Приключения в Детройт-сити

      Прошло всего три дня, но мне же они казались невыносимо долгими тремя неделями… Делать было абсолютно нечего, все, что я могла, это лежать и пялиться в потолок в бесполезной попытке уснуть, чтобы невыносимо долгий день наконец закончился.       Я честно пыталась понять где же я все-таки нахожусь, однако, из-за своего весьма плачевного положения не имела возможности сделать это. Раны, пусть уже и не так сильно болели, но причиняли неудобства, а слабость не позволяла даже подойти к окну, не то что выйти в зал и посмотреть новости. Единственным прогрессом стала возможность самостоятельно сесть. Но это ничем мне не помогло. Как я поняла, моя палата была довольно высоко, поэтому ничего, кроме неба, рассмотреть я не могла. Ни врач, ни Сюзанна мне так больше ничего и не рассказали. На все мои вопросы говорили, что «вы слабы», «отдохните» и «не забивайте голову, вам стоит поспать». Типичные врачи России…       В общем, со своим положением я смирилась… Снова… Опять я просто приняла все, как есть.Я вернулась домой… Это так странно: несколько месяцев назад я умоляла об этом, а теперь… Я хотела вернуться. Вернуться в город, который стал мне родным, в котором у меня появились друзья и в котором был он…       У меня была куча времени на размышления, куча времени на воспоминания, которые, словно яркие картинки, всплывали в памяти. Один раз я все же не смогла сдержать слёзы и тихо проревела в подушку несколько часов. Хотя толку в слезах все равно нет…       Но, думаю, хватит о грустном… Ко всему в жизни можно привыкнуть. К тому же я несколько раз в жизни уже переживала подобное. Да, буду грустить. Да, буду вспоминать. Да, сердце будет рваться от боли, но я привыкну. Отец перед смертью говорил, что я сильная, что справлюсь с любыми трудностями. Просил, чтобы я улыбалась, несмотря ни на что. Я последую его совету.       Сегодняшний день не отличался от предыдущих трех.Я сидела, поигрывая от скуки кольцом, когда в палату вошла медсестра, чтобы занести обед. По правде говоря, от вида жидких кашиц и полупустых супов уже невольно начинаешь кривиться. Никогда бы не подумала, что обычный куриный бульон может быть настолько отвратительным… Но «отвертеться» никак не выйдет, так как всё это необходимо для восстановления крови.Хотя есть и небольшой плюс — за несколько дней подобного питания я, кажется, похудела сильнее, чем за два месяца, сидя на жесткой диете. Ох уж эти женские «закидоны».       И вот, посреди моей сегодняшней трапезы (на деле же я просто ковырялась в тарелке) в палату заглянула Сюзанна, как-то нервно посмотрев на меня.       — Тут к тебе несколько офицеров пришли… Сказать, чтобы подождали?       — Нет, пусть зайдут, — сказала я, убирая тарелку на тумбочку и натягивая одеяло посильнее на грудь. На всякий случай. Девушка кивнула и скрылась.       Интересно кто же пожаловал и по какому поводу. Насчет похищения? Как вариант. Но что мне говорить? Я же ничегошеньки не помню!       Последнее, что я помню из произошелшего со мной дома — это как я вернулась домой с плохим самочувствием, после чего я потеряла сознание и проснулась уже в теле Томаса. Кстати, а кто меня за время моего «отстутсвия» похитил? И зачем?       Однако, как только дельные мысли стали посещать мою головушку они с треском лопнули, повергнув меня в шок. В палату вошел… Гэвин! Гэвин с RK900!!! У меня галлюцинации на фоне того, что я дико скучаю по Детройту? Или я все же ошиблась в местонахождении? От увиденного я настолько растерялась, что была не в состоянии даже пискнуть, только хлопала широко открытыми глазами. Хорошо хоть рот не открыла…       — Добрый день, мэм. Простите за беспокойство, но нам нужно задать вам пару вопросов, — произнес Рид, присаживаясь на стул, рядом с кроватью. Я все также молча таращилась на него, как на призрака. — Я Гэвин Рид, это Ричард, — быстро представился детектив, — а вас как зовут?       — М… Мира, — я была в таком шоке, что с трудом могла понять, что от меня вообще требуется.       — Мира, вы помните как вас похитили?       — Нет…       — Вот как, жаль, — детектив скосил глаза в сторону, словно расстроился. — Вот ведь ублюдки! Многим людям глотки перерезали, торговали какой-то фигней, так ещё и девушку похитили! Сволочи!!! — Гэвин был явно зол. Но злился он не на меня, что радовало. Хотя, надо признаться, его крик слегка меня испугал… — Прошу прощения, — тут же «остыл» Рид, — не хотел вас пугать. Мы здесь проездом, так что долго вас мучить не будем. Вы правда ничего не помните?       — Правда. Доктор сказал, что меня ударили по голове и… Наверное поэтому у меня амнезия, — я наконец-то смогла отойти от шока и нормально думать. Хотя мысли о том, что я сейчас нахожусь в Детройте и не всё потеряно, были настолько радостными, что я едва себя сдерживала от танцев и глупых улыбок.Пока есть такая возможность я решила задать пару вопросов… — А вы уже поймали этих…преступников?       — Да, не волнуйтесь. Была спланирована операция, в результате которой почти всех поймали. Паре бандитов удалось сбежать, но их поймают в ближайшее время.       — Ого, здорово! –Сделаем вид, что я ничего не знаю. — А во время этой операции, я надеюсь, никто не пострадал?       — Увы. Один парнишка погиб, его застрелил один малолетний говнюк.Черт! И нахрена только он за ним погнался?       — А этот…полицейский был вашим…другом?       — Ну, можно сказать и так, — Гэвин опустил взгляд в пол, мрачно посмотрев на окружение. Он считал меня другом… А ещё явно переживает по поводу смерти Томаса… Или все же моей?       — Мне очень жаль, что так произошло, — я потянулась вперед, дотронувшись к руке Гэвина, страясь передать, что сожалею. Все же в своей смерти виновата я сама. По крайней мере на этот раз. Рид немного оживился, но прежде, чем что-то сказать, его прервал RK900.       — Время вышло, Гэвин. Надо возвращаться к работе.       — Да, да. Иду, — детектив аккуратно убрал мою руку, сразу направляясь к выходу вместе с коллегой. — Поправляйтесь. И, кстати, завтра к вам могут подойти другие детективы, будьте готовы ответить на их вопросы.       — Хорошо, спасибо.       Как только шум в коридоре стих, я почувствовала невероятный прилив сил, словно, уже давно остывшая и неподвижная, кровь в мышцах снова пришла в движение. Хотелось бегать, прыгать и кричать от счастья. Но не стоит терять голову.       Я осторожно встала, крехтя и сопя от небольшой боли, и подошла к окну, раскрыв его нараспашку и едва не «вывалившись» наружу. В лицо сразу подул прохладный ветерок, словно «выбивая» из легких пропитанный запахом лекарств воздух из палаты. Так хорошо…       Солнце светило прямо в глаза, из-за чего те начали слезиться. Однако, это не остановило мой порыв, наконец, рассмотреть где же я. Огромные дома, светящиеся экраны рекламных вывесок, странные сооружения и прочее буквально кричало о том, что я все ещё в Детройте.       Я не дома! Я туда не вернулась! Осталось только дождаться завтрешнего дня, я чувствую — что-то неприменно изменится.