Безгласый

Северус уже минут пять наблюдал за тем, как беспокойно спал ребенок. Его веки подрагивали, а сам малыш то хмурился, теснее прижимая к себе зеленого зайца и сворачиваясь клубочком, то, наоборот, затихал, и его лицо приобретало вполне себе умиротворенное выражение. Время неумолимо клонилось к полуночи. Наверное, это были первые спокойные пять минут за прошедший день. А началось все с плохого, грудного кашля, которым разразился ребенок — сухого, надрывного. Северус не мог точно сказать, что напугало мальчика сильнее: то, что появился такой симптом, или то, что это был чуть ли не первый звук, который он издал с самого начала их знакомства. Но перепуганный взгляд крохи больно резанул по нервам. Вот тогда-то и стало ясно, что действовать нужно предельно быстро, аккуратно и, по возможности, незаметно. Наскоро, но максимально аккуратно, вытерев детеныша большим махровым полотенцем, парень направился прямиком к небольшому шкафу. Одежды у него было немного, поэтому долго ломать голову не пришлось. В итоге Гарри почти что утопал в темном свитере, по длине доходившем ему до колен. Про то, что носки заменили гольфы и говорить не приходилось. Для верности, Северус еще завернул мальчика в одеяло, заботливо уложив получившийся кулек на диван. Других подходящих мест для ночлега просто не было. Оставалось только решить вопрос с лекарем. Тревожить Малфоев Снейп все-таки не стал. Гарантий не было ровным счетом никаких, а рисковать он не имел права. Была еще мадам Помфри… Но Северус не был уверен, что это тоже была подходящая кандидатура. Нет, сомнений в ее способностях не возникало. Все упиралось в слишком близкое сотрудничество с директором Хогвартса. Снейп все никак не мог понять, почему Дамблдор отправил мальчика именно в ту семью. И не следил. Или так было задумано? Тогда что за игры вел старый волшебник? Все это было слишком странно, а у парня просто не было времени во всем детально разбираться. Оставался еще один вариант. Тихий, пожилой лекарь, который помогал лечить его матушку. Он никогда особенно не лез в душу, позволяя своим пациентам хранить секреты. Почему колдомедик такого уровня решил уйти в частную, не столь известную широкой общественности практику, для Снейпа было загадкой. Решать которую было молодому человеку совершенно ни к чему. Так что выбор пал именно на него. Оставалось только залепить знаменитый шрам пластырем и придумать, где взять деньги. Однако Снейпу удалось исполнить только первый пункт намеченных планов. Гарри явно становилось хуже: малыш тихо всхлипывал, практически не шевелясь, и выглядел настолько несчастным и беззащитным, что у парня появилось стойкое ощущение, словно какая-то огромная ледяная лапа ухватилась за сердце и совершенно не собирается отпускать. Мальчик и так не выглядел сильно здоровым, но сейчас… Сейчас он напоминал Северусу мать, когда болезнь пробивала все барьеры, беря свое. Малыш угасал буквально на глазах. Поэтому молодой человек решил идти ва-банк, попытавшись договориться с лекарем о сделке. Он начнет лечение, а Северус сварит ему любые зелья. Парень не задумывался ни минуты, открывать ли каминную сеть. Мистер Честер не заставил себя ждать, охотно согласившись на предложение Снейпа. Он и до этого часто делал у него заказы, и еще ни разу зелье не выходило за рамки "превосходно". Его весьма удивила срочность, да и пациент оказался… словно не из круга угрюмого и нелюдимого парня. Тем не менее, вопросов колдомедик не задавал. Сложнее оказалось именно осмотреть больного, потому что хоть малыш и был вялым из-за сильного жара, подпускать к себе незнакомца наотрез отказывался, всячески мешая. Время шло, вопросы росли, Северус судорожно пытался сообразить, что делать. В итоге, Гарри затих, позволив наконец-то себя осмотреть только тогда, когда парень взял его на руки. Лекарь проявил удивительную чуткость и понимание, орудуя осторожно и быстро. Одни диагностические чары сменялись другими. Неведомыми, но не тревожащими. Малыш даже успел прикорнуть на руках у Снейпа, провалившись в беспокойное подобие сна. Сам же парень ждал вердикта. — Уж не знаю, откуда у тебя этот ребенок, молодой человек, но он сильно истощен. Как физически, так и магически. Про синяки, ушибы и ссадины, думаю, ты и так знаешь. И все это на фоне сильного жара и других симптомов быстро набирающей силу магической инфлюэнци, — пожилой мужчина замолчал, посмотрев на Северуса с какой-то смесью сочувствия и тайного, темного знания. С таким выражением лица обычно сообщают о неизлечимых болезнях или скорых кончинах. Не мудрено. Если в более взрослом возрасте такую инфлюэнцу можно перенести, едва ли заметив, то для маленьких волшебников она опасна как в острой фазе, так и последствиями. Смерть или потеря всех магических способностей до уровня сквиба... Поэтому — да и не только — маленьких магов берегли как зеницу ока. В большинстве случаев. — Ему нужен уход. Я напишу перечень зелий и порядок их приема. Но он так слаб… — Да, напишите, будьте любезны, — парня мелко потряхивало от какой-то смеси глубинного ужаса и ярости. Мальчик, который выжил, сумев обмануть саму смерть, великого темного волшебника и непростительное заклинание, должен вот так умереть?! Усилия Лили были напрасны просто потому, что какие-то остолопы не нашли в себе силы приглядеть за малышом? Видимо, лицо в этот момент Северус оставить нейтральным не сумел. Иначе почему мистер Честер так стушевался, а во взгляде проскочила тень вины, объяснить было нельзя. — Конечно-конечно. Зелья весьма дорогостоящие, но, думаю, Вы прекрасно сможете сварить их самостоятельно. На первое время я, естественно, оставлю, — затараторил старый волшебник, потянувшись в свой безразмерный саквояж. Северус внутренне взвыл. Котла не было, ингредиентов остались скудные количества, и то, ничего особенно специфического, а еще нужно было купить нормальной еды. По самым оптимистическим прикидкам выходила весьма кругленькая сумма, которой просто не было. А время сейчас было худшим врагом. — Мистер Честер, Вы говорили, что Вам нужен свой зельевар, — Северус не собирался работать на кого-то, во всяком случае пока. Свободное плавание давало хоть какую-то отраду, а те заказы, которые он брал время от времени, давали возможность вести относительно вменяемое существование. Снейпу хватало. Он только недавно вышел из перманентной, срочной работы и постоянного цейтнота…видимо, чтобы вновь во все это окунуться. Выбора не было. К чести пожилого волшебника, ему совершенно не нужно было все разжевывать. Он не дал Северусу даже начать думать о том, насколько сейчас и перед кем придется унижаться, выпрашивая работу и задаток заранее. — Да, ты здорово мне поможешь. Я напишу список, и то, что требует более скорого выполнения, отмечу отдельно. С остальным первое время можешь не спешить. — Спасибо, — выдавил из себя Снейп, опустив голову. — Не стоит, ты очень выручишь меня. Половину суммы сейчас, остальное — после выполнения, — колдомедик говорил быстро, стараясь не окрашивать слова хоть в какой-то оттенок эмоций. За все то время, что он знал угрюмого и нелюдимого зельевара, лекарь примерно понял как себя стоит с ним вести. Видимо, пожилой волшебник не ожидал такой удачи и совершенно не собирался упускать шанс. — Что касается ребенка? И выбирал исключительно верную тактику. Мистеру Честеру не потребовалось много времени на то, чтобы составить два списка. Один — по уходу, который он подробно расписал, делясь некоторыми хитростями с притихшим молодым человеком, второй — по поводу зелий. Дав ребенку все необходимые сейчас лекарства, он откланялся, пообещав зайти на следующее утро, чтобы проверить, как поживает его маленький пациент. Гарри откровенно прятался, теснее прижимаясь к Северусу и все еще морщась после не самых приятных на вкус лекарств. А молодой человек словно по инерции покачивал ребенка на руках, вчитываясь в список. Ничего противозаконного. Трудоемкое — да. Приготовление некоторых зелий было весьма грязным и неприятным, но пережить было вполне реально. И не с таким работал. Объемы тоже были весьма приемлемыми… Старый колдомедик не обидел себя: заказ стоил ровно столько, сколько он собирался заплатить. Все честно, никаких поблажек. И это давало гордости вновь потихоньку расправить плечи. В конце концов, это была очередная практика и его любимое занятие. Понукать его никто не собирался, ярмо на шею не вешал и непреложных обетов приносить не требовал. Лишь взаимовыгодное партнерство. Но новый котел и другие покупки не ждали. — Посидишь тут немного без меня? Обещаю: вернусь очень скоро, — ребенок испуганно распахнул глаза, вцепившись в рукав Северуса… Лишь на мгновение. Чтобы затем отдернуть, прижимая ручку к груди, и отвернуться. Подкатившие от этого зрелища чувства почти задавили здравый смысл. Почти. Ведь зельеварам нужна холодная голова, а эмоции не всегда являются надежным помощником. Аккуратно уложив малыша обратно на диван, поправив одеяло, Снейп отправился закупаться всем необходимым. Мерлин, храни заклятие незримого расширения. И вот Северус сидел возле только-только уснувшего малыша, которого даже ухитрился накормить перед сном куриным бульоном и уговорить принять лекарство. Это потребовало значительного вложения сил и явно способствовало развитию таланта вести переговоры, но жар спадал, а ребенку явно становилось хоть немного, но легче. А это уже, по ощущениям, окупало все пережитое. Только вот ему самому отдыхать было еще совершенно рано, так что оставив на низеньком столике, стоявшем рядом с диваном, тарелку с порезанным и почищенным яблоком, Снейп спустился в лабораторию. Вернулся. Применил следящие чары, чтобы знать, когда детеныш проснется, и вовремя заметить, если ему станет хуже, а затем быстрым шагом вернулся в подвал.