Проблема ангела

Вэнь Нина словно выбили из колеи. Ситуация в целом, внезапная головная боль и обморок Вэй Ина, чужое волнение — за торопливой походкой спутника Вэнь Нин поспевал с трудом и иногда украдкой посматривал на красивое безэмоциональное лицо. Спустя долгое время, в которое они плутали по особняку, волнение Вэнь Нина отступило, но внезапно его спросили: — Что Вэй Ин тебе наговорил? Вэнь Нин изумлённо распахнул глаза, а затем замялся и растерянно спросил: — А… откуда вы знаете? — Вэй Ин — мой лучший друг. Я знаю его с детства, — голос молодого человека потеплел, а уголки рта приподнялись. — Он — хороший человек, но постоянно влипает в неприятности. Один раз даже чуть не погиб. — Правда? — удивился Вэнь Нин. — Да. Сунулся в обитель греха и смерти, — сказали совершенно серьезно и, развернувшись к Вэнь Нину, слегка наклонили голову. — С тобой-то все хорошо? — Эм… Да… — Вэнь Нин озадачился. Длинные черные волосы, собранные в хвост, идеально чистая и отутюженная одежда, аристократичное холодное лицо — как и внешностью, так и поведением молодой человек совершенно не походил ни на кого из знакомых Вэнь Нина, а, скорей, на актера или модель. — А с чего вы интересуетесь? — Моя работа — прислуживать господам и следить, чтобы с ними все было в порядке, — столь серьезно сказал молодой человек, что Вэнь Нин проникся его словами и смутился. — Лань Ванцзи. — Вэнь… Вэнь Нин, — он виновато потупил взор, так как не сразу сообразил, что ему представились. — Рад знакомству, — равнодушно сказал Лань Ванцзи и вдруг добавил: — Я видел, как ты разбил вазу. Сердце Вэй Ина сделало головокружительный кульбит, а все его тело сковал страх. Однако Лань Ванцзи продолжал невозмутимо смотреть на него, и поэтому Вэнь Нин, стараясь наскрести хоть толику храбрости, нерешительно спросил: — И… что? Меня выгонят отсюда? Лань Ванцзи ответил не сразу, отчего сердце Вэнь Нина сжалось до размеров песчинки. — Не думаю. Господин Чао обходится господину Вэнь гораздо дороже. К тому же, скорее всего, стоимость вазы для господина Вэня — песчинка в море его богатств. — Правда? — неуверенно спросил Вэнь Нин, но слегка преисполнился надежды, а после кивка Лань Ванцзи вспомнил фотографии Вэнь Чао в Интернете. На многих из них демонстрировались столь роскошные вещи (например, дорогие часы или новейший автомобиль), что при мысли об их цене становилось не по себе. — Но… — Но что? — Лань Ванцзи приподнял брови, и Вэнь Нин замялся оттого, что озвучил сомнения. Однако, вопреки ожиданиям, Лань Ванцзи спокойно ждал ответа и даже неожиданно добавил: — Можешь продолжать. Я в любом случае никому не скажу, что ты её разбил. — Правда? — изумился Вэнь Нин, но на него глядели столь уверенно, что он перестал сомневаться в словах Лань Ванцзи и сильно озадачился. — А… почему? — Это не входит в мою компетенцию, — серьезно сказал Лань Ванцзи. «Моя работа — прислуживать господам и следить, чтобы с ними все было в порядке», — вспомнил Вэнь Нин его слова и преисполнился благодарностью к Лань Ванцзи, но затем стушевался под внимательным взором. А затем на ум ему пришел Вэй Ин. Если тот отнёсся с пониманием и даже подсказал, как выпутаться из сложной ситуации, то почему бы не довериться его другу? Вэнь Нин всмотрелся в лицо Лань Ванцзи. На нем не было ни воодушевления, ни малейшего намека на улыбку, в отличие от Вэй Ина, но и укора и недовольства — тоже. «И вряд ли кто-то ещё здесь побеспокоится обо мне», — Вэнь Нин покусал губы. — Я… Вэнь Чао — сын господина Вэня, а я — нет. «И если меня вышвырнут отсюда…» — настроение портилось все сильнее. — Боишься, что доставишь проблемы родителям? Вэнь Нин вздрогнул. Лань Ванцзи угадал его мысли. «Впрочем, вряд ли это было сложно», — Вэнь Нин впал в уныние, и на его душе стало и тяжелее, и легче. Доверить сокровеннейшие мысли и переживания кому-то было очень сложно, но ещё печальнее было не найти этого человека. — Да, — тихо признался Вэнь Нин. Он совершенно не понимал, почему Лань Ванцзи затеял разговор по душам, но, пожалуй, был больше рад этому, чем нет. «Хотя сестре бы не понравилось, если бы кто-то чужой полез в её душу», — с тоской вспомнил Вэнь Нин решительную и смелую Вэнь Цин, что будто «держала на плечах половину неба». — Когда Вэй Ин попал в то самое злачное место, вытащили его оттуда не сразу. И… — Лань Ванцзи сжал губы в тонкую линию. — Тогда я понял, что, чтобы ни случилось, все решаемо. Кроме смерти. — А… — Вэнь Нину стало очень неловко от столь откровенных и серьезных слов. Но, по крайней мере, он понял, почему Лань Ванцзи так беспокоился, когда Вэй Ин потерял сознание. «Видно, они и правда близкие друзья», — с сожалением вздохнул Вэнь Нин. Тишина же стала слишком странно-неуютной, и Лань Ванцзи отвернулся к дверям и как бы невзначай сказал: — Полдник уже почти начался, так что пойдем дальше. — Ага, — робко ответил Вэнь Нин, и они вышли из комнаты. Но лишь он задумался о том, что Лань Ванцзи вёл себя слишком странно, как испуганно застыл. Из-за угла к ним вышел Вэнь Жохань и удивился: — Вэнь Нин? — Дядя? — Вэнь Нин, что ранее наскреб хоть сколько-то спокойствия и уверенности, стушевался перед могучей двухметровой фигурой и проблеял: — Р-Рад встрече. — Взаимно, — Вэнь Жохань беззлобно хмыкнул. — Разве ты не должен быть на полднике? Вэнь Нин хотел что-то выдавить из себя, как вдруг по его спине пробежал озноб. Прищуренный, потемневший взгляд Вэнь Жоханя не сулил ничего хорошего. — А ты кто? Вэнь Нин повернулся и обомлел. Оказалось, это спросили у Лань Ванцзи, что с честью выдержал пронзающий взгляд. — Лань Ванцзи, — невозмутимо сказал он и слегка поклонился. — Недавно поступил к вам на услужение. Вэнь Нин озадачился. Зачем было отвечать столь странно-архаично? И все слуги в особняках так говорят? Вэнь Нин совершенно не знал ничего об этом, так как жил в семье с достатком чуть выше среднего, в обычной квартире, и ни разу не «касался» богачей и их образа жизни. После нескольких секунд лицо Вэнь Жоханя разгладилось. — Ясно, — хмыкнул он и вдруг заинтересовался Вэнь Нином: — Как твои дела, Вэнь Нин? Тот вздрогнул, а затем ощутил сильную вину. Вэнь Жохань приютил его на неопределенное время, хотя, по факту, ничем не был обязан их семье, заступился за него перед Вэнь Чао, а ещё спросил, как его дела… А он не просто разбил его вазу, а ещё и хотел нагло соврать ему. — Дядя, я… — Вэнь Нин замялся, а затем быстро выпалил: — Простите меня! Я нечаянно разбил вазу в одной из галерей! Вэнь Жохань удивился и, пока сердце Вэнь Нина затрепетало в ожидании развязки, озадаченно уточнил: — В какой? — Ну, где у вас музей. Или что-то вроде него, — осторожно пояснил Вэнь Нин, пока в его сердце зародились крохи надежды. Может, все-таки все обойдется? — Я обещаю, я все отработаю! Я верну все до последнего юаня! — горячо сказал он. Вэнь Жохань слегка округлил глаза, а затем со странной интонацией спросил: — Прямо до последнего юаня? — Д-Да, — уже менее горячо и уверено ответил Вэнь Нин. Интуиция подсказывала, что спросили это неспроста, но иного ответа он не видел. Вэнь Жохань же лишь усмехнулся и кивнул вправо. — Хорошо. Идёмте в столовую. Вэнь Нина накрыла огромная волна облегчения и радости. Его не выгонят. Ему не придется мотаться по вокзалам, гостиницам, доставлять родителям неудобства и заставлять беспокоиться и без того занятую сестру. — Отец! — Вэнь Нин чуть ли не подпрыгнул, когда они вошли в просторную столовую и на него указал Вэнь Чао. — Этот приживала разбил драгоценнейшую вазу в нашем музее! — Он мне уже об этом сказал, — невозмутимо ответил Вэнь Жохань, и Вэнь Чао посмотрел на Вэнь Нина, как на привидение. — И даже обещал отработать все до последнего юаня. — Правда? — Вэнь Чао презрительно скривился. — Да он в жизни столько не заработает! Разве что полностью продаст себя на органы! — Знаешь, Вэнь Чао, если он все-таки отработает их, то, как от наследника, толка от него будет больше, чем от тебя, — усмехнулся Вэнь Жохань. — Впрочем, оставим разговоры. Время полдника. А ты останься. У меня есть для тебя пара поручений, — вдруг холодно обратился он к Лань Ванцзи. Тот отчего-то удивился, но быстро собрался и сдержанно кивнул. Трапеза прошла в неуютном молчании. По крайней мере, так казалось Вэнь Нину. Справа от него с холодным лицом кушал Вэнь Сюй, а напротив его прожигал полным ненависти взглядом Вэнь Чао. И-за этого Вэнь Нин почти неотрывно смотрел на салат перед собой, иногда все-таки поглядывая на невозмутимого Лань Ванцзи в дверях — мысль о его поддержке помогала хоть как-то держаться перед Вэнь Чао. «Если ты насолил нашему «господину», то пиши пропало», — вспомнил Вэнь Нин и ещё неохотнее стал ковыряться в салате. Когда он выпил чай, то нерешительно спросил, можно ли уйти, отчего на него взглянули, как на умалишенного, но затем Вэнь Жохань с усмешкой ответил, что тот может удаляться, когда пожелает. После тихого «спасибо» Вэнь Нин выскользнул из столовой и побежал к своей комнате — он надеялся чудом найти ее и запереться в ней до предстоящей расправы. Но, словно назло, Вэнь Чао все-таки настиг его, причем настиг в тупике, которых до этого Вэнь Нин не наблюдал в особняке. — А ну стоять! — его зажали в углу, и Вэнь Нин почти слился со стеной под прожигающим, полным радостной злости взглядом. — Теперь ты за все заплатишь, приживала! Над Вэнь Нином нависла тень, и он на автомате закрыл глаза и сжался. Нет, он не стал бы терпеть избиение, но его, как человека, никогда не дравшегося, пугала перспектива это «исправить». Впрочем, удара так и не последовало. — Оставь его, — холодно сказал знакомый голос, и Вэнь Нин приоткрыл глаза. Занесенную руку Вэнь Чао схватил Вэй Ин с не предвещающим ничего хорошего лицом. — А ты что делаешь? — Вэнь Чао дернул рукой и с шипением и трудом освободил её. — Знай место, слуга! — Я знаю его, господин Чао, — подчеркнуто вежливо заметил Вэй Ин и улыбнулся столь очаровательно, что Вэнь Нину стало не по себе. — Во-первых, сейчас — двадцать первый век, а не эпоха Тан, так что давайте без рукоприкладства. Во-вторых, я первым делом подчиняюсь господину Вэнь, который не потерпит насилия над гостями. Тем более, он поручил мне проводить его до его комнаты. Вэй Ин выделил железной интонацией «господин Вэнь» и добился желаемого. Вэнь Чао уставился на него, как на врага народа, но отступил и освободил Вэнь Нина. Его тут же крепко схватил Вэй Ин и стремительно потащил за собой. Достигли нужной комнаты они быстро, и Вэнь Нин удивился. Разве он и Лань Ванцзи не плутали долго по коридорам в поисках полдника? «Хотя, если его недавно приняли на работу, вряд ли он знает особняк лучше меня», — рассудил Вэнь Нин, пока раздался щелчок. Вэй Ин запер комнату и развернулся к нему. — Спасибо, — смущенно поблагодарил Вэнь Нин. — Да не за что, — Вэй Ин махнул рукой и уселся на диван. — Лучше пока посиди здесь до ужина. И обходи правое крыло. «Господин» Чао живёт именно там, — ехидно закончил Вэй Ин. — Ага, — Вэнь Нин хотел поблагодарить Вэй Ина и за этот совет, но тот внезапно продолжил: — Кстати, ты не видел Лань Ванцзи? — Видел, — Вэнь Нин вспомнил, как перед его вопросом об уходе Вэнь Жохань как раз обратился к Лань Ванцзи. — Дядя велел ему помыть пол в коридоре левого крыла. — Хорошо, спасибо, — Вэй Ин встал с дивана и улыбнулся чуть шире. — Удачи тебе, Вэнь Нин! — ...Ага, — сказал тот в пустоту (Вэй Ин исчез так же стремительно, как и появился), а затем подошёл к двери и с печальным вздохом закрыл ее. — И тебе тоже. А Лань Ванцзи в это время мыл пол, раздобыв деревянную швабру с тряпкой и чистящее средство в той самой подсобке, где уже не было Вэй Ина. С одной стороны, Лань Ванцзи обрадовался. Значит, Вэй Ин более-менее пришел в себя. С другой, что мешает ему свалиться в обморок в другом месте? Лань Ванцзи закрыл глаза. Слова про попадание Вэй Ина в Ад пробудили старые воспоминания. Как он был шокирован этим, как не мог заснуть от мысли, что где-то Вэй Ин умирает, как радовался при виде его, живого и здорового, как проснулся в ночи от душераздирающего крика, как играл Вэй Ину колыбельную на гуцине с дядей… И как дал обещание, что защитит его от всех бед и невзгод. И это была одна из причин, почему он поступил в Академию. Не то чтобы он жалел об этом, но… Лань Ванцзи отжал тряпку сильнее. Он не знал, чего хочет от жизни. Ему было по душе многое, но не было чего-то, что захватило его с головой. Общаться с кем-то ему, в принципе, тоже нравилось, но не со всеми и лишь по делу, отчего он заслужил репутацию молчуна и одиночки. Поэтому в какой-то момент Лань Ванцзи почти попросил дядю зачислить его не в Академию для Ангелов и Демонов, но новость, что Вэй Ин аж снова спустился в Ад, чтобы попасть туда с ним, заставила Лань Ванцзи передумать. И он сомневался, правильно ли сделал. «Главное в поведении ангела-хранителя — незаметность. Если человек поймет, что вы склоняете его на «путь истинный», то ничего не получится» — гласило первое правило Лань Циженя. И действительно, Вэнь Нин растерялся, когда он заговорил о его мыслях и чувствах. Но вот проблема — он всегда говорил все честно и прямо, никогда не пытаясь кем-то манипулировать. К тому же, реализуя второе правило: «Поставь себя на место человека, чтобы лучше понять его мысли и чувства» Лань Ванцзи понял: если Вэнь Нин все-таки солжет, то он, как его ангел-хранитель, на него… не разозлится и не станет слишком его порицать? Ведь родители Вэнь Нина были на другом конце света, а сестра — в другой части Китая, так что если его вышвырнут на улицу, то это может обернуться большими проблемами. Скорее всего, поэтому он не слишком старался уговорить Вэнь Нина поступить «правильно». «Это все тлетворное влияние Вэй Ина!» — представил Лань Ванцзи ворчание дяди и слегка улыбнулся. — Привет, Лань Чжань! Так Вэнь Нин все-таки совершил правильный поступок? «Вспомни черта, и он появится», — Лань Ванцзи приподнял голову от ведра с мутной водой. — Да. — Жаль, жаль. Было бы у меня побольше времени… — сокрушался Вэй Ин, но не слишком огорчённо. Неугасимый оптимизм всегда был его сильной стороной. «Тем более, шансов в дальнейшем склонить Вэнь Нина на свою сторону у него побольше, чем у меня» — с лёгкой досадой подумал Лань Ванцзи. — Вэй Ин. — А? — озадаченно заморгал тот. — Давай сходим в больничное крыло Академии, как вернемся, — серьезно сказал Лань Ванцзи и посмотрел прямо в серые глаза. — Если это что-то серьезное…. — Да ничего серьезного, Лань Чжань! Подумаешь, обморок! Лань Ванцзи приподнял бровь. Вэй Ин сам понял, насколько глупо это прозвучало? Нет, он все так же солнечно улыбался, но Лань Ванцзи, как никто другой, знал, что сохранять беззаботный и невинный вид тому удается на отлично, и заволновался сильнее. — С тобой точно все хорошо? — Я же говорю, что все в порядке! Разве будь это что-то серьезное, я бы не сказал об этом? — обиделся Вэй Ин, однако Лань Ванцзи нахмурился сильнее и все больше укреплялся в мысли, что что-то тут не так. «Но и так беззаботно ты относиться к этому не должен. Не теряют сознание ни с того ни с сего». — А вдруг это повторится? — Не повторится, — внезапно Вэй Ин ожесточился. — Перестань допекать меня, Лань Чжань. Ты не моя нянька или возлюбленная. «К сожалению», — Лань Ванцзи, склонившись над ведром, скрутил тряпку почти до скрипа и выжал её досуха, а затем вспомнил о человеке в белом плаще и белой маске и встревожился. — «А человек ли он? Или он ангел или демон? И как он найдет меня, если я соглашусь на его предложение? И как он поймет, соглашусь я или нет?» — Кстати, тебя и правда Вэнь Жохань отправил помыть пол? — Вэй Ин вновь стал прежним собой, преисполненным любопытства. — Да, а что? — В досье на Вэнь Нина и его семью учитель Не написал, что Вэнь Жохань лично набирает слуг в поместье, — Вэй Ин впал в задумчивость. — Ты разве не знаешь про его родителей? — Родителей? — Лань Ванцзи застыл со шваброй на середине коридора. — Дядя тоже сделал мне досье, но там не было ничего такого. — Понятно, — Вэй Ин потрогал подбородок. Лань Цижень славился не только занудливостью, но и перфекционизмом, поэтому Вэй Ин с интересом взглянул бы на его досье о Вэнь Нине и его родственниках. — Хотя история старая, и к делу относится очень косвенно. Когда Вэнь Жохань учился в старшей школе, его родителей жестоко убили. Выяснили, что это сделал кто-то из приближенных, но кто и зачем — осталось загадкой. — Ясно, — Лань Ванцзи понял, почему к нему так недружелюбно отнеслись и даже поручили грязную работу. Но почему Вэнь Жохань не спросил, кто нанял его без его ведома? — Ну, раз тебе поручили здесь все протереть, то давай я помогу тебе быстрее все закончить, — сказал Вэй Ин и, пока Лань Ванцзи с удивлением развернулся к нему, взял ведро и деловито пояснил: — Я поменяю ведро, а заодно и возьму себе швабру и тряпку. — Хорошо, — Лань Ванцзи незаметно улыбнулся. — Спасибо, Вэй Ин. — Не за что, — беззаботно ответил тот, пребывая в невесёлых размышлениях. «Тем более, мне как раз нужно кое-что выяснить в Академии».

* * *

— Это и был твой сюрприз? — недовольно спросил Вэнь Жохань у зеркала в музее. — Да. Тебе не понравилось? — фигура в нём в белоснежных плаще и маске поигрывала посохом руками в белых перчатках. — Нет, — отрезал Вэнь Жохань и нахмурился. — Ладно ещё мальчишка-ангел, но его спутник… Тебе самому не некомфортно? — За столько лет я разучился что-либо чувствовать, кроме желания отомстить. И что-то я тоже не замечал за тобой чувствительности или сожалений, — голос собеседника ожесточился, и Вэнь Жохань, поняв намек, поморщился. — Хорошо. Так что мне делать с ними? — Пока ничего, — собеседник усмехнулся. — Но лишь пока. Не забывай о нашей сделке. — Не забуду, — Вэнь Жохань оскалился, не скрывая неприязни. — А вот не забудешь ли ты свою часть договора? — Не сомневайся — не забуду, — собеседник улыбнулся ещё шире и очаровательнее, но при этом ещё отталкивающее. — Я никогда не забуду, насколько должен быть благодарен тебе. Вэнь Жохань помрачнел окончательно и открыл рот, но опоздал. Собеседник растворился в зеркале, которое прояснилось и стало прежним.