Его слова звучали тихо

Марк реально устал. Устал просыпаться каждое утро от громких трелей старого, с несколькими трещинами на стекле, будильника ровно в 6:30. Устал есть подгорелую яичницу, потому что одновременно с готовкой пытается дочитать нужный к первой паре параграф. Устал от противного запаха дешёвого геля для душа, потому что выбирать такие средства он совершенно не умеет. И, конечно, больше всего он устал от своего бледного отражения в зеркале. Каждый раз парень тщательно осматривает свою кожу с ног до головы, пытаясь отыскать хоть малейшее изменение. Но нет. Ни вчера, ни сегодня, ни завтра. Тело остаётся кристально чистым, без единого изъяна на светлой коже. Марку уже двадцать лет, но метки у него нет. Заветная фраза не просто исчезла или побледнела, нет. У него просто она не появлялась никогда. Такое случается крайне редко и может означать только, что у Марка нет соулмейта. Парень даже не знает, что хуже — быть отвергнутым или вовсе без пары. Он пил дешёвый быстрорастворимый кофе из надбитой чашки. Напиток неприятно оседал на языке и обжигал горло. Но это оставалось незамеченным, потому что теория вероятности не хотела оставаться без внимания. Когда телефон завибрировал, напоминая о времени, Марк загнул уголок страницы и, сделав последний большой глоток противного кофе, направился к двери. Очередная поездка на метро с учебником по высшей математике, казалось, пролетела в мгновение ока, и парень чуть не пропустил свою остановку. У него оставалось семь минут, чтобы добежать до университета и успеть занять место в аудитории. Холодный октябрьский ветер залетал под тонкую ветровку, вынуждая идти ещё быстрее. Буквально за три секунды до появления преподавателя Марк проскользнул в дверь и плюхнулся на место рядом с Лукасом. — Ты когда-нибудь придёшь вовремя? — рассерженно шипит друг, пихая его локтем в бок. — В следующий раз профессор Ким тебя точно прибьёт или покалечит. — И тебе привет, Лукас, — закатывает глаза Марк, открывая тетрадь. — Ага, «привет» говорит. Честно, не понимаю твою беспечность. — Давай потом поговорим, тема сложная сегодня, — парень пытается сосредоточиться на словах преподавателя, игнорируя недовольство Лукаса. Он прекрасно знает, что друг просто беспокоится, ведь знает, что для Марка очень важна учёба, поэтому постоянные опоздание совсем не способствуют завоеванию уважения в университете. Но при этом всём это вошло в очень плохую и вредную привычку. Не может он придти вовремя, ну не получается. Марк выделил очередную формулу в рамочку и украдкой бросил взгляд в сторону Лукаса. Рукава его кофты были слегка закатаны, и взору представлялась красивая чёрная надпись. «Ты очень красивый. Почему учишься здесь, если бы мог стать, например, моделью?» Похожие слова он слышит каждый день, но точь-в-точь, как на запястье, услышал только единожды. Лукасу повезло встретить своего соулмейта ещё на первом курсе. К нему тогда робко подошёл симпатичный парень и с лёгким румянцем выдал это на одном дыхании. Это было забавно. Пара прошла в привычном темпе и ребята к концу были выжаты. Всё-таки высшая математика это сложно. Парни направились в столовую, чтобы слегка перекусить и прочитать лекцию Марку. — Джонни, этот дуралей сегодня снова чуть не опоздал, — причитал Лукас с набитым ртом. — Мне кажется, что это никогда не закончится. — Он не опоздал сегодня и на этом хорошо. Не поднимай скандал раньше времени, — Джонни, как всегда, спокойно потягивал свой фреш и листал ленту новостей. — А ты, Марк, — он оторвался от экрана, — заканчивай с этой фигнёй. Соберись уже, хватит распускать сопли! — Ребята, я это всё уже слышал, не капайте, — начал Марк. — Я благодарен вам за заботу, но прекратите говорить уже про опоздание. У меня и так голова болит из-за этого всего. — Похоже у тебя на роду написано быть проблемным, — Доён, как всегда, тактично вклинился в разговор. — Мало того, что с соулмейтом проблемы, так ещё и со временем. — Спасибо, хён. Я всегда знал, что ты чуткой души человек, — съязвил Марк, яростно накалывая салат на вилку. — Ладно, я шучу. — Я знаю. — Кстати, да, — встрял Лукас. — Ничего не изменилось? Друзья знали об «особенности» Марка и об отсутствии метки и старались всячески его поддержать. Они меньше говорили о своих соулмейтах в его присутствии и пытались помочь, находя информацию о таких случаях. И за это Марк их безумно любил и ценил. — Нет, всё по старому, — он печально улыбнулся и пожал плечами. — Я думаю, что его всё-таки просто не существует. — И правильно, нечего зря надеяться, — подхватил Доён. — Думаю, тебе лучше не зацикливаться на этом, а просто попытаться найти кого-нибудь. — Я тоже считаю, — медленно проговорил Джонни, — что думать об этом слишком много не стоит, но всё же оставлять маленькую надежду не спеши. У тебя есть ещё шанс разобраться в этом. Безвыходных положений не бывает. — Парни, вы чего? — дожевав, начал возмущаться Лукас. — Как это забыть о соулмейте? Он просто его ещё не встретил. А когда это произойдёт, то метка точно появится. — Да, это возможно. Но всё же маловероятно, — снова заговорил Доён. — Поэтому пускай сильно не расстраивается из-за этого. — Эй, я всё ещё здесь, — Марку надоело, что они рассуждают на эту тему в миллионный раз, будто его нет рядом. — Я не хочу, чтобы вы поссорились из-за этого. Давайте просто поговорим о чём-нибудь другом. Джонни, как там Джису? Девушка Джонни была просто замечательной, поэтому все сразу же переключились на её предстоящий концерт, на который все были приглашены, и атмосфера разрядилась. Больше всего Марку не хотелось доставлять друзьям неприятности. Они были хорошими ребятами и умели поддержать. Парень был действительно благодарен им за всё. Возможно, ему и правда стоит попытаться начать отношения с кем-то, кто будет не против связаться с НЕ соулмейтом. Но что-то не давало парню сделать это вот на протяжении всей жизни. Какая-то черта оставалась непреодолимой, и Марк не знал, где именно должен пересечь её. Из раздумий вырвал голос Джонни. — Марк, а ты идёшь с нами? Три пары глаз внимательно на него смотрели, ожидая ответа. Марк труснул головой, чтобы прогнать мрачные мысли. Кажется, все собираются завтра пойти в новый торговый центр. — Нет, у меня не получится. Завтра смена в больнице. — Чувак, — потянул Лукас. — Ты и так никуда не выходишь, так ещё и все выходные пропадаешь в том кафетерии. — Лукас, ты разве не знаешь? — хитро улыбался Доён. — В тот кафетерий постоянно ходит некий парень с внешностью ангела. Марк не хотел дальше участвовать в этом разговоре поэтому, быстро бросив «Всем пока», умчался из столовой. Он уже миллион раз пожалел, что рассказал им об этом посетителе, который ну уж слишком красивый для больницы. И всё это слишком для его раскалывающейся головы. Нужно выпить анальгина.

***

Как бы Марк не любил просыпаться ровно в 6:30, в субботу и воскресенье это не казалось таким ужасным началом дня. Он также медленно собирался, ел подгоревшую яичницу и пил противный кофе, но уже не из-за учебников, а из-за собственной рассеянности. В эти дни хотелось аккуратней уложить волосы, надеть рубашку по красивее, поменять очки на линзы и воспользоваться дорогим парфюмом, что когда-то подарил Джонни. А рассматривание собственной кожи отходило на задний план сознания, отказываясь показываться. Больница привычно встречала его запахом медикаментов, тихим шумом работающих приборов и стерильной белизной. Со временем парень привык к этой гнетущей атмосфере напряжения и мог спокойно работать баристой кафетерия, не отвлекаясь на вой сирен карет скорой помощи. Всё становилось не таким страшным и значимым. Посетителей было не много по утрам и Марк, скучая, в пятый раз протирал стойку, поглядывая время от времени на вход. — Ты же знаешь, что он приходит ближе к полудню, — послышался со спины голос Юты. — Отвлекись пока. Японец один из немногих, кто знал Марка и его историю. Также он знал о Хэчане (они не знакомы, просто однажды услышал как его звала медсестра) и его влиянии. Почему-то Марк не мог спокойно дышать, когда тот просто сидел у окна. — Да, я знаю. Что-то сегодня совсем нет настроения, — Марк попытался улыбнуться другу, заваривая американо подошедшему клиенту. — Не выспался наверно. — Конечно, не выспался, — не унимался Юта. — А ещё немного влюблён. Подойди к нему сегодня же. Иначе я сам ему всё скажу. Он ушёл на кухню готовить, оставив рассеянного Марка одного. Он не мог. Хэчан был для него недосягаемым. Слишком далёким солнцем для такой тени, как он. Хэчан пришёл в 11:45 и сел за столик у окна. Оттуда открывался вид на скверик у больницы, где гуляли пациенты. Парень никогда ничего не заказывал, а просто подолгу сидел. Марк смотрел на его профиль, запоминая каждую деталь, пытаясь запечатлеть навечно. Прекрасная бронзовая кожа с отпечатками лета, карамельные волосы, уложенные самим ветром, большие карие глаза, искрящееся интересом, носик-пуговка, розовые пухлые губы, россыпь родинок-созвездий на щеках и шее, тонкие изящные пальцы и метка. Хэчан часто рассматривал небольшую надпись на тонком запястье, обводя буквы подушечками пальцев. Марк не знал, что там написано, но понимал, что соулмейт ещё не нашёлся. Он часто думал, каково это смотреть на Хэчана вблизи? Когда каждая родинка на виду и чувствуется чужой аромат? Парень часто кусал губы и они, наверное, в мелких ранках. А складочка между бровей, когда он хмурится, невероятно милая, но её всё равно хочется разгладить пальцами. Хэчан часто читает книги и в общем выглядит очень умным. Марк бы хотел с ним поговорить. Но вместе с этим он понимал, что не хочет. Он чувствовал, что если подойдёт к нему и заговорит, то обязательно влюбится в этого ангела и не сможет без него. Зачем мучить себя, когда знаешь, что ждут своего? Поэтому он продолжал мучиться на расстоянии, игнорируя силу, что упорно тянула его к Хэчану. С кухни послышался голос Юты. — Тэён, помоги мне, пожалуйста! — Тэён, официант и иногда повар, поспешил на кухню. Оттуда слышался звук падающего чего-то и громкая ругань на японском. Марк только тихонько хмыкнул и повернулся к залу. По роковому стечению обстоятельств именно сегодня и именно сейчас Хэчан поднял руку, подзывая персонал, и внимательно смотрел на Марка. Ли глубоко вдохнул и направился к нему. Шоколадные глаза смотрели будто в саму душу и это совсем не пугало. Почему-то хотелось показать всю свою жизнь и бросить под ноги сердце. — Здравствуйте, что хотите заказать? — попытался спокойно сказать он, не разрывая зрительного контакта с Хэчаном. Вдруг красивое лицо напротив нахмурилось, и парень схватился за запястье с меткой. Слова стали чётче и теперь Марк видел, что там написано. Но ему не нужно было смотреть, ведь собственное предплечье пронзила боль. Не сильная, скорее приносящая лёгкий дискомфорт. Когда Хэчан поднял взгляд обратно к Марку в них застыл немой вопрос. Марк дёрнул рукав, оголяя кожу. Там, где болело появилось красное пятнышко, но по прежнему ни одного слова. Парень как-то грустно улыбнулся. Хэчан встал со своего места и схватил его за руку. Он провёл большим пальцем по раздражённому месту, и у Марка перехватило дыхание. От толп мурашек по всему телу от этого прикосновения, от близости Хэчана, от его летнего запаха, от лёгкого покалывания в руке и быстрого сердцебиения. Что происходит? — Хэчан, я… не знаю, что… что должен сказать, но, — попытался Марк поговорить, но парень резко оборвал его, схватив за руку и молча потащив к выходу. — Нет, стой, подожди. У меня же смена, — пытался Марк остановить его, хотя не особо сопротивлялся хватке тёплых пальцев. Хэчан завёл его в лифт, нажал на пятый этаж и достал телефон. — Здесь связи нет, зачем ты… — но Марку снова не дали договорить, повернув к нему телефон с несколькими предложениями на экране. «Я немой. Сейчас мой врач тебе всё объяснит.» Марк обескуражено пялился то на текст, то на парня. Немой? Он не может… Так вот почему метки не было. Но почему? Что случилось? Хотелось так много спросить, но получалось только смотреть в шоколадные глаза Хэчана и медленно тонуть в их искренности и доверии. Хэчан вновь достал телефон и напечатал. «Прости...» — За что ты извиняешься? — не понял Марк. Парень пожал плечами и виновато опустил голову. — Эй, ты же не виноват в этом, — Марк сделал небольшой шаг к нему и осторожно поднял его лицо, обхватив щёки ладонями. — Не волнуйся, я не сержусь. Я уверен, всё будет в порядке и мы разберёмся. Хорошо? Хэчан медленно кивнул, когда двери лифта отворились. Марк снова взял его за руку, и они направились в кабинет. Оказалось Хэчан немой с раннего детства. Виной всему осложнение после травмы головы. Когда он был ещё трёхлетним ребёнком его семья попала в аварию. Речь можно вернуть, но нужно очень много работать над психологическим барьером, который вот уже пятнадцать лет не спадает. Доктор сказал, что это очень хорошо, что Марк нашёлся. Это поможет. Когда парень вышел из кабинета, Хэчан, ждавший его снаружи, заламывая пальцы и постукивая ногой от нервов, быстро поднимается, но не делает ни шагу. Марк молча подходит к нему и заключает в самые тёплые объятья. Хэчан слегка вздрагивает, но быстро прижимается в ответ, утыкаясь носом в шею. Он мелко дрожит и крепко хватается холодными пальчиками за ткань на спине Марка. Марк глубоко вдыхает летний запах Хэчана, поглаживая его по мягким волосам. Постепенно оба успокаиваются и сердца начинают биться в унисон. Марк мягко отстраняется и заглядывает в глаза. — Мы справимся вместе, слышишь? Я буду рядом и ни за что не отпущу тебя. Всё будет хорошо. Хэчан кивает несколько раз и позволяет нескольким слезинкам облегчения скатиться по мягкой щеке. Он знал, что Марк его соулмейт.

Спустя год

Марк сидел прямо на траве возле воды. Река сегодня была спокойной, а солнце приятно грело в макушку. Вечеринка Джонни в честь обручения с Джису проходила в узком кругу друзей. Все весело проводили время, и Хэчан ярко улыбался, слушая забавные истории Лукаса. Ребята хорошо приняли его и быстро подружились. Марк однозначно был счастлив. Хэчан, поймав на себе взгляд парня, направился к нему. Он мягко, словно луч солнца, опустился рядом, всё так же ярко улыбаясь. В его глазах искрилось счастье и любовь, и Марк слышал всё это без слов. Он взял его за руку и начал оставлять мягкие поцелуи на метке, чувствуя как беззвучно смеётся парень. За тем коснулся щеки Хэчана ладонью, соединяя большим пальцем родинки-созвездия. Хэчан льнул к прикосновениям, прикрыв глаза. Марк ласково улыбнулся и потянулся к пухлым губам. Парень от неожиданности вздрогнул, но сразу же расслабился, отвечая. Он улыбался в поцелуй, прижимаясь ближе к крепкой груди своего истинного. — Я люблю тебя, — тихо сказал Марк, оторвавшись и оставляя мягкий поцелуй на лбу парня. — И я тебя, — послышалось хриплое, но такое же мягкое. Марк оторвался от нежной кожи и посмотрел в шоколадные глаза напротив. — Что? — Я тоже люблю тебя, — повторил Хэчан хрипло и тихо, но со счастливой улыбкой и удивлёнными глазами. Марк знал, что он сможет. Он верил в своего мальчика, поэтому крепко обнял его, вдыхая родной запах лета и слыша любовь. Теперь его подъём в 6:30 сопровождается мягкими чмоками куда дотянуться, яичница всё равно подгоревшая, но теперь из-за долгих поцелуев, вместо кофе — ароматный фруктовый чай, а гель для душа пахнет ванилью, а не дешёвыми химикатами. И на его предплечье появились витиеватые «И я тебя»