Преодоление

Сириус проснулся выспавшимся и полным сил. Потягиваясь в кровати и снова прокручивая в голове события вчерашнего дня, он пришел к выводу, что все не так уж и плохо. Для начала нужно было приказать подготовить комнату для Ио и Северуса, обезопасить дом. Поставить защиту на библиотеку, артефакты и прочие опасные помещения. Далее назначить встречу с Скитер, предложить эксклюзивную информацию за правильный взгляд на нее в публикации. Получить договор и направить на проверку нотариусу, ответить на приглашение Нарциссы, лучше лично, но тогда стоит предупредить о визите. Вечером дежурство, в обед неплохо бы встретиться с Джеймсом. — Эпо, — позвал Сириус домовика, поднимаясь и начиная заброшенную около полугода назад гимнастику. Вытягиваясь в планке, он заранее предвкушал радость на вечно заплаканном морщинистом лице эльфа после сообщения о наследнике.

***

— Угу, отличный план. С одной стороны я рад видеть твою улыбку, но с другой,— Джеймс отпил пиво, — будь в тебе хоть немного скорби — пережить было бы проще. Какие страдания ты подготовил для Снейпа? — В плане? Они сидели на обеде в пабе невдалеке от министерства. Людей было мало, местная еда была не то, чтобы совсем паршивой, но ценник и качество совершенно не совпадали. Сюда явно заходили не за тыквенным супом с ростбифом. — Ты совсем забыл о Люпине? — Тебе правду или как? — Как сам посчитаешь. Вчера ты сказал, что не хочешь обсуждать тему про Снейпа, но сдаётся мне, что именно в школе все и пошло под откос. Понимаю, Лорд и прочие все равно бы вышли из подполья, но вот этого всего удалось бы избежать. — Я просто сказал, что мне не противно было спать. — Неа, черта с два ты так сказал. Ты сказал, что хотел его. — Джеймс, не хотя сложно спать с человеком, когда ты мужчина. — Давай не переиначивай, а? В общем, — он зарылся руками в жёсткие волосы и сморщился, — Я рад что у тебя будет сын, рад, что ты, как отполированный на отработках у Филча кубок, сияешь, но разве не можешь понять, что принять Снейпа за твоего мужа я не смогу? — Это будет просто формальность. — Хах, но Скитер ты же выдаешь совершенно другую информацию. Все будут считать вас давно любившей парой, что расстались по ошибкам молодости, еще и сын в результате мужской беременности, прям история с бульварного романа. Женская половина Лондона будут у ваших ног. — А как мне еще объяснить брак с бывшим пожирателем смерти? Сириус чувствовал раздражение, но старательно сдерживался, пытаясь не дать волне гнева вылезти наружу. — А теперь давай снова. Тебя не тянет блевать от мысли трахать Снейпа и даже больше, ты признался, что оно тебе было по душе. Он каким-то боком припеком родил тебе сына, прошу не забывать об этом, тоже будет участвовать в воспитании — совместное чтение перед сном, переживания из-за простуд, прогулки в зоопарк. — Джеймс. Ты боишься, что я его полюблю? Северуса? — Ты уже по имени его зовешь. — Ты сам себя слышишь? — Сириус, почему ты не выстрелил в него? Я же видел воспоминания, ты спокойно успевал. Сердце противно сжалось, Сириус перевел взгляд на входную дверь. Какой-то детский, давно забытый страх, в вперемешку со стыдом разливались внутри, растворяя гнев и ложась влажными ладошками на плечи. — Не хотел поднимать ранее. Бессмысленно, да и ты убивался, — продолжил Джеймс. — Но сейчас поднял, ведь мне наконец не херово. Смотреть на друга не хотелось. — Я просто говорю о том, что план твой звучит как: «Был у меня друг, но как-то убили его, а я в ответ не смог кинуть хоть что-нибудь простенькое или задержать убийцу, потому что ошарашен был встретить школьного злого заморыша, которого когда-то бросил. А потом оказалось, что он от меня еще и родил. И вот начинается наша волшебная история, я возьму к себе под крыло и заморыша, и ребёнка, и буду их оберегать, ведь на заморыша то явно куча людей зуб точат. И клал я на друга убитого, и на то, что заморыш в войне против нас был и убивал людей, и с теми, кто убил жену друга и мою подругу, почти всех друзей, коллег». Пытайся наебать себя, Сириус, но не меня. — Да даже если так, хотя это все хрень собачья, скажи что именно тебя так бесит? — Сириус все же сорвался на крик, — Бесит то, что я не являюсь его палачем? Что у меня наконец случилось что-то хорошее? Он убийца! Думаешь я не знаю? Будешь тыкать мне этим до скончания века? Просто, блять, Джеймс, но он же помог нам в итоге, без него мы бы не выиграли войну... Сириус осекся, понимая, что практически процитировал слова Дамблдора на суде. Опустил руки и тяжело вздохнул. Пришло осознание, что ни черта он сейчас не докажет, и не потому, что слов мало, или аргументов недостаточно, а потому, что Джеймс, к едреной матери, прав и все так. — Я не знаю, — тихо продолжил он успокоившись, — Просто хотелось забыть, наверное. Так было бы проще. — Просто добавь это в свои расчеты. — Я не хочу портить ему жизнь теперь. Действительно не хочу. И понимаю тебя. — Просто подумай об этом. Я не прошу его мучить, избивать, но в твоем идеальном плане ты словно совсем забыл о прошлом. Ты не спрашивал — почему Люпин, почему авада? Сириус засмеялся и полез за сигаретой. — Спрашивал. — И? — Просто мог и сделал. Еще день назад Сириус бы за эти слова захотел бы избить Северуса, заставил бы страдать, а теперь просто какая-то противная досада и горькая неизбежность вставали внутри. — Ага, а продавить там, воспользоваться нашими методами. — Он не врал. Джеймс присвистнул и с охреневшим лицом допил пиво. — Почему не тебя. Ты уж ему поднасрал куда больше остальных. Все еще любит? Сириус не хотел отвечать. Дым мелкой тонкой струйкой тянулся из тлеющей сигареты, закручивался в спирали и растворялся в воздухе. «Сегодня работа с полицейскими. Как они без магии ищут схожие дела?» — После того как удалось развеять скрывающее, я не кидал в него заклятия. Он сказал, что не видел смысла. А про отношение ко мне… скорее ненавидит или презирает, что-нибудь такое. Затяжка. — Я бы и сейчас не стал его убивать. Поставил бы блок, защитил Ремуса. Захватил бы их. Но не убивал. Сириус выдохнул и опустил голову на раскрытые ладони. — И предупреждая прочие вопросы, я не люблю его, и влажных снов, и что ты там мог надумать, про него у меня нет. Просто это моя вина, и, думаю, все это время я пытался не думать об этом. Мне и сейчас ворошить это неприятно. — Сириус сделал еще пару затяжек, обдумывая о том, готов ли наконец рассказать другу. — Он не хотел сходится со мной, это я за ним битый месяц бегал, обещал, клялся. Он открылся мне, доверял, простил, хотя признаюсь, хрен бы я простил кого за то, что мы с ним вытворяли в школе. Он реально любил меня, понимаешь? И знаю, что это зелье, дурман, но мне было с ним действительно хорошо. Он был таким ранимым, а еще злился постоянно, отталкивал, но было как-то иначе. — Сириус сделал глубокий глоток воздуха. — Мы планировали будущее, он в таком гадюшнике жил, впрочем, базу ты еще от Лили знаешь. Но его тело, оно было сплошь в шрамах, иногда что-то всплывало у него в рассказах, и это прям мрак, непроглядный. А потом, представь, что он испытал. «Мне просто было страшно. Я растерялся. Не знал где мои чувства, где зелье, где вина. Было мерзко от случившегося. Будто кто-то залез, вселился в меня и управлял мной. Украли, изнасиловали. Просто хотелось вернуться туда, где все было понятно и легко и Северус мне там был не нужен». — Я не готов был к такой ответственности и отношениям, не любил, даже раздражение легкое было, словно от меня хотят того, что я дать не могу. Но я ведь был его первым, я — школьный враг номер один, ну или два; человек, что издевался, унижал. Он мне открылся, доверял, а потом оказалось, что все это было фикцией, ненастоящим. Джеймс проверил часы и кашлянул. — Мне пора в архив. Прошу заметить и оценить, как отменно я испортил тебе весь настрой, но признаюсь — не чувствую особой вины. Это изначально было диким решением, и я говорил об этом. Понимаю, что выбора особого не было, но он убийца, пожалуйста помни об этом. Что бы не произошло в прошлом, какие косяки ты бы не совершил, ни Ремус, ни прочие не были в этом виноваты. — Лучше бы убили меня? — Ой блять, иди ты лесом. Сам прекрасно понимаешь, что это не так. Сириус, прекращай, ты вообще не в ту драконью пещеру пошел. Повторюсь, не забывай кто он. Это не восемнадцатилетний нюнчик, что только что лишился девственности и изнывает от безответной любви к тебе. Это чертовски опасный зельевар и бывший пожиратель. Кто знает какие еще у него тузы в рукаве и зачем он понадобился Малфою.