Глава 37
29 августа 2020 г., 11:58
Спустя несколько часов, наконец-то, вся команда была в сборе. Серхио занёс пострадавшую Ракель на руках, хотя та протестовала этому.
— Серхио, я сама дойду.
— Нет. Даже не думай. Во-первых, тебе несколько часов назад достали пулю из груди, у тебя падал пульс, и ты могла погибнуть на операционном столе, а, во-вторых, тебя похоже, это не сильно беспокоит, но у тебя была пуля в ноге, если ты и сможешь на неё встать, то только на пару секунд и свалишься на пол от адской боли, поэтому, дорогая, я понесу тебя на руках.
— А ты удержишь? Тебе не только меня нести, — Ракель нежно улыбнулась, закручивая пальцем волосы.
— Это ещё больший стимул нести тебя на руках, — он опустился к её щеке, чтобы поцеловать.
Их встречали, как героев, даже Палермо, максимально не сентиментальный человек, особенно в такие моменты, улыбался и орал громче всех.
— Лиссабон! Да ты живее всех нас, — подходя к ней, сказал Богота, который впервые после смерти Найроби улыбнулся, — как ты? — он обнял её.
— Намного лучше, чем несколько часов назад.
— Я, полагаю, нам тут мало кто рад?— с ноткой ревности спросила Токио.
— В тебя не стреляли, подруга, — подхватывая её на руки, сказал Денвер.
— А меня обнять не хочешь? — сжигая взглядом, сказала Стокгольм.
— По тебе я скучал больше всех, любимая, — опустив Токио, выпалил мужчина, притягивая её за талию, затем поцеловал в губы, по которым очень скучал.
— Меня смущает один момент: куда опять делся Профессор? — поинтересовался Палермо.
— Он пошёл к капитану, — ответила Ракель, обнимающаяся с Хельсинки.
— Ну, он как всегда: тут жена сидит, а он…
— Пока ещё не жена.
— Пардон, сеньорита.
Через несколько минут корабль двинулся по уже известному, для старичков, маршруту, а некоторым впервые приходилось плыть в сторону независимых вод.
— Профессор, когда уже откроем шампанское? — начал пытать его Денвер.
— Ещё рано праздновать, мы не достигли цели, пока что мы находимся не в безопасности.
— Денвер, тебе лишь бы побухать, — сказала Токио.
— У меня стресс, нужно скинуть.
— Вот окажемся в независимых водах, тогда начнёшь отдыхать, мало ли, что будет.
— Токио, когда ты стала такой рассудительной?
— Когда чуть не потеряла свою любовь, когда потеряла подругу, когда делала операцию Лиссабон, — Токио говорила абсолютно серьёзно, намекая Денверу на то, что ему нужно приглушить свои мечты.
Прошло больше пяти часов, которые все проводили в разных частях корабля с людьми, по которым скучали. И только Профессор ушёл на палубу, наблюдая с неё за происходящим в море, периодически поднося к глазам бинокль, чтобы удостовериться, что их нигде не поджидает морская полиция.
“Я это сделал. Мы это сделали. Мы отомстили системе, сломали её. Мы много кого потеряли, но отомстили, показав всем, что система неустойчива, что в ней есть проблемы, люди поняли, что нужно что-то менять. Благодаря нашим действиям запустился процесс, который нельзя повернуть в обратном направлении, мир точно изменится. Андрес, я исполнил твою мечту! Мир не будет прежним, Испания не будет прежней!”
