как длинный палец брата раздвигает тугие мышцы, вызывая знакомое чувство заполненности. Он запрокинул голову, подаваясь навстречу проникновению, чтобы шершавая подушечка снова прошлась по простате, заставляя тело звенеть от возбуждения и напряжения.       — Ведь можешь, когда надо, Сэмми, — усмехнулся старший Винчестер и посмотрел на Сэма черными глазами, кусая губы и плавно покачивая бедрами. Почему-то это движение заводило похлеще, чем стоны. Сэм снова уткнулся в плечо брата, ерзая на постели в ответ и представляя, что они уже занимаются сексом. Ощущение было настолько красочным, что он возбужденно промычал и прикрыл глаза, чувствуя, как эта невинная фантазия распространяет по телу дрожь.       — Какой же ты ненасытный, Дин, — Сэм вновь посмотрел на брата из-под опущенных ресниц, встречаясь со взглядом его черных глаз — похоже, тому действительно нравилось. Младший с радостью давал ему то, чего тот хотел, попеременно вытаскивал палец и загонял обратно, ударяясь о простату. Дин двигался навстречу пальцу брата, сжимая его, чувствуя, как он туго ходит внутри. У него так давно не было секса, что мышцы расступались с усилием, вызывая тянущее чувство, которое только сильнее возбуждало.       — Ты не представляешь, насколько, — простонал он, опуская голову и шепча в губы Сэма, кусая их и проникая языком в рот в такт движениям его пальца.       Отражение в зеркале рисовало красивый изгиб поясницы брата, и Сэм провел по ней ладонью, собирая капельки пота. Дин жадно толкался навстречу его пальцу, и младший Винчестер вдруг понял, что тот действительно истосковался по сексу, настолько, что уже был готов на все. Удивительно, у Дина были все возможности уйти из бункера и утолить свой голод, но он не воспользовался ни одной из них. В глубине души Сэм надеялся, что именно любовь к младшему его и останавливала.       Мысли Сэма прервал властный поцелуй, и он прикрыл глаза, позволяя языку брата скользить по его рту. Палец уже заходил полностью, лишь слегка сжимаемый стенками — это был сигнал для того, чтобы вводить второй. Младший Винчестер медленно вытащил указательный и стал дразняще вырисовывать подушечкой круги вокруг дырочки, не проникая внутрь. Дин рычал и стонал в губы брата, кусая их, жадно вылизывая его рот в диком поцелуе. Он льнул навстречу прикосновениям Сэма, выгибался вслед за его рукой, соблазняя и распаляя еще сильнее. Руки старшего гладили и сжимали его плечи, скользили по груди, задевая соски и тут же щипая их.       — Дразнишься? — хрипло выдохнул Дин, оттягивая зубами губу младшего и подаваясь навстречу его скользким пальцам, желая заполучить их в себя.       Сэм приоткрыл глаза, лукаво поглядывая на брата и растягивая уголки губ в ухмылке.       — Дразнюсь. Потому что ты такой горячий, когда хочешь получить еще, — лихорадочно прошептал он сквозь поцелуй, смешивая слова с короткими стонами. Прикосновения Дина вновь отзывались пульсацией в члене, призывая поторопиться. Сэм пощекотал пальцем раздраженную кожу напоследок и надавил на кольцо мышц уже двумя, вместе с пальцами подаваясь вперед чуть ли не всем телом. Он уже так хотел почувствовать этот демонический жар изнутри, и сдерживаться было преступлением.       Дин низко застонал от удовольствия, впиваясь ногтями в грудь брата и насаживаясь на его пальцы. То чувство, как растягиваются мышцы, вызывало новые волны удовольствия, заставляя желать большего. Старший плавно двигал бедрами, чтобы с каждым движением пальцы Сэма касались простаты, пронизывая тело разрядами удовольствия.       — Как будто ты не хочешь еще, — порочным шепотом заговорил Дин, глядя из-под ресниц на брата и многозначительно ухмыляясь. — Я чувствую твое желание, Сэмми, от тебя пахнет похотью.       Сэм рвано простонал, чувствуя, как ногти брата больно впиваются в кожу. Но боль быстро вытеснило удовольствие от того, насколько плавными и красивыми были их неторопливые движения. Он видел их в зеркале и возбужденно облизывал губы, покачиваясь в такт с бедрами Дина. Тот специально насаживался глубже, и Сэм послушно толкался ему в простату, слушая стоны брата рядом с ухом.       — Еще как хочу, — хрипло отозвался младший, не узнав свой голос. — Хочу, чтобы ты принял в себя мой член. Но ты такой тугой, черт возьми.       Сэм нетерпеливо прорычал и развел пальцы в стороны, как раз в тот момент, когда брат опустился ниже. Дин чувствовал, как от хриплого и сексуального голоса Сэма по телу бегут мурашки вместе с дрожью от каждого прикосновения к простате. Он тяжело дышал, постоянно облизывая и кусая губы, чувствуя, что ему мало пальцев. Он уже был достаточно готов, чтобы принять в себя его член.       — Надоело ждать, — прорычал старший Винчестер, выкручиваясь из рук Сэма, снимаясь с его пальцев и вновь ловко разворачиваясь к нему спиной. — Снова оставил все веселье себе.       Дин с наслаждением рассматривал их совместное отражение, их безумные от возбуждения взгляды, влажные от пота и разгоряченные тела. Член брата плотно прижимался к ягодицам старшего, и тот не упустил возможности потереться о него, наблюдая в зеркале, как Сэма пробивает дрожь возбуждения.       Для демона Дин был слишком терпелив. И все же, когда испытываемых ощущений уже было мало, он стал дергаться и извиваться в объятиях Сэма, и младший уже не мог его удержать. Да и не особо хотелось; Сэм точно так же умирал от желания войти в его податливое тело. Теперь он ощущал грудью горячую спину брата и видел лишь его затылок, но это было неважно: все самое интересное происходило в зеркале. Младший Винчестер подался вперед и прижался губами к плечу Дина, не сводя глаз с его ухмылки в отражении. Сэм царапнул его кожу зубами, поддевая засохшую кровь; черт, он хотел еще, и, казалось, эта жажда не пройдет никогда. Одной рукой он скользнул по ребрам брата, спускаясь вниз, к его возбужденному члену.       — Я тоже уже не могу ждать, Дин, — Сэм дернул бедрами, нетерпеливо скользя своим влажным членом по ложбинке между ягодицами. — Этот месяц без тебя был настоящим мучением.       Дин закинул руку назад, обнимая брата за шею, стискивая в пальцах влажные от пота волосы и нетерпеливо дергая за них. Сэм сглотнул, наблюдая, как вслед за рукой брата тянутся мышцы его пресса. Это было невероятно красивое зрелище, которое тут же вызвало желание провести ладонью вдоль его раскрытого бока. Младший Винчестер тихо простонал, поглаживая влажную от пота кожу и вжимаясь в Дина грудью.       — Тогда трахни, не тяни, — рыкнул тот, чувствуя, как горячий и твердый член Сэма скользит по раскрытой чувствительной дырке. — Возьми уже свое.       Старший Винчестер сбивчиво дышал, выгибаясь на коленях брата, следя в зеркале за его движениями, предвкушая удовольствие. Вместе они выглядели прекрасно, как произведение искусства какого-нибудь древнегреческого скульптора, сочетая в себе пошлость и эстетичность. Дин не мог оторвать взгляда, возбуждаясь от этого и еще сильнее выставляясь напоказ.       Голос брата подстегивал к действию, заставляя Сэма буквально вбиваться между его ягодиц. Он крепко стиснул зубы и на мгновение отстранился, пытаясь нащупать тюбик смазки на кровати. Быстро выкрутив крышечку и даже не потрудившись закрыть после использования, Сэм растер прохладную жидкость по своему и так влажному члену, коротко вздохнув от разницы температур. Липкая ладонь скользнула на задницу Дина, подталкивая его привстать, пока вторая направляла член в узкий проход.       — Давай, Дин, помоги мне, — требовательно произнес Сэм, с натужным стоном пытаясь вогнать в него головку.       Дин нетерпеливо заерзал, кусая губы и сильнее цепляясь за волосы брата. Он напряг бедра, приподнимаясь, потираясь о скользкую от смазки головку члена и тут же насаживаясь на нее. Тугие мышцы приятно разошлись от давления, пропуская твердую плоть внутрь, заставляя вспоминать уже подзабытые ощущения.       — Да, вот так, Сэмми, — на грани стона прорычал старший Винчестер. Он плавно опускался на член Сэма, ощущая, как он заполняет его, прижимается к чувствительной простате и заставляет дрожать одновременно от напряжения и удовольствия.       Стоило брату сесть ниже, вобрать в себя чувствительную головку, как с уст Сэма сорвался похотливый стон. Бедра сами собой качнулись вперед, потянулись за удовольствием, которое было скрыто за каждым последующим толчком. Сначала Дин закрывал собой вид на зеркало, но потом откинул голову на плечо, и Сэм прижался щекой к его лицу, желая показать, что им движет не только страсть, но и любовь.       Это было то, чего ему так не хватало. Не только физическая, но и эмоциональная разрядка. Работа, поиски Дина, а затем безнадежные попытки вернуть своего брата вымотали Сэма до нитки, и теперь он мог наконец-то расслабиться. Ему больше не нужно было возвращать брата: он был рядом, и через пару мгновений они снова станут единым целым. Сэм чувствовал, как тело Дина дрожало от удовольствия, и эта дрожь передавалась ему. Он нетерпеливо подался навстречу движению старшего и вошел полностью с протяжным стоном.       Дин томно застонал, когда член брата въехал в его тело, заполняя до конца и растягивая мышцы. Старший Винчестер скользил взглядом по отражению, сильнее прогибаясь и чувствуя, как на него накатывает возбуждение.       — Как мне этого не хватало, — простонал он, слегка поворачивая голову, чтобы потереться о щеку Сэма. — Хочу тебя, брат.       Вид открытого и горячего тела соблазнял через отражение, и Сэм с нажимом проводил по нему руками, лаская соски и спускаясь к напряженным бедрам. Это вызывало какой-то дикий восторг: рыцарь ада позволял ему — только ему и никому другому — видеть себя таким уязвимым. Шея брата так и дразнила выступающей веной, но младший Винчестер сдерживался; пусть Дин привыкнет к ощущениям.       — Ну же, Дин, скажи, как сильно ты меня хочешь, — шептал Сэм, выцеловывая его линию челюсти. Он размеренно толкался в тугие мышцы, прижимаясь к Дину всем телом, пытаясь быть еще ближе. — Сделай приятное своему младшему брату. Я же знаю, каким разговорчивым ты становишься в такие моменты.       Дин улыбнулся, обнажая зубы. Он подставлял подбородок и шею под поцелуи, ощутимо дергая брата за волосы у самой шеи. Его собственная отросшая челка падала на лоб, щекоча кожу. Сэм сводил Дина с ума, касался самых чувствительных мест, ласкал красиво изогнувшееся тело.       — Давай, Сэмми, трахни меня, — застонал старший, глядя в зеркало и плавно, но быстро двигая бедрами, чтобы с каждым разом насаживаться на твердую плоть. — Только посмотри, как твой член входит в меня. От одного только вида можно кончить, что уж говорить об ощущениях. Ты ведь знаешь, как это приятно, когда в тебе двигается такой большой член.       С каждым новым словом по коже пробегала волна мурашек; сначала Сэм стонал сквозь стиснутые зубы, но затем расслабился, не стесняясь быть громким. Благо, мотель не пользовался популярностью, и за стенкой никто не мог их услышать, но даже если бы и мог — они оба слишком истосковались друг по другу. Когда Дин закончил говорить, младший Винчестер усмехнулся, чувствуя, как жар прилил к щекам. Брат умел завести одними лишь словами.       — А тебе мало? — хрипло поинтересовался Сэм, прижимаясь к его коже на шее и дразняще оттягивая ее зубами. — Хочешь еще? — он грубо подался вперед, чувствуя, как стенки натужно трутся о его твердый член. Кровать начала заметно скрипеть в унисон с их движениями, но этот звук быстро растворился в стонах.       Дин охнул от резкого толчка, царапая ногтями шею брата и выстанывая его имя. Стоны Сэма у самого уха вызывали дрожь, заставляли чувствовать гордость за то, что он может довести своего скромного брата до такого состояния, когда он забывал, что их могут услышать. Старший Винчестер подался бедрами навстречу проникновению, усиливая движение, чувствуя, как член Сэма входит глубоко в его тело, задевая простату. Его собственный возбужденный член тяжело покачивался от каждого движения, вызывая новые ощущения, заставляя капать смазкой.       — Мне всегда мало, — низким, рычащим голосом заговорил Дин, не переставая двигаться. — Хочу все, что ты захочешь мне дать, хочу тебя.       Толчки Сэма стали резче и глубже, тело будто работало автономно, инстинктивно удовлетворяя свои потребности. Рука, блуждавшая по мышцам брата, спустилась к его члену, и Сэм с изумленным вздохом обнаружил, насколько там было влажно.       — А я дам тебе все, что у меня есть, не сомневайся, — его пальцы легко заскользили по смазке, поглаживая член Дина в такт с движениями их бедер. — И возьму все, что есть у тебя.       С этими словами Сэм облизнул пересохшие губы и прикусил кожу на шее брата, чувствуя, как рот снова обжигает вкус горячей крови. Боль от укуса прошила тело Дина, превращаясь в новую волну удовольствия. Горячая кровь потекла по чувствительной коже, щекоча ее и сильнее возбуждая. Он смотрел на отражение и видел, как блестят от возбуждения глаза Сэма, как тот жадно припал губами к ране и глотает кровь, как от этого внутри него дернулся член, отзывающийся на возбуждающий вкус.       — Ты только посмотри на себя, Сэмми, какой ты горячий, когда пьешь мою кровь, какой красивый, — безумно зашептал старший, толкаясь в крепкую руку брата и тут же обратно насаживаясь на его член, трахая им себя. — Тебя это так возбуждает. Наверно, ты можешь кончить только лишь от этого. Проверим потом, а, братец?       Слова брата заставили Сэма вновь посмотреть на отражение их тел, двигающихся в унисон. Тоненькая струйка крови удивительно контрастировала с бледной кожей Дина, и Сэм собрал ее пальцем, проводя по сокращающимся мышцам живота.       — Тебе ведь тоже нравится, что я пью твою кровь, не так ли, — ухмыльнулся он, слыша, как учащается его дыхание и говорить становится все труднее. — Я видел, как ты смотрел на того демона. Боялся, что я не удержусь, да?       На последней фразе младший Винчестер толкнулся сильнее, с жарким стоном проезжаясь по простате Дина. Влажные тела липли друг к другу, как два идеально подходящих кусочка одной мозаики. Сэм демонстративно облизнул кровавый палец, наблюдая за реакцией брата.       — Я бы не выпил чужой крови, Дин. Больше никогда. Я доверяю только тебе.       Дин стонал и рычал от удовольствия, глядя, как палец брата исчезает между его губами, вновь вызывая желание ощутить жаркую влажность его рта на своем члене.       — Если бы ты выпил кровь этого демона, то я бы его разорвал голыми руками, — низким угрожающим голосом проговорил Дин, тут же рыча, когда член младшего толкнулся в простату. — Тебе никто не нужен, потому что я дам тебе все, что ты захочешь.       Сэм слизнул сочащуюся кровь с раны брата, стоном отвечая на его рычания. Дин был истинным зверем, диким, неукротимым, и это лишь больше разжигало в младшем желание овладеть им полностью.       — Мне никто не нужен, — повторил он вслед за старшим. — Я хочу только тебя.       — Ты мой, Сэм, — простонал Дин, напрягаясь всем телом от удовольствия и сильнее вдавливая затылок в плечо брата, открывая ему доступ к своей шее. — Только мой.       На кровати было неудобно. Сэму хотелось иметь больше свободы в движениях, а не сковываться телом брата. Поэтому он толкнулся в Дина еще раз, прежде чем аккуратно сполз с ним на пол, придерживая руками. Возможно, тот не ожидал, что им придется сменить плоскость, а Сэму было плевать на натертые колени. Зато теперь он мог двигаться под другим углом, увеличивая амплитуду.       В новой позе член брата еще сильнее задевал чувствительную простату, заставляя несдержанно стонать и подаваться назад. Дин сильнее прогнулся в пояснице, раскрываясь, давая Сэму проникнуть в него глубже. Их отражение, нисколько не скрывающее бесстыдную позу, возбуждало, и старший не мог оторвать от него взгляда, любуясь их общей страстью. Сильнее обвив шею брата одной рукой, второй он скользнул по своему напряженному животу, ведя ладонью вниз и обхватывая тяжело покачивающийся от движений член, плавно, но быстро толкаясь в кулак и одновременно насаживаясь на растягивающий его член Сэма. Это зрелище было настолько возбуждающим, что Сэм уже не мог смотреть — но взгляд так и норовил пробежаться по вздымающейся груди брата. Он видел, как ходят мышцы под его ладонью, что будто специально привлекала к себе внимание младшего, поглаживая живот и медленно спускаясь к члену. Сэм следил за ней, облизывая губы, чувствуя на них вкус свежей крови и содрогаясь от каждого развязного стона, срывающегося с уст Дина. Его собственные ладони скользили вслед за рукой брата, с нажимом проходясь по соблазнительным изгибам тела.       — Ты просто дьявольски красив, — прошептал Сэм ему в шею, слизнув образовавшуюся струйку крови. — Неудивительно, что ты стал демоном.       Его бедра покачивались в такт с учащенным дыханием, и каждый толчок дрожью распространялся по телу, заставлял слегка откидывать голову — полностью откинуть не давала рука Дина, что обнимала его за шею.       Дин самодовольно усмехнулся, томно улыбаясь и в подтверждение слов брата ловя его взгляд в отражении черными глазами. Он вновь плавно выгнулся, насаживаясь на член Сэма и проходясь ладонью по своей чувствительной головке, отпуская полный удовольствия стон.       — Теперь станет еще сложнее отказать старшему брату? — горячо прошептал Дин, соблазнительно скользя языком по губам и дразня брата словами и действиями. — Тебе и раньше было непросто устоять перед моей красотой. Давай, Сэмми, признайся, каких сил тебе стоило сдерживаться, пока мы жили эти дни в бункере.       Сэм переводил взгляд с черных глаз Дина на сжатый в его руке член, не зная, что заводит его больше. Брат соблазнял его всеми возможными способами даже тогда, когда, казалось, еще чуть-чуть — и он испытает вторую волну оргазма. С каждым толчком Сэм хотел Дина все больше. Он подавался вслед за телом старшего, заполняя своим телом пробелы между ними, чувствуя, как некогда тугое кольцо мышц становится податливым. Внутри было влажно и горячо, смазка бесстыдно вытекала, когда Сэм вытаскивал свой член и снова входил с хлюпающим звуком.       Старший Винчестер еще сильнее двинул бедрами, вскрикивая от удовольствия, когда член Сэма резко прошелся по простате, проникая глубоко по самые яйца. Он вцепился короткими ногтями в шею Сэма, выгибаясь от удовольствия и сильнее прижимаясь спиной к груди брата. Его крик заставил младшего простонать ему в плечо и ускорить темп, желая услышать еще.       — Я пытался не думать о тебе, но ты сводил меня с ума, — прошипел Сэм, слегка вздрогнув от боли в шее. — Зато теперь я могу отыграться сполна.       Он усмехнулся и снова припал к открытой ране, с жадностью глотая кровь. Горячие губы и влажный язык заводили Дина еще сильнее, заставляя член вздрагивать в собственной руке, пачкая ее смазкой, отчего головка легче скользила в ладони.       — Не ты один собираешься отыгрываться. Я хотел тебя все время, — низко стонал старший, сильнее прижимая Сэма к своей шее и царапая нежную кожу. — Я так хотел тебя. Соскучился по твоей тесной заднице, по твоему члену и этому горячему рту. Хочу все это, мне мало.       Дин горячо шептал, слушая звуки их безумной любви, ставшей музыкой для ушей. Стоны брата, звуки трения их тел и скользкой смазки возбуждали, заставляли двигаться быстрее, резче в погоне за чистым удовольствием. Его движения стали более хаотичными, жадными, он смотрел в зеркало и восхищался их синхронностью и слаженностью, как будто не было месяца разлуки — их тела помнили, как нужно правильно.       Увлеченный своим греховным пристрастием Сэм боялся, что его глаза почернеют так же, как глаза брата, но в отражении он видел все ту же привычную зелень, разве что подернутую томной поволокой. Кровь Дина обжигала горло, и Сэму казалось, что с каждым глотком его тело наполняется неиссякаемой энергией и начинает работать совсем по другим законам. В этот момент он чувствовал, как связь между ним и Дином крепнет, и дело было вовсе не в сексе. Кровь будто помогала Сэму лучше понимать брата в физическом плане, ощущать то же, что ощущал он.       — И оно все твое, Дин, — прохрипел он в ответ, протягивая имя старшего и толкаясь навстречу его жадным движениям. Казалось, еще немного, и Сэм больше не сможет устоять на ногах. Ему хотелось навалиться на брата еще сильнее, прижать его к полу и двигаться в нем, насколько хватит сил.       — Ты только мой, Сэм, — простонал Дин, резкими движениями насаживаясь на член брата, принимая его в себя и чувствуя, как сокращаются мышцы от каждого прикосновения к простате. — Никто не посмеет отобрать тебя у меня.       Старший Винчестер жадно скользил взглядом по окровавленной шее, по испачканным губам Сэма, жадно пьющего кровь. Их взгляды, полные безумной страсти, встречались в отражении, посылая по телу горячие импульсы желания. Они трахались так, будто это их последний раз, но они просто соскучились по близости. Дин дрожал от переполняющего его возбуждения, стискивал в себе плоть Сэма, толкался в плотно сжатый кулак и чувствовал, как приятно скользит в нем толстый и горячий член. Он готов был кончить в любую секунду, насладиться оргазмом сполна и окончательно поддаться удовольствию.       Сэм уже давно не испытывал такого наслаждения и не хотел, чтобы оно заканчивалось. Вкус крови на языке, резкие и хаотичные толчки навстречу друг другу, отражение черных глаз брата в зеркале — все это лишь усиливало нежелание останавливаться. Но и сдерживаться он тоже не мог. Он толкнулся еще несколько раз, настойчиво и агрессивно, понимая, что больше не выдержит и собираясь урвать напоследок еще немного удовольствия. С резким и неожиданно громким стоном он выгнулся, чувствуя, как тело обдает крупной дрожью и как его горячая сперма заполняет тесное пространство вокруг члена.       — Боже, Дин, — прошептал он и обмяк, силы вмиг покинули его ноги, и он стал оседать на пол, увлекая за собой старшего. Стон Сэма прошил тело волной дрожи, его сперма как будто обжигала изнутри, заставляя Дина выгибаться от возбуждающих ощущений.       — Да, Сэмми, кончай для меня, — застонал он, жадно рассматривая в зеркале искаженное удовольствием лицо младшего и впитывая каждую его черту. — Покажи мне, как тебе хорошо.       Старший Винчестер оседал на пол вместе с братом, чувствуя, как его постепенно обмякающий член глубоко проникает в него под новым углом, как капли спермы просачиваются наружу, пачкая ягодицы. Дин низко зарычал, запрокидывая голову и жмуря глаза, и быстро задвигал рукой на жаждущем разрядки члене. Ему оставалось недолго, его пальцы на ногах подгибались, а чувствительные стенки пульсирующе сжимались, будто в попытке удержать в себе член Сэма. С нажимом проведя от самой головки до основания, Дин задрожал от долгожданного оргазма, позволяя бесстыдно долгому стону сорваться с его губ.       Сэм ласкал его дрожащее тело руками, собирая языком пот и кровавые капли. В зеркале отражался обезумевший от наслаждения взгляд брата, и младший Винчестер довольно улыбнулся. Кадык на шее Дина соблазнительно бегал вверх-вниз, и Сэм не удержался, скользнул пальцами по горлу брата, чувствуя кипящую демоническую мощь под кожей.       — Какой ты жадный, даже после оргазма в тебе еще столько страсти, — притираясь носом к щеке, прошептал Сэм. Вторая ладонь прошлась по вздымающейся груди Дина и легла на его влажный член, вытесняя чужую руку и заставляя разжать пальцы. На полу блестела тонкая струйка его спермы, и младший Винчестер охнул от осознания, что эта пошлость возбуждает. Дин ловил губами воздух, чувствуя ладонь брата на своем горле и доверчиво подставляясь под нее.       — О, Сэмми, придется тебе привыкнуть к этому, — хрипло усмехнулся старший, облизывая губы. — У меня больше нет желания сдерживаться.       Он закинул обе руки назад, обнимая Сэма за шею и выгибаясь в соблазнительном движении, чтобы брат смог лучше рассмотреть результаты своих трудов. Дин томно улыбнулся отражению младшего в зеркале, чуть поворачивая голову, чтобы их губы оказались достаточно близко для поцелуя. Сэм скользил взглядом по красивому изгибу тела в отражении, думая о том, что это все принадлежит лишь ему. Только он мог видеть совершенно другую сторону рыцаря ада, недоступную обычным смертным. Младший Винчестер был уверен, что даже с девушками в тех шумных дешевых кабаках Дин не позволял себе того, чем они занимались сейчас. Да, страсти и желания старшему Винчестеру было не занимать, но здесь главную роль играло нечто другое. За фасадом пошлости скрывалось кое-что более глубокое, что связывало их с самого детства и чего уж точно никогда не будет у официанток из придорожных кафе. И Сэм понимал, что даже будучи демоном, Дин это чувствует.       Младший Винчестер переместил ладонь с шеи на затылок, притягивая брата к себе и прижимаясь губами к его губам. В поцелуй примешивался вкус крови, и Сэм воспринимал это как игру, стараясь сделать так, чтобы Дин тоже ее попробовал. Тот моментально откликнулся на поцелуй, будто они не целовались вечность. Вкус крови только добавлял пикантности, заставляя жадно вылизывать рот брата, сталкиваясь с ним языками. Старший Винчестер тяжело дышал, чувствуя их особую связь, сильнее крепнущую с каждым ударом сердца, с каждым глотком крови, который сделал Сэм. Они и раньше зависели друг от друга, а теперь их зависимость вышла на новый уровень.       — Я так люблю тебя, — прошептал Дин в губы брата, запуская пальцы в его волосы и нежно их перебирая. — Так сильно, что убью любого, кто попробует тебя у меня отобрать.       Сэм крепче сжал в руке член брата, что уже терял свою упругость, но все еще приятно скользил в ладони, будто пытаясь выдавить все до последней капли. Это никак не мешало самозабвенно отвечать на поцелуй, моментально ставший жадным.       — Я знаю, — выдохнул в ответ Сэм, выпуская губу старшего. — Я тоже люблю тебя, — а затем лукаво усмехнулся, — но на сегодня хватит крови.       Заявление Дина слегка пугало младшего своей жестокостью, заставляя вспомнить, что перед ним уже не человек. Но Сэм понимал, что таким образом, пусть и чудовищным, Дин пытался показать свою нежность.       Старший Винчестер вздрагивал от прикосновений к члену, сбивчиво выдыхая в губы брата. Ему хотелось уже нормально его обнять, поцеловать, не поворачивая голову в неудобной позе. Он плавно скользнул ладонями по рукам Сэма, отстраняя их, чтобы приподняться на коленях. Мягкий член с легкостью выскользнул из его тела, заставляя тихо застонать от ощущения пустоты. Дин ловко развернулся лицом к Сэму, тут же обнимая его за шею и запуская пальцы во влажные от пота волосы, целуя его снова, чтобы насладиться им сполна. Он чувствовал, как по бедрам щекотно бегут капли спермы, заставляя прикусывать губы младшего.       — И я бы вернулся на кровать, — усмехнулся Дин, оттягивая зубами нижнюю губу Сэма и ухмыляясь. — Пусть я и стал демоном, но комфорт мне все еще нравится. К тому же ты так красиво смотришься в смятой постели.       Сэм вновь обхватил его руками, крепко сжимая бедра и наверняка оставляя на них следы от цепких пальцев. Брат ерзал между ног младшего, пачкая спермой его живот, и от этих ощущений Сэм тихо постанывал Дину в губы.       — Не насмотрелся? — игриво спросил он. Предложение брата он оспаривать не стал, самому не терпелось перебраться на мягкое. Погладив его поясницу, он спустился руками вниз, надавливая и побуждая Дина встать. Тот плавно поднялся на ноги, скользя ладонями по плечам брата, чтобы продлить прикосновение. Он посмотрел на него лукавым взглядом сверху-вниз, довольно облизывая губы и гладя пальцами волосы Сэма. Сжав гладкие пряди, старший Винчестер потянул их за собой, чтобы брат последовал за ним.       — На тебя невозможно насмотреться сполна, — усмехнулся он, подаваясь навстречу рукам Сэма и довольно улыбаясь. — Давай, идем уже.       Дин скользнул на кровать, усаживаясь на ней среди разворошенных простыней и потягиваясь всем телом, чтобы младший ускорил принятие своего решения и наконец-то присоединился к нему в мягкой постели. Даже после всего, что произошло, он будто продолжал соблазнять: впрочем, на то он и демон. Сэм даже не сомневался, что тот ни капли не устал и даже готов был продолжить, но младший Винчестер такой выносливостью похвастаться не мог. Человеческая природа тут же дала о себе знать навалившейся слабостью. Все же день был безумно тяжелым и долгим, и, возможно, лишь демонская кровь не давала ему сейчас рухнуть на пол от бессилия.       Сэм скользнул взглядом по красивой обнаженной фигуре брата и поднялся за ним следом, не желая, чтобы все его тепло досталось постели. Кровать вновь прогнулась под ними, как и тело Дина, что отозвалось на ласку, стоило Сэму провести по нему ладонью.       — Я был таким дураком, — усмехнулся младший Винчестер, гладя перекатывающиеся мышцы. — Прости меня.       Дин тут же прижался к брату, обвивая его талию и обнимая, чтобы быть как можно ближе. Его глаза уже успели вернуть свой прежний цвет, и теперь он нежно смотрел из-под ресниц на уставшего после их вылазки и бешеного секса Сэма.       — Мы с тобой никак не можем научиться на ошибках друг друга, постоянно наступая на одни и те же грабли, — хмыкнул Дин, плавно скользя ладонью вдоль позвоночника брата.       Сэм вновь утонул в омуте родных зеленых глаз, что отливали каким-то демоническим озорством.       — Но все же мы смогли разорвать этот порочный круг. И я рад, что у нас получилось. Потому что… ты же знаешь, что я не смогу оставить тебя, — Сэм улыбнулся, вздрогнув от прикосновения широкой руки. — И если ты выбрал такой путь, что ж, я буду с тобой.       Он поднял ладонь и провел пальцами по взмокшим волосам брата, что отдельными прядками спадали ему на лоб. Это было прекрасное и все еще соблазнительное зрелище, и Сэм довольно вздохнул, наслаждаясь этой томной красотой. Дин улыбнулся, чувствуя приятное прикосновение к волосам и нежно глядя на брата. Он любил его всей своей демонической любовью, и она не стала ни на каплю меньше, чем была до этого.       — В этом есть свои плюсы, — отозвался старший, лаская спину Сэма, поглаживая соблазнительные ямочки на его пояснице. — Мне можно не бояться, что меня убьют на охоте, например.       Последние слова брата заставили Сэма удивленно изогнуть бровь и слегка улыбнуться.       — На охоте? Ты правда этого хочешь? — он провел большим пальцем за ухом Дина, зная, что это его чувствительное место. Тело окутывала приятная расслабляющая нега, которую подпитывали поглаживания руки старшего. Сэм подставлялся под его ласки, что уже не были такими же страстными, как во время прелюдии, наоборот, они успокаивали своей нежностью, и это было так странно. Тот демон, преследующий его в коридорах бункера, исчез, и теперь рядом с ним снова лежал его брат, Дин Винчестер, лучший в мире охотник.       Дин прикрыл глаза, выгибая шею, чтобы брат еще гладил его за ухом. От приятных прикосновений хотелось мурлыкать и подставляться еще.       — Мы всю жизнь охотились, чем нам еще заниматься? — удивился вопросу Сэма старший Винчестер, так и не открывая глаз, в его голосе прорезались урчащие нотки. — По-моему, сегодня у нас с тобой неплохо вышло разобраться с делом.       Сэм послушно чесал подставленную ему шею, с улыбкой наблюдая за тем, как Дин прикрывает глаза от удовольствия. Он не мог поверить, что брат действительно был готов продолжать их семейное дело, несмотря на то бремя, что ему досталось. С его мощью можно было бы подчинить себе весь ад, но Дин предпочел остаться с Сэмом и охотиться, как в старые добрые времена.       — Надеюсь, после такого разгрома Кроули поймет, что с нами не получится играть по его правилам, — прошептал Сэм, обнимая брата за голову и прижимая его к себе. Старший Винчестер довольно ухмыльнулся, подаваясь вперед и утыкаясь носом в его шею. Он вдохнул его запах, такой родной и знакомый, все еще с примесью секса, потираясь кончиком носа о чувствительную кожу его горла. Сэм коснулся губами его влажного лба, чувствуя умиротворение.       — Он однозначно станет осторожнее и еще больше заляжет на дно, — хмыкнул Дин, чувствуя, как складки между бровей сами собой разглаживаются от поцелуя Сэма. — Выманить его будет нелегко.       Дин говорил куда-то в ямочку между ключицами брата, тут же целуя облюбованное местечко. Его руки плавно скользили по спине Сэма, чувствуя, как его мышцы расслабляются с каждым движением. Сэм тихо вздыхал, прижимаясь к Дину всем телом. Тот был прав, если Кроули и раньше опасался Винчестеров, то теперь их дуэт нес в себе угрозу посерьезнее. У Кроули был лишь один козырь, который позволял ему продержаться еще какое-то время — это первый клинок, но как только он окажется в руках Дина, его партия будет проиграна.       — До тех пор, пока нам не хватит сил, чтобы собственнолично заявиться в ад. — Дин поднял голову, чтобы встретиться взглядом с младшим, кровожадно сверкнув глазами.       Сэм усмехнулся, видя в них задорный блеск.       — Мне нравится твой настрой, — он нежно обхватил щеку старшего, придерживая нижней частью ладони за подбородок. Эти припухшие приоткрытые губы так и напрашивались на поцелуй, и младший Винчестер мягко коснулся их, раскрывая еще больше.       — Пора поставить этого сукина сына на место, — усмехнулся в ответ Дин, довольно облизываясь и касаясь языком губ брата. Его тонкие губы, все еще хранившие вкус крови, касались его собственных, и старший Винчестер не хотел сопротивляться поцелую. Он сам приоткрыл рот, обхватывая губы Сэма, сталкиваясь с ним языками и в одно мгновение делая поцелуй глубоким. Дин теснее прижался к младшему, прильнув всем телом, чтобы касаться его везде. Его ладонь легла у самого изгиба ягодиц, легко поглаживая и дразня. С тихим стоном Сэм пропустил язык Дина в свой рот, чувствуя, как тело вновь пробивает мелкой приятной дрожью. Даже после такого горячего секса ему все равно было мало, и он пытался наверстать упущенное. Но возможности не поспевали за желаниями. Сэм действительно устал, поэтому не пытался перехватить инициативу в поцелуе. Он слегка прогнулся, подставляясь под поглаживания; в комнате было безумно жарко, их тела все еще горели, но оба льнули друг к другу, словно не замечая этого.       Дин чувствовал, как был расслаблен Сэм, как медленно и размеренно отвечал на поцелуй, прижимаясь ближе и в ответ скользя ладонями по спине. Демоническая сила в нем не знала усталости, а желание не утихало ни на мгновение, особенно после того, как старший Винчестер получил свое. Но Сэм был человеком. Пусть в нем сейчас и была его кровь, сегодня он и без того многое пережил.       — Тебе нужно отдыхать, Сэмми, — прошептал Дин, разрывая поцелуй и облизывая его влажные губы. Ладонь мягко гладила его по спине, успокаивала и слегка массировала натруженные мышцы. — Я останусь с тобой.       Сэм вспомнил, что брату не нужно было спать, но на сей раз этот факт уже не казался таким пугающим. Теперь он доверял Дину, и доверил бы ему свой сон. Он провел языком по языку старшего напоследок, зажимая губами и выпуская с легкой улыбкой.       — В такие моменты я жалею, что я всего лишь человек, — шутливо произнес Сэм, скользя взглядом по лицу брата и спускаясь на его плечо.       — Зато аппетиты у тебя нечеловеческие, — усмехнулся Дин, глядя на него сквозь ресницы и лукаво улыбаясь.       Раны от укусов уже затянулись, но засохшие следы крови следовало бы отмыть. Младший Винчестер провел по ним пальцем и попытался аккуратно счистить ногтем, но это было бессмысленно.       — Извини за это… получилось слишком грязно.       Дина нисколько не беспокоили зажившие укусы и кровь на коже, потому что они были оставлены Сэмом.       — Это заводит. Когда-нибудь я специально для тебя измажусь в крови.       Одна только мысль о том, как брат будет слизывать с него свежую кровь, возбуждала, и старший Винчестер крепче прижался к нему, хрипло выдыхая. Сэм прикусил губу, чтобы его вздох не вышел уж слишком громким. Воображение тут же принялось рисовать яркие картинки, и это отзывалось тянущей болью в паху. Младший Винчестер подогнул одну ногу и стал ерзать ею по постели, пытаясь отвлечься.       — Это ты так решил меня успокоить? — усмехнулся он, нежно почесав коротко стриженные волосы на загривке брата. Он чувствовал, что сердце Дина точно так же забилось сильнее от его собственных мыслей, и это возбуждение передавалось и Сэму — но усталость все равно побеждала в этом поединке.       Дин довольно улыбнулся, жмуря глаза от приятных прикосновений и пытаясь успокоиться. Они заражались возбуждением друг от друга, тонко чувствуя состояние, особенно после секса.       — Я же демон-искуситель, ничего не могу с этим поделать, — промурлыкал старший, больше нежно, чем ради возбуждения гладя Сэма по спине. — Но тебе и правда стоит отдохнуть.       Он потянулся вперед, мягко целуя брата в складку между задранных в ставшем уже привычном жесте бровей и разглаживая ее, чтобы Сэм расслабился окончательно. Этот поцелуй был таким нежным, будто из детства, и Сэм не понимал, как в его брате соседствовали две совершенно противоположные сущности. В любой момент та, темная, демоническая, могла оскалить зубы и наброситься, но после всего, что было, младший Винчестер знал: Дин так не поступит. Только не с ним. Сэм всегда был для него исключением, а сейчас это чувствовалось сильнее всего.       — Давно я не засыпал в твоих объятиях, — отметил он и убрал ладонь с затылка брата, собираясь укрыться одеялом. — В детстве частенько бывало. Помнишь, на заднем сидении Импалы? Ты убаюкивал меня своим пением. Ну, пытался, — Сэм не удержался и пропустил смешок. Навыки Дина оставляли желать лучшего. — Я все равно засыпал. Мне нравился твой голос.       Дин помог брату подтянуть одеяло, укрывая его и забираясь под него сам. Сейчас он на мгновение пожалел, что не спит, потому что хотел заснуть и проснуться рядом с Сэмом. Зато он мог охранять его сон, обнимая своего младшего брата.       — Я и сейчас могу тебе спеть, — усмехнулся Дин, устраиваясь удобнее под боком Сэма и глядя на него из-под ресниц. — Хотя с моим обращением в демона вокальных навыков у меня не прибавилось.       Дин пытался быть ближе к Сэму, пытался походить на человека, и младший это чувствовал. Да и, возможно, Дин не хотел терять свою человечность — это было то, что их связывало. Пока что. До тех пор, пока его кровь не превратит Сэма в нечто большее. А она уже превращала: укрывшись одеялом, младший Винчестер не заметил, что рана на его боку уже успела затянуться.       — А я бы послушал, — улыбка на его лице стала шире. Он заискивающе посмотрел на брата, безмолвно умоляя его спеть.       Дин подтянулся чуть выше, чтобы уткнуться носом за ухом Сэма. Он осторожно потерся кончиком о чувствительное место, довольно улыбаясь.       — Если после этого тебя будут мучить кошмары, то я не виноват, — пошутил старший Винчестер, усмехаясь и прикрывая глаза, чтобы лучше чувствовать близость брата. Он вздохнул, набирая в легкие воздух, и начал тихо напевать Металлику. Он не голосил и не пел слова, как в тех караоке-барах, стараясь, чтобы его голос звучал успокаивающе, принося умиротворение низким вибрирующим тембром.       Сэм усмехнулся. Кошмары мучили его каждую ночь, проведенную без брата, а потом стали явью, когда Дин снова появился в бункере. Теперь же лежать с ним рядом и слушать его голос было долгожданным облегчением. Младший Винчестер не удержался и снова скользнул ладонью к волосам брата, слегка поглаживая их в такт мелодии. Какая ирония, Дин так хотел стать рок-звездой, но лучше всего у него получалось петь колыбельные своему младшему брату, не всегда попадая в ноты, но всегда попадая в самое сердце. Сэм еще некоторое время наблюдал за движением губ Дина, за его дрожащими ресницами, а затем закрыл глаза, позволяя знакомой музыке заполнить его сознание.