Похорони меня заживо

Утро того же дня, про который шёл рассказ в предыдущей части нашего повествования. Эта квартирка была далеко от центра города и очередных «рублёвок». Она, также как и здание, в котором она, собственно, располагалась, была сырой и старой. Чтобы вы знали, туда противно было даже зайти, чтобы нужду свою справить. Многоэтажка была похожа на заброшенный дом, оставленный после войны. Если вы зайдёте внутрь, то обнаружите обвалившуюся штукатурку. Лестница, ведущая к квартирам, была ржавой. Ладно, не будем об этом, никому не нужном, здании. Посмотрим на квартирку, в которой живёт наш герой со своей младшей сестрой Гулафией. Хоромы, грубо говоря, были не ахти. Ах, да, забыли про дом! В доме, где Маликовы снимали квартиру, не было отопления практически всегда. Куда люди только не обращались, ничего не изменилось с крайнего заявления. За годы жизни в подобных условиях, Батырхан понял, что: если ты беден, у тебя нет нормального жилья, если ты остался без родителей, то ты никому не нужен. Итак, квартира! Ребята снимают её уже три года, сразу после смерти родителей они переехали сюда и живут вместе до сих пор. Квартира однокомнатная. Вдвоём ютятся в спальне, разделяя один единственный шкаф и кровать. Батареи в доме практически не грели, но иногда выпадает возможность погреться, укутавшись в тёплый плед и попивая кружку горячего какао. На кухне стояли два стула и стол, широкий и деревянный. Плита была газовой, на полках аккуратно расставлены сервизы, разложены ложки с вилками. На самом деле, посуды было мало, потому что ей практически не пользовались. Не было денег купить продукты. Доедали остатки, пока не получат заработную плату за месяц. Брат и сестра буквально жили на крошках. Что греха таить, сегодняшнее утро они тоже должны были голодать. Батырхан проснулся раньше Гулафии и пошёл на кухню. В холодильнике стояла кастрюля с овсяной кашей, её осталось на одну порцию. Разогрев свой завтрак, Маликов поставил его на чистый стол, приступая к еде. Вдохнув лишь запах овсянки, сердце вдруг защемило, когда из спальни послышалось: «доброе утро, Батыр». Сестра останется голодной? Нет, никогда. — Доброе! — ответил брюнет, когда на кухню вошла сестрёнка, — Садись, ешь. — Это мне? Ты уже позавтракал? — Да, я поел..., — в очередной раз за эту неделю соврал Батырхан. Он пододвинул к Гулафии тарелку, когда девушка села за стол. Она была завернута в тёплый плед, бежевого цвета, нос её был ледяной из-за холода, а щёчки отдавали розовым, по той же причине. Спустя несколько часов Маликовы были уже на учёбе. Оба учились покладисто, хорошо, учителя были довольны ими, но финансовое состояние семьи напрягало преподавателей, поэтому они часто не считались с ними. Особенно с Батыром. Понимали, что у парня большой потенциал, но, учитывая то, что он постоянно отсрочивал внесение платы за учёбу, о нём и его сестре складывались весьма неприятные ощущения. К ним относились будто они на помойке нашлись. И, мы не шутим... — Маликов! Подойди ко мне, все остальные — свободны, — из аудитории послышался сиплый голос лектора, — Спасибо за внимание! Дождавшись, когда подростки разойдутся и за ними захлопнется дверь, преподаватель встал из-за стола, пристально рассматривая Батырхана. — У тебя было три месяца, — начал профессор, поправляя очки, — за три месяца можно было заработать нужную сумму. Ждать больше нет возможности. — Я понимаю, но..мне нужно платить за двоих. Дайте нам время, пожалуйста, — единственное, что мог сказать Маликов. Сколько это ещё будет продолжаться? — я ночами работаю, чтобы оплатить нашу учёбу. — Этого, как видишь, не достаточно! Тем более, меня разочаровывает твоя успеваемость. Ты не тянешь больше, понимаешь? — Понимаю..., — замялся Батыр, поправляя рюкзак на плече. Недолго думая, физик подошёл к студенту, двумя пальцами приподнимая его подбородок, заставляя смотреть в глаза: — Я могу помочь тебе с оплатой учёбы, — шептал на ухо учитель, запуская руку в волосы Батырхана, — но цена будет, не маленький уже, должен догадываться.. Голос профессора переодически сменялся на какие-то ненормальные, удовлетворённые выдохи, в шею ученика. Маликов жутко испугался такого поведения преподавателя и поспешил отстраниться. — Нет, обойдусь и без вашей помощи! Профессор издал разочарованный смешок, наблюдая за тем, как парень покидает кабинет. Это была последняя пара, поэтому Маликов вышел на улицу, а когда дождался сестрёнку, они вдвоём направились домой. Спустя несколько минут Кулумшин подбежал к ним, запыхаясь: — Хей, привет. Вы куда идёте? — Домой, — раздражённый Батырхан пробурчал только это. — У моего друга сегодня день Рождения, я иду к нему. Не хочешь с нами, Батыр? — беззаботно продолжал Данияр. — У меня настроения нет, да и я твоему другу никто, чтобы пить за него. — Ну, Батош, сходи, — улыбнулась Гулафия, положив свою руку на плечо брата, — отдохни. — Уверена? — Да, я дойду одна и можешь не волноваться за меня, я зайду к подруге в гости. Так и случилось. Ребята расстались на пешеходном переходе и ушли в противоположные стороны. Кулумшин и Маликов пришли в клуб, по совместительству ещё и бордель, публичный дом, в общем порочное место. Зенкаев дал своему "творению" однозначное название: — HALFANI? — спросил Батырхан, всматриваясь в вывеску над самим зданием. — Угу, заходи. Зенкаев и Мухаметкалиев уже сидели вместе с виновником торжества около бара. Пьяные посетители шумели и танцевали, разврат кипел уже несколько часов. Зенкаев наблюдал за парнями и девушками, танцующих на пилонах, почти по всему периметру зала. Он нанимал на работу только тех, кого считал достойными этой древнейшей профессии, всё-таки деньги он платил им не маленькие. Ему не хватало парней, увы, дефицит красавчиков. Друзья пили алкоголь, беседуя на различные темы: — Мне кажется, что моя жизнь сегодня должна поменяться, в один миг..., — начал вздыхающий Ашмакын, — странное чувство... Дулат даже не успел ничего ответить, к столику подошёл Даник. На нём был чёрный смокинг, определённо хорошо смотрящийся на, по мнению Мухаметкалиева, идеальном теле Кулумшина. Парень всматривался в младшего, осматривая его с огромным желанием. — Чуваки, к нам гость, — предупредил Дая, плюхаясь на диван, — Аза, ты же не против? Азамат Ашмакын непонимающе молчал, переглянувшись с Зенкаевым. — Кстати, это и есть мой подарок тебе на день Рождения, прости, что не деньгами. Переварив фразу друга, Азамат посмотрел на хмурого незнакомца, подсевшего к ним. — Я изначально ему сказал, что это плохая идея..., — вымолвил незнакомец.