Ревность.

- Что это было? Рука девушки ласково поглаживает широкую грудь охотника, стараясь настроить его на благотворный для беседы лад. Она не любила чего-то не понимать, пытливый ум мага и сказителя постоянно требовал разобраться в мельчайших деталях происходящего, не упуская ни единой. Сейчас несостыковка в поведении любовника как неверно подогнанный кусочек головоломки выделялась в гармонии общего рисунка и резала глаз своей таинственностью. Когда Тревор принял решение вернуться в замок и рассказать о попытке возрождения Дракулы его сыну, Сифа сочла это более чем разумным и логичным решением. Уж кто-кто, а Адриан должен был понимать, чем это может грозить. К тому же, в библиотеках Бельмонтов и Цепеша можно было найти множество полезной информации на этот счёт и, возможно, даже решение проблемы с коридором между мирами и Сен Жерменом. Но тревожный звоночек зазвонил в голове девушки почти сразу, как только она с удивлением поняла, как сильно охотник стремится вернуться в места своего детства. Тревор постоянно говорил о том, как они приедут и застанут Алукарда врасплох, какое лицо у него при этом будет, как он ему врежет по наглой аристократской роже и т. д. Нет, ну сказительница предполагала, что женская компания — это не всегда то, что такому мужчине как Бальмонт интересно, порой ему явно не хватало хорошей потасовки или язвительных шуточек дампира, но чтоб аж на столько - это поражало. Тревор спешил к замку так, словно за ними гналась половина ада, он едва соглашался на небольшие ночёвки в пределах города, и то только чтоб выпить пива или запастись провиантом, но дай ему волю - и, казалось, он будет гнать повозку без остановки. А чем ближе они приближались к конечной точке своего путешествия, тем более возбуждённым становился спутник мага, он весь словно на иголках был, и, если бы Сифе это рассказал кто-то посторонний она, не поверила бы ему и на секунду. Но себя-то не обманешь. Правда энтузиазм Бельмонта явно поутих при виде двух трупов у входа, сменившись сначала на смертельный испуг, а затем на непонятный ей гнев после выяснения всего случившегося. И если испуг ей был ещё понятен, она и сама грешным делом подумала, что их авантюра не удалась и Дракула вернулся из ада, убив сына и восстановив замок, то беспричинный гнев за ужином, после ответа Алукарда не лез уже ни в какие ворота. - Тревор, я знаю - ты не спишь, и не оставлю тебя в покое, пока ты мне не ответишь. Чего ты так разозлился? Мужчина недовольно заворчал и, осознав, что съехать с темы у него не выйдет, шумно вздохнул и буркнул: - Да потому что только такой наивный дурак как этот вампирёныш мог допустить до всех тайных знаний моей и своей семьи непонятно откуда взявшихся людей, с намереньем – заметь, истреблять ему подобных. Я его оставил присматривать за своим наследием, доверил ему все тайны моей фамилии, а он мало того, что привёл их туда как к себе домой, так ещё и в постель свою пустил. Это ж насколько придурком надо быть! - Ну ему было одиноко, он устал постоянно быть один, я, например, не удивлена его наивностью. Сказительница приподнимается на локтях и, заглянув в укрытое ночной тьмой лицо мужчины, насмешливо фыркает: - Ты вёл себя странно, как ревнивая жена, честное слово. Девушка игриво щёлкает Тревора по носу, не замечая в темноте спальни, как виновато опускается его взгляд и сжимаются, в нитку сомкнутые губы.