Наконец, женщина начала приходить в себя. Вокруг не было видно абсолютно ничего, но расчётливый полковник уже начала думать, как оттуда выбраться. Она хотела встать, но застёгнутые на правой руке наручники не давали ей это сделать. Чёрт. Глаза уже видели лучше - привыкли к темноте, но разглядеть хоть что-то было невозможно. Только тусклая лампочка в конце тёмного коридора мелькала, как светлячок, но бессмысленно, ведь она не освещала и половину того помещения, в котором теперь находилась. Начались догадки о месте её нахождения. Подвал? Гараж? Ладно, как-нибудь потом узнает, сейчас необходимо думать о свободе. А лучше - действовать. Свободной рукой она стала искать что-то подходящее для того, чтобы освободиться от оков, но как назло ничего под рукой не оказалось. В такие моменты паника охватывает каждого, но не Рогозину, она всегда знает, что делать, даже в таком подавленном состоянии. Тут было намного легче, чем с Кругловым - если выберусь, то уйду; не выберусь - останусь. А вот Коля - непредсказуем. Словно по минному полю идёшь, не зная дальнейшего исхода. Так, сейчас не об этом. Немного подумав, она вспомнила, что она специально заколола волосы, чтобы они ей не мешали. Бинго! Через секунду она уже освобождалась от наручников, что у неё успешно получалось. Первое, что можно было сделать - это направиться к источнику света, скорее всего там должен быть выход. И она оказалась права. Действительно, на потолке был люк, но не было лестницы. Тогда Галя решила осмотреться, благо очертания предметов в темноте она разглядела. В подвале стояли полки, на которых, видимо, лежали инструменты, как во всех гаражах. Всё таки это был гараж. Теперь ей оставалось только удалиться вглубь от источника света. Коридор был большой, беспросветная тьма царила здесь с самого начала её пребывания здесь, но Галя сумела адаптироваться и в ней. В конце этого длинного тоннеля стоял стол без единой пылинки, хотя нигде рядом не было стула. На столе лежала записка. Как это поняла Рогозина? На ощупь и по очертанию. Конечно же, она сразу открыла конверт, попутно идя к источнику света, дабы разглядеть написанное. И, наконец, открыла его. Прочитала его. В глазах потемнело, хотя стояла она над тусклой старой лампочкой. Закружилась голова. Захотелось провалиться куда-нибудь. Оказаться где угодно, но не здесь. Ноги подкосились, сердце забилось в бешеном ритме, паника захлестнула все мысли, а это письмо укрепило её желание выбраться оттуда.
Стол. Нужно пододвинуть стол.
Дышалось тяжело. Нет, не из-за того, что туда не попадал свет и было мало кислорода. Всё это дело рук паники. Но она хотела выбраться и забыть об этом, хотя уже никогда этого не забудет этого. Эта неделя принесёт ей много страданий. Но это будет потом.
Тем временем в ФЭС
Тихое утро. Пустое здание Федеральной Экспертной Службы ждёт своих работников. Первым пришёл Круглов. Он обычно приходит вторым, ведь сначала всегда приходит Рогозина. Но сегодня всё изменилось. Раз и навсегда.
- Галя, доброе утро! Галя, ты где?
Круглов обошёл здание, но полковника нигде не было. В это время на своём рабочем месте появились Тихонов и Антонова. Первым человеком, с которым столкнулся Круглов, был Иван.
- Доброе утро! Вань, что с тобой? Каждый раз опаздываешь, а сегодня так рано пришёл.
- Мне сегодня надо пораньше уйти. Вот я и подумал, что чем раньше я приду, тем раньше я уйду.
- Хорошо соображаешь. Только Рогозину не забудь предупредить.
- Не забуду, спасибо! — с улыбкой сказал Иван и скрылся в лаборатории за всякими анализами и сравнениями.
Прошёл час. Рогозина до сих пор не появлялась на рабочем месте. На работу пришли почти все, кроме неё. Не пришёл, как всегда, только Майский.
- Николай Петрович, а вы не знаете, где Галина Николаевна? - обеспокоенно спросил Иван.
- Нет, Иван, не знаю. Я вот думаю, может случилось чего? Может позвонить?
- Может. Кстати, я готов рассказать, что было не так с последней жертвой.
- Ну, валяй.
- Всех своих жертв убийца поливал бензином. А эту девушку он полил керосином. Странно, не так ли? Почему не бензином?
- Может, это какой-то акт мести? Или она чем-то отличается от остальных? Проверь это.
- Тоже может быть. Я проверил, позавчера пропали 3 девушки, одна из них похожа на нашу. Алла Кузнецова, я проверю её, может она общалась с другими жертвами.
- Зови родственников на опознание. Нужно подробно изучить жертву. Это, скорее всего, не просто так. Посмотри, может у всех жертв был общий знакомый.
- Хорошо, Николай Петрович.
Иван снова скрылся, а Николай Петрович ещё долго ходил по кабинету начальницы, которая до сих пор не появилась на рабочем месте. Но позвонить он никак не решался. Наконец, в кабинет забежал Майский.
- Доброе утро, Петрович. Ты чего такой хмурый?
- Да вот, Гале никак не решаюсь позвонить. Уже 2 часа прошло, а её нет. Она ни разу не отвечала на звонки телефона.
- Может, как и я, в пробке?
- Знаю я твои пробки. Нет. Мне кажется, здесь что-то другое.
- Ладно, Петрович. Звони.
Из трубки шли гудки. Никто не отвечал.
- Серёга, я же тебе говорил, что-то не так. Она никогда не оставляет телефон. Поехали к ней.
- Петрович, ну чего ты так волнуешься? Может, проспал человек, чувствует себя плохо.
- Да она бы позвонила, если ей было бы плохо. И если бы проспала. А ведь не звонила. Едем к ней, срочно.
- Хорошо, как скажешь. Но я уверен, что ничего такого.
Они уже собирались уходить, как к ним подошла Валя.
- Николай Петрович, вы куда-то собираетесь? Просто готовы результаты вскрытия, и я…
- Валя, — перебил её майор — сейчас не до этого. Рогозина пропала.
-Как пропала?!
Валя выронила бумаги из рук. Шок. Как парализовало. Галя, любимая и дорогая, как же так?
- Да успокойся ты, ещё не факт, что она пропала. Петрович, что ж ты людей-то так пугаешь? Мы сейчас едем к ней, вдруг что-то случилось. Валя, слышишь? Даже если и так, с ней всё будет хорошо. Обещаю.
- Так, Валя, за главного остаёшься ты, мы скоро.
Майоры сели в машину и поспешно удалились. По дороге к ней они почти не разговаривали, но всё же короткий разговор у них завязался.
- Петрович, а ты не знаешь, куда она могла пойти, может она ушла куда-то, уехала. Она тебе ничего не говорила?
- Да нет, что и странно, я поэтому и волнуюсь. Если бы она куда-то уехала, она бы точно мне сообщила. Тем более, у неё скоро совещание.
- Понятно.
Тяжёлый вздох Майского закончил и без того грустный разговор. Душевная тревога была у обоих, да и не только у них. Валя сидела на стуле перед компьютером ничего не делая, она просто не могла. Зная, что близкий тебе человек может быть в опасности, ты не можешь думать о чём-то, кроме него. Валя была уверена, это похищение. Как и Круглов. А вот Майский просто не хотел в это верить, хотя твёрдо знал, что так оно и есть — Галю похитили.
