Обещание, данное во сне

На улице ночь, холодный ветер задувает под тонкую хлопковую рубашку, от чего по телу ползут мурашки, заставляя ещё сильнее кутаться и задумываться о том, что после сего веселья я слягу с температурой. В голове наконец-то пустота и это единственное что радует на данный момент. Я кажется смог понять откуда эти воспоминания и то, что я осознал, кажется мне бредом, небылицей, рассказом сумасшедшего, да называйте как угодно… смысл один, но это единственное объяснение всему, что произошло.

.Мои воспоминания подменили.

Да, прозвучало несколько сказочно? Но другие объяснения вроде: эти воспоминания из прошлой жизни, есть параллельный мир где я проживаю жизнь другого себя или, произнеся волшебные слова, я меняюсь телом с кем-то – звучат более нелепо, как по мне, хотя имеют смысл быть. Воспоминания вернулись не все, а лишь обрывками и то я не помню некоторых лиц, а главное не помню тех ощущений… я не помню, как мне было больно, когда избили Тэ, я могу лишь представить. А самое обидное, что я не помню, что испытывал к Юнги, а мы явно были близки, но вот насколько, это хороший вопрос. Впереди наконец-то мелькает девяти этажное здание, которое я уже ищу в этом районе города часа 3, а по времени сейчас, кстати, 2 часа ночи, но ничего я никуда не спешу. Что за здание? Это из моментов про крышу. Я смог определить район по виду с нее лишь примерно, но вот дальше… я уже 3 часа гуляю по незнакомому району и пытаюсь найти здание, на входной двери которого нарисован дракон. Дракон мой единственный указатель. И пусть он мог давно стереться, пусть его могли закрасить или дверь поменяли, мне все равно некуда идти, поэтому я просто шагаю по району, ища то, чего давно уже может и не существовать. Но сегодня явно мой день. Подойдя к двери, я дергаю ручку и дверь, конечно же, оказывается закрыта, как говорится, на этом мое везение закончилось. Как попасть в здание в 2 часа ночи? А нам и не надо в здание, нам надо на крышу. Как попасть на крышу девяти этажного здания в 2 часа ночи? Да легко, вот вам способ. У таких старых зданий обычно есть лестница на крышу сбоку, правда от земли она на довольно высоком расстояние, но я же Пак Чимин – танцор, а значит гибкий и прыгаю высоко. Отойдя на расстояния примерно 5 шагов от лестницы, я прыгнул пару раз на месте, так, чисто для разминки. Разбежавшись, я оттолкнулся левой ногой от земли, и максимально выгнувшись в спине, зацепился правой рукой за нижнюю лесенку, следом хватаясь и левой рукой, чтобы не упасть. Подтянувшись, я перехватил правой рукой 2 лесенку и сразу схватился рядом левой, сделав так ещё пару раз, я наконец-то смог подтянуть на нижнюю лесенку правую и левую ноги и начал карабкаться наверх. И тут главное не смотреть вниз. Ползя, как какой-то вор по лестнице, я смотрел на небо и честно, это было завораживающе, сегодня слишком много звезд, что прям так и хочется смотреть и ждать пока одна из них упадет, чтобы загадать самое сокровенное желание, а для меня сейчас это объяснения о том, что некогда случилось со мной. Добравшись до самого конца, я замер. Крепко держась руками за последнюю перекладину лестницы, я поставил ноги на одну лесенку и выпрямил руки в локте, тем самым, встав в полный рост, и отклонился всем телом назад, как над пропастью. Рубашка съезжает с запястья и я вижу шрам… 2 года назад я проснулся в больнице и мне сказали, что у меня было переутомление на тренировке и я просто упал на пол в обморок и единственным, что до сих пор напоминает об этом событии мне, это маленький, но длинный шрам на правой руке и на спине после операции, так как падение оказалось неудачным. Странное чувство заполнило меня сейчас. Будто именно в этот момент мои воспоминания изменились, но я же все помню. Я учился в школе, был замкнутой никому не нужной тихоней, которого никто не трогал, потом решил поступить на хореографический, где во время подготовки к танцевальному экзамену упал в обморок, а очнувшись в больнице, я встретил Тэ, который очень быстро стал мне дорог. Вот моя реальность, но новые картинки в голове пытаются поменять ее. Сейчас, так опасно повиснув, я понимал, что если ослаблю хватку в руках, то полечу с высоты девяти этажного здания вниз, прямо на черный асфальт и размышлять о том, что когда-то произошло и кто кого предал, будет не надо. Но я лишь усиливаю хватку и наконец заваливаюсь на крышу, распластавшись звездочкой и созерцаю небо. Полежав минут 5, я поднимаюсь с холодного бетона, а то и так не очень тепло и…. и застываю на месте. «И вот снова снится он, но уже на крыше. Он сидит на самом краю, свесив ноги, и курит. Пак подходит к нему ближе и замечает изменения в незнакомце. Вместо привычных мятных волос, они у него чёрные и спадают из-за ветра на глаза. Одежда не вся белая как всегда, а чёрные джинсы, порванные на коленях, серый свитер, что спадает с плеча и открывает вид на белую как снег кожу. Пака так и тянет к ней коснуться и он подходит сзади и медленно кладёт руку на плечо «А кожа и вправду холодная, а ещё такая нежная, будто фарфор» думает Чимин. Незнакомец не пугается, словно он ждал его. Он лишь поворачивает голову и нежно улыбается, выбрасывая сигарету, ведь видит, что Паку не нравится запах, но Чимин замечает, что в глазах все меньше света и все меньше надежды, а все больше печали и Пак вдруг резко вспоминает про песню…» - Привет, Чимин. – еле шевеля губами, говорит шатен и легонько улыбается, - Знаешь, тебя ведь все ищут, Тэ волнуется, что ты не пришел домой, всех нас на уши поднял, а ты сам, оказывается, пришел ко мне – он делает шаг на встречу мне, а я интуитивно делаю шаг назад к самому краю крыши. На это моё действие он приподнимает бровь в непонимании, но останавливается. – Ты чего? Т…тты…ты боишься меня? – несколько удивленно спрашивает он, - Эй, ангелочек, это же я, твой рыцарь, твой «мистер кошачья мята вместо волос», твой сахарок. Ты чего? – в его глазах вспыхивают все эмоции разом от непонимания, удивления, ступора и даже страха до понимания, разочарования и боли. Он поворачивается ко мне спиной и закуривает сигарету. Боль. Вот как одним словом описать его сейчас. Как только я его увидел, то у него в глазах было некое легкое озорство и радость. Такая детская наивная и простая радость, будто ему наконец купили долгожданную игрушку… Но потом боль. Боль от того, что я не вспомнил, боль от того, что я боюсь, от того, что убегаю от него на край крыши, а не к нему в теплые объятия. От этого в моей груди все сжимается и чувство вины поглощает меня. Я чувствую, что разочаровал его. Но что я могу сделать? Почему я виноват в том, что не могу вспомнить? Я же не специально забыл его… - Расскажи мне, что случилось? Почему я забыл? – прошу его я, но в ответ слышу лишь горькую усмешку, - Я не могу… это не имеет никакого смысла – тихо хриплым от курения голосом сообщает мне Юнги. - Почему не имеет?! – я начинаю потихоньку закипать и чувство вины слишком быстро, как по мне, сменяется чувством гнева – Почему вы всё решили за меня даже не попытавшись всё мне объяснить, а я между прочим что-то вспомнил сегодня, а как я тогда по-твоему пришел сюда. Воспоминания в моей голове находятся в каком-то беспорядке – слезы начинают опять течь из глаз, руками я зарываюсь волосы и начинаю быстро мотать головой из стороны в сторону и приседаю на корточки, так как ноги перестают устойчиво меня держать. Похоже, усталость за весь день дает о себе знать – те воспоминания по которым я жил и какие я считал правильными, начинают мешаться с другими, с теми, что появляются после утренней встречи с тобой. Плюс еще сны и всё это так быстро, так быстро, слишком быстро…. – я начинаю раскачиваться из стороны в сторону, чтобы успокоиться, но это не сильно помогает. А Юнги просто взрывается и кричит, повернувшись ко мне лицом и выбросив сигарету с крыши, он кричит, выплескивая боль… - Мы не пытались? Мы не давали тебе сделать выбор, да? А ничего что я приходил к тебе в больницу, тогда 2 года назад, а ты даже не помнишь этого. Я пытался поговорить с тобой, чтобы ты вспомнил меня, но ты лишь дальше засовывал воспоминания обо мне и обо всем, что было связанно со мной и обо всем плохом, что было до меня. Да, не смотри на меня так, я приходил к тебе в больницу, но ты не помнишь этого, но об этом чуть позже, сейчас важнее другое. – Мин больше не кричит, а быстро, пока я не опомнился, подходит ко мне, снимая с себя куртку. Садится передо мной и, усадив к себе на колени лицом к себе, накидывает свою куртку на меня, прижимая к себе. От этой наглости я даже плакать перестаю. Он тихо, смотря мне прямо в глаза, продолжает. – Мы познакомились на этой крыше, здесь же впервые поцеловались, здесь же было слишком много наших разговоров о наших жизнях и вообще обо всем на свете. Это были лучшие 2 года моей жизни. Но в последние полгода, перед твоим падением с крыши я… - Каким падением? Я же не суицидник, я никуда не падал! – я резко перебиваю Юнги, что явно того не устраивает, ведь он убирает правую руку с талии и кладет её мне на голову, прижимая ещё ближе к себе. А я и не спорю. Чуть поелозив, устраиваюсь поудобней и, уткнувшись лицом в его шею, продолжаю слушать. - Не перебивай, златовласка! Перед твоим падением я… знаешь, я виноват, я старше и это я должен был заботиться о тебе, но не уследил, за что расплачиваюсь до сих пор. У тебя тогда и правда было изнеможение, и ты правда тогда упал в обморок, но Чимин… ты упал в обморок с крыши высотой в пять метров, а не с высоты своего роста на пол. Вы тогда с Техёном снимали видео для поступления на крыше двух этажного здания и ты так сильно забылся во время танца, что оказался на краю даже не заметив и… - я чувствовал, что с каждым словом его голос дрожит всё сильнее и выпутав руки из крепкой хватки, я положил одну на шею, начиная её нежно массировать, а вторую на спину, медленно водя вверх-вниз. – …и ты упал в обморок с крыши здания. С высоты в 5 метров – Юнги уже не стесняясь плакал и прижимал меня все ближе к себе, будто боялся, что я сбегу. – В больнице твое сердце остановилось во время операции, как сейчас помню ровно 23 секунды и я понимаю, что если бы оно не забилось, я бы пошел вслед за тобой… Потом спустя 2 дня ты очнулся, но не помнил никого, кто появился в твоей жизни за последние 5 лет, ты их полностью забыл. Тэ смог снова завоевать твое доверие, но а я ,попытавшись и разочаровавшись, сбежал. Но встретив тебя утром, я подумал, что ты все вспомнил, но вот стоило мне отвлечься на время, чтобы разобраться в сложившийся ситуации, как ты сбегаешь – усмехнувшись, сказал он и лег на спину. Тем самым получилось, что я лежал на нем, что несколько смутило меня и я, сильнее зарывшись в его шею носом, положил руки ему под голову, чтобы они были ему мягкой подушечкой и замер. А он, будто не заметив ничего, продолжил. – Но зайдя в студию и обнаружив, что тебе там нет, я заволновался, ведь устраивать истерики ты у меня мастер, эээй, не бей меня – улыбнувшись сказал Юнги – И решив, что тебе надо разобраться в себе я решил написать тебе позже, а потом Техён со своим звонком и рассказом о том, что ты, чтобы никогда не вспоминать те жесткие годы школьных издевательств над собой специально, хотя сам того и не понимал, но все же специально заблокировал все воспоминания и о Тэ и о случае с его избиением, а там уже и воспоминания обо мне попали под раздачу. – Чуть поникнув он добавил, - Ну после этого рассказа я подумал, что ты все таки все вспомнил и первым местом где тебя искать пришла в голову крыша, ведь эта наша личная крепость. Вот я и ждал тебя здесь. А дальше ты и сам уже знаешь… Мы лежали молча. Просто наслаждались теплом друг друга. Я задумался о том, что так лежать на ком- то и чувствовать нежные поглаживания по спине и редкие поцелуи в висок очень даже по мне. Интересно почему я решил запереть все воспоминания? Что такого происходило со мной в школе, что я предпочел это забыть? - Чима, хватит думать об этом – прошептали мне на ухо, отчего по телу прошлись мурашки. Я чуть поелозив, съехал вниз на Юнги, чтобы положить подбородок ему на грудь и посмотреть ему в глаза. Юнги же положил одну руку под голову, чтобы было удобнее смотреть на меня. Заглянув в его глаза, я внимательно сосредоточился на его взгляде. Там не было больше ничего отрицательного. Я видел, что он расслаблен и пытается передать это чувство мне через касания и взгляд, и кажется, у него это выходило. Так захотелось его поцеловать, зарыться пальчиками в его волосы и... - Пошли ко мне, а то я чувствую, как ты дрожишь, замёрз, да? – мягко спросил он, - Ммм, есть немного – тихо сказал я, касаясь своим носом его и чуть потеревшись об него всем телом. - Ты чего? – В голосе Юнги не было ни капли удивления. Он лишь улыбнулся и казалось, что сейчас заурчит от моих движений. - Просто захотелось, нельзя? - Да можно. Только хватит ерзать, пожалуйста. - Простиии, ты такой теплый и мягкий… - Так, пошли домой, а то ты уже бредишь - А ты далеко живешь? - Двумя этажами ниже. – спокойно ответил шатен и встав со своего места вместе со мной, подхватил меня за попу. Я обвил ногами его талию для надежности, а руками схватился за шею. Лбом уперся в его лоб и надув, как ребенок губки, спросил, - Ээээй, я не ребенок, отпусти меня на землю, я сам ходить умею – Юнги же лишь крепче вцепился пальцами в мои ягодицы и чмокнул в пыхлые надутые губки. - Ну Юнгииии, отпусти… - Хммм, неа – улыбнувшись так, что стали видны даже его десна, ответил он, а я, зависнув на улыбке, больше и не брыкался. – Воооот, так и сиди молча, теперь я уже тебя не отпущу, даже не надейся, ангелочек.