Пять секунд до лета.

Это утро дается не легко. Мурасакиабра вырубился у Джун в комнате вместе с ней, но почему-то проснулся один. Кажется он что-то упустил. Его малявка большой любитель поваляться подольше и рано поднимается довольно редко. Он садится и нащупывает на полу свои джинсы. С футболкой парень не заморачивается, потому что даже Момои привыкла, что он ходит по их дому без неё. Не была в восторге, но привыкла. Все таки для неё в этом был плюс: Рето теперь тоже может тут ошиваться без ворчания Джун. Еще одни экзамены закрыты и они заслужили отдых, поэтому каждый из их дружной компании выжимает из каникул по полной. Совсем скоро Рождество, к которому они тоже полностью готовы, поэтому что за спешка с утра пораньше? Глянув на часы он понимает, что не прям пораньше, конечно, но все равно можно было бы ещё поспать. Пообниматься. Может быть и не только… Ладно. Пофантазировали и хватит. Парень потягивается на ходу и выруливает в гостиную. На диване уже растянулся Кисе, а Джун что-то готовит. По запаху похоже на яичницу. Блондин протягивает ему чашку со стола, но кофе она не пахнет. Свежевыжатый сок пока не хочется, поэтому Ацущи отказывается. Он доходит до стула и садится прямо позади девушки, которая перекладывает готовую еду в тарелку. Джун немного отодвигает ту в сторону и принимается готовить ещё одну порцию завтрака. Вообще это его заслуга. Именно он приучил ее есть по утрам.       — А нам куда-то надо? — С зевком спрашивает он.       — Сегодня хороший день. — Невесомо ведёт она плечом. — Момои зазывает всех на экскурсию.       — Нет. — Измученно стонет Мурасакибара.       — Вполне возможно я уже согласилась присоединиться… — Добивает его седовласая.       — Ты что? — Оживляется он, открывая глаза на максимум.       — И вероятно тебе стоит избегать группого чата, потому что каждый посчитал, что тебя нужно уговорить. — Разбивает следующее яйцо на сковородку девушка. Ох, как Мурасакибара хочет поспорить. Хочет назвать Аоке несносным гномом или ещё как-нибудь, потому что этот человек на пару со своей подругой пытается разрушить его отдых, который не успел начаться. А это грубо. Но Джун оборачивается, облокотившись спиной об холодильник. На ней футболка, в которой она тонет, с логотипом их команды. Ткань доходит до самых бедер. Она выглядит ещё тёплой от сна, а Ацущи больше не знает какую точно эмоцию выразить. Что-то расцветает в груди и экскурсия не кажется прям плохой идеей. Но это ловушка. Они уже это проходили и парень усвоил урок.       — Так я это контролировать не могу, поэтому прошу понять и простить. — Пробует сформулировать все в более безобидную версию от первоначальной Ацущи.       — Ты что опять сломал шторку в ванной? — Ужасается где-то из-за двери своей комнаты Момои.       — Нет. — Выкрикивает с дивана Кисе. — Он пытается отмазаться от экскурсии.       — Ты не хочешь? — Не обращает внимания на соседку выкрикивающую плюсы их поездки Джун.       — Честно? — Приподнимает одну бровь в вопросе Ацущи.       — Нет. — Тянет девушка, выключая конфорку, когда скварчание становится слишком сильным. — Соври и тогда мы точно поедем.       — Не хочу. — Выдает Мурасакиабара. — Ты же знаешь, что я не люблю вот эти вот сборища.       — Эй. — Тут же делает ему замечание Рета. — Мы вообще-то не сборище, а ваши друзья.       — Ладно. — Мгновенно соглашается синеглазая. Она не расстроена, что странно. Все слишком подозрительно. Ацущи не хотел попадаться в ловушку, но будто угодил в ещё более коварный замысел. Он чувствует подвох всеми своими клетками в теле. Джун спокойно продолжает заниматься завтраком и даже ставит перед ним тарелку с чашечкой кофе. Момои носится по квартире, изредка заходя в кухонную зону и беря что-то из еды, чтобы быстро запихнуть себе в рот. Похоже на обычное утро в этой квартире, но что-то все равно напрягает. Парень медленно пережевывает яичницу, закусывая тостом.       — Мы можем сходить на свидание… — Аккуратно пробует прощупать почву Мурасакибара. — Куда ты там хотела в прошлый раз…       — Планетарий. — Напоминает ему Джун.       — Да точно. — Отпивает свой напиток он.       — Ого. — Удивляется Кисе, приподнимаясь на локтях. — Да ты шаришь в романтике.       — А вот ты ни разу не приглашал меня на звезды посмотреть. — Жалуется в шутку Момои, даже губы надувает, но в секунду меняет их в улыбку.       — Да не все так. — Тут же отвечает Ацущи. — Просто Джун видела билеты по скидке! Но уже поздно. Друзья уже во всю их дразнят. Они почему ты решили, что это теперь их новое развлечение. У них в компании этот прикол появился относительно недавно, но затянул абсолютно каждого. И тут не важно, что они с Джун далеко не «сладкая парочка». Вот Дайки с Куроко больше похожи на женатиков. С тех пор, как один из них признался они вообще не отлипают друг от друга, будто семейная парочка, у которой уже парочка детей есть, но их никто не трогает. С одной стороны это правильно. Они не так давно вместе, а с другой: «какого хера»?       — Все-все. — Тормозит следующие слова Момои Джун. — Ты сваха года.       — О блин. — Вдруг выдает менеджер. — Мы опаздываем. — Бежит к двери девушка.       — Я вас любил. — Вдруг драматично выдает Кисе. — Если вдруг она будет торопить таксиста и мы попадем в аварию, оставьте мои вещи себе. — Он медленно поднимается. — Ты был хорошим другом. — Кивает он благодарно Ацущи.       — А ты нет. — Раздается в ответ от Мурасакибары. — Удачи в аду! Джун хихикает в свою ладонь, когда Момои практически за шкирку хватает своего парня и тащит на выход. Стоит только двери захлопнуться, как она позволяет себе открой смех. Если задуматься, то Ацущи уже не представляет свою жизнь без этих вот людей. Джун запрыгивает на кухонную тумбу и хватает рядом лежащий тост, легонько тарабаря пятками по дверцам внизу.       — Ты же знаешь, что я так не считаю, да? — Уточняет Ацущи. — Что дело не в скидке?       — А в чем? — Обращает на него свое внимание девушка, отвлекаясь от еды.       — Ну, мне и самому было интересно туда сходить. — Ковыряет в тарелке палочками парень, делая непринужденный вид.       — Прям интересно? — Склоняет голову в бок она.       — Да харе, ты знаешь, что я имею ввиду! — Хмурится Мурасакибара. — Ты же знаешь?       — Естественно. — Подтверждает синеглазая без капли стеснения. — Просто было любопытно долго ли ты будешь оправдываться. Парень не возмущается, а лишь встаёт, оказываясь практически между ее ног и смотря сверху вниз. Вот теперь то он понял, в чем был подвох. Она не собиралась ни на какую экскурсию. Было столько зацепок, а он сразу и не заметил. Джун не одевалась, она не спешила, хотя знала во сколько нужно выйти, завтрак девушка готовила на троих, а себе опять кашу сварила, которая доходит в кастрюльке… Это было так очевидно.       — Признайся ты так и планировала. — Требует Мурасакибара, нависая над ней.       — Ещё неделю назад решила, что мы точно туда пойдём. — Без стеснений признается девушка.       — Могла бы сразу сказать. — Ловит ее подбородок двумя пальцами.       — Ты не чистил зубы. — Смотрит на него из-под лохматых волос Аоке.       — Вчера тебе это не мешало. — Напоминает Мурасакибара.       — Но это было вчера. — Уворачивается от его рук Джун, спрыгивая вниз.       — Весь кайф обломала. — Уже в след девушке выдает он.       — Мы можем принять душ в месте. — Соблазнительно стягивает с себя футболку она на ходу. — Если обещаешь не отрывать шторку.       — Не могу быть в этом уверен. — Идёт следом за ней Ацущи, принимая приглашение. ☀️☀️☀️ Каникулы пролетели слишком быстро. Они с Джун практически не пересекаются. У него тренировки и у неё тоже. В этот раз их поставили в такое неудобное время, что они даже домой едут отдельно. За последние две недели они оказались в одном автобусе только сегодня. Мураскиабра садится около неё и предлагает наушник. У Джун такие темные круги под глазами и весь вид кричит об усталости. Он практически предлагает ещё и свой кофе, хотя знает, что такой она точно пить не будет. Прежде, чем он успевает что-то сказать, Джун отказывается и от наушника. Девушка углубляется в перечитывание заметок по хореографии и нервно поддергивает ногой. Нет. Пора это прекращать. Такой она ему не нравится. Не в смысле совсем… Вообщем так не пойдёт. Прежде, чем двери успевают закрыться, парень нажимает на кнопку остановки и поднимается, подавая руку и ей. Джун смотрит с непонимаем, но берется за его ладонь.       — Кутайся посильней. — Говорит парень, как только они выходят на улицу.       — Слушай, — Тормозит его руку, которая хотела поправить шарф Джун. — Я не очень хочу идти в магазин или типа того.       — Ты видела свои глаза? — Становится серьезным Мурасакибара. — И губы свои синие?       — Что? — Дотрагивается тканью перчаток до них Аоке.       — Господи, какой же ты тормоз. — Вздыхает глубоко парень. Замершие губы Джун накрывают чужие. Сразу становится необычайно теплей, легко и мокро. Поцелуй длится всего пару секунд, но за это время она видит все те часы без него, которые будто вспышкой проносятся перед глазами. Вот чего ей так не хватало. Она так загналась новыми связками, что забыла самое главное. Да танцы это труд, но ещё и полёт души. А она свою не слушала последнии дни. Чтобы танцевать легко, нужно и чувствовать себя так. Иногда Ацущи выглядит совсем бесчувственной скотиной. И уж она то понимает, о чем говорит, когда его так называет. Но на самом деле он видит и делает то, что ей необходимо. Даже когда она сама об этом не знает. Что-то подсказывает, что именно это и происходит в очередной раз. Они стоят на какой-то Богом забытой остановке, в незнакомом районе, с неба валит снег и ей безумно хорошо.       — Сейчас мы пойдём куда глаза гладят, а потом вызовем такси и поедем греться чаем Куроко. — Ставит ее в известность своих планов парень.       — Прямо до звёзд дойдем? — Улыбается ему Джун, поправляя шапку на голове.       — Нет. — Берется за ее руку Мурасакиабра. — В планетарий я больше ни ногой.       — Да ладно тебе, — Начинает идти вместе с ним девушка. — Все было не так плохо. На самом деле ему тоже понравилось, но он никогда не признается в этом. Джун это устраивает, она же тоже до последнего отрицала, что картошка фри может заменить ужин, а сама иногда с ним ее трескает. Вот и в данный момент, сложно признаться, что пройтись было охиренной идеей. Она успела соскучиться по нему и даже по болтовне о баскетболе. Ещё немного и Джун даже начнет разбираться, у кого какая там позиция… Надо отдать Ацуши должное, он тоже практически понял, какие именно направления они с Момои танцуют. Изначально эти отношения казались провальной идеей. Джун даже особо ставки не ставила. Думала, что поиграются недельку и поймут, что проще иногда говорить другу другу «ненавижу тебя», чем все это. Но «ненавижу тебя» никуда не делось. Оно ещё звучит, не чаще чем «люблю тебя», но все же. Это будто уже традиция. Девушка надеется, что она останется с ними навсегда, потому что быть вместе с Ацущи вовсе не ужасно. Снег валит большими хлопьями, поблескивая в свете фонарей, словно он появился из волшебного мира. Двое держась за руки, ловят снежинки ртом и кажется, что счастливее, чем они быть невозможно. Они проходят много мест: парк, старые улочки, даже мост. Но есть одно место, на которое они натыкаются случайно. Именно оно и возвращает их в начало. Кофейня ничуть не изменилась. Мурасакиабра признается, что после их знакомства тут так и не был. Она кстати тоже. Вывеска на улице гласит, что самое время глинтвейна и это подкупает. Джун практически тащит туда парня, который наотрез отказывается заходить. Будто после прошлого совместного посещения может случится что-то хуже. Дверь подает сигнал для персонала звоном колокольчиков. Джун отряхивает свой капюшон и только после этого видит, что тут они совсем одни. Похоже все адекватные люди в такую непогоду сидят дома, а не шляются по улицам. Это кажется знаком, который прям призывает отправить друзьям сообщения, чтобы и они могли насладиться теплыми напитками. Ацущи это рвение не разделяет, но и особо не сопротивляется. Они занимают самый лучший стоик прямо у окна, на котором мигает гирлянда разными цветами. Бариста неторопливо готовит их заказ и время действительно замедляет ход. Момои обещала прийти и заодно захватит Мидориму с Ретой. Дайки же уже шлет селфи, где они с Куроко похожи на пирожки больше, чем на людей. И даже Акаши на удивление тоже быстро реагирует. Он вообще игнорирует свое присутствие в групповом чате, а тут не проходит и пяти минут, как отвечает, что выходит. Видно прогулка необходима была не только ей.       — Ты чего? — Отрывается от телефона девушка и тыкает пальцем в плечо засмотревшегося в окно парня.       — Они сейчас придут и вся атмосфера свидания покатится по пизде. — Дуется он, скрещивая руки на животе.       — Ты не говорил, что это свидание. — В момент вытянулась Джун. — Вот черт. Тебе надо было сказать!       — А то было не понятно! — Тоже возмущается он.       — Я не умею читать мысли! — Понижает голос, когда на их разговор повернулась барист.       — Ну, вот мы опять здесь и опять я чувствую себя мудаком. — Пыхтит себе под нос Ацущи. А… Вот в чем дело. Мурасакиабра никогда не был против компании друзей. Они даже в кино брали с собой Мидориму с Дайки и его это мало волновало. Даже наоборот. Дело в том, что он ассоциирует это место не с их знакомством, а с тем, что он обидел ее. А он не обижал. Это было просто стечение обстоятельств. Джун уже и забыла это. Лично она это место с другим связывает. Лично для неё это кафе стало точкой невозврата.       — Ты не мудак. — Берется за его ладонь седовласая. — И тогда не был.       — Я чуть не подрался с тобой за кофе. — Легонько усмехается Мцрасакиабра.       — Ты планируешь сделать это из-за глинтвейна? — Подшучивает над ним Джун.       — Нет, если ты опять не стыришь мой стаканчик. — Поддается ее веселому настою парень. Бариста будто специально именно в такой момент объявляет о готовности напитков. Джун лукаво щурит глаза и подрывается с места первой. Мурасакибара же следует ее примеру. Но в этот раз их борьба за напитки происходит в другой атмосфере, форме, моменте. Зашедшая Момои сначала теряется, но затем быстрее, чем Ацущи берет один стаканчик, а Рета не настолько проворный, поэтому второй глинтвейн достается Мидориме. Ацущи с Джун не мешкая заказывают еще, чтобы сразу на всех. Потому что и остальные из их шумной компании уже на подходе. Нет. Это кофейня и правда какой-то отдельный островок. Личный островок счастья Джун, потому что именно он привёл ее именно к этим людям, которые не могут определиться с печеньем, которое хотят съесть. И именно он добавил в ее жизнь лето по среди зимы в лице одного очень ворчливого, вспыльчивого, но самое главное любимого баскетболиста.