Запах ее души

Отдавшись в омут страсти, Ким знает, что он больше не сможет остановиться. Чувствуя разгоряченное желанное тело, возбужденное дыхание у шеи, он буквально трепещет от счастья, в которую трудно поверить. Когда парень начинает целовать линию подбородка, оставляя влажную дорогу, спускается к тонкой шее, у него сносит крышу. А Чеен тянется к нему, обвивает мужскую шею тонкими руками, зарывается в его темные волосы, когда чувствует очередной поцелуй в шею. Горячая мужская ладонь пронзает каждую клетку тела сквозь тонкую ночнушку, заставляя ее трепыхать от мурашек в теле. Техён на короткое время отстраняется и заглядывает в томные глаза брюнетки, ее дрожащие от волнения зрачки, и зацелованные губы, одной рукой проводит по лицу, попутно заправляя прядь волос за ухо, а затем с волнительной осторожностью касается лямки и спускает с ее плеч, открыв взору ещё большую часть нежной молочной кожи. Балерина ощущает холод мгновенно и съёживается, отчасти от смущения. Не смеет смотреть на него, но тем не менее, не перестаёт обнимать его за шею. Он же просто сходит с ума. Жадно упивается запахом ее кожи, целует ключицы, хрупкие плечи, все больше придавливая ее тело в стену. Ошарашенная неожиданным, неизведанным чувством, скручивающим живот и приятно посасывающим под ложечкой, из уст девушки срывается глухой стон. Брюнет вздрагивает от этого звука, одновременно он дико хочет продолжать, а с другой стороны он боится. В испуге, что может причинить ей боль, он резко отстраняется и судорожно бормочет осипшим голосом, пряча своё лицо в ее плечах и густых волосах: - Нет, я… нельзя. Боюсь, что заставлю тебя пожалеть об этом. Не дав возможности девушке что-либо ответить на его опасения, он волочет ее в спальную комнату, чтобы поскорее укрыть в что-то тёплое. - Надо высушить тебе волосы. Не хочу чтобы ты простыла. Он поскорее отворачивается от неё, пытаясь успокоить стук сердца и бешеное желание продолжить то, что они начали. Но сопротивляться внутренним желаниям приходится недолго. Пак с судорожным волнением обнимает его за спину. В отличие от него убегать от своих чувств и скрывать их она не намерена. - Тэхен, - тонкий шёпот, который заставляет парня повернуться к ней, ее ладонь снова касается его лица, совсем невесомо и нежно, проводит пальцами по свежим ранам, - Не уходи… Она где-то в районе сердца чувствует, что сегодня их отношения ждёт переломный момент. Это мгновение очень важно и требует храбрости, решительности. Ее слова поражают его. Нет, пронзают в самое сердце своей искренностью и чистотой. Это заставляет его нервничать, заламывать пальцы в кулак и трястись от ее признания. Ким забывает обо всем на свете, так, словно они ограждены от других людей и всех проблем. Он упивается ее розовеющими щеками, скромным смущением, тем, как она вздрагивает, пытаясь закрыть обнаженное тело от него руками. Его разум будоражит и опьяняет такая близость, ее запах, тонкая отдача на встречу его ласкам, при чем не только телом, но и всей душой. Эта невинная преданность заставляет его сходить с ума от признательности, и также пугаться до глубины души. Разве он заслуживает ее? Он позволяет себе сминать ее губы, терзать молочную кожу, спускаясь от ключиц до живота, срывая стон и собственное имя под ухом. Отражение его лица в бездонных коричневых глазах, переливающее на свету лампы, пробуждают в нем нетерпеливое желание оказаться внутри неё и чувствовать ее всю. Но с ней он не хочет торопиться. Ею он хочет упиваться долго, трепетно, как умирающий от жажды. Чувствуя трепет ее возбужденной, горячей плоти он снова целует ее в губы, шею, спускается к ключицам, а затем ещё ниже, срывая очередной стон. Сам он разгоряченный, шепотом хрипит ее имя. Он знает. Сегодня он не просто желал ее, он любил. До болезненной горячки и лихорадки в теле. И на этот раз любить он хотел смело и твёрдо. Но слыша тихий зов девушки, он боится того, что может за этим последовать. - Тэхен…Я… За этим может последовать открытое признание, ответственность, которой до одури пугает его. Не решается дослушать, перебивает жестом, и лишь улыбнувшись, целует ее в висок. Когда вместо хоть какого-нибудь ответа Чеен получает поцелуй и смиренное молчание, не расстраивается. Не хочет много надумывать. Ему нужно время. А Ким Тэхен не уверен, что заслуживает ее и слишком много крутит в голове слова друга «Ты заставишь ее плакать». Утром опасения молодой пары, к странному ощущению, не оправдываются. Или же они слишком тонут в своих отношениях и обществе друг друга, что недавние проблемы, которые висят над ними, позабылись. Удивительно, что после пресс-конференции и последних событии, ни семья девушки, ни шатена, ни медиа не беспокоят их. Кажется, будто их действительно оторвало от реальности. Ким Тэхен никогда и не подумал бы, что сонная девушка, посапывающая так беззаботно после бурной ночи с ним, может настолько привлекать и даже умилять его очарованием. Она смешно сопит, не подозревая, что парень с любопытством рассматривает и запоминает черты ее лица, до каждой мелкой детали. Спокойствие души и тёплый уют, опьяняющий тело все же не даёт полностью расслабиться. Брюнет приближает лицо, почти мурлычет от удовольствия. Не ожидая, что будет смущён проснувшейся девушкой, резко выпрямляется. - Утро. Доброе, - ловит красивую улыбку балерины, ее розовые щёки и стыдливый жест руки. - Ты такая красивая. Сказанное спонтанно, даже не надуманно и так незаметно скользнувшее из уст шатена, смущает их обоих. Балерина снова улыбается и прячет лицо под одеялом. Счастье слишком кружит голову. Это радость продолжает дурманить и за совместным завтраком, и за совместной готовкой, так словно она тут была вечно, так будто они были всегда вместе, знали друг друга целые годы, а не какие-то четыре месяца. Беседы о всяком, важном, неважном, о детстве, школьных временах и много ещё. Они снова знакомились, начинали отношения по новой, без вмешательств родителей, обязанностей и влиятельной фамилии. Как простые влюбившиеся молодые. Во всяком случае скрывать свои чувства, которые с признанием сомой себе, хлестнули девушку еще сильней, ярче, было уже невозможно. - Ты разве не пойдёшь в офис? - брюнетка сама же задаёт вопрос, на который хочет получить отрицательный ответ. И получает его. - Нет. Только не сегодня. Да, только не сегодня. Потому что сегодняшний день какой-то не такой. Совсем другой, без упреков, скандалов и посторонних вмешательств. Этим нужно насладиться, потому что с самого утра Кима не покидает чувство еле заметной тревоги. Все кажется затишьем перед бурей. Тревога, выраженная мелкой дрожью в желудке, отбрасывается на второй план при виде обрадовавшейся брюнетки. - Это здорово! Не скрытый энтузиазм девушки заставляет его самого улыбнуться и успокоиться. - Мгм, есть то, чем бы ты хотела заняться? - Хмм… - брюнетка задумывается, закусывает губы, но не хочет признаваться ему в том, что заняться им можно было бы морем вещей. Например, ходить на свидания. Простой поход в кино. Но она стесняется. Обычные удовольствия, как простой поход в кино - это непозволительное занятие. Беспокойно елозя на диване гостиной, она все же лишь мотает головой, - Даже не знаю. Можно просто побыть дома. - Нет, говори. Кажется, ты хочешь куда-то выбраться, - настаивает шатен, заметив задумчивый вид девушки. - По правде говоря, я так давно не была в кино. Учёба, балет, дом, дом, учёба, балет, - она эмоционально машет руками в воздухе, - Ну ты же знаешь, быть вечно занятым и не иметь возможности побыть обычным человеком. - Да, знаю. Конечно, знаю. Не считая последнего отдыха, я и сам особо никуда и не выходил. - Тогда пошли? Собирайся, - Ким встаёт с места, подзывая недоумевающую Пак. - Ты серьезно? - ее обхватывает чувство беспокойства и смятения, она слегка жалеет о том, что сказала ему. С ее репутацией, скандалом вокруг них - это не самая лучшая идея. - Конечно. В будни день торговый центр не так заполнен людьми. Играет музыка, заезженная пластинка для работников, но довольно приятная для посетителей центра. Ким немного беспокойно оглядывается по сторонам; хотя они не знаменитости, чтобы журналюги выхаживали их каждое движение, то, что они были публичными личностями, довольно известными среди молодёжи, он внутренне чувствует, что они должны быть осторожны. - Может это была плохая идея, м? - Чеен от странного пристального взгляда молодой девушки на кассе в ее сторону неосознанно хватается за рукав мужа и прячется за его спиной. - Ты об этом не беспокойся, - холодно осмотрев девушку напротив, хватает билет, - Она тебе завидует. Игриво подмигивает, наклонившись к ней всем корпусом. - Ха, зачем ей? - недоумевает девушка, кинув в рот карамельный попкорн. - Пак Чеен, ты шутишь? - гогочет Ким, - Ведь я такой красивенький достался тебе. Да, такой красивенький и не только: хмурый, местами грубый, и все же тот, с кем чувствуешь себя в безопасности. Но правда ли он достался ей, принадлежит ли он ей теперь…в этом Пак не уверена. В нем много таинства. А ещё он слишком переменчивый. Вчера он влюблённый до одури мужчина, сегодня игривый мальчишка, который наслаждается комедией на экране, беззаботно жуя сладкий попкорн. «Доиграешься, Пак Чеен» Беззвучное оповещение на телефоне. Ее мама все же снова посмела угрожать ей. Чеен игнорирует. И отчего-то опускает голову на плечо рядом, обвивая его левую руку в сильную хватку. Только не сегодня. Сегодняшний день должен быть наполнен счастьем. Только счастьем двоих. На улице изрядно потемнело, когда они выходят из сеанса, шумно обсуждая некоторые запоминающиеся моменты фильма. А они и забыли как это бывает весело. - Давай поедим где-нибудь? - предлагает Ким, у которого тревожное чувство, не дававшее покоя с самого утра, каким-то образом сходит на нет и он в действительности снова уходит в беззаботный мир, в котором не стоит ни о чем беспокоиться. - Хочешь я что-нибудь приготовлю дома? - у Чеен же, наоборот, тревожность скручивает живот. В торговом центре становится людно и это не может закончиться чём-то хорошим, если их узнают. Портить настроение очередными злыми словами в свой адрес девушка не хочет. - О, это даже лучше! - Что приготовить? Ким раньше не знал, может просто не замечал за Чеен этой привычки подпрыгивать на ножках, когда у неё приподнятое настроение. - Пибимпап? - О-о-о, опять? - недоумевает балерина, садясь в машину. - Ну, должен признать он у тебя получается отменный. - Мистер Ким, вы сегодня щедры на комплименты, - хихикает Пак, наблюдая за заведениями и светом уличных фонарей. - Ну, готовка - это все заслуга тетушки Уонхи. Уже скучаю по ней. Отпуск у женщины продлился долго. Неделями назад она уехала в Пусан к своему сыну и внукам. - Сегодня? Я вообще себе щедрый, - горделиво гогочет парень в ответ. Салон машины наполняется невидимым уютом и теплотой. Оба вспоминают ту первую встречу в ресторане и совместную поездку обратно домой, когда он подвозил ее. Они были так враждебно настроены, эгоистичны в своих требованиях и решениях. Жизнь полна сюрпризов, она невероятно непредсказуема. Так всегда говорила бабушка Пак. Впрочем, Чеен всегда знала, что она права. Надев фартук в их кухне, она ощущает себя домохозяйкой, которых показывают в сериалах. Готовка теперь приносит ещё больше радости, чем, когда она крутилась возле и помогала тетушке. Готовить и радовать хотелось зазнайку мужа. - А-а, я сама, Тэхен! - увидев какими огромными получаются его нарезанные овощи, она его смело прогоняет, - Сходи-ка лучше в магазин. Приправа для салата закончилась оказывается. Улыбнувшись обиженному мужу, выпроводив его за дверь, девушка продолжает готовить. С ним и за готовкой она не отвлекается на неожиданные мысли о балете и театре. Это радует. И вселяет надежду, что всё-таки покой души можно и найти в чём-то другом. Ведь необязательно всю жизнь корить себя за произошедшее, и примой бы она точно не смогла бы быть в лет тридцать пять или тридцать. Балет и сцена таковы, что быстро меняют фавориток. Чем раньше она приметь это, тем для неё лучше. - Да-а, и вообще, кто тебе запрещает танцевать для себя, а? - вопрос скорее риторический, плод ее размышлений в слух. Раздаётся звонок в дверь. - Тэхен? - девушка бежит открывать, - Хотя, он же знает пин-код. Кто может нанести такой поздний визит? - Тэхен? Ты уже верну… - Бесстыжая! Пак не знала, что пощёчина, полученная не от матери, может быть такой же ослепляющей и жесткой. Место удара немеет. Краснеет. И болит. - Мама! За спиной женщины оказывается Ким, шурша пакетами, и бежит к Пак. Да, то было затишье перед бурей.