Пять секунд до лета.

      — Я выгляжу моложе. — Возмущается Джун.       — Ты выглядишь, как ребёнок. — Закатывает глаза Мурасакибара.       — А ты выглядишь, как говорящий жираф! — Супится ещё сильнее девушка.       — Зато я в клубы могу проходить без проблем. — Чуть привстает с места он. — И не надо постоянно показывать удостоверение.       — А мой лоб не здоровается с дверным косяком каждый день! — Дергает головой Джун.       — А меня невозможно задавить в толпе. — Парирует тут же Ацущи.       — Авада кедабра. — Кидает в него подушку из своих рук девушка, когда не может придумать адекватный ответ. Они замолкает и вдруг начинают хохотать так, будто с ума сошли. Хотя так и есть. Уже как неделю. Им двоим ещё предстоит многое урегулировать, чтобы все споры заканчивались именно смехом. Пока вроде они на верном пути. Парень притягивает Джун к себе и ярко улыбается, пока она тает в его больших объятиях. На самом деле к этому оказалось намного проще привыкнуть, чем он думал. Малявка сразу вжилась в роль его девушки, будто так было всегда, а вот Ацущи иногда подтупливал. Но стоит заметить, что вечера кино теперь намного интересней. Фильм его интересует меньше, чем обычно. К слову, обычно его интересовало процентов на десять из ста, а тут и до одного не дотягивает. Во-первых, наблюдать за седовласой намного приятнее, чем за актерами на экране. Во-вторых, комментарии Куроко все равно перебивают сюжет. Менеджер наконец-то разрешила есть все что угодно, чем Ацущи незамедлительно пользуется. Они с Дайки на пару завалили стол разнообразием фастфуда ещё за пару часов до прихода остальных. Его другу проще это все хватать и заталкивать в себя. А вот парень старается не двигаться сильно, ведь из него вышла офигенная подушка, как он понял.       — Эй. — Окрикивает Мидориму Мурасакиабра, чтобы тот подал ему что-нибудь, желательно кусочек пиццы…       — Циц. — Шикает Джун и прижимает свои пальцы к его губам, прежде, чем ему удалось дозваться друга. Ацуши не знает, то ли какой-то кабель в его голове отсоединился окончательно, то ли же он всегда таким отбитым был, но Аоке накрывает его рот пальцами и он просто… Просто целует их. Это не настолько смущающий момент, как в прошлый раз, когда он закрывал ей рот, но что-то определено близкое к этому. Он целует рефлекторно кончики маленьких пальцев и чувствует, как его щеки мгновенно загораются. Наверняка надо было это прекратить раньше, чем девушка приподнимет свою голову и уставится на него своими яркими глазами. Теперь притвориться, что ничего такого не случилось не получиться.       — Сделай так ещё. — В улыбке расходится ее лицо и она сильнее жмётся к нему. Целую секунду он смотрит на Джун, пытаясь понять это издевка или открытое предложение. В ее глазах отражается, как всегда миллион и одна мысль, а Ацущи пробует уловить нужную. Там читается: «сделай, если сам хочешь». А он хочет. Вот прям без предложений и просьб. Так что делает. В этот раз поцелуй достается запястью, которое он так по хозяйски обхватил пальцами. Джун пахнет мылом и ванилью. Так сладко, что зубы сводит.       — Ой, — Умиляется Момои, смотря на парочку, которая пристроилась на диванчике. — Ацущи ведет себя так мило! Не могу поверить, что дожила до этого дня.       — Я злой и грубый, а не милый. — Тут же кривится он. — И хватит уже ржать. — Толкает ногой Дайки, который разошелся смехом он.       — А как не ржать если ты отвратительно влюблён. — Немного отодвигается в сторону Дайки. — Это же что-то из черной комедии.       — Отвратительно влюблен? — Оживилась Джун. — Так вообще можно говорить?       — Да, можно. — Тут же подтверждает Куроко. — Три дня назад он смотрел на твое видео и воздержался от каких либо комментариев, кроме цитирую: «Как мило она волосы заколола». Тем самым доказывая это выражение.       — Ой блять. — Стонет запрокинув голову Ацущи. — Будто я тут один такой.       — Хорошая попытка. — Лыбится Рета. — Но пенальти не засчитывается. Я всегда так себя веду.       — Надо переименовать тебя в телефоне. — Улыбается во весь рот Джун. — На самом деле не плохо звучит.       — Ты опять нарываешься? — Лениво уточняет у нее Мурасакибара, поглядывая из-под челки. Она и не прекращала. Джун не та девчонка, которая поплывет лужецей. И это до безумия ему нравится. Потому что и он не тот порань, который сможем постоянно выносить сюсюканья. Вот и сейчас эта едва уловимая издевка в разговоре ему прямо под ребра бьет. В их диалог врываются каждый желающий и кино на экране идёт по пизде. Такими темпами они никогда не посмотрят новинку, на которую Дайки пришлось уговаривать Куроко около пяти часов. Да и фиг с ним, если честно. Наверное Момои изначально была права. Вечер кино, это не про кино. Это про общение и сближение. Черт. Да если так посмотреть, менеджеру надо бы серьезно в экстрасенсы податься. Слишком уж часто она оказывается права. Даже в споре о его любимых чипсах, что откровенно перебор. Началось все безобидно, но докатилось до того, что каждый в комнате схватил телефон и начал гуглить место изготовления. Мурасакиабра почему-то был уверен, что это его родной город, но вот оказалось, что заводик стоит в соседнем. Разницы никакой, ведь вкус от этого не поменяется, но менеджеру срочно понадобилось доказать, что они намешивают туда кучу химии, и все плавно перетекло в спор по всем пунктам. Только он собирался открыть рот, чтобы озвучить свою теорию про полезность картофеля, но его одернула за рукав Джун.       — Как думаешь насколько долго нам надо тут торчать, чтобы ускользнуть незамеченными в твою комнату? — Уточняет у него девушка.       — Они уже не заметят даже если мы прямо сейчас уйдем. — Понижает свой голос до минимума он, смотря, как бойко Куроко отстаивает права всех есть все, что они сами хотят. — Я пойду схожу за колой. — Громко объявляет парень и никто не обращает на это внимания.       — Увидимся через пять минут. — Улыбка сужает ее глаза. — И мне захвати что нибудь. Парень показательно цокает, будто изначально не собирался взять этот дурацкий термос с чаем, который она последнее время с собой везде таскает. В итоге они сидят в темноте его комнаты, по очереди пробуя напитки друг друга. Мурасакибара делает вид, что его вырвет, а Джун хохочет. Но это быстро уходит на второй план. Девушка сама забирается к нему на колени и целует. И уже не важно, что именно выясняют криками друзья за дверью. Он даже согласен подкинуть ещё парочку вариантов, которые срочно нужно обсудить. ☀️☀️☀️ Джун переглядывается с Момои. Стеллаж с кубками блестит, аж слепит. Менеджер хорошо следит, чтобы он не покрывался пылью. Каждый кубок сегодня раз по сто протерла. Стекло вымыла и обратно все поставила. Она молодец, что в ее расписании есть для этого время, вот только не стоило туда синеглазую записывать, вот прям вообще не стоило. А ещё было бы лучше, если бы Аоке держалась на расстоянии в километр от таких важных вещей. Ведь тут уже не главное, что благие побуждения были, тут главное, что именно Джун виновата, что не закрыла стеклянную дверцу и решила в неё врезаться, прямо с разворота. Огромный кубок пошатнувшись, падает прямо на пол и раскалывается на две части. На секунду они просто пялятся на это с открытыми ртами. Затем Джун поднимает верхнюю часть, а Момои нижнюю. Наверное надо бы это сделать не одновременно, но встретившимся лбам то самое «наверное» уже не поможет.       — Я не скажу, если ты не скажешь. — Трет ушибленное место Момои.       — Мы можем спихнуть вину на кота. — На панике выдает мозг Джун вариант. — Коты часто скидывают и ломают вещи.       — А у тренера живет кот? — Оглядывает кабинет менеджер.       — Бродячий кот. — Продолжает выдумывать на ходу девушка. — Через окно залез.       — Тогда надо его открыть. — Идёт к нему Момои, без лишних слов соглашаясь на нелепую легенду. — А куда он делся потом?       — Умер? — После напряжения мозга на максимум, выдает седовласая.       — Нельзя придумать кота ради алиби, а потом его ещё и убить! — Тут же возмущается ее соседка.       — Есть варианты получше? — Аккуратно закрывает дверцу шкафа Аоке.       — Попытка починить? — Берет с пола свой рюкзак и запихивает туда остатки награды розововолосая.       — Да, точно. — Тут же кивает Джун. — А парни не заметят отсутствие кубка?       — Нет. — Протягивает руку вперёд Момои, прося ещё одну деталь. — Если не пойдут на тренировку. Если не пойдут… А они пойдут. Один сезон закончен, но весной начнется другой. Да и на самом деле парни любители поторчать в зале и поболтать с тренером, просто, чисто чтобы пары прогулять. Может был бы это не новенький кубок, они бы не сразу заметили, а тут именно тот, с которым парни селфи выставляли еще с утра. Собственно поэтому Момои и поняла, что пыли скопилось достаточно, чтобы ее ликвидировать. Как отвлечь всех сразу? Да это просто на грани фантастики. Парни настолько разные, что всех завлечь сильнее, чем тренировка будет сложновато. Первое, что они решают — это скрыться с места преступления. Момои предлагает пойти в столовую. В ряд ли сейчас им удастся что-то поесть, но зато там много людей. В их случае дофига и больше свидетелей, при которых никто не совершит убийство. Им нужно вести себя непринужденно. Так объясняет Момои, но они обе не спешат подойти к парням, которые уже по привычки садятся за стол больше, чтобы и для них нашлось местечко. Акаши машет им рукой и о черт, тут всегда был такой интересный потолок. Беленькие плиточки прямо так ровно к друг другу прилегают. Но это интересно только Джун, вот например Момои впервые привлекли панорамные окна. Ладно. Они обе не рассчитывали, что парни тоже будут тут. Время то не очень обеденное… Да и у большинства из них пара в самом разгаре… И тут в голове Джун созревает самый коварный план за всю ее жизнь, которую она кстати планирует прожить, как можно дольше. Пока Момои не успела двинуться вперёд, девушка сообщает ей об этом. Сначала соседка охает, потом супится, следом силиться что-то сказать, но быстро осознает, что похоже это единственный реальный вариант. Джун плюхается около Мурасакибары и как не в чем не бывало достает свой телефон. Парни все-таки не есть пришли, а лишь поднять свою энергию. Кофе, которое пьет ее парень всегда слишком сладкое и обычно в нем присутствует не один сироп. Такое кофе, у которого вкус будущего диабета. Раньше Джун в таких ситуациях брала взять глоточек у Куроко и Мидоримы. Они более консервативны. Аоке бы так и сейчас сделала, но эти двое чисты, а вот остальные не очень. Сначала девушка прямо из рук парня забирает стаканчик, а уже потом пробует на вкус напиток. Кошмар. Сплошной сахар. Даже отдаленного вкуса кофе нет. Но ничего. Ради их и своего душевного спокойствия она потерпит. Джун ставит стаканчик на стол и чуть наклоняется, включая камеру на мобильном. Хорошо. Все попадают в кадр.       — Улыбнитесь. — Просит она, на что сразу же реагирует Момои, радостно вкинув руки вверх.       — Ты фотографируешь мой кофе, пытаясь выдать его за свой? — Посмеивается над ней Мурасакибара.       — Да я бы никогда так не поступила. — Не отрывает свой взгляд от телефона, водя по экрану, бубнит седовласая.       — Ты же в курсе, малявка, что я знаю, что ты нагло пиздишь? — Пробует более агрессивно обратить ее внимание на себя он.       — Ммм. — Загадочно тянет девушка, убирая телефон в карман толстовки. — Любишь грязные словечки?       — Вот так. — Игнорирует ее вопрос Ацущи, заранее зная, что разговор выйдет бесящим. Они уже это проходили, поэтому он просто закидывает ее ноги на свои. — Теперь намного лучше, да?       — Не вау конечно. — Откровенно издевается Джун, щуря глаза. — Но сойдет. Для ответа парню не хватает лишь нескольких секунд. Разьяренный тренер по среди столой останавливает вообще все движение студентов. Они не исключение. Аоке и не могла подумать, что мужчина говорил серьезно. Ей то казалось, что Момои в своей манере все приувеличила раз в десять. Тренер обещал каждого из них выпороть, если они не поднимут успеваемость до следующего сезона… Похоже он не врал. Мурасакибара реактивно вскакивает на ноги на пару с Ретой. Акаши и Дайки придерживаются другой тактики, пытаясь слиться с местностью. Естественно ни попытка побега, ни попытка стать хамелеоном не работает. Тренер уверенной походкой направляется к ним, а все на его пути раступаются. Даже будто людей поменьше стало.       — Простите. — Одними губами произносит Джун. — Я забыла, что он на меня подписался.       — Твою мать, гном! — Шипит сквозь зубы Ацущи. Заслужила полностью возвращение этой клички. Прям сто процентов. Ведь нифига Джун не забыла, правда рассчитывала, что мужчина увидит этот снимок не прям сейчас. Изначально ее мучали странные сомнения, когда пришла еще одна подписка, но потом Момои объяснила, что это надо для того, чтобы он знал, где тусят его лоботрясы. А его лоботрясы знатно накосячили. Парни часто отмазываются тренировками, чтобы прогулять, а вот их тренеру часто приходится выслушивать за это от преподавателей. Поэтому в данный момент выслушивает вся столовая. Он не церемонится. Прям даже материться. Но через все эти слова понятно, что тренировки сегодня не будет, как и ближайшую неделю. Тренер уходит так же быстро, как и появился. Наступает слишком давящая тишина. Не на такой эффект они рассчитывали. Даже Момои лишь вздыхает. Они то думали, что тренер побурчит и отправит всех на занятие, а вечером заставит парней бегать вокруг академии, как в прошлый раз. Или в зал загонит, как в позопрошлый…       — Ацуши. — Пробует начать разговор девушка, видя, как он продолжает стоять, будто прирос.       — Не сейчас. — Сжимает свои кулаки он.       — Ничего. — Тут же подаёт голос Мидорима. — Рано или поздно взрыв все равно бы произошел. Все таки тренер овен.       — А я давно предупреждал. — Отпивает из стаканчика кофе Куроко.       — Если бы не одна малявка и ее любительство все постить… — Вдруг выдает Мурасакибара.       — Тормози. — Советует ему Кисе.       — Вот именно. — Поддерживает его Дайки. — Мы сами виноваты.       — Согласен. — Кивает Акаши. — Выдыхай и потопали на историю.       — Простите. — Ещё раз извиняется Джун.       — Погнали. — Игнорирует ее Мурасакибара и хватает с пола свой рюкзак.       — Забей. — Тянет Рета, тоже беря свою сумку. — Перебесится. Только вот забить не получается. Настроение скатывается ниже нуля. Нет. они ругались и раньше. Намного хлеще ругались. Но тогда было проще. Не нужно было думать, а вместе они до сих пор или нет. ☀️☀️☀️ Лучший клей из строительно магазина для метала — есть. Перчатки резиновые, упаковка — есть. Куча бумаги, чтобы не испачкать стол и все вокруг — есть. Не кривые руки, хотя бы одна пара — нет. Момои сдалась первая и умотала к Рето ещё пару часов назад, а вот Джун за это время успела сбегать за растворителем и спиртом, чтобы подготовить поверхность к клею. Но это ни черта не помогает. Зато остатки кубка блестят как никогда. Момои советовала заказать такой же в интернете, что по мнению Джун перебор. Они и так слишком много испортили за сегодня, чтобы ещё больше погрязнуть во вранье. Девушка в очередной раз вздыхает и смотрит в потолок. День вышел из-под контроля уже давно, а вот ментальное состояние только с хлопком двери. Обычно в такие моменты Джун находила отдушину в Момои. Она же не убиваемый таракан, который всегда найдет решение, а тут… Если уж ее соседка сдалась, то никому не удаться что-то сделать. Джун медленно поднимает свою задницу со стула и смотрит на весь пиздец перед ней. Единственное, что ей осталось — это убраться. Сначала складывается бумага, потом медленно в ряд выставляются пузырьки. Кубок так и остается просто лежать. Девушка следует его примеру и плюхается на диван. Так паршиво ей было очень давно. Руки сами берутся за телефон и пишут самое безрассудное сообщение.

Еще злишься?

Влюбленный Великан: Что-то хотела? Или так, просто уточнить?

Похоже что да, поэтому напишу через пару недель.

Влюбленный Великан: Ты точно в безопасности или Момои все же решила заняться выжиганием по дереву?

Что? 😳

Влюбленный Великан: Значит у вас не пожар, поэтому я тебе ничего не говорил.

Ты можешь прийти к нам?

Влюбленный Великан: Нужно ещё пару фоток запилить?

Ладно.

Это не настолько важно.

Просто обычно Момои дома, но ее нет.

Хотя. Забей. Проигнорируй это все.

Влюбленный Великан: Малявка?

Правда ничего. Я веду себя глупо.

Влюбленный Великан: Уже выхожу из дома. Влюбленный Великан: Кстати я люблю глупости 🥴 Вот черт. Энергия появляется из ниоткуда. Джун чуть ли не падает, когда хватается за остатки приза на столе. Она реактивно запихивает их в один из кухонных шкафчиков. Нет. Это не то место. Тут Ацущи обязательно будет искать чипсы. Кстати, которые она специально для него и покупает. Будет ли он пить кофе? Да, может. Рамен? Скорее всего, если Куроко не готовил ничего. Холодильник. Да, самое лучшее место. Прямо в ящике с зеленью. Туда он точно не полезет добровольно. Так то лучше. Улики ликвидированы. Осталось себя в порядок привести. Джун осматривает себя и понимает, что этого делать не хочется совсем. Будто последнии силы закончились, пока она тут все убирала. Блять. Надо было не писать ему. Надо было склеивать этот кубок пластырем, суперклеем, цементом. Да чем угодно, но починить и отнести на место. В носу начинает не по детски рябить. Она садится прямо на ковёр. Это не похоже на плачь, потому что слёзы так и не текут. Просто крупная дрожь бьет так сильно, что подняться не выходит, когда в входной двери проворачиваются ключи. Запасные. Которые Момои обещала забрать. Джун пробудет встать, чтобы встретит Ацущи, но он слишком реактивно заходит. Стоит только увидеть его, такого растрепанного, в не застегнутой куртке и с не завязанными кроссовками, как слёзы все же выходят наружу. Она просто не заслужила его такого вот. Того, который орет на неё да, а вот этого, который так к ней спешил нет.       — Прости. — Все, что вырывается из неё в перемешку со слезами, которые девушка усиленно вытирает ладонями.       — Эй. — Быстро стягивает с себя обувь Мурасакибара. — Ты чего?       — Жалкое зрелище, да? — Немного посмеивается над собой Джун.       — Нет. — Машет головой он, проходя к ней и садясь напротив. — Вообще нет. — Тоже принимается вытирать ее щеки, краем рукава парень.       — Это полнейший провал. — Всхлипывает синеглазая.       — Давай просто поговорим, о том какая жизнь бывает отстойная? — Предлагает Ацущи.       — Я так старалась, но не получилось, понимаешь? — Продолжает Джун.       — Давай вместе постараемся? — Не сдаётся парень.       — Ладно. — Кивает Джун. — Пора это заканчивать. Ацущи непроизвольно сдвигает брови, ведь малявка не объясняет, что именно тут заканчивается. Кажется, что он, потому что впервые на его глазах Джун выглядит такой раненной. Он не умеет быть нежным или трепетным. Вообщем тем, от кого можно получить поддержку в том виде, в котором судя по всему она ей необходима. Его способ утешения для друзей — это притащить пиво или ещё что покрепче. Тут такое не прокатит. Он очень хочет сказать что-то успокаивающее… Но что? Наступает давящая тишина. Это далеко не обычное дело для этой квартиры. Обычно тут всегда есть какой-то звук на фоне. Через отрытые окна просачиваются разговоры прохожих, телек работает, Джун включает музыку… А сейчас будто весь мир решил замолчать.       — Ты будешь готовить салат? — Разрезает тишину Ацущи.       — Все намного хуже. — Выкладывает на стол их кубок она. — Мы сломали его. — Сквозь всхлипы выдает девушка. — А потом из-за нас вас решили тренировок. Твою мать. Это пиздец. Лучше бы Момои действительно начала выжигать по дереву и спалила тут все. Мурасакиабра запускает пятерню в свои волосы, усиленно ища дзен. Как вообще они до этого додумались? Как можно сломать металл? Вот она призналась, что случилось. Но Джун не становится лучше. Она все так же растрепанна и ее потрясывает. Да хер с ним с этим кубком. Хер с тренировками. Они ещё выиграют и тренировки ещё будут. Не в первой. Надо бы об этом сказать, но вырывается совсем другое.       — А что мне то сделать чтобы ты почувствовала себя лучше? — Взмахивает руками Мурасакибара.       — Скажи что мне делать, чтобы ты меня простил! Что? — Тоже выпаливает Джун. — Как это исправить, чтобы мы опять не разосрались?       — Стоп! — Командует он, подходя к синеглазой. — Тебе достаточно перестать плакать! А то затопишь соседей!       — Но это так важно. — Утыкается в свои ладони лицом она. — Вы так старались…       — Для меня важна ты. — Аккуратно подтягивает девушку к себе, обнимая за талию Ацущи. — Я уж думал, что случилось что-то ужасное. Теперь они достаточно близко, чтобы он мог провести губами по ее шее. Здесь же он и оставляет осторожный поцелуй. Надо бы наорать на неё. Провести беседу, как с детьми о пагубном влиянии вранья на жизнь. Но возможно, Мурасакибара забыл все слова. Они смотрят друг другу в глаза, пока неровное дыхание оседает где-то в воздухе. Ацущи тряхануло знатно. Прям прокатили на Американских горках. Спектр эмоций сузился и требует лишь одного. Джун Аоке. Он целует, целует, целует. Щеки, лоб, подбородок и даже чмокает в кончик носа. На ее лице наконец появляется такая желанная для него улыбка. Она не выглядит взволнованной или смущенной, лишь подается вперёд, чтобы получить ещё один поцелуй. А кто Мурасакибара такой, чтобы ей отказать? Он целует невинно. Один поцелуй перетекает в другой и они затягивают. Все становится не таким медленным и ненавязчивым. Джун привстает на мысочки и закидывает руки на его плечи. Тут точно должен быть какой-то лимит. Парень слышит рванный вздох в свои губы, будто и малявка забыла, как дышать. Пальцы сплетаются крепче, когда их руки берутся друг за друга.       — Я не хочу делать то, чего не хочешь ты… — Пробует притормозить себя он.       — А кто сказал что я не хочу? — Запрокидывает свою голову она.       — Кровать… — Хватает ее за бедра Ацущи. — Не спать.       — Хорошо. — В открытую смеётся над ним девушка. Мысленно он обещает себе обязательно ответить на этот смех. Тоже где-то подловить ее на чем-то нелепом. Но это уже по привычке. Она поддается его рукам и это тут самое главное. Мурасакибара тянет ее в сторону и Джун следует за ним.