Спорная

— То есть мы серьезно едем в поход? — Не в поход, а в экспедиционно-туристическую поездку. — Ну то есть в лес, с палатками, с тушёнкой? — Можно и так сказать. — Ура! Ура! Ура! — Shut up! Май, теплый май… Конец учебного года, оценки выставлены, и остаётся всего ничего до летних каникул. Во дворах цветут яблони и черёмуха, аромат стоит дурманящий, и улицы устланы желтым полем одуванчиков. Рай для души! Алиса обожала эту пору: учиться уже не надо, в школу ходишь только поболтать с подружками да развеяться. Теперь же настроение улучшилось информацией о походе. Речка, лес, друзья, Анна Викторовна… Да, она всё ещё сохла по ней, и теперь представится новая возможность завязать общение с учительницей. — Слишком сильно не радуйтесь, в лагере будем учиться. — В смысле??? — С нами ещё поедет Евгения Игоревна, будем изучать географию и расширять вокабуляр. — Ну блин… — Не блинкайте, блин, вы на уроке. Короче, наша тусовка будет с 25-го по 27-е, жду завтра согласия от родителей. Все свободны. Весь класс радостно выбежал из кабинета, а Кафельникова осталась. — Валим-валим… — учительница посмотрела на ученицу. — Анна Викторовна, посмотрите, пожалуйста, что у меня по оценкам выходит. — Чтобы не вышло как в тот раз? — Ну да… — Окейси, — шатенка зависла в компьютере, а Алиса нахмурилась. — Не, всё нормально, 4,51. Пятёрка. Валим? — Всё-всё, валю. Отношения с Анной Викторовной как-то не улучшались: олимпиад больше не было, случайных стычек тоже. Черт, она даже не осмелилась её позвать на какое-нибудь мероприятие. Но Алиска не сдавалась. Она надеялась, что в походе им обязательно удастся сблизиться за чашечкой… Чего-нибудь. Дома она сразу же бросилась собирать вещи. Погоду обещали жаркую, поэтому можно было идти налегке: рюкзак, пару маек, шорты… — Алё, Павлуш, слушай, а где мы жить-то будем? — В отеле, пятизвездочном, трёхразовое питание. — Бля, не стеби меня, я серьезно. — Да где-где? Пацаны палатки потащат, там и будем спать. — Ну ясно. — Ещё раз назовешь меня Павлуш, костей не соберешь. Слушай, там наши на алко скидываются… — По сколько? — Ну рублей двести с каждого, кидай Марго, она потом Лёше скинет. Кстати, не забудь свою гитару, по вечерам играть будешь нам. — Опа… Алиса совсем забыла про свою спутницу по жизни — дрова обыкновенные, или шестиструнную акустику. С этой учебой она давненько не брала её в руки. — Ну что же, милая, сыграем, — девушка взяла инструмент в руки, когда поняла, что он расстроен. — Черт, заплакала. Настроив гитару, она принялась вспоминать аккорды и песни. — Че б им сыграть? Батарейку», «Кукушку»… Ща глянем, — Алиска достала пыльную тетрадь, в которую переписывала песни и аккорды. Листая, на последней страничке она нашла пару страниц сочинённых песен. Одна из них называлась «Hazel eyes», единственная песня на английском языке, которую ученица сочинила этой зимой. Посвящена она, конечно же… — Так, всё. Надо это засунуть подальше. Двадцать пятого мая была хорошая погода. Днём вся ватага 10-«Г» во главе с Анной Викторовной и Евгенией Игоревной выдвинулась на автобусе за город. Ехать было недолго, но дорога была просто отвратительной. — Что это у вас там гремит? — спросила учительница географии, оглядываясь на учеников. — Лимонад, — хором произнес класс, причем так искренне, что и детектор лжи бы не догадался. — Ладно, — женщина кинула прищуренный взгляд в сторону учащихся, но проверять не стала. — Вы хоть придерживайте рюкзаки, а то глядишь спалимся, — шепнула какая-то добрая душа в конец автобуса. «Увижу пьяными — прибью», — пронеслось в голове англичанки, которая всю дорогу рассматривала подмосковные виды. Время в пути стремительно окончилось, и компания старшеклассников и учителей оказалась на открытой местности; в пределах видимости был лес. — А нас не съедят дикие животные? — спросила трусишка класса по имени Маша. — Ты что, съедят! Вместе с кожей, и с костями, и с гов…— прикалывался Лёша. — Алло, тихо! Никто никого не съест, территория охраняется. Тут уже давным-давно нет животных страшнее белок, — Анна Викторовна взглянула на окрестности. — Так, Евгения Игоревна, руководите, куда идти, с чего начинаем. — Пройдемся сначала по степи, изучим местные виды, географическое положение, а затем направимся в лес. — Окей. — Что же, нам попалось удивительная для нашей местности экосистема, состоящая из полевой ромашки, васильков, иван-чая, одуванчиков. Смотрите, тут ещё есть разноцветные божьи коровки: вон красненькая бежит, желтая… — Ай! — закричала Павла. — Она по мне бежит… И что это за желтая фигня? — Она на тебя насрала, — засмеялась Алиса, пихнув подругу. — Это защитная реакция насекомого, а не… Ну вы поняли. — Так, давайте лучше повторим, а для незнающим изучим лексику по нашему цветнику. Как будет ромашка? — Chamomile, — первой ответила Алиса. — Хорошо, а одуванчик? — Dandelion, — вновь сказала Кафельникова. — Алиска, ты тут не одна. Работаем все. Так, божья коровка? — Ladybug. — Так… — Ну я не виновата, что быстрее думаю. — Алиса, ну перестань, не веди себя как маленькая, тебе не идет. Ученица закатила глаза и надула губы. Что можно было поделать с тем, что ей хотелось внимания самое прекрасной женщины на земле? Таким образом они прошерстили всю поляну и направились в лес, чтобы разложить палатки. Время стремилось к ужину, поэтому их причал был до утра. — Так, смотрите, большие палатки на троих, маленькие на двоих. Ну и, разумеется, мальчики с мальчиками, девочки с девочками. Если узнаю, что кто-то к кому-то по ночам ходит, тому кранты, — распорядилась Анна Викторовна. — Есть, босс. Алиса, Паша и Марго взяли большую палатку на троих. Честно, это были целые хоромы, можно было спокойно поместиться и впятером. Школа о них позаботилась. — Нормальненько тут. Главное, чтобы комары не загрызли, — сказала Алиса, ставя чехол с гитарой в угол. — Ты же нам сыграешь сегодня? — спросила Рита. — Конечно, — ухмыльнулась Алиса своим же мыслям. — Давайте мальчики разведут костер и разведут огонь, а девчонки что-нибудь приготовят, — предложила Евгения Игоревна. — Ну началось, — закатила глаза Павла, — эти драные мальчики будут пять лет добывать огонь, — все посмотрели в сторону доносящихся вздохов, где несколько ребят не могли соорудить самодельный мангал. — Ладно уж, как-нибудь справятся. Погнали картошку мыть. После ужина решили не тушить костёр и посидеть всем вместе вокруг него. Уже было темно, высоко-высоко виднелись звёзды, и был слышен треск веток, сгорающих в огне. — Предлагаю поиграть в было не было, — сказал Лёша. — Ну нет, лучше в бутылочку, — ответил Саша. — С такими предложениями вообще ни во что играть не будем, — заругалась англичанка. — Может, просто поиграем в правду или действие? Ну только в пределах разумного. Никто никого целовать не будет, задавать провокационные вопросы тоже, — предложила Маша. — Тогда неинтересно, — хихикнула Марго. — Ну всё, играем в это, — ответила Паша, — я первая задаю. Лёша, правда или действие? — Естесна правда. — Слушай, скажи, тебя роняли в детстве? Давно просто хотелось узнать. — Не, его не роняли, а пугали. Сейчас без шуток, один раз его батя так напугал, что он описался прям на месте, — ответит Саня. — Я же просил никому не рассказывать! — тот пихнул друга под хохот остальных. — Ладно тебе, продолжай! — Ну хорошо, ушлепок, правда или действие? — Правда. — Какого цвета у тебя трусы? — Черные. — А я видел, что они со спанчбобом. — Откуда видел? — донеслось от одноклассников. — О господи, — сказала Анна Викторовна. — По-моему, мы договаривались без провокационных вопросов. — Хорошо, тогда продолжим, — Саша повернулся к Марго, — правда или действие? — Правда. — У тебя парень есть? — А тебе какое дело? — Раз спросил, значит надо. — Для тебя всегда есть. — Да бля. — Саня, — отреагировала Анна Викторовна, — язык твой враг твой. — Молчу. — Ну что, теперь я, — в глазах Марго засияли огоньки, — Алиса: правда или действие? — Я вижу этот пыл в твоих глазах, но ладно, так уж и быть, для развлекухи возьму второе. — Иди сюда, — Рита позвала подругу и шепнула ей на ухо: «Спроси у Анны Викторовны, есть ли у неё парень». — Ты дура? — отпрянула Алиса. — Да ладно тебе, нормальный вопрос. — Если нормальный, спроси сама. — Не, твоё действие, тебе и делать. — Ну не томите уже, — сказала Паша. Повисла секундная тишина. — Анна Викторовна, — обратилась к учительнице Алиса. Боже, испанский стыд… — Ну я так и знала, — цокнула англичанка. — Скажите… У вас есть молодой человек? — пролепетала Алиска, краснея, словно помидор. — Если вам от этого станет легче жить, то его нет. — Правда? — удивилась Марго. — Рита, — яростно шепнула Алиса. — Ну а что? Такая красивая женщина, а без пары. Ну так нельзя! — Спасибо за комплимент, но со своей личной жизнью я разберусь сама. — Так, а давайте лучше мы поиграем во что-нибудь другое, — обратилась к кругу учительница географии. — Слушайте, у Алисы же с собой есть гитара, — сказала Маша. — Точняк, тащи сюда, будешь батарейку играть! — крикнул Леша. — Сейчас, секунду, — Алиса поднялась, чтобы принести инструмент. В этот момент все временно разбежались по палаткам с целью употребить благородные напитки. — Алис, давай с нами, — Марго и Паша достали чекушку водки и сока, — для храбрости. — Ну давайте, — ученица не увидела стаканчики и, взяв бутылку, отпила за пару рюмок, а затем запила чем-то издалека напоминающим вишню. — Нормально ты, — усмехнулась Паша. — Смотри, не забудь аккорды. — Постараюсь. Через пару минут все были в сборе. Всем неплохо дало в голову, поэтому ребята старались сидеть подальше от учителей. «Пьянь», — подумала Анна Викторовна, от которой никогда не скроется шлейф алкоголя. — Ну что, батарейка, да? — улыбнулась Алиса. В ней прибавилась смелость. — Да! — Холодный ветер с дождем усилился стократно, Всё говорит об одном, что нет пути обратно Алиса украдкой взглянула на Анну, которая утайкой подпевала. — Да! — кричали ребята. — Что ты не мой лопушок, а я не твой Андрейка, Что у любви у нашей села… — Батарейка! — закричали все хором. — О-оу-и-ё-и-ё, батарейка!… Спустя пару песен сделали ещё перерыв на алкоупотребление. В глазах немножко плыло, но в целом разум был на месте. — Ну что, «Вахтёрам»? — Давайте! — Я помню… — Белые обои, черная посуда — Нас в хрущёвке двое, кто мы и откуда? — Фух!.. Что ещё? У меня уже иссякли идеи. — Слушай, — лукаво сказала Марго, — А сыграй свою. — Какую еще свою? — косо посмотрела Алиса. — Я у тебя нашла одну интересную тетрадочку, а в ней… — Ты что, рылась в моих вещах? — в панике крикнула Кафельникова. А вдруг она всё знает?! — Я случайно увидела и не смогла пройти мимо… — Давай свою, Алиска, — поддержали девчонки, затем и мальчишки. — Алис, не робей, мы все хотим её услышать, — сказала Евгения Игоревна. Алиса посмотрела на Анну Викторовну: — Давай. Ученица услышала собственное сердцебиение. — Она, конечно, ещё не дописана, неидеальная… — Давай играй. — Сейчас, — Алиса перевела дыхание и… Do you see a fire in her hazel eyes? You everything deny, Appear in my mind. O-o-o-oh… You love your man And we are no friends When you’re here You don’t love me My soul dies When I look into your eyes O-o-o-oh… Sky is falling Like me when near you are going It’s just a chemical reaction Oh, please, I need your Attention… Do you see a fire in her hazel eyes?*… Последний аккорд, и щеки Алисы окончательно заплывают румянцем. Наверное, завтра девушка пожалеет о том, что сыграла эту песню, но не сейчас. Она несмело подняла голову и взглянула в её карие глаза… — Браво! — закричала Марго, и все зааплодировали. Анна Викторовна тоже хлопала, возможно, громче всех. И внимательно, с интересом смотрела на темноволосую ученицу, которая стыдливо улыбалась и украдкой смотрела на неё. Алиса, милое юное создание, сколько в тебе силы, красоты, огня, любви… Fire…