Запах ее души

Плакать навзрыд порой тяжело дается. Может правда, что для этого нужна смелость? Но точно то, что оно исцеляет душу, будто встряхивает накопившийся хлам, который мы по привычке тащим в сердце. - Спасибо. Ким ничего не отвечает и более они едут в абсолютной тишине, который давит на виски. Девушка может лишь теребить пуговицу пальтишка и наблюдать за дорогой. Транспорта заметно меньше, часы пробили пол первого и в этом взаимном молчании, ее снова уносит в обременительное раздумье. Что дальше? Как они будут жить, если даже поддерживать разговор не получается. Даже не так. Они даже спокойно не могут вытерпеть присутствие друг друга. Как она будет просыпаться каждое утро и видеть этого человека перед собой? - Чего смотришь? – бурчит парень, не отрывая взгляд от дороги, - Не жирно тебе так пялиться на меня? - Я… - замолкает девушка. Да чего же грубые и нелепые слова вырываются из его губ! – просто задумалась. - А чего тут думать-то? – не понимает тот, да и забивать голову гадостями не хочется. Ему бы сейчас напиться, накуриться и пойти спать. - Просто…как жить дальше? – вопрос скорее к себе. - Хах, - смеется тот, - Дорогуша моя, я ведь сказал, что будем продолжать жить также. Ничего не изменится. Или ты надеешься на брачную ночь, а? – играется бровями с ухмылкой на пухлых губах. - Дурак что ли! - Единственное условие, - голос у него мгновенно стальной и лицо меняется на очень серьезное, - Не вмешивайся в мою жизнь, а я в твою. Усекла? Брюнетка оставляет его вопрос без ответа, но с ним весьма согласна. Хорошо, они будут жить как раньше. Она продолжит свою балетную карьеру и как только получит этот чертов диплом, то будет больше времени уделять танцам. А он также продолжит помогать отцу и учиться управлять компанией, гулять по ночам и проводить время со страстными девчонками. Продолжать одаривать людей дежурной улыбкой, строить из себя сказочную пару, как пишут во всех журналах и статьях, и радовать родителей. Квартира у него в центре Сеула в самых престижных жилых апартаментах. Внутри очень просторно и неожиданно убрано. Пахнет приятными эфирными маслами - что-то едва уловимое, мягкое и холодное. У парня всегда строгий порядок дома, но обычно стоит легкий запашок табака, чем он затягивается каждую ночь перед сном, сидя на балконе. Но сегодня Госпожа Со видимо очень постаралась избавиться от него и даже его самого так старательно просила бросать эту привычку. Стены сплошь белые, у входа лишь висит замысловатая картина, далее в гостиной только темный диван и стеклянный столик на сероватом ковре. Наливное покрытие пола почти прозрачно белое и такое ледяное, что до костей пробирает. А для воспалённых и отекших ног, каждый несмелый шаг дается с трудом, словно железо закаляют в холодной воде. Двери балкона открыты со стороны гостиной и ночная прохлада проникает в помещение. Темноволосая не осмеливается стянуть с себя пальто и остановившись в открытом пространстве между гостиной и входным коридором, разглядывает большие шторы холодного оттенка. Слева вид на открытую и довольно просторную кухню, а с другой две комнаты, разделенные ванной комнатой. - Справа – гостевая. Слева моя комната – не смей соваться! У Кима, размашисто удаляющегося в комнату, суровый и такой леденящий взгляд, что у девушки в сию же секунду появляется мысль, что он отлично вписывается в свое жилье. Пак все еще стоит, уперев взор на закрытой коричневой двери. Раздается резкий звук со стороны спальни, парень, лишь высунув голову толкает большой чемодан в сторону Чеен: - Не мое. Черный чемодан с характерным звуком падает на пол чуть дальше покатившись от двери. - Ой! – испуганно вырывается из брюнетки, и она бежит подобрать его. У Пак ощущение, что ее вышвырнули вон из собственного дома и в качестве утешения выслали парочку вещей. Словно в середине глухой ночи приказали встать из теплой кровати и отправиться в неизвестное ей место. А у нее спросить забыли. Гостевая весьма просторна, внутри стоит кровать, а напротив маленький диванчик с сероватым ковриком. Пахнет приятно, но очень пусто и холодно. Девушке кажется словно вся ситуация какая-та ошибка; ее расположили в очень неуютном гостиничном номере, но вот завтра утром она должна рано проснуться и вернуться к своей жизни. К привычному распорядку, когда рано вставала и ехала в университет, а потом в репетиционный зал театра и танцевала там до сумерек. Это чувство, что все находится не там, где им нужно быть такое внятное и постоянное, что разбирать вещи из чемодана дело такое глупое и ненужное. Пак достает оттуда лишь пижамный комплект с кофтой и широкими брюками. Ким принимает душ довольно долго. Стоит под струями воды и в голову лезут какие-то непонятные мысли. Обязанности, которые ему предстоит выполнять, ходить на встречи и говорить пустые слова любви на интервью, и наверняка все же терпеть женушку каждый день, и строить из себя семьянина. Выйдя с полотенцем на мокрой голове слышит звуки из кухни - несмелые шаги, открываются дверца кухонной, то закрываются. - Что ты делаешь? – парень снова пугает ее резким голосом и внезапным появлением сзади. - А? - Я… хочется пить, - руки снова теребят край пижамного верха, кусает губы и притупляет взгляд. Парень тянется к верхней полке и со стуком ставит стакан на столешницу. Разве ему придется все ставить в нижних полках, чтобы эта коротышка могла достать? Ну уж нет! Все должно остаться на своих местах. Он не любит перемены и обновления. Они ни к чему. - Спасибо. Чеен открывает кран и наполняет стакан. Старательно избегает встречи взглядов. Да и вообще смущает то, что парень перед ней только в одних спортивных шортах и босых ногах. Белое махровое полотенце висит на шее, а влажные волосы торчат в беспорядке и конечно же атлетически сложенное тело весьма привлекательный атрибут молодого парня. Коричневые глаза бродят по стенам, разглядывают люстру, узор стульев и все остальное за что взгляд успевает зацепиться, лишь бы на него не смотреть. - Йа, - шатен почему-то не удаляется и стоит протирает волосы, - Вон, в холодильнике есть вода. - Все нормально, - девушка неторопливо выпивает из стакана, чем раздражает его. Он бесится от ее медлительности, тонкости и бесшумности. Что за девчонка такая? Она его боится, что ли? - Ты меня боишься? - Н-нет. Может и боится немного. Может боится не только его, а еще целую кучу других вещей. Тэхен наклоняется максимально близко из-за чего та прогибается назад и почти лежит на столешнице, крепко держа стакан в руках. Она часто дышит и ей делается дурно от резких и странных действий. Тем временем он уже почти дышит ей в лицо, прищурив таинственные глаза, которые так странно сверкают при свете: - Бу! Пак жмурится и кусает губу. Святые небеса, в голове у него не все дома. - Ты все-таки совсем не возбуждаешь, - как-то придирчиво подмечает под нос и будто разочарованно мотает головой, - Жилось бы, наверное, легче. Но, увы и ах. - Дурак! - Не забудь, что завтра в обед у нас интервью, - он снова делается таким серьезным и нетерпящим возражений за считанные секунды, что она не успевает понять ни его настроения, ни его мыслей, ни перемен в поведении. - Что за интервью? - Постарайся уже сыграть счастливую жену. - Что за интервью? Я не могу. Мне надо… - ее вопросы и возмущения остаются без внимания и ей остается только смотреть вслед удаляющемуся парню. Его спина кажется еще более холодной и безразличной. Девушка не понимает почему она узнает такие вещи последней; будто посчитали что ей незачем об этом знать. Как глупо она себя чувствует! Почему все пренебрегают ее скорой премьерой, делами, чувствами, и ею, в конце концов, черт возьми! В ранее утро выходного дня в репетиционном зале слышно только тяжелое дыхание балерины, которая все повторяет один и тот же прыжок. Это был единственный свободный от репетиций день, которым их удостоил тренер за последние три недели. Но Чеен посчитала, что ей некогда отдыхать, у нее тот самый прыжок в воздухе не получается под ритм музыки, из-за которого он вопит каждый раз. Тот самый момент в музыке такой непредсказуемый и не поддается подсчетам; она всякий раз пробовала считать, но лишь совершенно случайно выполняла на отлично время от времени. Для этого так тонко надо уметь чувствовать музыку, освободить мысли, перестать думать и всеми клетками ловить даже самые мелочи в тактах, как всегда говорить преподаватель. Но Пак никогда не удается полностью встряхнуть мысли. Вот она включает музыку на полную громкость и все повторяет одну часть. Повторить движения, которые исполняются вместе с партнером даются нелегко, но все же она и их оттачивает. Проходит пятый час тренировок и на часах уже пол первого. Раздается звонок на мобильный и измученное тело еле подбирает его с пола. - Чеен-а, ты готовишься уже? - К чему? – негодует и часто дышит, лежа на спине. Капли пота стекают по лбу и щекам, проделывая дорожку к ушам, тонкая майка неприятно липнет к телу и вызывает желание окунуться в воду. - Пак Чеен! – голос делается строже, - Ты что репетируешь? У вас сегодня ведь интервью для журнала! На слове «интервью» девушка рывком поднимается и оказывается на ногах. Ах, она совсем забыла! - Да, я помню. Уже еду домой, - тараторит она, впопыхах забрасывая все принадлежности в рюкзак, хватает куртку и бежит к двери, - Я потом позвоню. Как только она вылетает из двери перед ней возвышается сам Ким Тэхен. Он в короткой серой куртке и темных брюках, внутри виднеется рубашка, волосы уложены, и он весь сам такой собранный по сравнению с раскрасневшейся и потной девушкой. В одной руке держит телефон и его распирает от гнева, которую он так старательно сдерживает за стиснутыми зубами. Глаза слегка налились кровью, грудь беспорядочно вздымается, ноздри раздуваются и взгляд словно пилит ее пополам. - Где тебя вообще носит! Почему трубку не поднимаешь! Я же сказал, что интервью будет! – орет, очень громко орет, что девушка может лишь гадать, кого она боится больше: маму или «мужа»? - А я… Но как ты узнал, что… - парень не дает договорить и ядовито бросает: - Быстрее топай! Лицо ударяет мягкий ветер, но он совсем не теплый, а для легко одетой девушке кажется, что пробирает до костей и тонкие лосины не спасают. Черный ягуар спешно и беспринципно ожидает у ворот, именно там, где парковаться в целом запрещено. - Молодой человек, так нельзя оставлять машину, - из будки выбегает охранник и предупреждает Кима, но тот лишь фыркает и садиться за руль. Пак спешит сесть побыстрее и застегивает ремень дрожащими руками, пытаясь не злить его еще больше. - Эй, кому я сказал! – возмущается пожилой работник, - Какая молодёжь пошла, - слышится привычное клише. Девушка замечает, что парень начинает сердиться все пуще и не на шутку пугается. Высунув голову через окно кричит слова извинения, чтобы тот не провоцировал и без того неуравновешенного придурка. - Аджосси, извините. В следующий раз не повторится. - Дура что ли. Закрой. - Я, - перерывает застывшее и слишком напряженное молчание в салоне, пока тот мчится, не соблюдая указанную скорость. Брюнетка чувствует, как болит спина и конечности от того, как она вжимается в пассажирское сиденье, затаив дыхание, - Извини. - Молчи уже. Дома мама. Просто подготовься к интервью, мы поедем к ним в студию к трем часам. - Х-хорошо. Ким Тэхен сильно раздражен тем, что ему пришлось таскаться за ней по просьбе матери. Ну и зачем ей танцевать вообще? Главное сейчас для него поддерживать имидж союза и следить за тем, чтобы их влияние только расширялось в соседних странах. Он не может позволить себе оступиться и будет старательно изображать влюблённого мальчишку на сегодняшнем интервью для пиара, хотя журналисты сами просятся - лишь бы выяснить каких-нибудь скелетов в шкафу. А Пак Чеен сильно взволнована, тревожена и боится, что не сможет заставить себя глупо улыбаться и отвечать на вопросы. В квартире их встречает Госпожа Со, красивая и с такой мягкой улыбкой, радуется при виде очаровательной, по ее мнению, невестки: - Ах, Чеен-а! Ты не замерзла? – обращает более строгий взор на сына и причитает, что он не проследил за тем, чтобы она потеплее одевалась, ведь мартовская погода Сеула весьма прохладная. Когда та берет руки Пак и слегка поглаживает, смотря на нее с такой заботой в глазах, то ей становится завидно. Если бы у ее мамы тоже глаза были столь терпеливыми и мягкими! - Доченька! Я привела визажиста. Уже ожидает тебя в гостевой! – подталкивает, чтобы та поспешила, а сама тащит сына в сторону кухни. - Сынок, я уверена, что вы справитесь с интервью, - вкрадчиво начинает говорить, убедившись, что за девушкой закрылась дверь, - Но, сынок, вам стоит спать вместе, родной, иначе как вы привыкнете друг к другу? Больше не позволяй ей спать в той комнате, ладно? - Хорошо, мам. Я разберусь, - он совсем не хочет убеждать мать, чтобы перестала грезить, думать, что прошлое забудется и он влюбится в эту коротышку. Нет, он просто будет убедительно играть в любовь и врать всему миру. Ведь изначально они сами подтолкнули его на весь этот цирк. - Спасибо, мой хороший. Я думаю, может вам побольше дом купить? - Не стоит, мам. Нам так удобнее. Ты ведь знаешь, я привык. - Ладно, - отстает женщина, - Тебе лучше видно. Но насчет Чеен, - снова напоминает, ведь ей так хочется, чтобы он поскорее отпустил прошлое и стал чуточку счастливее, - будь внимателен к ней. - Да, мам, - слабая улыбка, подаренная матери, чтобы ей спокойней спалось по ночам. Через некоторое время в гостиной появляется Пак столь тихо, что сидящие в кухне сначала какое-то время не оборачиваются на нее. На ней снова неудобное платье, высланное матерью – спокойный оттенок янтарного персика, с классическим кроем и слишком стягивающий в талии. Макияж неброский и незаметный, лишь подчеркивает мягкие черты лица, а низкий собранный пучок придает женственности. Она чуть кашляет, чтобы отвлечь сына и мать от обсуждения. - Ах! Какая красавица, не так ли, Тэхен-а? – бежит подобрать коробочку, лежащую в прихожей. - Мы вчера платье вместе с Госпожой О подбирали, а еще присмотрели прелестные туфельки. Пусть мой первый подарок будет, - в ожидании ее реакции та с нетерпением смотрит на удивленную девушку. - Не стоило, правда, - ей делается ужасно неловко. Какие еще дорогие подарки принимать? Разве она действительно теперь ее невестка? Шатен тем временем нехотя наблюдает за этой картиной, в частности его взгляд снова падает на замухрышку. Она выглядит весьма себе недурно и очень даже оправдывает статус элегантной леди, которой любая семья из элитного круга может хвастаться. Но ведь в ней ничего такого, чтобы задержать взгляд. Разве что эти воспалённые ноги, мозоли на пальцах, некоторые из которых скрыты белым лейкопластырем, различные покраснения, и небольшие синяки. Она носочками странно перебирает и не опирается на полную стопу. И как жутко беззвучно открывает коробочку и обувается в этот подарок! - Спасибо большое. - Прямо принцесса, - все не прекращает мать и пытается вытянуть какой-нибудь комплимент из уст парня, но тот лишь отмахивается: - Нам пара ехать, - и идет к выходу, чтобы накинуть черное пальто. - Да-да, сейчас, - дама придерживает Пак, которой новая обувь слегка жмет и кажется будет натирать. Ким помогает ей надеть пальто вопреки своему скромному нежеланию, лишь бы избежать обиженных упрёков матери. В студии, уже подготовленной к самому важному интервью для этого выпуска, людей, бегающих из одного угла в другой много. Кто-то проверяет микрофоны, кто-то настраивает свет, журналистку подкрашивают и подправляют ее платье. К ним прибегает молодой паренек с кудрявыми волосами и с улыбкой здоровается. Теплые пальцы Кима почти обжигают холодные руки девушки, когда тот так внезапно сплетает с ней пальцы и продвигается вперед. - Пока присаживайтесь. Можете ознакомиться с вопросами, - они садятся за небольшой диван чуть дальше от съёмочной площадки и им отдают листочки в руки. - Спасибо, - привычно неосознанно вырывается несмотря на волнение и растерянность из-за большого количества суетящихся людей. А не отпускающие ее тэхеновы руки никак этому не помогают. - Добрый день, - к ним прибегает журналистка и энергично приветствует пару, - Для меня честь брать у вас интервью! – она все продолжает смотреть на парня и протягивает руку, чтобы пожать. - Когда начнем? – как-то грубо вырывается из его губ, и он наклоняется к Чеен, - Не холодно? - М? – ее обеспокоенность написана на лице и чувствует она себя словно рыба, брошенная на сушу. - А, да скоро начнем, Тэхен-щи. Пройдемте, - голос у нее для парня слишком звонкий и сладкий, раздражает. - Улыбайся и старайся получше, иначе подумают, что я тебя обижаю, женушка, - шепчет парень в ухо пока они идут к дивану перед камерами. Бедняжка только и может подправлять платье свободной рукой и трогать пучок сзади. В горле у нее так сухо и першит, а ноги все же не перестают болеть. Киму видимо так легко удается вжиться в роль, но ей такое непосильно. Все же она старается. - Можем начинать, - раздается толстый голос за камерами и все пары глаз направляются в сторону сидящих. - Приветствуем вас у нас в студии и очень благодарны за ваше время, - интервьюирующая так ярко улыбается, хвастаясь белыми зубками, а очаровательные глаза у нее такие игривые, которыми она так пристально изучает Кима. Пак кажется, что эта девушка и вообще не замечает ее присутствия или просто игнорирует. Она тупо пялится куда-то вглубь помещения и внутри разъедают мысли. - Да-а, эта правда. Довольно трудно найти лишний час, - подмечает парень, уже убравший руку, расположив их на ногах. Стены давят, в помещении делается холодно и руки снова ледяные, кажется, что земля укатила прочь из-под ног и от этого кружится голова. - Вы и вправду очень нашумевшая и завидная пара. Может расскажете о вашей большой любви? – хотя слова и сказаны с улыбкой на лице, но тон голоса выдает едкий сарказм, - Чеен-щи? Пак сначала не слышит, что обращаются к ней, а поняв это спустя пару секунд и заметив, как пристально ее изучают люди вокруг, ужасно теряется и нервничает. Ким кладет ладонь поверх ее онемевших пальцев и слегка сжимает, обращая ее бегающие глаза на себя. Его немножко выбивают из колеи растерянность и почти необъяснимый страх в коричневых глазах. - Ты замерзла. Можно нам одеяло какое-нибудь? – ужасно вежлив, спокоен и улыбается всем вокруг. Однако Пак Чеен улыбаться не может, будто перестала управлять собственными мышцами, и не хочет рассказывать ни о какой большой любви, потому что ее нету. - Как всем известно у моей жены совсем скоро премьера, в последнее время она сильно волнуется и устает из-за этого, - коротковолосая протягивает теплое одеяло и Ким помогает брюнетке укрыть ноги. - А, да верно! Вы очень внимательны к жене, Тэхен-щи, - замечает особа, скрестив ноги в коротком платье, но он надменно игнорирует этот самоуверенный жест. - О, конечно внимателен! А как же, ведь я столько добивался ее. Пак Чеен не может выбросить из головы навязчивую мысль – рассказать правду. Он не добивался. Они друг друга почти не видели. Им просто приходится терпеть друг друга. - Нас конечно познакомили родители на одной встрече, но я довольно быстро понял, что влюблен. Тело девушки пробивает какое-то раздражение и злость, от чего не замечает, как сильно она выцарапала себе кисть, пока держала руки под одеялом. В горле застревает одни только слова – «Этот брак - бумага и ничего более». - Ну как вам удалось обратить ее внимание? - Это уж долгая история. Но главное то, что все же она приняла мое предложение и мы счастливы. У нас много планов на будущее, - утверждает парень и старательно не замечает, как молодая особа строит ему глазки. Она не в его вкусе. Какой-то голос внутри кричит и все повторяет те слова. В ушах звенит и глаза расплываются, люди размываются и делаются словно неудачно очерченные картины. Дыхание становится неестественно частым и кажется будто кто-то забирает у нее воздух. - Чеен-щи, вы примерная дочь, балерина, и теперь жена самого Ким Тэхена. Скажите, что именно вам понравилось в нем? - Хм…я… - не может выронить и слова, не может избавиться от голоса в голове, - Этот брак… Этот брак не такой, каким вы представляете, - она становится слишком бледной. - Что? Что вы имеете ввиду? – цепляется за слова сотрудница и в зале все напрягаются, в том числе и шатен. Он сразу догадывается, что она хочет сейчас сказать, точнее все испортить. - Знаете, мы часто шутим о том, что многим наш брак может показаться очень преждевременным и неожиданным, ведь мы довольно долгое время скрывали свои отношения, - тянет руку и сплетает пальцы, - Верно, милая? - Д-да, да, - улыбка, для которой требуется большая сила, - Я не так выразилась. Извините, все же очень волнуюсь. Нет. Она не может так все вылить. Не хватит ей ни решительности, ни храбрости. - А-а-а, вот как! Чеен-щи, вам почти все молодые леди завидуют! А мне кажется, что вы очень удачливая. Как вы думаете вам всегда так везет? - Какой нелепый вопрос, - раздраженно цокает парень. Дальше он требует, чтобы поскорее закруглялись, иначе мол тут прохладненько у вас и моя дорогая жена мерзнет. Как-то быстро с ними прощаются сотрудники студии и молодая журналистка бежит что-то сказать Тэхену, но тот игнорируя все ее попытки, волочет за собой извиняющуюся Пак. - Мне больно, - и только в машине Чеен осмеливается тихо попросить, чтобы отпустили руку. - Блять, да что ты за девчонка такая! – он просто в бешенстве. - Я… так не могу. Не могу. - Ты ведь сама подписалась на это! Теперь терпи! Терпеть придется обоим. Девушка отчетливо понимает, что жить своими жизнями и терпеть друг друга - дело слишком сложное. Но Ким этого еще не понимает.