Безгласый

На следующий день было решено искать комнату для Гарри. Но перед этим Северус решил, что, раз уж ребенок остается, магической силы не лишен, стоит начать приучать его к тому, что магия в этом мире существует, и обращаться с ней нужно предельно осторожно. Во всяком случае, хотя бы начать с первого пункта. Надо было видеть выражение лица мальчика, когда Снейп достал свою волшебную палочку, продемонстрировав ему парочку простейших заклинаний. Естественно, все это сопровождалось объяснениями… Которые, скорее всего, были пропущены мимо ушей. Во всяком случае, детеныш пока завороженно, чуть ли не открыв рот, следил за стульями, парящими почти под потолком в небольшой россыпи светящихся огоньков. Ребенок, которому пришлось уже немало пережить на своем коротком веку, совершенно не утратил веру в чудо и умел действительно радоваться даже, казалось бы, сущим мелочам. Настолько искренне, насколько не могли даже другие дети. Это в нем было однозначно от Лили. Время шло своим чередом, Гарри все увереннее пользовался языком жестов, вполне четко составляя целые предложения. Иногда. Под настроение. Ребенок все так же оставался довольно нелюдимым, да и друзей-сверстников у него — во всяком случае, пока — просто не было. Северус честно думал о том, чтобы познакомить их хотя бы с Драко, но всякий раз отказывался от этой идеи. Других детей у него на примете не было. Да и гулял мальчик в основном только на небольшом заднем дворе, скрытом от посторонних, любопытных глаз. Почти изоляция. Но Гарри вроде бы выглядел счастливым. Он каждый вечер с нетерпением ждал, когда Снейп закончит свою работу, чтобы вместе почитать. Мальчик оказался удивительно сообразительным и любознательным, притаскивая все новые и новые книги из библиотеки. Причем, зачастую, выбирал их именно сам. Для этого Северусу потребовалось перебрать семейный архив Принцев, оставив в доступе шестилетнего ребенка лишь подходящие книги. Остальное отправлялось на верхние полки. Но мальчику было интересно буквально все. От сказок до подробного справочника лекарственных растений. А еще он очень любил, когда Снейп пускал его в лабораторию. Естественно, для него было отведено специальное место, огороженное самыми мощными защитными заклинаниями, да и уходить оттуда без ведома зельевара было нельзя. А это означало спокойное сидение на одном месте в течении далеко не одного часа. Но Гарри вновь и вновь просился, послушно выполняя все условия. Его завораживало то, как работает Северус. А молодой человек начал проговаривать все свои действия вслух, ловя на себе восхищенные взгляды ребенка. Видимо, талант Лили тоже начал в нем проявляться. Время шло, приближался рождественский сочельник. В любой другой год Снейп бы и внимания не обратил на такую дату. Но в доме появился детеныш, у которого, скорее всего, праздника никогда и не было. И парню хотелось его порадовать. Он сам мало что помнил хорошего, что происходило в этот день. Правда, иногда везло: отец куда-то уходил, быстро не возвращаясь, и вот тогда они с матерью наряжали маленькую зачарованную елочку, пели песни и грелись у камина. Любому ребенку нужно хоть немного радости. — Останешься за главного, хорошо? Я за продуктами, — Гарри как всегда провожал Северуса до дверей, послушно кивая. — Тебе чего-нибудь хочется особенного? И вновь малыш лишь отрицательно качал головой, немного тоскливо наблюдая за тем, как парень одевается. Возможно, не хотел, чтобы тот уходил. Или желал пойти с ним. Молодой человек никогда не знал наверняка: ребенок был всем доволен и никогда ничего не просил. Кроме как почитать или пустить его в лабораторию. — Хорошо, не скучай, — парень выпил оборотного зелья только после того, как вышел за порог. Нет, к этому он прибегал только в исключительных случаях, но сейчас был именно такой. Слишком много может возникнуть вопросов, если Северус Снейп захочет купить себе елку и другие атрибуты праздника. С деньгами не то чтобы было все замечательно, но на нормальную жизнь хватало. Мистер Честер все так же писал списки, не удерживая платы за зелья. Тем не менее, он не являлся единственным постоянным покупателем. Старые товарищи периодически тоже заказывали то или иное снадобье. Естественно, все в рамках закона и порядка. Просто слизеринцу всегда было комфортнее довериться проверенному зельевару, пусть даже речь шла о простейшей микстуре от кашля. Дамблдор и компания тоже не забыли про ценного агента, который пока откупался сведениями, что в тех кругах все спокойно, и рядом зелий. Тем не менее, пока такая расстановка Снейпа вполне устраивала. Косой переулок буквально преобразился, одевшись в белый, пушистый снег, который маги искусственно поддерживали чарами для создания рождественского настроения. Всюду были венки, яркие гирлянды, а в воздухе витал аромат пряностей и выпечки. Северус пообещал себе, что в следующем году обязательно приведет сюда Гарри — полюбоваться. Сам он не то чтобы очень любил такие сборища. А пока парень четко шел по намеченному списку, чтобы купить максимум нужных для праздника вещей. Пушистая елка, всевозможные пряности, разноцветная гирлянда и елочные игрушки. Готовить он решил дома, благо в библиотеке нашлась нужная книга рецептов. Так было дешевле, и оставались деньги на другие атрибуты. С подарком пришлось повозиться, но все-таки Снейп нашел нечто такое, что могло порадовать малыша. Ему даже удалось ухватить хоть и не большую, но праздничную индюшку. Пришлось торговаться, благо, не в своем истинном обличии. И только после этого совершенно довольный собой молодой человек направился домой. Гарри сидел на диване в обнимку с зайцем, предельно сосредоточенно высматривая что-то в огромной книге, лежащей у него на коленях. Но только услышав хлопок, тут же бросился к дверям, не верящим взглядом уставившись на елочку. Она не была каких-то невероятных размеров, зато отличалась определенной пушистостью и красивым зеленым цветом. — Сейчас поставим готовиться глинтвейн, а потом будем наряжать, согласен? — Гарри застыл, смотря на взрослого нечитаемым взглядом, а затем сильно-сильно закивал головой, быстро мазнув по глазам рукавом зеленой кофты. Прежде, чем Северус хоть что-то успел сказать, ребенок уже ретировался на кухню. Вздохнув, Снейп поставил елку в углу прихожей, последовав за детенышем. Сколько бы времени ни прошло, но Гарри все с таким же плохо скрываемым восхищением наблюдал за тем, как из небольшой торбы появлялись все новые и новые продукты. Но волшебства не боялся. Уже хлеб. Положив индейку в холодильник, Северус легким движением палочки начал приготовление глинтвейна. Вино, естественно, заменил виноградный сок, зато все остальные специи и фрукты использовались точно по рецепту. Кроме сахара. — На завтра еще останется, ты поел? — ребенок поник, усаживаясь на свое место и отрицательно качая головой. — Значит, сначала поужинаем, а только потом отправимся наряжать. Гарри недоверчиво поднял на него взгляд. Скорее всего, он так засмотрелся энциклопедией фантастических тварей с картинками, что совершенно не уследил за временем. А сейчас испугался, что за это его накажут и отстранят от такого замечательного занятия, как праздничные хлопоты. Что удивительно: за все то время, что они провели вместе, Северус повысил на малыша голос лишь раз. Когда тот убежал. И то, это было больше из-за пережитого стресса. В остальном мальчик совершенно не доставлял проблем, которые обычно представляешь себе, думая о детях. На стенах не рисовал, ел практически все, не шумел, и далее по списку. Нет, конечно за последнее время у него начало появляться нечто свое. Например, методом проб и ошибок ребенок признался, что совсем не любит тушеную капусту. Правда, до этого он умял всю тарелку, и, если бы не скорбный вид, молодой человек не заметил бы подвоха. А ведь не переставал объяснять мальчику, что у него может быть что-то любимое, а что-то такое, что он терпеть не может. И это нормально. В итоге, спустя некоторое время список пополнился еще вареным луком и грецкими орехами. Правда, ребенок с перепугу зачастил, стараясь объяснить, что все хорошо, и он может все это есть. Пришлось начинать объяснения с начала. Примерно по такому же принципу выбирали и цвет в детскую. Гарри соглашался на все, видимо, не веря своему счастью в виде собственного угла. Даже розовый цвет его вполне устраивал. И только Северус уже начал уговаривать себя, что перекрасить стены не такая большая проблема, как мальчик удивил его. Ребенок долго мялся, а его губы сложились в прямую напряженную линию, словно он мог проговориться. Снейп терпеливо ждал, стараясь подолгу не смотреть на детеныша, чтобы не спугнуть. Внутренняя борьба длилась около десяти минут, но мальчик все-таки набрался храбрости. Маленькие пальчики заплетались от волнения, но Северус сумел уловить, что Гарри просит покрасить стены в голубой. Вот и сейчас он явно не верил своему счастью, боясь совершить хоть самый маленький проступок. Молодой человек с горечью заметил, что Гарри буквально боится задеть ложкой тарелку. — Гарри, — хоть Северус позвал его максимально мягко, но мальчик подпрыгнул на месте, посмотрев на взрослого с таким ужасом, что парню стало практически физически плохо. — Малыш, давай определимся сразу: елку мы в любом случае нарядим. Если сегодня устал, можем перенести на завтра. На этот моменте кроха сильно помотал головой в знак того, что совершенно не устал. — Значит, сегодня. Ты был очень хорошим и послушным мальчиком, и я совершенно не собираюсь отбирать у нас обоих праздник. Потому что справлять Рождество без тебя я совершенно не собираюсь, — предельно серьезно и спокойно. Ребенок, правда, все равно испугался, видимо, среагировав на слова, что праздника может и не быть по его вине. — Гарри. Послушай. Мы отметим Рождество вместе, слышишь? Все хорошо. Хочешь, пойдем наряжать прямо сейчас? Благо, мальчик успел хоть что-то съесть, а Северус рассудил, что так им обоим будет спокойнее. Лучше потом отвлечься на перекус. А потому он протянул ребенку руку, чтобы вместе с ним отправиться в гостиную. Слишком отчетливо чувствовалось, что малыш чуть ли не вздохнуть лишний раз боится не так. Раз слова пока не работали — нужно было действовать. Они вместе установили елку в углу, рядом с камином. Разложили всю мишуру и гирлянды, какие только купил Северус на столике, чтобы было легче выбирать. Вместе решили, чем украсить лесную красавицу, а что больше подойдет для шкафов и полки над камином. Работа шла не быстро, но постепенно Гарри все увереннее включался в процесс, с осторожностью и интересом вертя в маленьких ручках украшения. Он подолгу рассматривал елочные игрушки, ловя обилием блесток лучи света. И с упоением разматывал гирлянду. И стоило только ему чуть сильнее оживиться, как случилось непредвиденное. Мальчик случайно выронил один шарик, стараясь поймать край гирлянды, тем самым помочь Северусу. Игрушка упала на паркет, разбившись с характерным звуком. Гарри в мгновение ока побелел, неверяще уставившись себе под ноги, где блестели разноцветные осколки. Снейп быстро подскочил к ребенку, успевая схватить мальчика прежде чем тот дернется. — Не поранился? — детеныш сжался на его руках, закрыв маленькими ручками голову. — Гарри, посмотри на меня, ты поранился? Ребенок не шевелился. Пришлось усаживать его на диван, чтобы быстро осмотреть на предмет порезов. Мальчик плакал, но в остальном был цел. Северус терпеливо дождался, когда малыш все-таки откроет глаза и посмотрит на него, прежде чем тихим и спокойным тоном начать говорить. — Гарри, ничего страшного. Я понимаю, ты случайно, — молодой человек осторожно взял в свои руки дрожащие, холодные ладошки мальчика. — Я испугался, что ты мог пораниться, и рад, что ничего не случилось. А игрушку мы сейчас починим, смотри. Волшебная палочка описала замысловатый узор и шарик в мгновение ока вновь стал целым. Снейп аккуратно повел ребенка обратно к елке, вручая ему целую игрушку. Гарри медлил, прижимаясь к ноге взрослого. Северус вновь не спешил. Он уже понял, что в таких случаях стоит давать малышу время, чтобы результат был положительным. Гарри еще несколько раз поднял взгляд на парня, но не заметив даже намека, предвещающего хоть что-то плохое, наконец-то взял шарик вновь в руки. — Не поранься, хорошо? — улыбнулся Снейп, погладив ребенка по голове, и вернулся к украшению елки. Дальнейший вечер прошел без эксцессов. В итоге, вся гостиная была буквально олицетворением духа Рождества. Всюду блестела мишура, разноцветные огоньки, а над камином висели два носка. Вот тут Гарри проявил просто удивительную для него настойчивость, прося повесить еще один. Для Северуса. Кроха настолько умотался, что уснул прямо на диване, когда они с парнем по традиции читали. На этот раз, правда, были еще послабления в виде лимонного кекса и глинтвейна. Обычно Снейп старался не смешивать чтение и прием пищи, но сегодня был исключительный день. Осторожно, чтобы не разбудить кроху, он отложил книгу и поднялся, беря мальчика на руки. Надо было хотя бы уложить его в кровать. В один носок уже был спрятан подарок, а Северус, поднимаясь по лестнице, думал о том, что такого рождества в его жизни еще не было.