"Shadows of Saintfour: Verity is hidden between the lines."

*14 лет назад* Под заунывный вой ветра на улице иногда думалось намного проще. Словно бы ветер просачивался сквозь небольшую трещину в окне, гулял по комнате и потом прохладным потоком забирался в голову, разгоняя лишние мысли и оставляя только главный вопрос. Вопрос, что тревожил на протяжении последних десяти лет, порой не давая ночью сомкнуть глаз, что заставлял прогонять перед глазами былые дни, казалось бы, беззаботной юности, вспоминая самые потаённые страхи и все ужасные минуты, что пришлось тогда пережить. Вопрос, на который за десять лет ни у кого из них не появилось ответа. Что же тогда они сделали не так? В чём же была их главная ошибка? Где же они так сильно оступились? Иногда думалось проще. Иногда казалось, что ответ был рядом. Достаточно было просто протянуть руку вперёд, ну или куда-то вбок, резко сжать кисть в кулак и почувствовать, как он, подобно маленькой бабочке, мечется в крепко сжатых пальцах, бьёт маленькими крыльями по ладони в тщетной попытке вырваться наружу и снова улететь, и тогда всё станет ясно, как божий день, и все точки снова встанут над "i", и всё наконец будет кончено. Они снова будут свободны. Но не сегодня. Худая женская кисть, которую не портила даже немного сморщенная кожа, зависла над небольшим ежедневником, сжимая тонкими пальцами ручку. Помимо разбора прошлого, в котором она явно где-то что-то сделала не так, как надо было, в голову в принципе не шло никаких мыслей, что можно было изложить на бумаге. А напряжение внутри нарастало всё сильнее, давило ужасным комом на грудь, и ещё больше угнетало то, что избавиться от этого чувства не казалось возможным. Женщина - уже, к сожалению, женщина: от юной смелой девчушки с копной рыжих волос осталось только имя и глаза, повидавшие те ещё виды, - устало вздохнула и опустила руку, положив ручку на ежедневник. Взгляд от пары коряво написанных строк метнулся к антикварным настенным часам. Увидев время, женщина снова вздохнула, вспомнив обещание заглянуть к матери на днях. — Не сегодня... — тяжёлым и каким-то осевшим голосом произнесла женщина, и только хотела подняться из-за стола, как почувствовала заботливое прикосновение. Тёплые мужские ладони аккуратно легли на худые плечи, слегка сжали их, массируя. Впервые за этот вечер на лице хозяйки этих плеч проскользнула улыбка, и она, чуть приподняв голову, положила свои руки поверх его ладоней, вдруг понимая, что из близких ей людей остался только он. Да, они обещали держаться вчетвером, но в последние дни их дружба резко пошатнулась. Возможно, только потому, что они вдвоём любили друг друга, их эти разногласия не коснулись. — Опять проводишь расследование? — попытался усмехнуться мужчина, хотя по его глазам было видно, что ему сейчас абсолютно не до шуток. — Без этого никак. Итак десять лет прошло впустую. Мы так и не поняли, в чем же я ошиблась, — со вздохом ответила ему его жена, поддавшись спиной назад и немного прижавшись к нему. Рука мужчины переместилась на её голову, аккуратно пригладив теперь уже светло-русые волосы, после чего он наклонился и заботливо обнял её. — Не ты, а мы. Мы всегда были вместе, и никогда никто из нас не действовал по одиночке. Так что ошиблись мы все. Но как видишь, мы ещё живы, а значит, для нас ещё ничего не кончено. Она чуть улыбнулась, стоило ему поцеловать её в висок. — Я очень надеюсь, что ты прав. Мне бы не хотелось, чтобы всё закончилось вот так. Нехотя выпутавшись из объятий мужа, женщина поднялась из-за стола и, вернувшись к нему, вновь обняла его, уткнувшись лбом в крепкую грудь. — Мы с ней поссорились вчера. Я напомнила ей о том, как всё начиналось, но она даже слушать меня не стала, — со вздохом произнесла женщина, закрыв глаза и стараясь успокоиться в таких крепких и родных объятиях. — Остынет. Когда вы не ругались, вспомни хоть один день, — чуть усмехнулся мужчина, погладив её по спине, — пойдём, тебе нужно поужинать. Потом вместе подумаем обо всём. Аппетита не было, хоть в последний раз она ела ещё ранним утром. Сейчас время близилось к позднему вечеру, и за окном давно стемнело. Потому, логически прикинув, что всё же поесть для целости организма было бы неплохо, женщина кивнула и прошла на кухню вслед за своим мужем. Аромат приготовленного ужина был приятным, от такого действительно "текли слюнки", но особого удовольствия на лице пары не наблюдалось. Словно они оба знали, чем всё закончится, как бы они не старались. Что конец, в принципе, уже близок... *** *настоящее время* Летние каникулы медленно подходили к концу. Последние летние деньки, наперекор всем им предыдущим, вместо жары ударили по населению США холодным ливнем и грозами. Крупные капли били по окнам машины, следующей по трассе "Клермонт - Сентфор", разбиваясь на более мелкие капельки и медленно скатываясь вниз по запотевшему от резкого контраста температур стеклу. Из-под колёс машины разлетались лужи, дворники неустанно очищали лобовое стекло от струй дождевой воды. В салоне машины хрипело радио, передающее очередные новости, курс валют и многое другое, а в перерывах между этими самыми новостями играющее ненавязчивую музыку. Женщина за рулём авто что-то обсуждала со своим мужем, сидящим за пассажирским сиденьем. Периодически их разговор переходил на более высокие тона, женщина активно жестикулировала, словно что-то доказывая, а мужчина отмахивался, понимая, что его жена слишком упрямая, чтобы ей можно было что-то доказать. На заднем сиденье сидели две девчонки. Младшей из них недавно исполнилось семь лет. Её огненно-рыжие волосы были собраны в два причудливых хвостика на голове и завязаны ярко-зелеными бантиками, а нежно-розовое платье с рюшами и кружевом вкупе с белоснежными гольфами и такими же туфельками делали её похожей на куклу. Девочке, кажется, ровным счётом было всё равно, ругаются ли родители или нет. Не обращая внимания на повышенные тона, она самозабвенно играла с куклой в ярком - глаз выколи, - розовом платье и собранными в высокий хвост блондинистыми волосами. Девушка, сидевшая рядом с ней, была на десять лет старше. У неё, так же как у сестры и матери, были длинные рыжие волосы и серые глаза. И в отличие от своей сестры, девушка уже давно не одевалась как принцесса - на её теле красовалась чёрная майка, сверху которой была надета длинная клетчатая рубашка, к майке с рубашкой шли светло-голубые джинсовые шорты и излюбленные многими подростками чёрно-белые кеды. В наушниках играло что-то из рока таких далёких восьмидесятых, отделяя рыжую от всего этого мира, от ругани родителей, от нежеланного переезда в другой город перед началом учёбы. "Добро пожаловать в Сентфор!" - показалась вывеска на повороте, и отчего-то у девушки заледенела кровь. Незадолго до переезда отец упрямо рекламировал старшей дочери этот город, делая основной акцент на природе и прямо таки клялся, что ей обязательно понравится жить там. Но сейчас, глядя на густой лес, что при пасмурной погоде и вовсе выглядел каким-то зловещим, девушка очень сомневалась в его словах. Машина через некоторое время плавно подъехала к нужному дому, и рыжей пришлось вернуться к реальности. Малышка тут же выскочила из машины, бегом бросаясь к новому жилью и на ходу что-то быстро, но явно радостно выкрикивая. Родители вышли следом, а девушка - самой последней. Дождь прекратился, и неприятный холод, поднимающийся от земли, невидимыми объятиями окутал тело рыжей, от чего она поежилась, охватывая себя руками. Простояв так минуту, она всё же сняла наушники и, достав из багажника свой чемодан, вытащила ручку и потащила его за собой, заходя уже в открытый дом. Сбросив обувь на входе, девушка огляделась, и, немного вздохнув, направилась к лестнице. — Венди, Венди! Тут просто прекрасно, да? Мне так нравится этот дом! — услышала девушка голос своей младшей сестры. Её расстраивать рыжей не хотелось, и потому она постаралась улыбнуться. — Да, Кэти, тут замечательно, — ответила Венди, стараясь звучать как можно более убедительно. Изначально старшей показалось, что их диалог затянется, но Кэти тут же позвали родители, и Венди, выдохнув, направилась дальше, выбрав себе самую дальнюю комнату. На удивление, в доме уже был сделан ремонт и завезена вся необходимая мебель, и всё, что оставалось девушке - лишь разобрать свои вещи. Аккуратно поставив чемодан у входа, Венди прошлась по комнате, стараясь отвлечь себя от мыслей о переезде и придумать, как ей обустроить свое новое маленькое личное пространство. Только, если бы оно ещё, конечно, было личным... За закрытой дверью слышались радостные возгласы младшей сестры и более менее спокойные разговоры родителей, что с каждой минутой напоминало о том, что всё это - не сон, и они действительно покинули Клермонт. В скором времени чемодан был разобран и аккуратно убран за шкаф. И теперь мысли Венди снова вернулись к родному городу и ко всему, что пришлось резко бросить из-за каких-то собственных проблем отца. Вздохнув, девушка упала на кровать, раскинув руки и устало глядя в потолок. "Дженни, Рут, Кит, Трэвис... Ох, тяжело мне будет без вас. Интересно, а вы там как?" — мысленно спросила саму себя рыжая и вспомнила их последнюю встречу. Друзья, разумеется, были не рады такому заявлению, но понимали, что они здесь точно ничего не могли сделать. Дженни всё равно оставила ей платье, в котором рыжая должна была блистать на последнем школьном балу... Венди снова тяжело вздохнула, понимая, что к сожалению, все грандиозные планы на выпускной рухнули, оставляя одинокую рыжую девушку посреди разбитых грёз. Повернувшись на бок, она с тоской в глазах посмотрела в окно, в идеале отчаянно желая проснуться и понять, что это всё было кошмарным сном. — Ты уже обустроилась? Кэти всё ещё носится по дому и спрашивает, куда какую куклу посадить, — услышала рыжая голос своей матери и повернулась к ней. — Я рада, что ей здесь нравится, — Венди постаралась искренне улыбнуться. Вышло не очень. Женщина немного вздохнула и присела на кровать рядом с дочерью. Её аккуратная рука с красивым, неброским бежевым маникюром легла на голову девушки и мягко пригладила рыжие пряди. Венди прикрыла глаза, хотя от такого жеста ей стало несколько тошно. С момента начала пубертатного периода отношения между ней и родителями сложились не самые лучшие, а в связи с переездом девушке и вовсе не очень хотелось лишний раз обсуждать что-то с матерью или отцом. — Я понимаю, — начала речь женщина, и Венди еле подавила желание как-то съязвить в ответ, мол, ты ничего не понимаешь, — тебе здесь не нравится. Но ты уже взрослая и должна понимать, что в связи с обстоятельствами... Это были вынужденные меры. После того, как ты окончишь школу, ты можешь вернуться в Клермонт. Я поговорю с Агатой, она поможет тебе основаться, поступить в университет, снять жилье и так далее. — Почему нельзя было просто оставить меня у тети Агаты? Всего год, зато я могла бы со спокойной душой учиться дальше, а не думать, как мне понравиться новым ученикам, — недовольно хмыкнула Венди, сев на кровати, — ты знаешь, как я плохо схожусь с новыми людьми. — Перестань, Венди. Я уверена, что всё обязательно будет хорошо, — ответила мать, поднимаясь с кровати, — главное, правильно поставить себя на новом месте. И на твоём месте я бы сильно не расслаблялась - нам ещё нужно ехать за учебниками тебе и Кэти. — Да, я помню, — нехотя произнесла девушка, слезая с нагретого места и вновь выглядывая в окно. Погода не хотела улучшаться, словно намекая на то, что лето закончилось, и впереди - самое настоящее что ни на есть издевательство. Дверь хлопнула, заставив рыжую вздрогнуть и давая понять, что мама, вероятнее всего, пошла собирать неугомонную Кэти. "Если это так, то значит, время ещё точно есть," — мысленно посмеялась Венди и достала из шкафа не так давно сложенные джинсы и теплый свитшот. Переодевание заняло у девушки не так уж много времени, после чего она, прихватив рюкзак, спустилась вниз. Всё вышло так, как и предполагала рыжая - Кэти к тому моменту задумчиво изучала две пары ярко-красных кроссовок, что могли бы подойти - по её мнению, конечно же, - под её жёлтую курточку, но в конечном итоге под строгим взглядом матери надела зелёные, в которых проходила всё лето. Такая картина заставила девушку улыбнуться и на минуту позабыть о разбившем в пух и прах сердце переезде. И пока мама поправляла тонкий шарф на шее младшей дочери, а после быстрого приводила в порядок себя, Венди со скоростью тренированного бойца зашнуровала кеды и, напоследок взглянув в зеркало, вышла на улицу. На город постепенно опускались сумерки, из-за чего рыжая подумала, а был ли смысл именно сегодня ехать за учебниками, но мама, держа за руку Кэти и оттаскивая её от луж, в которые малышка то и дело норовила запрыгнуть, прошла мимо неё, бросив короткое: "Опоздаем, торопись", и, подведя младшую к машине, усадила её на заднее сиденье. Рыжая, немного вздохнув, прошагала следом, позволив себе сесть на переднее сиденье в этот раз, где обычно сидел отец. Ехать до школы было не слишком далеко, да и, как показалось самой Венди, Сентфор не был таким уж большим городом, в отличие от Клермонта. Судя по оживленной, но не особо радостной толпе у входа, библиотека ещё работала. Венди вышла из машины, и, поправив лямку от рюкзака на плече, направилась к входу. Мама сразу же утащила Кэти к той части, где выдавали учебники для первоклашек, а рыжей пришлось искать своих будущих одноклассников самой. Как выяснилось, выпускной класс в этом году сформировался всего один, и потому девушка безошибочно подошла к толпе старшеклассников, стараясь одновременно и сильно не приближаться к ним, и не особо отставать. Радушная женщина лет пятидесяти с лёгкой улыбкой протягивала подросткам необходимые книги, которые те с явной неохотой брали. Среди всей толпы Венди заметила лишь единицы, кто не выразил своего нежелания приступать к новому учебному году. Выдача книг и ключей от школьных шкафчиков длилась долго. Кто-то то и дело припирался, не желая брать драный учебник или же яростно сопротивлялся номеру шкафчика "13". Зато первоклассникам повезло больше. Примерно спустя двадцать минут, когда очередь до Венди сдвинулась на пару человек, мама и Кэти уже закончили и, подойдя к девушке, приняли единогласное решение, что за старшей приедут позже. Возражать Венди не стала. В ожидании взглядом она пересеклась с двумя парнями. Один из них так же держался отстраненно, но из толпы выделялся белоснежными волосами и высоким ростом. Остальные парни, на удивление, самый максимум доставали ему до кончика носа. Венди засмотрелась на него случайно, уж больно он привлекал внимание своим внешним видом. Сам бледный, но одетый во всё чёрное, он выглядел как рисунок очень искусного художника, и только холодные голубые глаза говорили о том, что этот парень реален. Стоило ему, видимо, почувствовать на себе заинтересованный взгляд, как он сразу же обернулся в сторону рыжей, заставив ту немного засмущаться. В тот момент девушка подумала, что он слишком уж красивый для этого мира, и невольно вспомнила один из ретро-фильмов с Дэвидом Боуи, в котором главный персонаж, будучи инопланетянином, никогда не старел и оставался чертовски привлекательным. Блондин же, видимо, не заметив в девушке чего-то интересного, повернулся к выдающей учебники женщине и, получив свои книги, быстро сложил их в сумку, после чего, расталкивая толпу, направился в сторону шкафчиков. На обратном пути он всё же вновь взглянул на рыжую, и как-то коротко улыбнулся, но промолчал, проходя мимо. Второго буквально вытолкнуло из толпы к стойке выдачи книг. До этого он разговаривал с кем-то в стороне, а потом, по всей видимости, вспомнил о своей цели нахождения здесь и попытался протиснуться сквозь столпотворение парней и девушек. Венди даже немного позабавило такое упорство, и она, прикрыв рот ладонью, тихо посмеялась. В тот момент шатен уже судорожно складывал книги в рюкзак, больше напоминающий походный, чем школьный, а затем он, то ли услышав смешок рыжей, то ли из праздного любопытства, повернул голову в её сторону. В отличие от блондина, шатен же, напротив, выглядел более дружелюбным, а в тёплых карих глазах виднелась какая-то задорная искорка. Паренёк был немного ниже первого незнакомца, примерно того же роста, что и остальные парни, не такой бледный, усеянный родинками и после загадочного блондина одетый слишком ярко - клетчатая красная рубашка, тёмно-синяя футболка и светлые джинсы. Он тоже улыбнулся рыжей, но немного дольше, а затем его оттолкнули от стойки с возгласом: "Не задерживай толпу". — Хах, каждый год одно и тоже. Я опаздываю, Крис всех растолкал и ушёл, а Дилану досталось за то, что в облаках летает, — внезапно услышала чей-то голос позади себя Венди и, вздрогнув, обернулась. Встретившись взглядом с улыбающейся девушкой, рыжая поняла, что та, вероятнее всего, говорила именно с ней. Обладательница высокого голоса была немногим ниже самой Венди. Её длинные русые волосы были собраны в небрежный хвост на затылке, при этом лицо обрамляли парочка прядей спереди. Девушка как-то задорно улыбнулась, невольно вызвав у Венди ответную улыбку. — Ой. Чего это я. Ребекка Пайнс. Но для друзей просто Ребекка или Бекки, — представилась русоволосая, протянув руку рыжей. — Приятно познакомиться. Венди Хэйл. Просто Венди, — ответила девушка и пожала руку Ребекки. — Взаимно, Венди. Так значит, ты тут новенькая? Как тебе нравится Сентфор? Венди немного нахмурилась, не находя в себе желания отвечать на этот вопрос, но и понимая, что проигнорировать его будет плохим тоном. К тому моменту Ребекка подтолкнула её к стойке, от чего рыжая чуть не врезалась в девушку, получающую книги перед ними. — Трудно сказать... Я только переехала, если честно. Буквально пару часов назад, — пожав плечами, произнесла девушка. — Да, но впечатления явно не яркие. Это нормально. Мне Сентфор тоже не нравится, хоть это и мой родной город. Но я бы предпочла родиться где-нибудь подальше отсюда, в Нью-Йорке, например, — с усмешкой произнесла Ребекка, и затем перевела взгляд на рюкзак Венди, — о, фанатеешь от рок-групп? Нам точно будет о чём поболтать. Венди немного смущённо улыбнулась, занимая место у стойки. Девушка, до этого стоящая перед ними, смерила их надменным взглядом, но, промолчав, ушла. Рыжая лишь проигнорировала этот жест, и, обратив внимание женщины на себя, стала складывать книги в рюкзак. — А ты откуда родом? — тут же услышала вопрос от Ребекки Венди. — Из Клермонта, — ответила ей рыжая, замечая, что книг в аккурат осталось на них двоих. Бекки понимающе кивнула. — Я была там прошлым летом. Там красиво. Есть на что посмотреть, есть где погулять, — мечтательно произнесла русая, и, встав рядом с Венди, быстро сбросила учебники в свою сумку, увешанную различными значками, — в Сентфоре, конечно, не так много мест, где можно весело провести время, но парочку-то точно найти можно. Если хочешь, я могу как-нибудь провести тебе экскурсию. Венди задумалась. Она понимала, что постоянно сидеть в комнате и надеяться на то, что учебный год скоро закончится, будет по меньшей мере скучно. А как бы ей не было тяжело заводить новых друзей, совсем без них она одичает. "Да и Ребекка, кажется, сама хочет с тобой подружиться. Почему бы и нет?" — пронеслось в голове рыжей, и она, наконец, одобрительно улыбнулась. — С удовольствием. Можем начать завтра, после уроков, — ответила Венди, сложив последний учебник в рюкзак и застегнув его. В этот момент Бекки словно просияла от счастья, и чуть не пропустила момент, когда женщина протянула им двоим ключи от шкафчиков. — Отлично! — улыбнулась русая и, закончив укладывать книги в сумке, отошла вместе с рыжей от стойки. Бекки кивнула головой в сторону шкафчиков, зашагав в том направлении. — О, круто, у нас даже шкафчики соседние, — произнесла девушка, и, открыв свой, сбросила туда ненужные учебники, оставляя только те предметы, что успела подглядеть в расписании и сообщив о них рыжей. Венди последовала её примеру, после чего, закрыв дверцу на замок, положила ключ в боковой карман рюкзака, и, слушая болтовню Ребекки, вместе с ней покинула школу. Русая попрощалась с ней, сославшись на то, что ей в другую сторону, а Венди ещё некоторое время принимала решение, стоит ли звонить матери. — Прогуляюсь, — позже решительно произнесла рыжая, и, поправив рюкзак, зашагала к дороге, намереваясь её перейти. В воздухе держался приятный аромат свежести после дождя. Несмотря на прохладу и сырость от мокрого асфальта, внезапно улицы Сентфора показались Венди достаточно атмосферным местом. Спрятав руки в карманы свитшота, девушка медленно шагала по тротуару, осматриваясь. Людей на улице практически не было - разве что маленькие дети, которых заводили домой матери, - и рыжая пришла к выводу, что после Клермонта, что жил и в ночное время тоже, Сентфор казался и спокойным, и каким-то вымершим. Почему-то последняя ассоциация особенно твердо засела в голове девушки, и Венди неожиданно для себя огляделась. В школе огни погасли, да и в некоторых домах - тоже. Где-то вдалеке лаяли собаки, местами слышались шипение и заунывное мяуканье кошек. Приказав себе поторопиться, иначе предстоит долгий разговор с матерью, Венди ускорила шаг и в скором времени свернула на проулок, ведущий к её улице. По пути ей попался небольшой дом, чем-то похожий на их новое место жительства, и девушка чуть было не свернула к нему, но, вовремя заметив пожилую женщину, стоящую у почтового ящика , отступила обратно на тротуар, и в этот момент поймала взгляд старушки на себе. — Извините, я ошиблась, — произнесла Венди, хоть женщина и не выглядела испуганной. Скорее, её напротив, чем-то заинтересовала незванная гостья, раз старушка, сжимая морщинистыми руками газеты и пару писем, сделала несколько шагов навстречу рыжей, щурясь и всматриваясь в темноту. А затем, женщина, громко ахнув, выронила из рук почту на дорожку. Венди, явно не понимая, что вызвало у старушки такую реакцию, опустилась на корточки и, собрав упавшие письма и газеты, выпрямилась, протягивая их женщине. Та, немного помедлив, забрала их из рук девушки, а затем как-то неожиданно схватила её за запястье. — Ты... Ты вернулась... Но как же... Как же ты смогла... Сара... Доченька моя... — запричитала женщина, и Венди немного напряглась. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы вырвать руку из хватки старушки, на первый взгляд показавшейся такой немощной. — Вы меня с кем-то спутали... Я не Сара, простите, — быстрым шагом отступая от женщины, словно та бы бросилась за ней вслед, рыжая какое-то время не сводила с неё взгляда, а затем, развернувшись, быстро зашагала по направлению к дому. На её счастье, старушка за ней не пошла, да и остаток дороги девушка преодолела без приключений. Но даже оказавшись в стенах своего дома, Венди вдруг поняла, что тошнотворное чувство непонятно откуда взявшейся тревоги никуда не делось, и успокоиться получалось не сразу. — Почему ты не позвонила, когда вышла из школы? Ты хоть понимаешь, как мы волновались? Мы уже думали идти тебя искать! И что у тебя с телефоном? — внимание девушки привлёк голос матери. Как бы миссис Хэйл не старалась выглядеть строгой, всё же беспокойство вышло на передний план, и только тогда Венди смогла более менее спокойно выдохнуть. — Прости, мам. Там со связью что-то случилось, вот я и не смогла позвонить, — рыжая виновато улыбнулась, на что женщина, закатив глаза, будничным тоном скомандовала "ужинать и спать, завтра в школу" и ушла в свою спальню. За ужином, проведенном в гордом одиночестве, Венди немного успокоилась, отогнав тревожные мысли и убеждая себя в том, что обознавшаяся женщина, скорее всего, уже немного в старческом маразме. Да и мало ли кто ей показался в темноте. Во всяком случае, так думать было куда лучше, чем загонять в голову мысли о чём-то мистическом. Закончив с едой и вымыв посуду, девушка выключила свет и, подсвечивая себе фонариком на телефоне, поднялась в свою комнату. За окном уже давно стемнело, луна тоскливо светила в небольшую щель, незакрытую шторами. Рыжая быстро переоделась в пижаму и, расправив постель, забралась под одеяло. Невольно она бросила взгляд в окно, почти сразу вздрогнув. На какой-то момент ей показалось, что с другой стороны дороги, в тени деревьев, кто-то стоит и наблюдает за ней. — Что за город, — нервно хмыкнула Венди и, задёрнув шторы, легла на бок, отворачиваясь от окна. Сон пришёл к ней не сразу, лишь к глубокой ночи, когда на улицах затихли даже дворовые собаки, словно чувствуя присутствие невидимых предвестников беды.