Последнее желание

Это был обычный летний день в Алфее. Очередной учебный год почти закончился, и девочки проводили время на занятиях по танцам, когда Лейле позвонила Тресса и попросила о помощи. Винкс немедленно перевоплотились в Сиреникс. Текна вызвала Гелию, Тимми и Думана. Первые двое уже были в самых усовершенствованных костюмах. Блум тоже вызвалась помочь. Да, Сиреникса у нее не было, но она могла оборонять замок с воздуха. Лейла с радостью приняла ее предложение. Тританус обратил много русалок в монстров, так что девочкам пришлось разделиться. Блум, Стелла, Тимми и Гелия остались защищать замок Андроса, а остальные вместе с Трессой и Нереусом поспешили останавливать Тритануса. Они гнали и гнали его. Заклинания Сиреникса разили Трикс, а Думан, перевоплощаясь то в дельфина, то в мурену, в электрического угря и в ужасающих удильщиков, поддерживал их со стороны. Набу и Нереус отважно защищали всех от русалок. В итоге они сумели отбить источник океана — пусть и не без жертв. Но желание Лейлы спасло Нереуса, и он не повторил ничьей ужасной участи. Тританус, бросив Трикс на произвол судьбы, поспешил скрыться, но самые разнообразные морские животные возникали то тут, то там — а за ними следовали Винкс, уверенно направляемые юрким и шустрым метаморфом. Погоня продолжалась до места силы Тритануса — зараженных отходами океанов Земли. Здесь он планировал вернуть былую мощь. Здесь он планировал дать решающее сражение. — Кажется, мы загнали его в угол, — насмешливо заметил Думан. — Или он нас, — нахмурилась Лейла, слабо ориентируясь в замутненной воде. — Надо приготовиться, — воскликнула Муза, выставляя щит. — Глупцы! — рассмеялся Тританус. — Вот вы и попались в мою ловушку! Здесь, в этих грязных водах мои силы растут. Я одолею вас в одночасье! И темно-зеленый луч прорезал океан. Текна едва успела увернуться, щит Музы не выдержал напора. Даже Думан спрятал усмешку и приготовился к решительной битве. Они попытались окружить его, но Тританус так просто не дался. Его лучи летели в разные стороны, заставляя постоянно обороняться. Злобный смех засел в их ушах. Тританус поднял руку с зажатым в ней посохом, и особенно сильный луч ударил по дну океана, выжигая всю живность на нем. Лейлу, которая была прямо в зоне поражения, едва успел выхватить Думан — он обернулся сначала рыбой-парусником, а потом сразу же дельфином, выталкивая их из смертоносных молний. Раздался жуткий треск. Девочки, Набу и Думан с ужасом увидели, как задрожала земля на месте, выжженном заклинанием. Они поспешили всплыть повыше. Набу первый заметил, что трещины и жуткое гудение напрягли не только их. Тританус тоже отвлекся, с некоторым недоумением смотря на последствия собственного заклинания. А потом все произошло слишком быстро. Могучие водоросли вырвались на свободу, опутывая тело Тритануса и унося его наверх, к поверхности. Ребята услышали его жуткие крики, еле увернулись от заклинаний, которым русал пытался отбиться от растений. Но все было тщетно, и вскоре он скрылся за гигантскими стеблями наверху. — Что это было? — ошарашенно спросила Муза. — Надо выяснить как можно скорей, — схватив Лейлу за руку, Набу выпустил энергию из своего посоха, взмывая на поверхность. Остальные решительно последовали за ним. Однако картина, представшая перед ними, была далека от тех ужасов, что успело нарисовать их воображение. На поверхности воды качалась на волнах небольшая белая яхта, на которой застыли двое. Девушка придерживала одной рукой большую соломенную шляпу, а другой выпускала заклинание, создающие водоросли, что сильнее опутывали Тритануса. Парень же просто ошарашенно перевел взгляд от зеленого кокона на ребят. Первым опомнился Думан. — Анаган! — крикнул он, с размаху отвешивая другу рукопожатие. — Флора! — радостно запищали девочки. Подруга с широкой улыбкой скинула непослушную шляпу, являя миру нерасчесанные волосы и бросилась обниматься одной рукой с подругами. Другой она продолжала держать заклинание. — Откуда в тебе такая мощь? — пораженно спросила Лейла, глядя на беспомощно барахтающегося Тритануса. — На Земле природа дает мне много силы, — пояснила Флора, — и крайне остро реагирует на магическое вторжение. Мы просто плавали, когда я почувствовала, как внизу что-то выжгло водоросли. Я немедленно поспешила поднять обидчика из воды. — О да, природы мы тут спасаем много, — хмыкнул Анаган, — остановили уже две вырубки, засадили три сада и запретили феям ограничивать хищных животных в еде. — Последнее далось мне непросто, но таковы правила силы Земли, — вздохнула девушка. — Ну, ради такого я бы согласилась на эти условия, — фыркнула Муза. — За пределами Земли я все еще всего лишь фея Беливикса. — А еще ты приглашена на праздник! — улыбнулась Лейла. — Устроим нечто грандиозное по поводу победы! Приходите вдвоем! И лишь удостоверившись, что парочка прилетит, они перехватили у Флоры скованного Тритануса и с триумфом поспешили доставить его на Андрос. *** Тем временем Все внутренности вытянулись по струнке, и такое состояние не отпускало Блум с того самого разговора. Казалось, что за месяц она сможет смириться, вновь залечить сердце, но сейчас не было магических желаний, притупляющих чувства — а сами чувства были едва ли не сильнее. Она привыкла за эти долгие тридцать дней игнорировать узел в животе, бессонные ночи и постоянные мысли о нем. Мозг бесконечно пытался найти лазейку, как им быть вместе, а легкая обида, что Валтор — умудренный годами, начитанный и предприимчивый маг не давал о себе знать, зрела с каждым часом. «Может, не так уж и нужна я ему была?» — задавалась вопросом Блум, когда по вечерам вглядывалась на балкон, ожидая увидеть там темные очертания портала. Но их не было. Известие, что Тританус готовит последнюю атаку, застало ее врасплох. Ей казалось, что еще не время: но девочки нашли Сиреникс, а враги получили его темную версию. Все фигуры на сцене были выставлены, осталось лишь сыграть заключение. И она не могла остаться в стороне. Да, под водой силы Беливикса были почти бесполезны, зато она могла помочь оборонять замок снаружи. Они со Стеллой делали это весьма успешно, отгоняя проклятых русалок подальше от стен, пока остальные сражались с корнем проблемы. Блум верила, что у них получится. Технологии Текны достигли своего пика — на тренировках они не могли догнать ее ни в полете, ни в воде. Думан оказался неожиданно полезным. Ну а Набу и Лейла прекрасно ориентировались в океане, зная большую часть его секретов. Битва окончилась весьма неожиданно. Вот чудовища все ближе подбирались к замку, а вот проклятие было снято, и враги возвращались к своему истинному облику. Ликованию всех жителей Андроса не было предела. Но радость длилась недолго. — Смотрите! — закричал кто-то, указывая на небо. Все синхронно подняли головы. Там темнела дымка до боли знакомого портала. Блум широко распахнула глаза. — Только не снова, — испуганно проговорила королева Необе, отходя к стенам замка. Они с мужем с надеждой посмотрели на девочек, но Стелла и Блум не двинулись с места. Напротив, губы подруги растянулись в едва заметной улыбке. — Что он здесь делает? — прошептала Блум. *** Валтор всегда знал: хочешь произвести впечатление — добавь драматизма. Потому он столь пристально наблюдал за ходом битвы и появился только в самом ее конце, чтобы все-все внимание сосредоточилось именно на нем. На него взирали ошарашенные, испуганные, злые лица. Он невольно порадовался, что после проклятия русалки слабы, а защитники замка вымотаны боем. Они не смогут его нормально атаковать — но будут отличными свидетелями представления. Он привык работать на публику. Изящные жесты, поставленный голос внушали величие, придавали его виду силу. Сейчас надо было разыграть все как по нотам. Спектакль под названием «Подвиг» начинался. — Дорогие жители Андроса! — сказал он, и голос, усиленный заклинанием, разнесся по всей планетенке. — Прошу вас не пугаться, ибо я пришел с миром. После долгого заключения и собственной смерти я понял, как много горя я принес всем жителям Магического Измерения. И я хотел бы просить вашего прощения. Глаза всех присутствующих стали больше. Ему особенно нравилось, как смотрела Блум — прямо как в их первую встречу. Ее взгляд придал сил и уверенности и напомнил: он не мог допустить осечку. Сцена должна быть доиграна до конца. А ведь он даже не был уверен, что задуманное удастся осуществить. — Тританус повержен, — твердо сказал Валтор. Как же хорошо, что Винкс сейчас так далеко, тащат эту глупую рыбу обратно, и никто не узнает, что он временно приписал себе чужие заслуги. — Вам больше нечего бояться. Но мое извинение будет другим. После своего освобождения именно ваша планета, по несчастному стечению обстоятельств, стала началом моих злодеяний. Так пусть же она станет первой свидетельницей моего исправления! Он услышал смешки со стороны русалок, видел, как они вскидывают свои копья. Заметил, как напряглась Стелла, направляя напряженный взгляд в их сторону. И как неподвижно стояла Блум, будучи не в силах отвести от него глаз. Целый месяц потребовался ему, чтобы найти нужное заклинание. Пришлось вломиться незаконно в парочку древнейших библиотек, побеседовать с парой-тройкой умерших духов, до зубов отточить слова. Каково же было его счастье, что финальное сражение настало на следующий день, когда он планировал осуществить свой план! Должно быть, им судьбой написано быть вместе. А судьбу, как сказал Випетти, не изменишь. — Проявись, сокрытая! — свистящим шепотом произнес он для пущего драматизма. Все замерли, с удивлением смотря на прозрачную фигурку, возникшую прямо перед Блум. Сестрица, пусть немощная, не могла оставить свою малышку без защиты. — Эштер ля де мершеврес, — слова срывались с языка довольно просто — он оттачивал их и оттачивал, пока не смог бы повторить заклинание даже во сне. Ярко-оранжевые лучи вырвались из его пальцев и обвили бесплотную фигуру. Она издала тихий испуганный вскрик. Ее окутал яркий кокон, из которого то и дело слышались сдавленные вздохи. Валтор знал, что заклинание требовало много сил, но не осознавал, что настолько. Стало страшно, что его не хватит. И дело тут было уже не сцене — старые проклятие очень остро реагируют на попытки их разрушить. А оставаться духом рядом с разозленной на него нимфой он не желал совершенно. Именно потому он в молодости не стал углубляться в эту тему, поэтому забыл об этом заклинании на долгие годы. Но слова Огрона о подвигах воскресили в памяти старый, неполный свиток. И Валтор начал поиски, увенчавшиеся успехом. В голове шумело, над губой что-то намокло — у него никогда раньше не шла носом кровь. Удерживаться на лету становилось все сложнее, но он не отступал. Ведь за коконом, вращающимся все быстрее, на него, не отрываясь, смотрели голубые глаза. В которых была надежда, столь всеобъемлющая, что он просто не мог пасть духом и сдаться. Последний рывок, и кокон лопнул, выпуская из себя живую девушку, состоящую из плоти и крови. Еще в превращении, с маской и странной прической. Но она теперь была жива. — Дафна! — воскликнула Блум, кидаясь на нее со спины. Девушка, еще не осознавшая, что проклятие Сиреникса отныне снято, изумленно смотрела то на сестру, то на мага. — Что?.. Как?.. — Героиню, — он усилием воли подавил дрожь в голосе от перенапряжения, — что сражалась столь храбро с ведьмами-прародительницами, я вернул к жизни. Это был первый мой жест, коим я хочу заслужить ваше прощение — но далеко не последний. Плевать он хотел на прощение со стороны Андроса — его интересовали Орител и Марион, что должны были увидеть этот сюжет во всей красе. Будь его воля, он бы сделал это на Рокалучче с единственным зрителем. Которого он никогда до этого не видел таким счастливым. — Дафна, милая, — Блум утирала слезы, крепко обнимая сестру. — Я не верю, — та никак не могла прийти в себя, но, тем не менее, прижимаясь ближе в ответ. Послышались громкие хлопки. Стелла, явно тоже умея усиливать звуки заклинанием, хлопала, смотря с таким пониманием, что Валтор поклялся себе припомнить Огрону, кто из них настоящий рыцарь, делающий подвиги — а у кого язык без костей. И, глядя как счастливо сестры слились в объятиях, Стеллу поддержали некоторые русалки. Должно быть, они не участвовали в том его нападении на Андрос — а потому были несколько лояльней тех же стражников и стражниц дворца. Но от заклинания, пущенного истинной принцессой-интриганкой, казалось, что аплодировал ему весь Андрос. Он никогда не думал, что будет когда-то так благодарен какой-либо фее кроме Блум. Сцена завершилась удачно. Подвиг свершился. Пришло время покинуть зал. Но он не успел это сделать. Валтору было неловко смотреть на личные объятия, а потому он больше смотрел на реакцию толпы. И пропустил, как прямо в него влетели, развернули и крепко поцеловали. Он настолько опешил, что даже не сразу ответил. — Что ты делаешь? — прошептал он. — Люблю тебя, — просто ответила Блум, — и хочу, чтобы об этом знал каждый. — Тогда встретимся сегодня? Она часто закивала, проводя рукой по его лицу, словно удостовериваясь, что это действительно он. Сжав ее ладонь напоследок, Валтор исчез в портале, оставляя после себя галдящую на все лады толпу, радостно смеющуюся Стеллу, Дафну, замершую с широко открытыми глазами, и Блум, от которой так и шел свет.