Чат

Се Лянь отвлекся всего на несколько минут, а когда вновь взглянул на дисплей, рядом с беседой уже высвечивалось многообещающее трехзначное число: кто же мог написать столько за короткое время, если не сцепившиеся Му Цин с Фэн Синем? Второкурсник быстро пробежался глазами по сообщениям, не увидев никаких новых оскорблений из уст своих друзей, и хотел уже было написать что-то, как его отвлек Цинсюань: — Давно хотел спросить. Почему они постоянно ссорятся? — задав вопрос, парень откусил мороженое, и Се Лянь от одного лишь взгляда на это почувствовал, как у него заболели зубы. — Кто знает, — его голос звучал негромко, но Цинсюань все же услышал ответ и едва заметно кивнул. Он, скорее, сделал это в подтверждение каким-то своим мыслям, нежели словам Се Ляня. — Они с самого детства не могли ужиться вместе, как бы я ни старался их примирить. — Бывают случаи, когда людям просто не суждено найти общий язык. Стоило его фразе прозвучать, как открылась дверь института, и на улицу вышел мужчина в черной одежде. Всем своим видом он источал некую отрешенность и холодность, но, едва Цинсюань заметил его, на его губах появилась широкая улыбка, и он буквально вскочил на ноги, чем вызвал удивление Се Ляня. Он вопросительно взглянул на друга, и тот поспешил сказать: — Прости, но у меня появились срочные дела, никак не могу отложить на потом, — а затем всучил свое мороженое Се Ляню и пошел прямиком навстречу человеку в черном. Им был Мин И, студент четвертого курса, человек нелюдимый и замкнутый, но почему-то вызывающий у Цинсюаня сумасшедший интерес: тот, едва увидев его две недели назад в столовой, отчаянно пытался сблизиться и, судя по всему, преуспел — Мин И уже не смотрел на него с плохо скрываемым презрением, а улыбался уголками губ, стоило Цинсюаню появиться рядом. Мин И, само собой, находился в беседе, но если и писал что-то, то крайне редко и исключительно либо обращаясь к Цинсюаню, либо пытаясь прекратить вечный конфликт двух человек: его раздражали ссоры и ругань. Но сейчас ему было явно не до этого, поэтому Се Лянь, вновь оставшись в одиночестве с подтаявшим мороженым в руках, открыл беседу. И удивленно замер, заметив, что Му Цин и Фэн Синь объединились против общего врага — Хуа Чэна. Как у него за короткое время удалось настроить против себя этих двоих, для Се Ляня оставалось загадкой, поэтому он все-таки пролистал в начало и принялся читать. Однако там не было ни одного сообщения от Хуа Чэна, и единственное, что он написал, находилось ближе к концу: Хуа Чэн Вы пара? Всего два безобидных слова, а гнев у друзей Се Ляня выдался нешуточным: еще никто и никогда не говорил, что они похожи на состоящих в отношениях людей, и поэтому их реакция, как тех, кто горячо ненавидит друг друга, оказалась куда сильнее, чем можно было представить. Особенно разгневался Фэн Синь, принявшись ругаться матом — это было явлением обыденным, поэтому Се Лянь не удивился, — но вот Му Цин, поддерживающий каждое его слово и злословивший еще сильнее, заставил второкурсника удивленно распахнуть глаза. Се Лянь, проникнувшись глубоким сочувствием к явно не заслужившему всей агрессии Хуа Чэну, поспешил открыть его страницу. К его большому удивлению, на ней не было ни одной фотографии парня — только его работы; даже на аватаре у первокурсника стоял рисунок белого цветка. Се Лянь, принявшись с интересом рассматривать каждую из них, изучая даже мельчайшие детали на красивых рисунках — Хуа Чэн рисовал натюрморты и различные пейзажи: последних было в разы больше, — на секунду забыл, зачем зашел на страницу. Но уже достаточно скоро вспомнил и открыл личные сообщения с ним, чтобы объясниться за друзей: иногда ему было очень стыдно за них, и сейчас был как раз один из таких случаев.

Сяньлэ Слушай… извини за этих двоих. Я думаю, тебе не стоит говорить им подобное. Они недолюбливают друг друга и постоянно ссорятся, все уже привыкли. Мне бы не хотелось, чтобы ты стал мишенью для их ненависти

Ответ пришел почти мгновенно, будто Хуа Чэн ждал нового сообщения и уже заранее придумал, что сказать. Хуа Чэн Правда? Мне наоборот кажется, что у них любовь Сказать, что Се Лянь удивился, прочитав это — ничего не сказать. Он на секунду оторопел, задержавшись на слове «любовь». Разве это возможно?

Сяньлэ Почему ты так думаешь?

Хуа Чэн Разве гэгэ не видит? Все их ссоры высосаны из пальца. Может быть, они и ненавидят друг друга сейчас, но я сильно сомневаюсь, что так будет всегда В эту секунду пришло уведомление из беседы, и Се Лянь отвлекся на происходящее в ней, мысленно прокручивая в голове последние слова Хуа Чэна. Не пишите мне Ну и куда пропал этот цветочный урод?

Сяньлэ Му Цин, не надо так о нем отзываться. Хуа Чэн вовсе не хотел никого из вас задеть

Фэн Синь А давно ты подался в защитники цветочных уродов? Не пишите мне Стоило нам отойти, и к тебе, как по волшебству, прилипло говно. Ну вот, теперь они налетели на него. Вот уж действительно: хотел как лучше, а получилось как всегда. Хуа Чэн О, так вы защитники гэгэ. Что-то вы слишком плохо выполняете свою работу, раз на него напал ужасный я :( Обычно ни Фэн Синь, ни Му Цин не читали беседу, если только обсуждение не касалось их самих. От слова «гэгэ» у одного из них наверняка задергался глаз то ли от раздражения, то ли от какой-то необоснованной ненависти, и уже через минуту Се Лянь получил два недоумевающих сообщения в их беседе для троих. Не пишите мне Гэгэ? Се Лянь, какого черта? Фэн Синь Почему он называет тебя гэгэ?!

Сяньлэ Я все объясню. Дождитесь конца пары и приходите ко мне

Больше никто из них ничего не написал, и Се Лянь, заметив, что мороженое несколько раз капнуло на его телефон, поспешил выбросить наверняка вкусную еду в мусорное ведро. К счастью, она была замотана в салфетку, и второкурсник смог протереть заляпанный дисплей. Хуа Чэн почему-то никак не хотел покидать его мысли. Се Лянь думал о том, как он выглядит, и чем дальше заходили его размышления, тем отчетливее он понимал: ничего не получается. Картинка в голове никак не вырисовывается, как бы он ни старался представить в голове своего нового знакомого. Обычно он мог угадать хоть какую-то часть внешности своего собеседника, и зачастую оказывался прав, но с Хуа Чэном это совершенно не работало. Интерес с каждой секундой становился все сильнее, поэтому Се Лянь решил еще раз написать ему, чтобы узнать побольше. Отчего-то он был уверен в том, что Хуа Чэн не заставит долго ждать.

Сяньлэ Твои работы очень красивые. Почему ты решил связать свою жизнь с рисованием?

И он оказался прав. Уже во второй раз Хуа Чэн ответил с поразительной скоростью. Он либо быстро печатает, либо в самом деле сидит и ждет сообщения, в чем Се Лянь очень сомневается. Хуа Чэн Гэгэ сидел на моей странице?) Хуа Чэн Мне с детства нравилось рисовать. Я перепробовал много всего, но руки то и дело тянулись к кистям и краскам

Сяньлэ Не удержался и пролистал всю стену, ты большой молодец! Только вот я не нашел у тебя ни одного портрета

Хуа Чэн Я не люблю рисовать людей.

Сяньлэ Почему? Уверен, портреты у тебя получались бы такими же прекрасными, как и другие картины

Хуа Чэн А вот и нет. Каждый раз, когда я рисую человека, мне кажется, что чего-то не хватает, и работа по итогу меня разочаровывает. Еще никогда я не видел кого-то, кто бы побудил во мне желание нарисовать его портрет Хуа Чэн Но мне интересно, как выглядит гэгэ Все дело в том, что у Се Ляня тоже нет своих фотографий на странице. Вместо них он предпочитает публиковать рецензии на просмотренные фильмы и различные снимки окружающего мира. А вот себя фотографировать он не особо любит, хоть и не стесняется своей внешности: пару раз пытался, но телефон дважды выпадал из рук прямо на кафельный пол, так что ему стало жаль бедный гаджет — все-таки он не виноват в том, что у Се Ляня иногда дрожат руки.

Сяньлэ Как-нибудь скину фото

Сяньлэ Мне тоже интересно, как ты выглядишь. Честно говоря, я пытался представить, но у меня ничего не вышло

Хуа Чэн Прости, мне не очень нравится моя внешность. Но ты можешь спросить у меня все, что хочешь. Возможно, в твоем воображении я буду просто неотразим :)

Сяньлэ Хорошо… Какой у тебя рост?

Хуа Чэн 190, что насчет гэгэ?

Сяньлэ Ничего себе, какой высокий! 178

Хуа Чэн Это мило :) Мне нравится наша разница в росте

Сяньлэ Если мы когда-нибудь увидимся, боюсь, мне придется задирать голову, чтобы нормально с тобой поговорить, хаха

Сяньлэ Какой твой любимый цвет? Длинные ли у тебя волосы?

Хуа Чэн Ого, два вопроса сразу. Так интересно?) Хуа Чэн Красный. Волосы до талии. К гэгэ те же вопросы

Сяньлэ Насчет цвета сложно сказать… Наверное, белый мне ближе всего. А волосы чуть короче твоих

Се Лянь хотел задать еще один вопрос, но внезапно дверь института открылась, и из нее вышли разъяренные Му Цин с Фэн Синем. Неужели они до сих пор не успокоились? Второкурсник поднялся с насиженного места, повесил сумку с тетрадями на плечо — он старался хорошо учиться и все записывал на лекциях — и пошел навстречу друзьям, пристально смотрящим на него. Се Лянь вовсе не чувствовал себя так, будто произошло что-то ужасное: ему наоборот Хуа Чэн нравился. Только вот у стоящих перед ним студентов по этому поводу было совсем другое мнение. Они ожидали объяснений, но вместо этого Се Лянь принялся их отчитывать: — Послушайте, что бы вы себе ни напридумывали, нельзя так разговаривать с человеком, которого впервые видите. Вам обоим нужно перестать бросаться на других людей, тем более что он не сказал ничего ужасного, — он выдохнул, убирая телефон в карман. — А что касается гэгэ, то он обращается так ко мне, потому что я старше, и я вовсе не возражаю, — Се Лянь медленно взглянул на удивленного Му Цина, из которого выветрилась вся злость, а потом на Фэн Синя, скрестившего руки на груди. — Человек только пришел, а вы уже набросились на него. Стоило им немного остыть, как Фэн Синь проговорил: — Возможно, ты прав. Му Цин ничего не сказал, ограничившись закатыванием глаз, но Се Ляня устроила даже такая реакция. Он кивнул и пошел в здание, оставляя друзей позади.

***

Остаток дня прошел без каких-либо происшествий, что не могло не радовать. Распрощавшись со всеми, Се Лянь пошел домой. Квартира его встретила привычным молчанием: все-таки он жил один. Разувшись и пройдя в спальню, он рухнул на кровать, почувствовав прилив усталости. Однако внезапно в голове возникла мысль о том, что он, пропав на несколько часов, ничего не сказал Хуа Чэну, и Се Лянь сел, чертыхаясь и доставая телефон. На дисплее высветилось довольно много уведомлений, но большинство из них было из беседы: Цинсюань активно звал всех, чтобы ему помогали выбирать вкус пирожного: он был ужасным сладкоежкой и отчаянно нуждался в людском внимании, а когда не получал его — расстраивался и ждал утешения. В такие-то моменты и появлялся Мин И, но сейчас Се Ляня волновало не это.

Сяньлэ Хуа Чэн, прости, что так внезапно пропал и ничего не сказал. Учеба съела меня

Хуа Чэн Не волнуйся, гэгэ, я понимаю. Мне тоже надо было учиться, так что ничего страшного Се Лянь не смог сдержать облегченного вздоха. Почему-то он очень переживал, что Хуа Чэна может задеть его молчание: таким уж он был человеком, который скорее переволнуется, чем наоборот.

Сяньлэ Что делаешь?

Хуа Чэн Думаю о тебе Из-за этих слов щеки предательски вспыхнули, и Се Лянь легонько похлопал по ним ладонями, чтобы унять смущение. Еще никогда до этого ему не отвечали подобным образом, он уже был готов получить что-то типа «ничего не делаю» или «сижу». Се Лянь долго думал, что ответить, и в итоге не нашел ничего лучше, чем написать:

Сяньлэ Хуа Чэн, тебе все еще интересно, как я выгляжу?

Ответ пришел практически мгновенно. Хуа Чэн Можешь звать меня Сань Ланом. Конечно :)

Сяньлэ Ты третий ребенок?

Хуа Чэн Ага, поэтому родители, недолго думая, назвали меня так. Хуа Чэн — псевдоним

Сяньлэ Вот как, понятно. Меня зовут Се Лянь, Сяньлэ — просто ник

Хуа Чэн Необычное имя Румянец, только покинувший щеки Се Ляня, снова вернулся, и парень не смог сдержать улыбки.

Сяньлэ Родители долго не могли определиться между Сянь Лэ и Се Лянем, и в итоге выбрали последнее. А первое я стал использовать как ник

Сяньлэ Касательно внешности… Сань Лан, погоди минутку. Я сделаю фото

Хуа Чэн ничего не ответил, но Се Лянь был уверен, что его сообщение прочитали. Он включил камеру и сел на кровати так, чтобы свет удачно падал на лицо. Сделав несколько фотографий, принялся выбирать лучший снимок: на нескольких он улыбался, на других — нет. В итоге ему понравилось фото, где уголки губ лишь слегка приподняты, но глаза горят добрым, чуть веселым блеском. Се Лянь загрузил фотографию, но не решался отправлять, почему-то очень волнуясь. Он не знал, какой может быть реакция Хуа Чэна, поэтому его палец так и замер над кнопкой «отправить». Подобрав под себя ноги и шумно выдохнув, он все-таки нажал на нее, и его сообщение с характерным звуком успешной отправки дошло до собеседника. Хуа Чэн не ответил ни спустя минуту, ни спустя две, а волнение в душе Се Ляня с каждой секундой росло в геометрической прогрессии: он закрывал и открывал диалог, обновлял страницу, думая, что Сань Лан ему ответил, но сообщение не дошло из-за проблем с интернетом. В итоге Се Лянь заблокировал телефон, отложив его в сторону, и откинулся на подушки, прикрывая глаза. Сердце в груди почему-то заходилось бешеным стуком. Стоило телефону завибрировать, как он сразу же взял его и открыл диалог, всматриваясь в черные иероглифы. Хуа Чэн Ты очень красивый