О.Н.Н.

Чонгук всё ещё приходит на собрания только потому что кое-что объединяет его и этих людей. Он не может назвать их друзьями, но и совсем чужими друг другу они быть не могут. Объединение неунывающих неудачников. О.Н.Н. Звучит отстойно. Чонгуку восемнадцать, в этом году он заканчивает школу и вот уже более двух лет является членом клуба, в который попал совершенно случайно. Является членом клуба для тех, кто отхватил себе прямо-таки самую тупую суперспособность из всех возможных. В мире, в котором каждый третий — великий герой, получить что-нибудь бесполезное очень грустно. У Чонгука вообще трагичная ситуация: его способность настолько идиотская, что выть хочется. А ведь он думал, что в нём проснётся что-то, что поставит его в один ранг с Человеком-Пауком или, на худой конец, с Зелёным Фонарём. Но, нет. Чонгук настолько разочарован, что вот-вот расплачется. Он, правда, старается не быть тонкослёзым, но чёрт возьми! Жизнь так несправедлива! Слева привлекает внимание громкий скрежет. Чонгук поворачивает голову, наблюдая за тем, как незнакомец ставит стул на столик и пытается дотянуться рукой до купола уличного зонта. — О, нет. Начинается. — Ты можешь что-нибудь с этим сделать? — Я не контролирую придурков вокруг себя. Чонгук переводит взгляд на ребят, которые сидят за одним столиком с ним. — Ты говорил, что собираешься рассказать нам что-то важное, — напоминает Хосок, устав сидеть в гнетущей тишине. — Пять минут. Он написал, что скоро придёт. — Скоро придёт? Кого это ты тащишь к нам? — Хочу представить новичка. Встретил его так неожиданно! Вам он должен понравиться. Чонгук трёт глаза. Он должен быть давным-давно дома. Но всё ещё продолжает сидеть, ожидая непонятно чего. Когда Чон находится в чьём-либо обществе, то старается привлекать как можно меньше внимания. Иначе сам себя выбесит. Поэтому, компанейским назвать его очень сложно. Если честно, то вообще нельзя. — О! А вот и он! Чонгук мог бы разделить восторг Чимина, если бы понимал чему тот так радуется. Из темноты выныривает силует, который вскоре превращается в высокого парня, одетого во всё чёрное. Одежда скрывает его тело с ног до головы. Даже лицо прикрыто плотной маской. — Ты знаменитость что ли? Мин Юнги никогда не отличался особой щепитильностью. Он складывает руки на груди, глядя на новоприбывшего из-под выбеленной чёлки. — Не, это Ким Тэхён — наш друг по несчастью. Незнакомец машет рукой, которая почему-то обтянута варежкой. Натуральной варежкой в конце мая месяца. Чонгуку почему-то кажется, что парень улыбается. — Привет, — здоровается незнакомец, и голос его посылает волну мурашек по спине. Такой он сочный и глубокий. Чонгук неловко ёрзает на месте, стараясь не привлекать к себе лишнее внимание, но и не в силах усидеть на месте. — Итак, нам надо познакомиться нормально, — хлопает в ладоши Сокджин, после того, как стихает рой ответных приветствий. — Меня зовут Ким Сокджин, я самый старший в нашей милой компашке и самый красивый. — Да конечно, — фырчит Чонгук, сам того не понимая, но неосознанно выделяясь этим замечанием. — Мелким слово не давали, — огрызается Сокджин. — Это наш младшенький. То ещё шило в заднице. Чонгук закатывает глаза, отворачиваясь. — Просто открывай бутылки, — бурчит он. Сокджин сужает глаза, но ничего не отвечает. Знает, что тогда выставит себя идиотом. Хоть какая-то польза от сверхспособности. — Да, правда. Открывай, давай, — внезапно поддерживает Чонгука Чимин. — Сразу же продемонстрируешь свою силу. Сокджин недовольно кривится, но слушается, одним лишь взмахом руки срывая крышки со всех бутылок, которые выставили в один ряд. Звучит глухой шипящий звук. — Я могу открыть любую бутылку. Особо не утруждаясь. — Совсем-совсем любую? — интересуется Тэхён. — Любую, — кивает Сокджин. — Даже ту, которую не видишь? — Даже ту. — И под землёй? — Да. — И в море? — Да, любую бутылку. — Вау, — выдыхает Тэхён. И получается это у него так восторженно, будто у Сокджина глаза-лазеры или руки-базуки. Чонгук фырчит, вновь привлекая к себе внимание. — А меня зовут Хосок, — разрезает неловкую тишину голос. — Я совершенно обычный. Ну, кроме этого, — кивает он на обезьянку, которая сидит возле него. — Это твой... Друг или что-то типа домашнего любимца? — интересуется Тэхён. — Нет! Что ты! Просто… Я не знаю, как так получается, но где бы я ни был, какая-нибудь мартышка да находит меня. — Серьёзно?! — опять восторженная интонация. Этого Ким Тэхёна так просто удивить? — Ага, — кивает Хосок. — Раньше меня это очень бесило. Но потом… Потом я как-то привык. Даже вот, — говорит он, улыбаясь, засовывая руку в карман. — Таскаю с собой что-нибудь такое, — показывает шоколадный батончик, который практически сразу же оказывается в лапах шимпанзе. — А обезьяны разные? — Эм… Ну да. Шимпанзе, капуцины, павианы. Один раз даже макака была, в Японии. — А орангутанги встречались? — Нет. — А гамадрилы? — Нет. — А хотел бы? — Боже сохрани! — едва ли не крестится Хосок, дёргая головой, когда шимпанзе, сидящее на спинке его стула, добирается до волос. Наверное, собирается искать паразитов. Тэхён смеётся, и Чонгуку кажется, что его сердце пропускает удар. Он не знаком с этим человеком, не видит его лицо, но всё равно чувствует себя странно. Словно Ким Тэхён уже ему нравится. Именно в этот момент раздаётся грохот. Какой-то парнишка включил музыку, начинает трясти задом, а потом, пытаясь сделать сальто, хлопается лицом об асфальт. — Это не я! — вскидывает руки Чимин. Все, даже Тэхён, который очевидно знает о сверхспособностях Пака, дружно хмыкают. — Это я, — сдаётся Мин Юнги. — Моя сила — заставлять людей дуреть. — Дуреть? Это как? — Ну, сходить с ума, делать то, о чём не подумал. Люди слетают с катушек. — Даже мы можем? — интересуется Тэхён, подаваясь вперёд. Теперь, попав в круг света, парень позволяет рассмотреть себя получше. Чонгук тяжело сглатывает, когда его взгляд встречается с золотисто-карими глазами. — Даже вы. Если, конечно, вы придурки. А вы — придурки. — Эй! — возмущается Хосок, почёсывая шимпанзе по покрытой короткой чёрной щетиной спине. — Сам такой. Юнги несдержанно фыркает. Ох, как Чонгук его понимает. — Ребята, не ссорьтесь, — прерывают их. — Мы должны быть сплочёнными. Меня, кстати, зовут Ким Намджун. И, если я не буду контролировать свои эмоции, то буду болтать разные заумные вещи. — Один раз наболтался так, что за ним Пентагон приехал, — поддакивает Сокджин. — Было весело. — Вообще-то, не очень, — зыркает на него обиженным взглядом Намджун. — Они думали, что я — шпион! — Надеюсь, не русский, а то их бы ждало ещё большее разочарование. Намджун надувает губы, показательно отворачиваясь от Сокджина. — Ну чего ты? Обиделся, солнышко? Чонгук вздыхает, подпирая голову рукой, укладывая локоть на столик. Он устал. У него был напряжённый учебный день. Ему бы поспать, чтобы завтра не быть вяленной рыбёшкой. Но он всё ещё сидит за столиком, рядом с какой-то задрыпанной забегаловкой, слушая трёп недодрузей. — А кто ты? — не выдерживает Юнги, устав слушать переругивания парочки Ким. — Эм… Я — Ким Тэхён. Моя сверхспособность… Обещаете, что не будете смеяться? — Не обещаем. — Не-а. — Ни за что. — Это будет ложью. Тэхён, выслушав хор голосов, вздыхает, словно нехотя поднимая руку к своему лицу. Чонгук ловит себя на том, что задерживает дыхание, наблюдая за тем, как парень осторожно, неспешно снимает маску. — Ну… Вот. Чонгук моргает. Рядом икает Юнги. Икает и пихает локтем в бок, заставляя недовольно толкнуть его в ответ. Боже. У Ким Тэхёна кошачья моська. Ну, человеческая, но и кошачья тоже. С мелкими рыжеватыми волосками на щеках и вокруг раскосых золотистых глаз. Вокруг милой раздвоенной верхней губы и маленького носа-кнопки. Вокруг длинной соломки белоснежных кошачьих усов. Тэхён снимает варежки, и Чонгук моргает, распахнув глаза пошире. Потому что у парня не руки, а… Лапки. Натуральные кошачьи лапки. — Ты — кот?! — первым выкрикивает Хосок. — Нет, я просто иногда превращаюсь, ну… Вот в это. — Как часто? — деловито спрашивает Юнги. — Я не контролирую превращение. Бывает трижды в день. Бывает ни разу. А бывает, вообще, целый день таким хожу. — Отпад, да? — ухмыляется Чимин. — Хорошо, что не я, — кивает Юнги, делая большой глоток прямо из горлышка бутылки. — Ты злой! — возмущается Пак. Чонгук перестаёт слушать, потому что не может отвести взгляд от Тэхёна. Он такой… Странный? Красивый? Необычный? Красивый? Волосатый? Красивый? Рыжий? Красивый? Клыкастый? Красивый? Чонгук чувствует себя дурак дураком. Его словно обухом по голове огрели. Тэхён смотрит на него в ответ, и это бьёт в голову покруче светлого пива, которое он недавно пригубил. Очевидно, ребята замечают их гляделки, раз Сокджин уже открывает рот, чтобы что-то сказать. Но Тэхён его перебивает: — А как тебя зовут, оппа? За столиком звенит тишина. Только комары жужжат, заставляя зябко передёргивать плечами. Тэхён округляет глаза, сразу же, как только проговаривает вопрос. — О, боже, я не хотел, я… Прости, оппа. Юнги натурально хихикает, так и напрашиваясь на очередной болючий тычок в бок. Тэхён закрывает лапкой свой рот, и розовенькие подушечки кажутся самым милым, что Чонгук видел. — Всё, нормально. Просто не обращайся ко мне напрямую, — вздыхает он, чувствуя, как горят щёки. — Меня зовут Чон Чонгук. И моя сверхспособность… Заставлять своего собеседника говорить это тупое слово в конце каждой фразы. Чонгук готовится к тому, что Тэхён засмеётся. Все, кто слышал об этом впервые, всегда смеялись. Все. Всегда. Даже родители. Особенно они. Так бесит! — Это мило, — вопреки всему, внезапно говорит Тэхён. — Нет, — сам не понимая почему, упирается Чонгук. — Да, ты милый, оппа. — Не обращайся ко мне! Чонгук прячет лицо в ладонях, слушая смешки, которые раздаются с разных концов стола. Ему так стыдно. Ну, почему это происходит именно с ним?! — А я хочу. Хочу к тебе обращаться, оппа. Чонгук на миг раскрывает ладони, только чтобы тут же обжечься о взгляд Тэхёна, и снова спрятаться, крепко сомкнув веки. Кажется, новый знакомый — это большая проблема. — И твоя способность гораздо лучше способности Чимина, — подаёт голос Юнги, внезапно решив его поддержать. — Прошу прощения?! — возмущается Пак. — Ты, никак, потвёркать захотел? — Будто я не твёркал этим утром! — Ребята, давайте не будем ссориться, — подаёт голос Сокджин. — Не кричите, я начинаю волноваться, — вторит ему Намджун. — Меня заберут на опыты! Заткнитесь к чертям. Чонгук чувствует себя среди этого хаоса маленькой лодочкой, которая терзается бушующим океаном. И только странная клыкастая улыбка Тэхёна заставляет его расправить плечи. — Добро пожаловать, — говорит Чонгук, стараясь совладать со своим телом, которое собралось устроить ему приступ тахикардии, когда Ким снимает капюшон, а под ним оказываются кошачьи ушки. — Спасибо, оппа.

✧ ✧ ✧ ✧ ✧

Чонгук — бесконтрольно заставляет называть себя оппой Чимин — может заставить твёркать Юнги — бесконтрольно заставляет принимать глупые решения Намджун — находясь не в своей тарелке умничает Сокджин — открывает любую бутылку Хосок — бесконтрольно притягивает к себе обезьян Тэхён — просто… лапочка-котик. мяу