Страшнее любого вранья

      Разочарованный вчерашним категорическим отказом Ледибаг, плюс измотанный поздним патрулем и ранней фотосессией Адриан Агрест плелся в школу, еле переставляя ноги. По хорошему, ему бы стоило остаться дома, отоспаться и прийти уроку к четвертому, если вообще идти в школу, не говоря уже о послеобеденном уроке фехтования. Но дела Адриана дома и Кота вне его нагоняли такую дикую тоску, что он решил попытаться развеяться в школе. И потом, даже если он будет засыпать, всегда можно отговориться утренней работой. Он хотел зайти наконец в школу, обменяться парой слов с бро, поболтать с Алей и Максом, поздороваться с Хлоей, сказать доброе утро милой Маринетт. Но в это утро первой ему встретилась та, которую он видеть ну никак не хотел.       — Адриан, я могу поговорить с тобой? — Адриан уже почти зашел в школу, как неожиданно был остановлен этим вопросом мадемуазель Росси.       — Лила, привет. Извини, пожалуйста, но свое обещание о совместной фотосессии я выполнил, и к Бражнику все, это было не так просто организовать. А выслушивать твои выдумки сегодня с утра у меня нет никакого желания.       Лила нахмурилась и нехорошие огоньки блеснули в ее тускло-зеленых глазах.       — Не хочешь слушать мои выдумки? Ты что не знаешь, что правда может быть страшнее любых выдумок? Ну, ладно, Адриан, ты сам напросился. Давай на секундочку все-таки отойдем в сторону. Говорить правду иногда легко и приятно. И я расскажу тебе правду, только правду, и ничего, кроме правды!       — Всю правду? — Адриан отлично знал тройную клятву юстиниановского кодекса, третье положение из которого современная юриспруденция предпочла не заимствовать. Как стало ясно через секунду, Лила — тоже.       — Не-а, — по-простецки потянула собеседница. — Но тебе хватит. Поверь мне. Вот тебе первая правда, ты ее отлично знаешь сам, ее знают и другие — это не особый секрет, но это важно: Адриан Агрест влюблен в Ледибаг.       Адриан Агрест невольно кивнул. Как Лила и сказала, о том, что он запал на Ледибаг, знали все, кто хоть как-то его знал. Лила тем не менее продолжила:       — Вот тебе вторая правда: Ледибаг влюблена в Адриана Агреста, ну или как минимум совсем-совсем неравнодушна к Адриану Агресту. Настолько неравнодушна, что была готова на все, даже отдать свой талисман, не думая, что при этом улетит с Эйфелевой башни вниз. И отдала бы, если бы не один мерзкий Кот.       Адриан кивнул во второй раз. Он хорошо помнил этот эпизод, и даже если Лила немного преувеличила, он Ледибаг как минимум не безразличен. Конечно жаль, что не Кот Нуар, но и это неплохо.       — Вот тебе третья правда, — заговорила Лила, убедившись в том, что ее слушали и выслушали. — Маринетт Дюпен-Чен влюблена в Адриана Агреста, и собирается сегодня в очередной раз попытаться признаться в своих чувствах.       Адриана бросило в жар. Пусть он не совсем верил Лиле, поймать ее на лжи было сложно. Пусть в последнее время Маринетт разговаривала с ним уже более вменяемо, это вполне себе объясняло ее бормотание и мямленье раньше. Нино в период своей недолгой влюбленности в Маринетт вел себя точно так же. О Господи, она сказала, «в очередной раз»?       — Возможно, — наконец пересохшим горлом пробормотал он, собираясь с мыслями. Что ему с этим делать, ведь это очень похоже на правду.       Лила ухмыльнулась:       — Сам увидишь. На первом уроке вряд ли, на втором тоже, да и дальше будет сложно, а вот на обеденном перерыве будь готов. Ну что, хочешь четвертую и последнюю правду, герой-любовник? Имей в виду, жить с ней тебе будет еще тяжелее.       Адриан кивнул. Да, вещи, которые говорила Лила, пока не были особо ужасными. Сложными, да, удивительными, да, но не сказать, чтоб особо страшными. Лицо Лилы перекосилось в довольной и злорадной лисьей усмешке.       — Ну, вот тебе четвертая правда, Адриан. Когда ты… Ну ладно, дадим тебе шанс… Если ты откажешь Маринетт Дюпен-Чен в ответных чувствах, ею завладеет настолько опасная акума, что даже «День Героев» покажется тебе милой сказкой. Настолько сильная, что Ледибаг, Кот Нуар и остальная горстка неудачников не факт, что смогут справиться.       Адриан побледнел. Кровь застучала у него в висках, спать совсем уже не хотелось. Ухмылка Лилы стала еще шире:       — Ну, что ты выберешь, Адриан Агрест? Шанс сойтись с твоим идеалом, но получить вдобавок обиженную на весь мир и на тебя в частности девушку? Или осчастливишь бедную влюбленную девушку и откажешься от шанса быть с Ледибаг? Как тебе моя правда, Адриан?       Адриан молча пошел по коридору, а вслед ему доносился смех Лилы:       — Времени у тебя немного… Выбирай, чего решил… Да как ни выберешь, все будет плохо. Так как тебе «правда»?