Игра без правил

Тихий звук проворачивающегося ключа в замке разносится глухо по квартире, а за ним следует и громкий стук рук девушки о бетонную стену. Она сползает вниз, падая на колени, и опускает голову ниже плеч, чувствуя, как опустошение вместе с осознанием приводят её в себя, словно все произошло только что. Внутри будто горит холодный огонь злости и жалости, а на щёки падают опаляющие слёзы с остатками туши. Юджи кажется, что она до сих пор чувствует этот одеколон, словно она пропиталась им, хоть и пришло довольно много времени. Кан помнит, как она в состоянии транса вернулась к себе домой и отмокала в ванной, пытаясь стереть мочалкой с мылом остатки вечера. Всё словно уже было, это состояние не в новинку, но оно ломает из раза в раз. Челюсть сводит, а в горле стоит комом немой крик. Резко внутри разгорается пламя ненависти: почему Юджи не смогла проследить за всем? Почему она не смогла дать отпор, а просто, словно парализованная, позволила всему произойти? Она запрокидывает голову и переносит руки на голову, сжимая волосы у корней. Девушка почти падает, прогибаясь в спине, и напрягает, кажется, каждую мышцу в своём теле. Кожу начинает покалывать, и, словно фантомно, она чувствует снова жар чужих рук. Она поднимаетс с ног, упёршись в стену и скинув с плеч пальто, и медленно перебираеся к ванной комнате. Включив свет, она сразу забирается в холодный душ, открывает воду и снимает с себя водолазку, кидая себе под ноги. Мурашки бегут по телу, словно табуном — вода почти ледяная, и Кан поворачивает другой вентиль, уже с горячей водой. Она запрокидывает голову и складывает руки на груди, обнимая себя, садится на кафель и начинает растирать тело. Юджи впивается ногтями в кожу, оставляя красные полоски, и сжимает, словно хочет её снять. Просто она больше так не может. Она прикрывает глаза и пытается успокоиться, вспомнить что-нибудь хорошее, но ничего буквально нет. Только пустота. Девушка отпускает своё тело руками, скрепляет их в замок и начинает бить ими по кафелю. — Почему всё именно так? — произносит Кан и сжимает «замок» сильнее. — Где я так оплошала? Чем я это заслужила?! — её голос ломается, просто сходит на писк, и Юджи позволяет себе начать плакать в голос. Она теряет счёт времени и просто сидит в остывшей ванной, обнимая себя за колени и слегка шатаясь. Сама не помнит, как уже выключила воду, а ладони под мизинцами стали бордовыми. Зуб на зуб не попадает, в коридоре телефон разрывается от очередного звонка, а Кан просто склоняет голову к коленям и закусывает нижнюю губу. Кажется, что слёз просто не осталось. Как же ей хочется просто вернуться на несколько месяцев назад и согласиться уехать из этого городка. Оказаться в доме родителей, быть рядом с семьёй, а не сидеть сейчас и грызть себя изнутри за всё произошедшее. Кан никогда не осуждала жертв в таких ситуациях, но она словно исключение. Ей нужно же всё держать под контролем, как и раньше… Может, если бы она всё-таки решилась, то жизнь некоторых людей по эффекту бабочки изменились? А может, Кан вообще не играла в их жизнях роли, чтобы повлиять на неё. Юджи встаёт и перешагивает через бортик ванной, ступая ногами по холодной плитке к рюкзаку, в котором был телефон. На дисплее высвечивается имя подруги, и Кан выключает звук. Она не готова сейчас ни с кем говорить. Юджи сегодня себя пересилила выйти на улицу, хотя для неё не нечто чуждое просидеть несколько дней подряд в квартире, но во что это всё вылилось? Она проходит к кухне, и падает на ближайший стул, упираясь глазами в одну точку на полу. В руках вибрирует телефон — это снова Еын. Кан решается ответить на телефон, приставляет его к уху, но следом его резко отодвигает от громкого голоса: — Кан Юджи, что случилось, мать твою?! — Ким произносит с беспокойством. Но Юджи просто молчит в ответ, поджимая губы. А что она ответит? — Ты меня слышишь? — на том конце слышится вмсте с посторонним шумом. Будто в трейлер захлопнулась дверь. — Да, — произносит тихо и безэмоционально девушка. — Что с тобой произошло, Юджи? — Что со мной произошло? — Кан хмыкает, чувствуя в себе злость. — Да ничего такого. Как всегда, одна справляюсь со всем. — В каком смысле? — Еын искренне не понимает, что произошло. — С чего бы такая забота обо мне? — Юджи пытается подавить нервный смешок. — Почему вы просто, блять, не можеть оставить меня в покое? Почему всем обязательно нужно лезть? Когда мне нужна была ваша помощь, вы просто забывали обо мне. Сматывались в другие места, оставляя меня одну. А теперь я получила очередной бумеранг — меня чуть не изнасиловали. И знаешь кто это был? Ублюдок в университете, из элиты Соно! — нотка истерики проскакивает в её голосе. Она вскидывает брови вверх. — Спасибо тебе, Ким Еын! Кан скидывает звонок, не давая возможности ответить и подруга, выключает звук и отбрасывает телефон на стол. «Почему все именно так?» — спрашивает она сама себя и опускает голову вниз, упираясь локтями в колени. Стоя на улице, Еын ещё с минуту продолжала слушать монотонные гудки после того, как Юджи сбросила вызов, а затем со вздохом убрала аппарат от уха. Сердце щемит: ей больно и неприятно было не столько за то, что Юджи в конце концов обвинила во всём её, ведь Еын сама понимала, что все проблемы исключительно из-за неё, а за то, что не доверяла и предпочитала переживать всё в одиночку. Для чего нужны лучшие подруги? Чтобы делиться о наболевшем и заботиться друг о друге, но Ким думает, что у её лучшей подруги совсем другое мнение, и громко вздыхает, присаживаясь на лавочку. Смотреть на небо было любимым занятием Еын. Она любила считать звёзды на этом бесконечном тёмном полотне и мечтать, отвлекаясь от всех проблем, которые словно снег на голову сыпятся на неё с каждым днём всё больше. Еын уже думает о том, чем успела не угодить Всевышнему или согрешить в прошлой жизни. Неужели бабульку не перевела через дорогу или бездомного котёнка не забрала домой? Да, это точно повод для того, чтобы кидать ей вот такие жизненные испытания. — Завтра же поеду в город и переведу бабульку через дорогу, — тихо бурчит Еын, вглядываясь в небо. Позади слышится шорох и девушка оборачивается, замечая как к ней кто-то медленно направляется. Еын напряглась всем телом, вглядываясь в темноту, где шёл парень. Как только он подходит ближе, она расслабленно выдыхает, замечая перед собой Юту. Он равнодушно поглядывал по сторонам, но по мере приближения к девушке, выражение его лица менялось, какая-то болезненная грусть читалась в его глазах и в деланно насмешливой, иронической улыбке. Накамото взглядом указывает на место рядом, как бы спрашивая разрешения, и Еын растягивает губы в тёплой улыбке, положительно кивая головой. Японец плюхается рядом и выбрасывает докуренную сигарету куда-то в сторону, а затем утыкается непроницаемым взглядом на лес. Еын следит за его взглядом и так же смотрит на сгусток темени между деревьев, вспоминая не самые приятные моменты, связанные с этим лесом. — Мне жаль, — хрипло шепчет японец, опуская ладонь на женскую руку. Еын слегка вздрагивает и уже хочет убрать её, но Юта сжимает сильнее, как бы прося не делать этого. Она лишь повинуется. — Я хотел бы поговорить с тобой начистоту. Я устал бегать от этого и не спать ночами. — Хорошо, — она заинтересованно косится в его сторону. — Я тоже хочу поговорить с тобой и расставить все точки над «і». Юта ещё несколько секунд мнётся, а затем поворачивает голову в её сторону, ласково улыбаясь. Если бы он не сидел так близко к ней, Еын бы даже не подумала о том, что ему больно, ведь улыбка была полной фальшью, по сравнению с тем, что говорили его глаза. Юте было больно, и ей было больно тоже, но они сами виноваты в том, что произошло и никто это уже не сможет исправить, лишь только поговорить. — Помнишь тот день, когда впервые оказалась здесь? — Юта склоняет голову, дожидаясь ответа. — Помню. — Я тоже помню все свои чувства, когда впервые увидел тебя. Я даже помню как перед этим Чону пытался быть серьёзным старшим братом, который угрожает своим хёнам, чтобы не смели даже смотреть в сторону его сестрёнки, — японец хмыкает, упирая локоть в колено, а щеку подпирая свободной рукой; вторая всё ещё покоилась на девичьей руке, перебирая её холодные пальцы. — Ты мне действительно понравилась сразу, как только я увидел тебя. Я никогда не верил в любовь с первого взгляда, но ты стояла там вся смущённая, от чего мне хотелось посмеяться над тобой и быть с тобой милым, но я понимал, что не могу. Я простой парень, который потерял родителей в пожаре и остался сиротой в десять лет. Который сбежал из Японии, когда ему исполнилось двадцать два. Я ужасен, потому что могу убить человека, и я сразу понял, что мне даже думать о тебе нельзя. Но ты так отчаянно пыталась добиться моего внимания… Еын краснеет, чувствуя как её сердце учащается, и благодарит всех Всевышних, которые вообще существуют, что на улице ночь и Юта не видит её красного, словно переспелый помидор, лица. — Я не… — Я почти сдался тогда, — он на секунду замолкает, убирая ладонь с её руки. — Когда был пьян и из-за злости на самого себя отрывался на тебе. Мне правда жаль, и я не знаю сможешь ли ты простить меня… — Я давно простила, Юта, — её мягкий бархатный голос буквально обволакивал его. — Почему? — парень приподнимает бровь. — Ты любил когда-нибудь? — она переводит взгляд вдаль, думая о чём-то своём. — Я вот да. Знаешь, поцелуй — это всего лишь поцелуй, до тех пор, пока ты не встретишь любимого человека. Объятие — это просто объятие, пока ты не встретишь человека, о котором будешь постоянно думать. Мечта — это всего лишь мечта, пока она не сбудется, а любовь — это просто слово, пока кто-то не докажет, что она существует. И этим человеком оказался ты. Ты доказал мне, что любовь существует, несмотря на то как относился ко мне. Однажды Тэиль сказал мне, что ты не плохой парень и что если я не прощу тебя, то буду жалеть об этом. — Вот сволочь, — сквозь зубы шипит Юта, складывая губы трубочкой. Он ведь ему по секрету сказал, что нравится ему эта девчонка. Что он без ума от неё и запутался, что ему делать, а Тэиль ведь самый старший, самый мудрый и опытный в отношениях с женщинами, а он предателем оказался, сдал с потрохами, но… Юта всё-таки не особо-то и злится на него: сейчас уже не было смысла, ведь он сам вывернул ей душу наизнанку и показал себя настоящего, и ни капли не жалеет об этом. Наоборот, стало на душе как-то спокойнее, и дышать ему теперь стало легче. — Даже если я сейчас поцелую тебя, то ты ничего не почувствуешь, — японец хмыкает. — Потому что не я твой человек, а Джонни. — Я не могу, сказать, что точно ничего не почувствую, но и пробовать не хочу, — Еын поднимается со скамьи, отряхивая джинсы от невидимой грязи, дабы хоть куда-то деть подрагивающие руки. — Я просто хочу сказать, что ты всегда будешь особой частью моего прошлого, и в сердце ты тоже занимаешься не меньше, чем Джонни, потому что ты был первым, кого я полюбила за то, какой ты на самом деле. За твою улыбку, за твои глаза, за твоё рвение помогать друзьям и никогда не бросать их. Каким бы порой мудаком ты ни был, ты всё же человек, который борется с собой и заслуживает счастья. — Я не хочу быть счастливым без тебя, — безэмоционально выпаливает парень, отворачиваясь. — Я просто не смогу. — Нет, ты сможешь, — девушка опускается на корточки, чтобы быть на одном уровне с лицом друга. Она ведь может теперь его так называть? Не станет ли он снова невыносимым мудаком, который из-за того, что его отвергли, начнёт вновь издеваться над ней? По крайней мере, Еын очень хотелось того, чтобы они стали друзьями. Она кладёт холодные ладоши на щёки парня, поднимая его голову слегка вверх, чтобы она могла посмотреть в его глаза. — Забудь меня, Юта. Полюби другую и стань счастливым. Ради меня. — Я не хочу любить другую, — его стальной тон разрезает напряжённую тишину, которая воцарилась вокруг них обоих после слов брюнетки. — Любовь это не то, что можно включить в своём сердце, Еын. Там есть только ты и парни, больше мне никто не нужен. Я хочу, чтобы ты была счастлива и любима, и если ради этого тебя нужно отпустить, то я готов сделать это. Но если Джонни вдруг обидит тебя, я вступлю обратно и тогда пойду до конца. Она впервые видела в его взгляде столько серьёзности, пока он говорил последние слова. Юта никогда не был таким серьёзным и искренним рядом с ней, отчего ей хотелось разрыдаться прямо здесь и сейчас, как маленькой девочке. Задумавшись о словах Юты, Еын подумала о том, что если Джонни и обидит её, то она терпеть не станет и уйдёт сама. А Юта… Теперь он только друг и даже если так получится, что Ёнхо окажется не её человеком, Еын определённо не сможет построить отношения с человеком, который разбивал ей сердце и которому разбивает сейчас сердце она, потому что такого же не хочет для Джонни. Хватит уже израненных сердец в этом треугольнике, достаточно страданий и слёз. С этих пор, Еын решила, что больше не пострадает ни одно живое сердце, и она клянётся, прямо сейчас, что спасёт Джэхёна и его сердце, чего бы ей это не стоило. — Друзья? — девушка протягивает руку вперёд, ожидая ответных действий. Помешкав пару секунд, Юта растягивает губы в полуулыбке и пожимает женскую ладонь. — Друзья.

***

— Этот план полный отстой, — с улицы доносится крик Тэиля, от чего лежащая под боком Джонни, Еын вздрагивает. — Так что иди в жопу, Ли Тэён, я прямо сейчас сам поеду туда и разнесу весь этот притон к хуям собачьим! Еын пытается проморгаться несколько раз, чтобы наконец осознать суть слов Муна. Девушка тут же дёргается, но огромная рука Джонни тут же прижимает её обратно. Ким припадает к широкой мужской груди и слышит учащённое сердцебиение, понимая, что её парень не меньше остальных переживает за Джэхёна и за то, что все планы Тэёна, Куна и даже Сыншика с Сыну идут коту под хвост. Сколько бы они не сидели до поздней ночи, решая, что им делать и составляя разнообразные стратегии, всё было насмарку. Каждый раз кто-то находил несостыковки, которые при исполнении плана могли стоить кому-то жизни, что естественно, никому не нравилось. Поэтому Еын последние пару дней вынашивала план в своей голове, чтобы позже рассказать его Тэёну. Да, опасный. Да, есть риск, но невозможно помочь Джэхёну, не рискнув. Она готова будет на риск даже ради Марка и Доёна, которые её терпеть не могут, поэтому, решительно поднявшись с груди Джонни, девушка ловко спрыгнула с кровати, всовывая ноги в тапочки. — Ты куда? — недоумённо интересуется Ёнхо, приподнимаясь на локтях, и наблюдая за тем, как его девушка в попыхах натягивает на себя одежду. — У меня есть план как вытащить Джэхёна, — она подбегает к ошарашенному парню и быстро чмокает его в щёку, продолжая улыбаться. Сказать ему или лучше не стоит? — Но тебе он может не понравиться, поэтому я хочу поговорить с Тэёном один на один. Жди меня. Поцеловав Ёнхо снова, но в этот раз в губы, девушка нехотя оторвалась от него, в несколько шагов преодолевая расстояние к дверям их небольшого жилища. Отворив двери, Еын выпорхнула во двор, вдыхая свежего воздуха. На улице моросил мелкий дождь вперемешку со снегом, а промозглый ветер обдувал лицо, забираясь через шиворот куртки к телу. Зябко поёжившись, Еын выдохнула клубок пара и, улыбнувшись самой себе, двинулась в сторону дома, где обитали младшие и в последние дни Тэён. — Тэён, ты тут? — войдя в тёплое помещение, Еын стягивает с себя куртку и вешает на крючок, затем разбувается и отставляет кроссовки на специальную полочку, чтобы у Ли вдруг сердечный приступ чистоплюйства не случился. — Да, я здесь, — сухо отзывается старший из гостиной, где они с Тэилем, вероятно, и поругались. — Что-то случилось? — Нет, — Еын осторожно присаживается рядом с поникшим Тэёном и, не задумываясь, кладёт свою холодную руку на его плечо, чуть сжимая. Ли удивлённо переводит на неё свой взгляд янтарных глаз. — У меня есть план и я бы хотела обсудить его с тобой. Сразу говорю, что есть риски и Джонни, Юте с Чону он не понравится. Джемину тоже, но мелким знать о нём не обязательно. — А мне он понравится? — с прищуром задаёт он вопрос. — Смотря как ты относишься ко мне, — хихикает брюнетка, заставляя Тэёна нахмуриться. Ему определённо не нравится то, куда она клонит. — Соно нужна я, верно? Парень медленно кивает, всё ещё не понимая куда она ведёт. — Тэён, — Еын вмиг становится серьёзнее, — я хочу помочь. Все идеи, которые были у вас основаны на том, чтобы я не участвовала, верно? Вот почему я обсуждаю это с тобой — с человеком, которому важны все, и который может рискнуть, потому что если Джонни и Чону узнают, то они запрут меня в квартире и не выпустят, поэтому я искренне надеюсь в этой ситуации на твою рациональность… Я предлагаю пойти добровольно туда, чтобы Соно и его шестёрки получили то, чего хотят. Там я увижу Джэхёна и всё расскажу ему. У них есть ещё один парень, Шотаро зовут, это он помог нам в университете. Я думаю, он тоже поможет нам. Так вот, я поеду туда одна и сдамся ему, стану ненадолго его, чтобы вы могли нанести удар неожиданно. И мне будет плевать, кого вы убьёте, а кого нет. — Сдурела? — Тэён подрывается с дивана, хватаясь за голову. — Совсем больная? Джэхён именно этого и не хотел бы! Получается, он зря тогда пожертвовал собой? — Да! Потому что он сраный придурок, который никому ничего не сказал! А мог бы и мы что-нибудь решили! И это, блять, единственный выход, который я вижу, — взрывается девушка, также поднимаясь с места, чтобы ухватить нервного лидера за локоть. — Ты думаешь, что я хочу добровольно идти туда? К этому извращенцу и сутенёру? Нет, Тэён, не хочу, но я пожертвую собой ради Джэхёна, который сделал точно так же. Каким подлецом бы он ни был, я не оставлю его в беде. И я сделаю это. Со мной ты или нет, но я поеду туда и сделаю всё для того, чтобы помочь ему выбраться. Как только Еын замолкает, позади раздаются ленивые хлопки, заставляя спорящих развернуться на звук. В проходе стоял Доён. Облокотившись об косяк плечом, он хлопал в ладоши, вызывая на лицах Тэёна и Еын удивление. — У тебя героизм в одном месте заиграл? — Доён вопросительно приподнимает бровь. — Я поражён. И согласен с тобой. — Что? — Тэён, взвинченный словами друга, выпучивает глаза. — Вы оба сошли с ума! Это слишком рискованно! — Не хочешь помогать ты, я возьму Доёна, Тэиля и других, кто будет согласен! — Да кто в здравом уме будет согласен жертвовать собой? — всё не унимался блондин. — Мои знакомые! — Да какие знакомые, Еын? — Которые мне недавно жизнь спасли! На секунду в комнате воцарилось молчание, перебиваемое лишь тихим тиканьем часов, висящих над входом. Тэён оседает обратно на диван, зарывая лицо в руках, и устало потирая переносицу. Девушка ещё несколько секунд громко дышит от злости, а затем наконец приходит осознание сказанного. Она ведь молчала об этой ситуации, даже попросила Сыншика и Седжуна молчать об этом, чтобы лишний раз не волновать остальных. Случись бы подходящий момент, она бы всё рассказала им, но не сейчас, когда проблем и так хватает, по самое горло. — Пожалуйста, Тэён, — Ким присаживается рядом с парнем, который больше походил на выжатый лимон, чем человека. — Если всё пройдёт гладко, то все останутся живы. Я знаю, что у нас всё получится. Я готова рискнуть, и сделаю это вне зависимости от твоего решения. — А у меня есть выбор? — Тэён качает головой, говоря совсем тихо. — Если ты сделаешь это, я всё равно не смогу спокойно сидеть здесь. Я просто надеюсь, что ты понимаешь на какие риски идёшь. И что нам устроят Джонни и Чону, когда узнают… — Они и не узнают, — твёрдо заявляет Еын, поднимаясь на ноги, и переводя взгляд на молчаливого и задумчивого Доёна, который мысленно был явно где-то не здесь. — Доён, очнись! — А? — брюнет моргает и возвращает всё своё внимание на остальных. — Я скажу брату, что возвращаюсь обратно к матери, — она пожимает плечами. — Но на самом деле я поеду в этот бордель и пробуду там до тех пор, пока вы не явитесь и не вытащите нас с Джэ. Пока я буду там, Соно потеряет бдительность и вы нагрянете с эффектом неожиданности. — Ты считаешь его настолько тупым? — подаёт голос Доён, с сомнением обдумывая слова девчонки, которая в этот самый момент открылась ему совсем с другой стороны. — Да. Умный человек бы вычислил крысу среди своих сразу же, и на крайний случай бы подумал о том, что я банально могла убежать из университета с кем-то прямо из-под его носа, — темноволосая хмыкает, радуясь тому, что Доён был на её стороне, а Тэён понемногу начал оттаивать. — Разве это не значит, что он станет ещё более внимательным? — Если ты прав, то его легко можно будет довести до паранои, — она пожимает плечами, закусывая губу. — Нет, вот это уже слишком опасно, — Тэён покачивает головой, от чего его чёлка колышется из стороны в сторону, спадая на глаза. — Я согласен на это. Только прошу, будь осторожна. Ты не обязана делать это… — Но я хочу. Всё это происходит из-за меня, и я хочу всё исправить, хорошо? Я не могу спокойно жить, зная что сделал для меня Джэхён. — Прям Мать Тереза, — саркастично выпаливает Доён и в памяти девушки резко всплывает образ нового знакомого — Чонопа, который не так давно выразился при ней точно так же, от чего в её голове созревает ещё одна идея. — Заткнись, Доён, — огрызается Еын, на что Ким поднимает руки вверх, аля, сдаюсь, только не бей. — Последний вопрос, — Тэён поднимает голову вверх. — Как ты доберёшься туда? — У меня есть знакомый, который должен помочь мне в этом. — Ты доверяешь ему? — Да.