When the adrenaline goes wild
23 мая 2020 г., 22:47
Прошло чуть больше месяца, и за это время жизнь Дженсена наконец-то приобрела все то, чего он хотел.
Не прошло и двух недель, как Миша официально предложил ему встречаться, и он согласился даже не раздумывая. Может, кто-то подумает, что все развивается слишком быстро, но Дженсен никогда не впутывал людей в свою личную жизнь, и ему было плевать. Он чувствовал, что может доверять Коллинзу, и полностью ему отдаться во всех аспектах. С ним было все так же легко, сессии они проводили как минимум трижды в неделю, когда Миша был не занят работой, а в выходные или свободное время они ходили в музеи и рестораны, что создавало ощущение теплоты и совершенно обычных любовных отношений.
Да, Дженсен определенно был влюблён. Он не знал, взаимно ли это, хотя по реакции Коллинза мог многое понять, но все равно сомневался.
Сегодня был день, когда они назначили очередную сессию дома у Миши, а последняя была около недели назад, впервые у них создался некий «перерыв». За все это время Эклз познал на себе многое, и ему ничуть не надоедало проводить время со своим парнем как в постели, так и вне. Миша даже дал копию ключей от своей квартиры, чтобы Дженсен успевал подготовиться и морально, и физически, и сегодня был именно такой день, когда Миша позднее обычного возвращался с работы.
На часах было примерно 9:30 вечера, Миша должен был приехать через час, поэтому Дженсен со спокойной душой отправился в ванную комнату. Ему было все еще немного неловко, что он проводил свои «процедуры» прямо у Коллинза дома, но его парень так спокойно относился ко всему, что сразу же его успокаивало.
Пройдя через процедуры очищения, побрившись в нужных местах, и на всякий случай почистив зубы, он вышел из ванной, уселся на диван в гостиной и включил телевизор.
Приблизительно через минут 20 в квартиру зашел Миша, снимая поясную сумку, разуваясь и снимая верхнюю одежду.
— Эй, Дженсен, я принес еды из того ресторанчика, который тебе понравился, так что как насчет того, чтобы покушать? — послышался голос из коридора.
— Да, я бы с удовольствием перекусил, — Дженсен улыбнулся, выключил телевизор, подошел к Мише, забирая у того пакеты с едой, и нежно поцеловал его в щеку, чем вызвал милейшую улыбку.
После позднего ужина Миша отправился в душ, а Дженсен сделал то, что было ему велено еще во время разговора о сессии. Направился в ту самую спальню, стянул с себя всю одежду, кроме боксеров, осторожно сложив ее на стуле, встал на колени перед дверью, и опустил голову вниз. Он знал, что ждать оставалось недолго, потому что Миша принимал душ после работы примерно минут за 10. Он никогда не опаздывал, что в очередной раз согревало Эклза.
Миша зашел в комнату в одних лишь брюках, прикрыл за собой дверь, и Дженсен почувствовал его руку на своих волосах, которая медленно прошлась по ним, взъерошивая, затем по шее, и перешла на подбородок, чуть приподнимая за него пальцами, побуждая посмотреть вверх.
— Итак, чего бы ты хотел сегодня? У меня нет определенных планов, так что решать тебе, единственное, что я хотел бы попробовать — ремень, если ты не против, — голос Миши был таким приятно низким, почти урчащим, а пальцы, которые нежно поглаживали подбородок создавали ощущение теплоты и безопасности.
Дженсен понял, что за все это время они не заходили дальше игрушек, и что Миша ни разу не шлепал его, хотя буквально на вторую сессию попросил его об этом, но Коллинз сказал, что пока еще слишком рано. Значит, время пришло. А Дженсен был только за.
— Да, ремень. Пробка. Асфиксия. Хочу следы. Минет. А дальше — на твое усмотрение, — Дженсен сглотнул, когда пальцы Миши слегка сжались на его горле, черт, эта вещь действительно сильно его возбуждала. Он не знал, позволит ли Миша ему это, ведь он не любил торопиться, а Дженсен, наверно, слишком поспешил, выдав такой набор… Он прикрыл глаза, надеясь, что Миша ему не откажет.
— Приемлемо. Сядь на кровать, Дженсен, — Миша облизнул губы, подмигивая ему.
Дженсен встал, перемещаясь на кровать, и уселся, немного не понимая, что же собирается сделать его доминант. А Миша подошел, просто опустился перед ним на колени, разводя его ноги в стороны. Черт, Дженсен понял, что не уточнил, кому именно достанется минет. Еще ни разу ему не доставалось минета от Миши, и он чуть не поперхнулся воздухом от того, что тот стоял перед ним на коленях. Но все равно чувствовал ту власть, которую над ним имел Коллинз. Миша был способен поставить его на колени одним лишь взглядом, и у Дженсена никогда не возникало даже желания воспротивиться ему.
— Можешь прикасаться ко мне, двигаться, в общем все, что хочешь, и можешь кончить, — проговорил Миша, глядя ему в глаза, затем заставил Дженсена приподняться, и стянул боксеры, усмехаясь тому, что у Эклза уже встал.
Дженсен чертовски возбудился от одного осознания происходящего и голоса Миши, шумно сглотнул, когда тот взял его член в руку, начиная медленно поглаживать, и целовал головку. Коллинз провел языком по своей ладони, затем принялся медленно дрочить Дженсену, сильно засасывая головку, что приносило легкую, но приятную боль. Дженсен зарылся пальцами в мокрые волосы Миши, перебирая их и слегка сжимая, и толкнулся тому за щеку.
Миша понял намек, переместил ладонь чуть ниже, слегка сжимая яички, и заглотил член Дженсена до основания, сильно сглатывая.
О, черт.
Из горла Дженсена вырвался задыхающийся стон, и он начал толкаться в рот Миши, старался быть осторожным, чтобы не вызвать затруднение дыхания или неприятные ощущения.
— Дженсен, — Миша выпустил член изо рта, облизывая губы и сглатывая слюну и смазку, и посмотрел тому в глаза, — трахни меня в рот, не стесняйся, давай же.
Дженсен застонал от этих слов и прикусил нижнюю губу, подтягивая Мишу за волосы обратно к своему члену, и, когда тот снова взял в рот — толкнулся до самого основания одним толчком. Черт возьми, у Миши не было рвотного рефлекса.
Миша сжимал свое горло вокруг его члена, и позволил тому делать все, что он пожелает. Эклз медленно толкался вглубь, наращивая темп, и стонал, сжимая пальцами одной руки волосы Коллинза, а другой — его плечо. Миша беспрерывно смотрел ему прямо в глаза, даже, кажется, не моргая.
Дженсен потерялся в ощущениях, и, когда головка в очередной раз проехалась по стенке горла, кончил прямо в рот Миши с громким стоном, сжимая волосы и не давая отстраниться.
Миша глухо простонал, сглотнул семя, вылизывал и посасывал головку, пока член полностью не обмяк, принося Дженсену чертовски много удовольствия.
Эклз обессилено упал на кровать, когда Миша выпустил его член из плена своего рта.
— Хорошо, — легко прошептал Миша, немного откашливаясь и облизывая губы, — А теперь ложись поудобнее и разведи свои ноги для меня.
Дженсен послушно подтянулся к спинке кровати, согнул ноги в коленях и развел их в стороны.
Миша отошел к одной из тумбочек, открывая верхний ящик, и достал оттуда пробку достаточно большого диаметра, обернувшись на Дженсена и демонстрируя её.
— Твой цвет, Дженни? — мягко спросил Миша, слегка поглаживая кончик игрушки.
— Зелёный, Миш, — хрипло сказал Эклз, слегка ерзая на постельном белье от нетерпения.
Миша легко улыбнулся уголками губ, достал тюбик со смазкой, и забрался на кровать рядом с Эклзом. Вообще, Дженсен хорошо подготавливал себя еще в душе, но Миша всегда сам растягивал его, и не хотел даже слушать, когда он говорил, что готов.
Поэтому, когда два влажных в смазке пальца надавили на его отверстие, он даже не удивился. Он принял пальцы легко, еле слышно постанывая, и старался насадиться на них, через минуту Миша добавил третий, а затем и четвертый палец, начав трахать ими Дженсена.
— Пожалуйста, Миш, давай, — тихо стонал Дженсен, откидывая голову назад, и продолжая нетерпеливо насаживаться на пальцы, — я готов, правда, я готов.
— Ты будешь готов тогда, когда я решу, — рыкнул Миша, сильно шлепнув второй ладонью по бедру Дженсена.
Он мучительно долго растягивал его, и Эклзу казалось, что это длится бесконечно, пока не почувствовал пустоту внутри, и достаточно массивный кончик пробки, упирающийся во вход.
Миша сильно надавил игрушкой, и Дженсен простонал, впуская в себя ее до середины, а затем мышцы начали сопротивляться.
— Расслабься, Дженни, ну же, ты такой хороший, так хорошо принял мои пальцы, ты сможешь, — нежно шептал Миша, и положил одну ладонь на низ живота Эклза, слегка надавливая.
Дженсен застонал, расслабился и игрушка резко вошла до конца, надавливая на простату, и его буквально подбросило над кроватью, а изо рта вырвались громкие стоны.
— Вот так, ты молодец, Дженсен. А теперь ляг на живот, давай же, перевернись, — Миша снова легко шлепнул по бедру и немного отстранился.
Дженсен с трудом перевернулся, ощущая движения пробки внутри себя и то, как сильно она растягивала мышцы внутри, уткнулся лбом в свои руки, немного подрагивая.
— Для начала 10 ударов, будешь считать, если собьешься — 10 ударов дополнительно, ты понял меня? — послышался серьезный голос Миши, и Дженсен кивнул, и почувствовал, как тот поднялся с кровати, и встал сбоку от лежащего Эклза.
— Словами, скажи мне словами. Твой цвет? — Миша провел ладонью по правой ягодице Дженсена и слегка сжал её, предупреждая.
— Да, я понял, зелёный. Зелёный.
Миша издал смешок, затем послышался звон пряжки, и Дженсен понял, что он будет использовать свой собственный ремень.
Коллинз вытащил ремень из петель, сложил его, и медленно провел им вдоль спины Дженсена, затем между ягодиц, и вниз, по ляжкам.
Дженсен нетерпеливо поерзал, а когда услышал яростно рычащее «не двигаться» замер.
Через пару секунд на него обрушился первый, достаточно сильный удар.
— Один, — от неожиданности громко простонал Дженсен, слегка вздрогнув.
До восьмого удара все шло хорошо, но после Миша начал будто бы нарочно бить в одно и то же место, и кожа на заднице Дженсена начала гореть.
Раздался очередной звон пряжки, и ремень со свистом опустился на левую ягодицу, попадая прямо по месту предыдущего удара.
— Д-двенадцать! — вскрикнул Дженсен, сильно дергаясь и шипя от боли.
— Это был одиннадцатый, так что еще плюс 10 ударов, твой цвет? — Миша провел пальцами второй руки по ягодицам, надавливая на места ударов, вызывая у Дженсена недовольное шипение.
— З-зелёный, — хрипло выдохнул Эклз, кусая губу.
Миша продолжил хаотично наносить удары, и Дженсен еле удерживал себя от того, чтобы не отодвинуться или прикрыть руками горящую кожу ягодиц.
— Двадцать, — сбивчиво прошептал Дженсен.
Последний удар пришелся по правой ягодице, слегка задел основание пробки, вгоняя ее глубже, и Дженсен почувствовал, будто ему рассекли кожу до крови.
— Двадцать один, — он вскрикнул и дернулся.
— Хороший мальчик, Дженсен, умничка, ты справился, — Миша отложил ремень на тумбочку возле изголовья кровати, навис над Дженсеном, оказываясь сверху, и нежно коснулся губами взмокшей лопатки. Он нежно вылизывал кожу, спускаясь ниже, и когда его ладони опустились на ягодицы — Дженсен дернулся и зашипел, а Миша успокаивающе проводил языком по припухшей и раскрасневшийся коже.
— Ты в порядке, всё лишь покраснело. Так красиво, Дженни, ты бы видел, — со смешком сказал Миша, легко давя пальцами на пробку, заставляя Дженсена стонать, — я бы мог делать это очень долго, но твои губы на моем члене… Гораздо желаннее.
— Ми-и-иш… — послышался сбивчивый шепот Дженсена, кусающего свои губы.
— А теперь отсоси мне, — грубо сказал Миша, отстраняясь и усаживаясь на свой излюбленный «минетный» стул, как прозвал его Дженсен. Коллинз пододвинул ногой один из ковриков, который лежал с ближней стороны кровати, и оставил его возле стула.
Дженсен приподнялся и едва слышно застонал, задница болела неимоверно. Подошел ближе к Мише, осторожно опустился на мягкий коврик на колени, господи, как же ему мешала эта гребаная пробка, и коснулся пальцами ширинки, заглядывая в глаза.
— Да, можешь пользоваться руками. Если что-то пойдет не так — сожми пальцами мое колено, я пойму. Каков твой цвет? — Миша мягко провел пальцами по горлу Дженсена, внимательно смотря тому в глаза.
— Да, я все понял. Зелёный, Миш, — Дженсен легко улыбнулся, и Миша погладил его по волосам.
Эклз расстегнул пуговичку и ширинку, схватился за резинку белья, и Миша приподнялся, помогая стянуть с себя оставшиеся вещи. Член был напряжен, и на головке показалась капелька смазки, которую Дженсен сразу же слизал.
Миша нежно гладил пальцами его затылок, слегка оттягивая короткие волоски, и Дженсен взял в рот головку, начиная сосать.
Коллинз развел ноги шире, и толкнулся ему прямо в горло, вырывая судорожный вздох. Затем медленно скользнул пальцами по шее.
— Расслабь горло, Дженни, — мягко попросил Миша, глядя тому в глаза.
Эклз сделал глубокий вдох, и послушно расслабил горло. Спустя секунду Миша глубоко толкнулся тому в глотку, и достаточно сильно сжал горло рукой, не давая отстраниться.
Дженсен был готов, но все равно немного поперхнулся, затем быстро совладал с собой и прикрыл глаза, слегка сжимая пальцами бедра Миши.
Миша начал трахать его глубоко в горло, сильно сжимая гортань пальцами, и Эклз почувствовал, как начинает кружиться голова от недостатка кислорода, ведь он не мог вдохнуть ни ртом, ни носом.
Миша глухо стонал и внимательно смотрел на лицо нижнего, продолжая резкими толчками вбиваться вглубь рта. Из горла Дженсена рвались хрипы, он сильно боролся с желанием отстраниться и прокашляться, но усиленно сдерживался, только слегка закатывал глаза и сжимал пальцы на бедрах Миши, и тут Коллинз толкнулся особо глубоко, и, утыкаясь головкой в стенку горла, кончил.
Дженсен попытался отстраниться, но Миша не дал ему возможности, и Дженсен попытался сглотнуть, но его горло продолжали сильно сжимать, поэтому он судорожно выдохнул, и семя вместе со слюной потекли по его подбородку и шее. Миша чуть ослабил хватку, и медленно вышел из рта Дженсена.
Эклз судорожно глубоко вдохнул, распахнув глаза, и пальцы Миши снова сдавили его горло. Миша тяжело дышал, смотря Дженсену прямо в глаза, пока тот автоматически пытался наполнить легкие кислородом, но не мог, лишь дрожал и тихо хрипел.
Но пальцы Дженсена все так же оставались на его бедрах, а тело начало расслабляться. Он лишь смотрел постепенно теряющим фокус взглядом Мише в глаза, а почти всю синюю радужку Коллинза скрыли зрачки, и этот взгляд, полный… Животного желания и возбуждения. И чего-то еще, что Дженсену разобрать не удавалось.
Твою. Же. Мать.
Дженсен чуть было не кончил второй раз за последние 15 минут, словно ему было снова 16. Такое вообще возможно?
Миша нежно скользнул ладонью, поглаживая саднящее горло, и Дженсен прислонился щекой к внутренней стороне его бедра, закрывая глаза и судорожно хватая воздух.
— Дженни? — раздался хриплый шепот, и пальцы Миши нежно прошлись по его плечу, затем вверх, по шее, и зарылись в волосы на затылке, нежно скользя короткими ногтями по коже головы, — ты со мной?
— Д-да, — сбивчиво выдохнул Дженсен, и поднял свой взгляд на Мишу.
— Хороший мой. Такой хороший, — нежный шепот Миши убаюкивал Дженсена, и тот едва не заурчал, когда пальцы Коллинза мягко прошлись по коже за ухом, почесывая, а затем скользнули по щеке. Миша дотянулся до тумбочки, и открыв один из ящиков вынул оттуда упаковку с салфетками, вытащил одну, и мягко вытер подбородок и шею Эклза, затем выбросил влажную от слюны и семени салфетку в рядом стоящую урну, — ложись на спину на кровать, широко разведи ноги, если ты готов. Если нет, то отдохни немного.
Эклз кивнул, и Миша улыбнулся, ласково ероша волосы на его голове.
Спустя минуту Дженсен встал и подошел к кровати, устраиваясь поудобнее, и прикусывал нижнюю губу от неприятных ощущений, боже, кожа на ягодицах продолжала сильно гореть, и лежать было не очень комфортно. Миша взял одну из подушек, немного приподнял Эклза, и подсунул ее ему под поясницу. Дженсен облегченно выдохнул, так было намного лучше.
Миша снова навис над ним, нежно поцеловал в губы, но не дал углубить поцелуй, затем укусил за кожу на щеке, спустился к шее, нежно кусая, а затем сильно засосал кожу, оставляя алеющий засос. Он усыпал засосами шею и плечи парня, Дженсен тихо стонал по ним, поглаживая пальцами спину Коллинза.
Миша снова дотянулся до тюбика со смазкой, выдавил себе на пальцы, и коснулся основания пробки. Поглаживая гладко выбритую коже возле отверстия, он слегка надавил, чем вызвал у Дженсена удивленный вздох, и один палец присоединился внутри к пробке.
Наполненность и стоящий будто колом член приносили и боль, и удовольствие одновременно.
Коллинз медленно вытаскивал пробку, и Дженсен сжал его плечи, слегка выгибаясь, а когда пробка резко вышла, то застонал от пустоты внутри, но Миша не дал ему расслабиться, и четыре его пальца снова оказались внутри, раздвигая чувствительные стенки.
— Дженсен, закрой глаза и не открывай, пока я не разрешу, — приказной грубый тон Миши заставил его вздрогнуть, и он послушно плотно прикрыл глаза.
Пальцы медленно ласкали стенки, Эклз стонал, зарывшись в почти высохшие волосы Миши одной ладонью и сжимая их. Верхний прижимался почти вплотную, целовал шею и ключицы парня, медленно трахая его пальцами, и Дженсен терся своим мокрым членом о живот Коллинза, издавая скулящие звуки.
Миша надавливал кончиками пальцев на простату, и из Дженсена вырвался особо громкий стон, тот выгнулся, резко сжимая волосы на затылке Коллинза.
— Я говорил, что ты меня очень заводишь? — от хриплого шепота в свое ухо Дженсен вздрогнул, а вновь стоящий орган Миши, упирающийся ему в низ живота, заставил захлебнуться стоном.
Затем он почувствовал пустоту внутри, но Миша не дал ему расслабиться, сразу же заменяя нехватку пальцев крупной головкой члена. Не прошло даже двух секунд, как одним резким толчком Коллинз оказался внутри него, выбивая воздух из легких.
Он сразу же начал быстро и глубоко толкаться, не давая Эклзу привыкнуть, скользнул языком по груди и укусил за сосок, и снизу сразу же послышалось громкое шипение. Миша грубо толкался, соприкасаясь мошонкой с горящей задницей нижнего, и скользнул руками по плечам, останавливаясь пальцами на шее.
Коллинз ускорил темп, и немного сменил угол, надавливая головкой на простату, Дженсен не успел даже вскрикнуть, как пальцы снова сильно сжались вокруг его горла.
Тело Эклза снова напряглось, Миша сильно сжимал гортань, перекрывая кислород, и он лишь хрипел, пока верхний грубо трахал его.
Чертова саднящая задница, саднящее горло, и Миша, беспощадно вбивающийся в его тело, заводят Дженсена за край. Он кончает с громким задыхающимся всхлипом, особо сильно сжимая своего верхнего внутри, и тот через несколько особо резких толчков тоже кончает глубоко внутрь, но ничуть не ослабляет свою хватку на горле.
Дженсен чувствует, как покусывают его соски, и громко хрипит, сильно сжимая волосы на затылке Миши пальцами.
— Открой глаза, — следует грубый приказ, Дженсен едва ли может разлепить веки, из глаз уже текут слезы, а Миша все продолжает неистово сильно сжимать его горло, глядя ему словно в душу.
Дженсену уже начинает казаться, что последнее, что он увидит — темно-синие глаза. Он судорожно пытается вдохнуть, и его руки на автомате вцепляются в плечи Миши, сжимая сильно, но постепенно ослабевая.
Миша внимательно смотрит на его покрасневшее от напряжения лицо, на вздувшуюся венку на лбу, на веснушки, которые сейчас выглядят ещё ярче, и еле сдерживает стон.
Из горла Дженсена вырываются слова, которые, он бы, наверное, по своей природной осторожности не сказал еще очень долго. Может, виновата нехватка кислорода, может, виноват чертов Миша, с которым ему так повезло, но…
— Я люблю тебя, — хрипит Дженсен, тратя последний оставшийся кислород в легких, чтобы вытолкнуть эти слова из своего рта, — я, блять, люблю тебя.
Взгляд Миши на секунду стал будто бы неуверенным и удивленным, но потом он снова пришел в себя, и хватка на горле стала до невозможности сильной. Дженсен закатил глаза, его начала бить крупная дрожь, и, откинув голову назад, он начал расслабляться.
В эту же секунду Миша постепенно ослабил хватку, уже нежно гладил пальцами пострадавшее горло, а его губы покрывали будто бы каждую веснушку на щеках Дженсена поцелуями.
— Дженни, Дженни, ты со мной? Ответь мне, мой хороший, — шепчет низкий голос, который слышит Дженсен одновременно со звоном в ушах. Он пытается судорожно дышать, из горла вырываются хрипы, и кажется, что все вокруг в его слюне.
— Миш… Миш… — хрипит он, и его пальцы совсем слабо сжимаются на плечах Миши.
— Все, я понял, ничего не говори, — Миша медленно выходит из его тела, но он даже не замечает этого, концентрируясь лишь на горящих легких и саднящей боли в горле, — подожди минуту, Дженсен, я быстро.
Миша ушел. Дженсену с большим трудом удается не вырубиться, он не осознает, что происходит, лишь глотает воздух и прикрывает глаза.
Казалось, будто он лежал один нереально долго, но на деле прошло не больше минуты, как Дженсен услышал открывающуюся дверь, значит, Миша снова вернулся, и его голову осторожно приподнимают, прислоняя к губам стакан с жидкостью.
— Пей, Дженни, это вода, ну же, — нежно шепчет Миша, поглаживая пальцами его по волосам, и целует в висок. Дженсен с трудом делает пару глотков, слегка кашляя, а Коллинз успокаивающе гладит его горло, — ты такой молодец, видел бы ты себя, такой красивый. Прости, я должен был заранее подготовиться, я не должен был уходить, я так торопился к тебе. Прости меня.
Миша отставляет стакан на тумбочку, и берет салфетку, вытирая рот и подбородок Эклза. Затем достает плед и укрывает его, обнимая и немного покачивая в своих руках.
— Миш. Ничего страшного. Это было… — пытается начать шептать Дженсен, но язык будто бы не слушается его.
— Да, это было, — улыбается Миша, нежно целуя того в лоб, — я тебя тоже люблю, знаешь.
— П-правда? — глаза Дженсена удивленно расширяются, и останавливаются на губах Миши, словно не веря в то, что только что услышал.
— Правда.
— Кажется, мы все тут перепачкали… — тихо шепчет Дженсен.
— Хрен с этим, Дженни. Потом заброшу все в стирку, а тебя заставлю отмокать в тёплой ванной.
Миша тоже укрывается пледом, прижимает к своей груди Дженсена, и нежно целует его в шею.
Кажется, Дженсен самый счастливый человек. Во всяком случае, он никогда не чувствовал себя счастливее.
