Цыганочка с выходом. Продолжение.

      Шандор очень быстро начал зарабатывать благодаря ресторану. Его оборотистость и ловкость помогла ему в развитии бизнеса. Рустам тоже оказался отличным управляющим и научился развлекать гостей. Часто Альмудена украшала вечера своим прекрасным голосом.       Шандор к тому же решил открыть подпольный игровой клуб, где гости могли сыграть в карты. Он сумел договориться с полицией, и его никто не трогал. С юных лет он был опытным и ловким картежником, поэтому карты тоже стали неплохим доходом. В эти дела Маша и Рустам не вмешивались. Шандор уже сам стал ориентироваться в Мадриде и знать, что можно, а что нельзя делать.       Алехандро сделал Машу своей ассистенткой. Она поначалу была недовольна тем, что опять работает в тандеме с Рустамом, но выбирать не пришлось. Она наслушалась разговоров подруг и друзей и решила согласиться. С работой по всей Испании было сложно. Некоторые из выпускников с трудом находили работу и то, через два-три года после окончания университета. А до этого перебивались случайными временными подработками. Поэтому Маша и бралась за любые стажировки с самого начала обучения, чтобы скопить портфолио и иметь опыт работы. И теперь ей очень повезло, что Алехандро взял ее на полноценную постоянную работу.       Через год его ресторан стал одним из самых модных в Мадриде. И в городских газетах все чаще и чаще стала мелькать фотография Алехандро Кондора. Красивый стройный брюнет с зелено-карими глазами и черными кудрями оказался в числе самых привлекательных холостяков города. И у всей желтой прессы возникло недоумение, как такой обаятельный молодой мужчина до сих пор не женат.       Маша услышала это от своих подруг, которые пили кофе в баре. — Красавчик, — восхищенно сказала Лусия, разглядывая фото Алехандро в газете. — Обычный мужчина! — пожала плечами Маша. — Мария, ты точно слепая! Я бы его быстро к рукам прибрала, оказывается, цыгане красивые. — Конечно, такой мужчина! — восхитилась Паула, вторая ее подруга.       Маша покачала головой и махнула рукой. Из-за Алехандро уже один раз вышла статья, за которую Маше пришлось краснеть. Писали, что у них роман. Ведь девушка была его единственной спутницей. С другими женщинами бизнесмена Кондора никто не замечал.       Рустам долго дулся, но в итоге все утихло. Маша и Алехандро никогда не давали поводов их подозревать. Она была его правой рукой и помощницей, и на публике он был подчеркнуто вежлив и доброжелателен к ней. — Мария, если он тебе не нужен, познакомь нас. Достань нам приглашение в ресторан. — Сейчас не смогу, у нас все расписано на два месяца вперед. Но я постараюсь, — кивнула она.       Подружки захихикали, потирая руки, а Маша задумалась. Нет, она не рвалась замуж, стремилась сначала построить карьеру и выучиться. Но среди ее друзей мужчин было немного. И Рустам с Алехандро стали ее самыми близкими людьми. Если честно, Рустам еще такой мальчишка, хоть и на год старше ее. Балабол, весельчак, клоун. Да, в ресторане публика его любила за веселый нрав и добродушие, но Маше он казался несерьезным. А вот Алехандро… Маша задумалась, возвращаясь домой. Он взрослый мужчина, серьезный, привлекательный. Всегда уважительно относился к ней, слушал ее советы, не считал ее глупенькой девчонкой. Да и внешне он был вполне привлекательным…       Маша впервые почувствовала, как в ней взыграло женское самолюбие. Уступить такого мужчину подружкам? Да никогда!       Шандор поставил к себе в кабинет новый телевизор и довольно улыбнулся. Он ловит многие каналы Европы и даже часть из России. Он долго щелкал по каналам и включил France 24. Симпатичная ведущая рассказывала с улыбкой о новостях Европы: — К новостям культуры. Сегодня прошел ежегодный фестиваль танцевальных шоу Парижа. Настоящим открытием этого сезона стала новая участница труппы Мадлен Виньон Лигита Мадянова. Имея цыганские корни, молодая танцовщица сыграла главную роль в танцевальной постановке «Танец Эсмеральды», где блестяще воплотила образ, воспетый Виктором Гюго в книге «Собор Парижской Богоматери». Все критики очень благосклонно приняли эту танцовщицу, которая не только имеет высокий профессиональный уровень, но и крайне точно воссоздала темперамент и жизнелюбие Эсмеральды. Думаю, она станет одной из известнейших танцовщиц Франции.       Шандор сделал погромче и увидел пару записей со спектакля. Лигита в зеленом платье кружится по сцене. Все такая же юная, стройная и высокая…       Цыган бросил пульт на пол и опустился в кресло. Как же быстро Лигита прославилась! Он должен ее вернуть, иначе она станет совсем недосягаемой. Придется менять свой план.       Маша уже поздно вечером закончила дела и вышла из кабинета. В кабинете Шандора было темно, но работал телевизор. — Алехандро, у тебя все в порядке? — Маша заглянула и увидела на столе опустошенную бутылку из-под коньяка.       Он встрепенулся и махнул рукой: — Иди сюда, сядь!       Маша, недоумевая, починилась. Алехандро схватил ее за запястье и опустошил последний бокал: — Если бы ты знала, как мне одиноко здесь! — Почему? — удивилась Маша. — Никого нет… — У тебя есть друзья. К тебе даже за советом местные бизнесмены приходили. Весь цыганский район тебя уважает. И мы с Рустамом тебе помогаем.       Шандор ничего не ответил и подпер голову руками. — Тебе нельзя пить! От алкоголя одни проблемы. Он ничего не решает.       Маша хотела встать и выбросить пустую бутылку, но Шандор схватил ее за руку и притянул к себе. В полумраке она была так похожа на Лигиту… такая же стройная, те же длинные волосы и темные глаза. И он впился в ее губы страстным поцелуем. Маша замерла на секунду, а затем начала вырываться и бить его по плечам. Шандор выпустил ее и вздрогнул, увидев перепуганную Машу, а не Лигиту. — Маша, я…       Девушка бросила бутылку на стол и выбежала из кабинета. Шандор выругался и подошел к окну. Черт, теперь он потеряет еще и верную помощницу из-за своей страсти к Лигите.       Он вздохнул и засунул руки в карманы. В самом деле, со стороны он казался успешным молодым бизнесменом, люди восхищались его хваткой, но никто не знал, каким он был одиноким в этой стране.       У него были женщины, но он не помнил ни их имен, ни их лиц. Он проводил с ними одну ночь, а утром они исчезали из его жизни, не оставляя никаких воспоминаний. О них напоминало лишь небольшое удовлетворение. Маша никогда не привлекала его как женщина. Она была слишком юной и наивной для него, и он относился к ней, как к младшей сестре. Мария была его верной подругой, исполнительной помощницей и ответственной переводчицей. И терять ее из-за своей глупости он не мог.       Маша вернулась домой и заперлась в своей комнате, надеясь, что мама не увидела ее раскрасневшееся лицо. Неужели она понравилась Алехандро? Но почему раньше она этого не замечала? Так она всю ночь и проворочалась, не зная, что будет ждать ее завтра. Может, Алехандро ее уволит? Или наоборот начнет приставать еще больше? И неизвестно, что лучше. Маша растерялась от такой реакции своего шефа. Как ей поступить?       Утром она пришла на работу, сварила кофе. Шандор вошел в кабинет, бросив ей на ходу: — Доброе утро! — Доброе! — ответила Маша, скрывшись за дверью.       Через два мучительно долгих часа Шандор позвал ее к себе. — Сядь, пожалуйста.       Она нерешительно опустилась на стул, и Шандор виновато посмотрел на ее хмурое лицо. — Не сердись за вчерашнее. Я и не думал к тебе приставать. Просто... навалилось все… — Видимо, ты меня за другую принял, когда выпил, — проницательно ответила Маша. — Эта «другая» осталась в прошлом. В России. Извини. — Все в порядке, — улыбнулась Маша с облегчением. Он ее не уволит! — У нас много дел, разбери эти документы. — Хорошо, — и Маша забрала со стола зеленую папку.       После обеда Шандор и Маша отправились в налоговую службу, чтобы отчитаться по ресторану. На одной из улиц Мадрида они увидели шумную толпу полуголых женщин с плакатами «Мужчины — животные». — Дуры, — выругалась Маша, закрыв лицо рукой.       Женщина с короткими темными волосами с гневным воплем бросилась к машине Шандора, но полиция тут же ее отогнала. Бунтарки начали лупить полицейских щитами, осыпать их грязными ругательствами. С трудом они проехали на соседнюю улицу, и Шандор с удивлением покосился на покрасневшую Машу. — Почему ты так злишься на них? — Они нас позорят. — Кого это? Женщин? — Нет, феминисток.       Шандор едва не вписался в бордюр и удивленно посмотрел на Машу. — Ты не говорила, что состоишь в таком обществе! — А я и не отношусь к этим идиоткам. У нас свой центр. — Какой это? — Шандор приподнял одну бровь, не понимая, к чему клонит его помощница. — Я со своими подругами основала кризисный центр для женщин. Мы помогаем тем, кто попал в сложную жизненную ситуацию, тем, кто пострадал от насилия мужчин. Мы просто помогаем женщинам отстоять свои права.       Шандор вздрогнул. В итоге, Маша и ее подруги спасают девушек от таких, как он. — Маша, потом мне расскажешь, а пока отнесем документы, — усмехнулся он, пытаясь скрыть свое волнение.       После того, как все было сделано, Шандор отвел Машу в кафе и с любопытством спросил: — Так чем занимается ваш центр? — Наша задача — не орать на улицах, что мужчины — грязные животные, которых надо убивать, а просто добиться равенства для женщин. Разве справедливо, если талантливая женщина-инженер, программист или архитектор получает зарплату на треть меньше, просто потому, что она женщина? — Пожалуй, неправильно, — согласился он. — Или правильно, если у женщины богатый муж, и он отобрал детей и запретил матери их воспитывать? При том, что она хорошая женщина, просто небогатая!       У Маши загорелись глаза, и она продолжила описывать задачи центра. Шандор с недоумением слушал ее, но невольно соглашался с ее словами. — Мы просто помогаем женщинам в беде, ищем адвокатов, если она разводится с мужем-абьюзером. — Кем-кем? — Это заимствование из английского. Тем, кто практикует домашнее насилие. Пытаемся отстоять права женщин и защитить их. — Ну, тогда это неплохая затея. Типа благотворительной организации. — Но эта идиотка нас позорит! — Которая голая бегала с транспарантом? — Эта женщина, которая кинулась на твою машину, Симона. У нее что-то не в порядке с головой. Она пришла помогать нам, обещала помочь, но вместо того, чтобы поддерживать женщин, начала орать, что мужчин надо вырезать и уничтожить, что лучше искать себе вторую половинку среди женщин, а мужчины не имеют права жить в мире. И даже если женщина беременна мальчишкой, нужно делать аборт. К сожалению, есть те, в ком она посеяла ненависть, и они стали ее единомышленницами.       Шандор засмеялся. — Маша, извини, это уже перебор. Женщины без мужчин жить не могут. — Тут я согласна. И наш центр помогает женщинам быть на равных с мужчиной, иметь те же права и обязанности. И если наша бывшая клиентка найдет себе хорошего мужа, мы будем счастливы за нее. — Значит, ты не считаешь, что феминистки не могут выйти замуж?       Маша покраснела под его испытующим взглядом и тихо ответила: — Если я полюблю мужчину, то выйду за него. — Почему бы тебе не пойти за Рустама? — лукаво спросил Шандор, — он с тебя глаз не сводит.       Маша зло посмотрела на своего шефа. Он все испортил этим вопросом! — Он глупый. И живет в цыганском районе, а уж у цыган бить жен — это в порядке вещей. — Вовсе необязательно, — возразил Шандор. — Мама рассказывала, что у моих бабушки и дедушки это было в порядке вещей. По сути я с ее подачи этот фонд учредила. — Даже так? Но сейчас местные цыгане живут почти как остальные европейцы. Никто не бьет жен. Тот же Рустам никогда бы руку ни на жену не поднял. — Не в этом дело. За цыгана замуж я не хочу. Мама потому и вышла за испанца, не хотела судьбу бабушки повторять. Но ее весь район поначалу осуждал за такое решение. — Маша, не говори глупостей. Я бы никогда не стал бить женщину. «Теперь уж точно», — прибавил он про себя. — Я верю вам, — улыбнулась Маша, — вы очень хороший.       Шандор кивнул ей и невольно прочитал в ее глазах восхищение и обожание. Неужели эта малышка в него влюбилась? На минуту он подумал… Если забыть Лигиту и начать жизнь рядом с умной и верной Машей? Но тут же отбросил эту идею. Увести любимую у Рустама будет верхом непорядочности! Надо лишь показать Маше, что она для него просто сотрудница и верная подруга. И на большее ей не нужно рассчитывать.