winter bear.

Дверь спальни тихо отворяется, и Джину даже не нужно задаваться вопросом, кто это решил заявиться к нему среди ночи. Он не поворачивается, пока любимые руки не ложатся на его плечи. Тэ наклоняется, обнимает его и целует в макушку, отвлекая на секунду от игры. — Ты вместо сна в Overwatch поиграть решил? Серьёзно? — Тэхён приглушённо посмеивается, бросая взгляд на быстро бегающие по клавиатуре пальцы Сокджина. — Я много работал, мне нужно исцелиться, — Ким отмахивается от младшего и чертыхается, когда кто-то из команды соперников стреляет в него. — Мог бы меня позвать, — с наигранной обидой в голосе упрекает Ви. Джин этого не видит, но готов поклясться, что в этот самый момент Тэхён дует в своей привычной манере губы, и эта мысль вызывает тёплую усмешку. — Позвать тебя, чтобы ты сыграл в Овер со мной? — Ким-старший не удерживается от подколки. — Дурак, — Тэ бодает его затылок лбом, и оба заливаются неприличным для такого времени суток смехом. — Ладно, шутки шутками, но заканчивай. Я спать хочу, — юноша зевает, прикрывая рот рукой, и отлипает от своего хёна. Брюнет, хоть и ненавидит так делать, но ради Тэхёна просто закрывает игру посреди раунда, показывая себя как ужасного тиммейта, но замечательного парня. Любовь, знаете ли, иногда требует жертв. Русоволосый уже удобненько устроился на кровати, подоткнув под себя одеяло со всех сторон, кроме одной, которую, как думается Джину, оставили для него как вход в эту одеяльную крепость. Сердце щемит от чего-то невозможно нежного и светлого по отношению к Ви, особенно когда тот оплетает его руками-ногами, стоит только лечь рядом. — Спасибо, что пришёл, — Сокджин гладит Кима костяшками пальцев по щеке, и тот умиротворённо прикрывает глаза, льнёт щекой к руке. Перед камерами мужчина обычно шутливо возмущается насчёт того, насколько ТэТэ частый гость в его кровати, но в реальности всё с точностью да наоборот. В дни, когда младший решает не радовать его своим присутствием тут по каким-то личным причинам, Джин обычно долго не может заснуть и усыпляет себя дорамами или чтением какой-нибудь занудной книги. Тэхён об этом знает, и всё равно считает, что им обоим иногда нужно побыть в одиночестве. Как бы сильно Ким-младший не любил темноволосого, но быть навязчивым прилипалой сто процентов времени ему не хочется. — Плохо спал прошлой ночью? — с толикой заботы интересуется Ви, приоткрывая один глаз, и, получая утвердительный кивок, вздыхает. — Я притащу тебе лавандовый мист завтра, хочешь? Помогает заснуть, если распылить на постель перед сном. — Лучше себя притащи. Ты с усыплением тоже замечательно справляешься, — Сокджин улыбается, касаясь кончиками пальцев свободной от массивных серёжек мочки уха. — Спи. Ленивый поцелуй перед сном, и оба проваливаются в блаженное забвение царства Морфея, согретые теплом друг друга.

***

Хосок, вообще-то, не любит быть утренним петухом, который орёт в шесть утра и будит всех ныне живущих, но он проиграл Юнги в «камень, ножницы, бумага», и честь пацана обязывает. Единственное, о чём просит Мин — пока не трогать Чимина, который до поздней ночи отрабатывал хореографию, так что спальню Шуги красноволосый минует, направляясь сразу к самому старшему. Когда-нибудь у Хоупа лицо осыплется крошкой под ноги из-за этих двоих, треснув от умилённой лыбы. Они всегда называли Ви медвежонком, но кто бы мог подумать, что на самом деле они с Джином оба парочка очаровательных медведей? Спрятались тут в своей берлоге да сопят умиротворённо, и весь внешний мир с его суетой побоку. Тэхён покровительственно обнимает Джина во сне со спины. Будто тронешь — мгновенно проснётся и откусит руку по локоть. Ну, собственно, лишней руки у Чона не имеется, посему он беззвучно прикрывает за собой дверь, решая пока не беспокоить голубков. Позавтракать вместе не выходит — все расходятся утром по своим делам, и встречаются парни уже поздним вечером, сумев кое-как выкроить время на совместный ужин. — Утром такую картину наблюдал интересную, когда к Джин-хёну зашёл, — начинает Хоби, накладывая себе в тарелку мяса с овощами. — Они вверх ногами спали? — подтрунивает Шу, и все за столом смеются, а Сокджин кидает в товарища скомканной салфеткой. — Знаешь, я бы не удивился, — Намджун присоединяется к веселью и тоже получает подарочек в виде скомканной салфетки, только уже от Ви. — Лучше, — продолжает красноволосый, успокоив свой приступ смеха, — они у нас оба такие зимние мишки, как оказалось. Точно в спячку впали, даже не слышали, как я зашёл. Один лишь Юнги не издаёт звуков неистового умиления, а Тэхён застывает с палочками в руках, прокручивая раз за разом то, что сейчас озвучил Чон. Парня словно муза по голове хорошо так приложила, с чувством. Увы, этой ночью Тэ вновь не сможет посетить спальню Сокджина, но у него есть железное алиби — он, наконец, знает, о чём будет его песня.