Зависть

Все с утра шло не пойми как: крики с улицы, предвещающие наплыв гостей, метание прислуги по всем коридорам замка, сообщающие, что подготовка к празднованию почти готова. Шумы эти, как и следовало, давили на уши Катры. Иногда она жалела, что слух ее лучше человеческого, ибо приходилось слышать то, чего слышать совершенно не хотелось. — Когда все это закончится? — ударяя кончиком хвоста по кровати, она корчится и систематично тянется рукой назад, удивляясь, что поймала ей лишь пустоту. — Скоро. Глиммер сказала, что к полудню все закончится и мы сможем прийти туда, — напротив кровати, у зеркала, сидела Адора, как обычно совершая свой утренний ритуал создания дурацкого начеса(так бы выразилась Катра). Кошка не понимает, чего так и тянет ту создавать эту вещицу на своей голове. И, признаться честно, она завидовала: уже прошел месяц, как война закончилась, а длина ее волос оставалась прежней. Если приглядеться, то на несколько миллиметров, конечно, улучшения были, но это было так незаметно и мало, что Катра бесилась ещё больше. — Может, хотя бы сегодня не будешь делать этот ужас? — безвучно вставая с кровати, Катра держит свой путь прямиком к злосчастному зеркалу, где могла в отражении видеть на миг непонятливое лицо Адоры. — О чем ты? — О твоих волосах, естественно! И, подойдя совсем близко, кошка одним из своих коготков уничтожает главного своего врага — резинку на хвосте Адоры, слыша в ответ лишь тяжёлый вздох. — Я ненавижу, когда ты так делаешь, — это было не впервой, Адора успела заметить, как Катра относится к ее волосам. — Прости, что хоть кто-то в этом мире знает, что такое красота, — насмешливо мурлыкнув, Катра хватает со столика расчёску и приводит эти светлые, словно солнце, волосы в порядок. — Раз ты так умоляешь... Адора не любила поддаваться. Если ее кошечка хочет чего-то — она обязана попасть под шквал ответной доброй насмешки. Таковы их отношения: гармоничные, но в то же время соперничество ощущалось здесь с большой силой. Развернувшись, Адора берет Катру за запястья, наклоняя к себе и делая типичное лицо "заигрывания", что на деле выглядело нелепо и смешно, нежели устрашающе. — Скажи, ты ведь просто завидуешь? — и, многозначительно подергав бровями вверх-вниз, та устремляет свой взгляд на короткие локоны Катры. Кошку поймали. Да, это был удар в самое сердце, которого она ожидать не смела. Драматично уронив расчёску на пол, Катра, вместо того, чтобы вырваться и убежать, аккуратно кладет подбородок на голову Адоры. — Не завидую. Так ты выглядишь намного лучше. Просто признай это... — мурлыча, она ставит Адору в ступор, ожидавшую от нее хоть каких-то ответных действий в виде нервозности и злобы. И это растопило сердце Адоры. Теперь все чаще и чаще она будет ходить с распущенными волосами, а Катре все сложнее станет скрывать свою ложь: да, она завидовала.