Репутация

      — Эй, Чони-Чон, как думаешь, эта черноглазая бестия мне отсосет? — ему даже не требуется отвечать, только закатить глаза на бессмысленный вопрос и продолжить разглядывать ленту соцсети от скуки. Парню либо дадут по яйцам за отвратительный подкат, либо действительно отсосут. Третьего, как правило, не дано.        Чонгук не очень любит тусовки. В клубе громкие дребезжащие биты, жара и много дурно пахнущего алкоголя. Соседи по столику облепили со всех сторон, во время танца норовят залезть прямо на голову, охмелевшие приятели предлагают выпить, закурить, употребить парочку разноцветных таблеток. Он каждый раз улыбается и вежливо отказывается от очередных подачек, аккуратно отстраняется от пьяненьких мадам, но всегда держит руки наготове, чтобы ловить тех, кто уже потерял связь с миром. И всё это пиршество снимается на телефон для чьего-то Тик-Тока или Инстаграма.       Когда ты абсолютно трезвый, пьяные люди с их чрезмерной игривостью и валящим со всех дыр позитивом неимоверно раздражают. К сожалению, раздражают и те, кто сквозь музыку вопит что-то вроде: "меня никто не любит", а потом названивает бывшим. Завтра рано вставать — пробежку в шесть утра никто не отменял, как и тренировку в семь, а затем утренние субботние пары по философии. В общем-то да, такие правильные мальчики, как Чонгук, ненавидят тусовки.        Ближе к часу ночи, когда некоторые парочки начинают удаляться в известном направлении, чтобы вдоволь натрахаться, Гук случайно замечает, как один знакомый парень, сам находясь в состоянии нестояния, засыпает в чей-то апероль мукообразный порошок. Вряд ли чувак решил подсластить кому-то жизнь сахарной пудрой или замесить на ликёре тесто.       Чон, недолго думая, меняет свой стакан сока на сие творение, слыша разочарованные вздохи со стороны. Вот крысы! Даже предупреждать не собираются, наплевав на хвалёную мужскую солидарность. Девчонка по правую руку уже через пару минут возмущается, что кто-то стащил её коктейль, а спортсмен теперь не знает, куда сбежать вместе с алкогольно-наркотической бурдой, чтоб не попасться под горячую руку. Его спасает привалившийся сбоку товарищ.        — Будешь? — Нейт, парень-баскетболист из общей компании спортсменов и довольно близкий приятель, тянет ему пару белых круглых пилюль. — Слушай, это просто «окси». В Америке такое даже детям можно, не парься.        — Чувак, я сто раз повторял — у меня в любой момент могут взять допинг-тест, мой тренер не будет рад обнаружению оксикодона.       Чон посмеивается, глядя на то, как Нейт закидывается парой таблеток и запивает полным бокалом абсента. Когда-нибудь этот парень точно испытает все прелести передозировки. Гук помнит, как его старшего брата трясло и выворачивало после употребления какой-то жуткой синтетики примерно полгода назад, тогда он держал его за руку в заблёванной палате и молился всем известным богам, чтобы родственник не откинулся.        Чонгук не считает себя ангелом и не любит наставлять других, он просто не особо уважает алкоголь из-за плохой переносимости и сторонится наркотиков. Даже у банальных таблеток для людей с СДВГ гигантский список побочных эффектов. От боли в мышцах до потери сознания, от лёгкой мигрени и тошноты до жёсткой ломки и психических отклонений.       Чону дорого стоило поступление в Нью-Йоркский университет — пятнадцать лет тхэквондо, больше десяти лет бокса, годы лёгкой атлетики и злополучный экзамен по английскому, чтобы получить стипендию спортсмена с полным покрытием затрат. Вылететь из вуза при очередной сдаче анализов крайне глупо, учитывая тот факт, что его скорее убьют, чем пустят домой без диплома о законченном высшем.        Таких, как Нейт, мало что останавливает. Он всю жизнь живёт в Нью-Йорке, на шее своих поразительно адекватных и любящих богатых родителей, которые, несомненно, оплачивают учёбу в престижном вузе именно на том направлении, о котором грезил ребёнок. В «Фиолетовых» таких большинство, и Чонгук, не желая выделяться, как последний придурок тусуется с парнями из братства.       Техника имитации опустошения шотов отточена до идеала, сексуальные девчонки периодически под свист выводятся из клуба, но вместо «безудержного секса» заботливо отправляются домой на такси, в квартире зачем-то всегда припасена травка, а на руке набиты на спор несколько татуировок (потом он, правда, сам вошел во вкус и сейчас пытается составить композицию полноценного рукава). Он не плохой мальчик, он хороший актёр.        — Бля, я всё выжрал, — баскетболист показательно переворачивает тройку пустых шотов, закидывает руку на плечо и еще сильнее приваливается сбоку пьяным моржонком. — Сгоняй со мной за выпивкой!        Гуку кажется, что это отличная возможность незаметно сбежать, поэтому он, конечно, соглашается. Раньше у него хотя бы была возможность жаловаться на закрытие общежития, но полгода назад, несмотря на возросшие расходы, Чон стал снимать квартиру. Мог себе позволить, к счастью.       Нейт радостным тюленем хлопает в ладоши, пока тянет парня из зоны диванчиков. Стоит пробраться сквозь огромную, энергично дёргающуюся толпу потных студентов, умудрившись не отдавить людям ноги и не отхватить парочку тумаков за столь великую наглость, и ты попадаешь к огромной барной стойке, где работает заводила-бармен. Его хобби — бесплатно заливать без того пьяным девчонкам в рот бейлис со взбитыми сливками, чтоб те дали себя засосать. Он, вроде как, дрочит на свою работу.        Пока Нейт ждёт набор шотов и свой любимый ядерный коктейль, Чон расслабленно опирается на твёрдую деревянную поверхность. Танцпол заколдован неоновой дымкой, разноцветные софитовые лучи бегают по влажным телам танцующих, превращая массу быстро раскачивающихся людей в тесно сплетённый клубок блестящих разноцветных змей. Биты оглушают, посылают приятные вибрации по телу.       Чонгук скользит взглядом по разгорячённым девушкам, которые, не стесняясь, потираются о промежности парней, откидывают головы им на плечи и позволяют увлекать себя в бесстыдные сплетения языков. По их глубоким декольте стекают крошечные капли пота, юбки задираются, а прозрачные топы не оставляют места для полёта фантазии. Длинные стройные ноги, ставший немного небрежным макияж, откровенные наряды, идеально уложенные пряди. У него непозволительно давно не было секса.        — Почему классные девчонки всегда липнут к педикам?       Баскетболист вновь закидывает руку ему на плечо, тяжело вздыхая. Сам Чонгук ничего не имеет против геев или кого бы то ни было ещё, но большинство парней из команды «Фиолетовых» интеллектом не отличаются, и агрессия для них норма. Желание мыться в общей душевой отпало, когда ему в красках рассказали, как и кому там пихали в зад швабру за его «голубизну».       — Иногда мне хочется съездить по этой смазливой роже, — и это, очевидно, не шутка.        — О ком ты?        — Грёбаный Ким Тэхен с психфака! — и столько ненависти и отвращения в его голосе, что становится понятно — там совершенно точно танцует какой-нибудь серийный маньяк-извращенец, душащий щенков и насилующий детей — не меньше!        Его голову грубо обхватывают руками, тыкая носом, словно нашкодившего котёнка, куда-то в центр танцпола. А там спирали черных волос, карамельная, слегка влажная кожа, что отливает медовым даже при клубном освещении. Атласная блуза цвета меди с глубоким декольте, заправленная в черные брюки с фирменным ремнем от Gucci вокруг подтянутой талии.       Чонгук невольно сглатывает, осматривая изгибы округлых бёдер, звёздную россыпь конденсата пота на острых скулах и выпирающих ключицах. Ласкает взглядом кольца золотых серёжек и подкрашенные блеском полные губы. Гук впервые ловит себя на взрывоопасной мысли — он считает парня сексуальным, потому что этот Тэхён яркий, плавный, немного кокетливо-дерзкий, но совсем не лишенный маскулинной мужественности. Одним словом — невероятно красивый!        В центре этой шумной толпы, под басами оглушающей клубной музыки ни одна случайно выхваченная глазами девушка не кажется Чону столь же сексуальной. То, как Ким утончённо сгибает кисти рук, когда ласкает длинными окольцованными пальцами загорелую шею с четкими очертаниями острого адамова яблока и поправляет лоснящиеся пряди волос, когда обводит касанием талию какой-то отдаленно знакомой длинноногой чирлидерши, как он плавно поворачивает широкие плечи, соблазнительно покачивает крепкими бёдрами в такт громким басам.       Чонгук даже не может отвернуться, когда на него смотрят в упор, снисходительно смеются, продолжая манерно вытанцовывать в самом центре шумной толпы. Он напряженно следит за статной долговязой фигурой, когда парень удаляется с веселой толпой девчонок к столикам, а Нейт тянет его в их укрытую от глаз VIP-зону. Лишь бы не потерять в толпе, лишь бы поглазеть чуть дольше!        Сердце гремит в висках, пульсирует в животе, а дышать становится сложнее. Кто-то стопроцентно подмешал ему психостимуляторов в апельсиновый сок, потому что позывы тела пугающе противоестественные. Пробежка в шесть утра? Нет, спасибо. Он будет с глупо нахмуренными бровями высматривать знакомую фигуру на танцполе.       Даже недавно тайком спасенная девушка, что умаститься на его коленях, чтобы позаписывать «классные» сторис и полизать хоть чью-нибудь потную шею, не сможет отвлечь студента от сего увлекательного занятия. Вот так вот правильный мальчик Чонгук впервые видит Ким Тэхёна, такого странного, яркого, и до безумия красивого, и почему-то моментально понимает — эта встреча разрушит его идеальную жизнь.