Чат

С того сообщения прошло три дня, и у Се Ляня выдался выходной от учебы, поэтому он мог позволить себе полежать в кровати дольше обычного, нежась под теплыми утренними лучами из незашторенного окна. Он, наконец выспавшись, проснулся в хорошем настроении, не спеша открывая глаза и сразу же закрывая: оказалось, что солнце светило прямо ему в лицо. Перекатившись на другой бок, Се Лянь блаженно потянулся, отгоняя от себя сонливость: если он этого не делал, ему неизбежно хотелось снова закрыть глаза и поспать еще часок-другой. Все-таки сев, он заметил лежащий у подушки телефон, с удивлением отмечая, что, видимо, заснул на нем, так и не отложив его на прикроватную тумбу. Хорошо хоть, что тот был на зарядке. В последние дни он общался с Хуа Чэном практически без перерывов, засиживаясь до поздней ночи, но обычно Се Лянь успевал убрать телефон, а вчера, по-видимому, так увлекся, что не заметил, как уснул. С Сань Ланом было интересно, комфортно и до такой степени уютно, что Се Лянь ловил себя на мысли, будто они уже знакомы если не несколько лет, то как минимум больше года. Правда он не уставал удивляться режиму Хуа Чэна: когда второкурсник только открывал глаза, младший уже был свеж и бодр; когда ложился спать, Сань Лан даже не планировал следовать его примеру. Вот и сейчас, стоило Се Ляню взять телефон, как он увидел сообщение. Хуа Чэн Гэгэ, доброе утро. Выспался?) Все еще сонный Се Лянь потер глаза, всматриваясь во время отправки: семь утра, а общались они, как минимум, до трех часов. Он что, в самом деле почти не спит?

Сяньлэ Доброе утро! Да, впервые за долгое время чувствую себя отдохнувшим, хаха

Сяньлэ Сань Лан, а ты вообще спал? Чем занимаешься?

Хуа Чэн Конечно спал. Гэгэ не стоит переживать, я достаточно отдыхаю Хуа Чэн Работаю над новой картиной

Сяньлэ Покажешь потом?

Сань Лан поначалу печатал ответ, потом перестал, будто бы раздумывая. Се Лянь, решив, что Хуа Чэн сейчас занят, выдохнул, все-таки поднялся с постели и пошел заниматься своими делами, отложив телефон в сторону. Приведя себя в порядок и сделав завтрак, Се Лянь вспомнил о том, что так и не получил от Сань Лана ответа, поэтому пошел обратно в спальню, чтобы забрать телефон. Он увидел сообщение, уже сидя на кухне и медленно кушая приготовленную еду. Хуа Чэн Хорошо, я опубликую ее в профиле, как закончу

Сяньлэ Уверен, она получится просто замечательной! <З

Се Лянь сомневался, оставлять ли ему сердечко в конце, но все-таки решил не убирать его. Уже спустя минуту он получил такое же от Хуа Чэна и не мог не улыбнуться. Решив больше не отвлекать Сань Лана от работы, он открыл беседу. И сразу же заметил отметку в тысячу новых сообщений, которые увеличивались с каждой секундой в геометрической прогрессии: кто-то записывал голосовые, кто-то печатал капсом с миллионом восклицательных знаков. Се Лянь решил послушать одно, но там не оказалось ничего, кроме визгов какой-то девушки: она, судя по всему, была очень счастлива. Второкурсник принялся читать сообщения, забыв о еде. Как он и думал, человеком, с которого началось такое бурное общение, оказался Цинсюань. Цинсюань лучший <З @all Слышали новость? На праздник 520 было решено устроить спектакль, и главную роль (без его согласия, разумеется) отдали Фэн Синю ЛОЛ Цинсюань лучший <З Потому что он подающий надежды второкурсник, который еще никогда никого не подводил!! Святой человек, ей-богу Цинсюань лучший <З @all А знаете что за спектакль??? Не знаете?? Ну как же так! Сон превыше всего Если это Ромео и Джульетта, я отчислюсь Цинсюань лучший <З Дорогой мой Цяньцю, ты мне теперь по уши обязан! Они действительно хотели поставить это, но я, великий спаситель, предложил кое-что получше Сон превыше всего Мне страшно Цинсюань лучший <З Моя гениальная идея заключается в том, чтобы самим написать и проработать сюжет. Но, как ты уже понял, один я не справлюсь с такой непосильной ношей, а кроме меня в стенах этого вуза есть только один гений Уже от этих слов Се Лянь почувствовал, как ладонь против его воли тянется к лицу: еще чуть-чуть, и он точно себя ударит. Но в душе все-таки теплится надежда, что Цинсюань просто не мог до такого додуматься. Однако в следующую секунду эта самая надежда разбилась подобно волнам о скалы: Цинсюань лучший <З Поэтому я предложил преподам поставить мне в пару Се Ляня, и они единогласно согласились. Ректор был в восторге! Сон превыше всего Естественно Цзюнь У был в восторге, он почти боготворит Се Ляня Цинсюань лучший <З Поэтому все сложилось благополучно. Не знаю как вы, а я счастлив. Се Лянь, свет очей моих, ты там живой? Как раз к последнему вопросу второкурсник сумел оторвать руку от лица и нашел в себе силы ответить.

Сяньлэ К сожалению

Цинсюань лучший <З К какому сожалению? К превеликой радости! У нас есть шанс заставить твоего друга сиять. Даже Му Цину сможем дать достойную роль какого-нибудь придворного конюха лол Цинсюань лучший <З Чуть не забыл сказать. На 520 будет объявлен день открытых дверей, так что все желающие смогут посмотреть на игру наших замечательных студентов! Цинсюань лучший <З На разработку сюжета у нас есть неделя, так что очень рекомендую тебе уже начинать думать. Задействованы будут почти все люди с актерского, кроме первокурсников Се Лянь совсем не разделял его радости, поэтому настроение слегка ухудшилось. Хуа Чэн, будто почувствовав это, сразу написал ему. Хуа Чэн Гэгэ расстроился?

Сяньлэ Немного. Если честно, в голове нет ничего, а ответственность, которую Цинсюань возложил на мои плечи, довольно большая

Хуа Чэн Не переживай, мы что-нибудь придумаем. Если что, я всегда готов помочь Это «мы» приятно грело сердце, и настроение Се Ляня чуть поднялось до отметки «почти хорошо». Все-таки он очень рад, что познакомился c Сань Ланом.

Сяньлэ Как твоя картина?

Хуа Чэн Я сейчас взял небольшой перерыв. Думаю, к вечеру будет готова В этот момент сообщения в беседе посыпались быстрее прежнего: новость дошла до Фэн Синя. Фэн Синь Цинсюань, если ты придумаешь какую-нибудь хуйню – бойся. Фэн Синь И если дашь Му Цину роль кого-то, кроме слуги, тоже. Се Лянь мысленно досчитал до десяти, и в чате, как по велению волшебной палочки, появился Му Цин. Не пишите мне Если Фэн Синь не будет есть грязь и пить воду из луж, сюжет – говно :) Цинсюань лучший <З Да не переживайте вы так! Се Лянь ведь будет работать со мной Не пишите мне Не утешает. Се Лянь подвергся дурному влиянию Стоило ему написать это, как к разговору подключился до этого молчаливо наблюдавший за всем Сань Лан, решив все-таки напомнить о себе. Хуа Чэн Рановато вы в штаны наложили. Настолько боитесь меня? хаха Хуа Чэн Да и за то короткое время, что мне довелось с вами пообщаться, я проникся к вам симпатией. Так что мое влияние будет исключительно благим :)

Сяньлэ Заранее говорю: давайте без ссор. До 20 мая еще полтора месяца, все будет хорошо

Его друзья написали еще несколько ласковых слов, после чего разговор вернулся в нормальное русло.

***

Се Лянь до вечера просидел за занятиями, изредка отвлекаясь на сообщения. К тому моменту, как он закончил, время на часах уже перевалило за 18, руки устали от частой писанины, а глаза — от напряжения. Сегодня они с Хуа Чэном разговаривали чуть меньше, чем обычно: тот говорил, что старается нарисовать картину так, чтобы она выглядела лучше всех остальных вместе взятых, а Се Лянь, ничего не смыслящий в рисовании, лишь писал ему слова поддержки — искренние и от всего сердца. Пару раз они поговорили на отвлеченные темы, но интерес Се Ляня к картине, о которой Сань Лан намеренно многое утаивал, был слишком велик, поэтому так или иначе разговор сводился к ней. Се Лянь спрашивал, что рисует Хуа Чэн, на что тот лишь отвечал уклончивое «скоро сам увидишь». Интересовался цветовой гаммой, но и тут Сань Лан оставил его без конкретного ответа. Оставалось только ждать. С целью хоть как-то скоротать время он позвонил Цинсюаню, чтобы задать ему некоторые вопросы по сценарию для будущего спектакля: Се Лянь был человеком, который лучше перестрахуется и сделает все заранее, чем будет наверстывать в последний момент. Цинсюань же являлся его полной противоположностью, поэтому тем, что услышал Се Лянь, было: — Зачем же сейчас это обсуждать? Давай сделаем так: ты пока сделаешь набросок, а в среду мы вместе все обсудим, подкорректируем и начнем прорабатывать. Сегодня была суббота. После этого Цинсюань сказал, что у него вновь появились дела первостепенной важности и сбросил звонок, оставив Се Ляня наедине с пустыми бумажными листами, на которых за двадцать минут раздумий появилось ровным счетом ничего. Се Лянь покрутил карандаш в руках еще несколько раз, после чего окончательно отложил его в сторону и встал из-за стола. Остаток дня он решил посвятить отдыху: поваляться под равномерный фоновый шум телевизора, предварительно взяв чего-нибудь вкусного. Он достал из холодильника торт, который остался после визита Цинсюаня несколько дней назад — тому очень хотелось посмотреть с Се Лянем какой-то хоррор, а одному было страшно; Се Ляню, к слову, тоже, — и полез за вилкой. Стоило ему съесть первый кусочек, как телефон пиликнул. Сначала второкурсник подумал, что ему пришло сообщение, однако это было уведомление о новой публикации: Хуа Чэн что-то выложил. Зажав вилку в зубах, парень оперся на кухонную тумбу и открыл пост. От удивления вилка с характерным звуком упала на пол, а Се Лянь зажал рот рукой, не веря своим глазам. На картине был изображен он: взгляд был наполнен нежностью, на щеках виднелся едва заметный румянец, а розовые губы трогала легкая улыбка. Волосы собраны в аккуратную прическу, но несмотря на это несколько непослушных прядей выбивались из нее, ниспадая на лицо. Парень с любовью смотрел на маленький цветок с белыми лепестками, что держал в руке, невесомо сжимая пальцами тонкий стебель. Одного мимолетного взгляда хватило бы, чтобы узнать себя, но Се Лянь рассматривал каждую мелочь, каждый мазок, удивляясь мастерству Хуа Чэна: все краски были нанесены уверенно, не дрогнувшей рукой, и второкурсник, если бы не знал, как тяжело Сань Лану даются портреты, подумал бы, что для него рисование людей — дело каждодневное и не представляющее сложности. Хуа Чэн оставил короткую подпись к рисунку, всего два иероглифа: гэгэ. И спустя несколько минут пришло сообщение, будто Сань Лан знал, что Се Лянь посмотрит на его картину сразу, как только тот ее опубликует. Хуа Чэн Тебе нравится?

Сяньлэ Сань Лан, ты шутишь? Это просто невероятно! Спасибо тебе огромное… Правда теперь я не знаю, могу ли сделать что-нибудь подобное для тебя

Хуа Чэн Ты не должен ничего для меня делать. Я нарисовал тебя, потому что захотел Хуа Чэн Гэгэ, кажется, стал единственным человеком, вдохновляющим меня на портреты С каждым новым предложением Се Лянь чувствовал, как в груди зарождается что-то новое — приятное, теплое, — дарящее счастье. На секунду он даже забыл, как дышать, из раза в раз пробегаясь глазами по сообщениям. Чувства, которые испытывал парень, оказались для него новыми и оттого невероятно сильными, и Се Лянь подумал, что ему очень хотелось бы, чтобы Хуа Чэн сейчас был рядом: он бы безо всякого сомнения обнял его, и не важно, что для этого пришлось бы встать на носки.