Ради любви

      Воробей лениво открыл глаза. Утреннее солнце, заглядывающее в шалаш слепило не на шутку, и оттого захотелось снова закрыть глаза. Джек попытался развернуться, чтобы проклятая звезда перестала наконец пытаться сделать его слепым.       Воробей почувствовал, что не может пошевелиться, потому что рука Барбоссы даже во сне держала его крепко за талию. Джек вспомнил вчерашний вечер и краска вдруг сразу украсила его и без того смущенное лицо.       Хорошо что чертов Барбосса не мог этого видеть.       Мысль о надоедлевом пирате, лежавшем сейчас рядом позволила губам Джека сложится в улыбку.       — Хочешь сбежать, Джек? — Воробей почувствовал, как хватка на его талии стала сильнее. Барбосса проснулся.       — О, ты даже представить не можешь, как я скорее хочу поскорее сбежать, — Джек развернулся на другой бок и посмотрел в голубые глаза. Джек поверить не мог, когда понял, что Гектор улыбается.       Стоит сказать, что простую улыбку Джек почти никогд не видел на лице пирата, лежавшего сейчас рядом и улыбающееся, как довольный кот, съевший по меньшей мере пинту сметаны.       — Ну так беги, — Гектор убрал руку с тела Воробья.       — Ещё чего, — Воробей схватил Барбоссу за запястье и положил руку на место, — так то лучше!       — Капитаны! — Джек подскочил на месте, быстро встав на ноги, а Барбосса притворился спящим. Гиббс приближался к шалашу и Воробей успел выскочить наружу, на ходу накидывая камзол на голое тело. Рубашку-то он вчера отдал Сирене.       — Чего ты орешь! — шикнул Джек.       — Извините, капитан, — прошептал старпом, — я хотел узнать, проснулись…       — Говори громче, Гиббс, — Воробей покачнулся на месте, — я ничего не слышу!       — Сэр, какие дальнейшие действия?       — Кхм, — Джек задумался, — пока что останемся на острове на неопределенное время, а пока… А пока придется найти пропитание, ну и пресную воду.       — Понял, сэр, — Гиббс уже собирался уходить, но жестом попросил Джека подойти. Тот закатил глаза, но все же пошел рядом с Гиббсом.       — Я хотел узнать, у капитана Барбоссы все в порядке?       — Думаю, что у него-то как раз все в порядке, — ухмыльнулся Джек, но тут же сделал безучастное лицо, — а почему ты спросил?       — Ночью он долго сидел на берегу, несколько часов… И не обращал на нас никакого внимания…       — Ночью, кхм, — Джек задумался, — ну ладно, иди тогда, ну, что вы там обычно делаете утром. Сегодня соберем совет…       — Совет, сэр? — Гиббс был в полном недоумении.       — Гиббс, — Джек посмотрел, что тот отвернулся, — идите готовить завтрак, мы с Гектором сейчас придем.       — С Барбоссой?       — Ты глух, Гиббс?       — Извините, — Джошемми виновато опустил голову и ушел. Джек закусил губу. Неужели старина Гектор был против вчерашнего рандеву?       Воробей вспомнил, как влажные губы целуют его, а руки держат за спину с силой прижимая к себе.       Нет, это Джек ни с чем не мог спутать.       — Эй, — Воробей заглянул в палатку из листьев, Барбоссы там не было, — вот же…       Гектор стоял у штурвала корабля и загадочно смотрел вдаль. Тут он достал из кармана зеленое яблоко и откусил довольно смачный кусок. Джек поднялся на борт, предварительно оглядевшись, чтобы никто, не дай бог не увидел, как они поднялись на корабль.       — Ну и? — Воробей улыбался и довольно покачивался.       — Что «и»? — Барбосса развернулся, все еще держа в руках яблоко.       — Мы будем обсуждать как-то, что произошло между двумя взрослыми мужчинами… Ну знаешь, в палатке… — Джек сиял, даже не подозревая, что сейчас получит довольно сильную пощёчину. Не буквально, конечно.       — Понятия не имею о чем ты, — Барбосса безразлично пожал плечами, рассматривая мужчину напротив.       — В каком смысле? — Воробей не поверил своим ушам, — только утром ты не хотел выпускать меня из объятий, а сейчас вываливаешь мне «понятия не имею, о чем ты»?       — Слушай, — Гектор закатил глаза, — все, что случилось (или чего не случилось) это было… Глупостью. Я знаю, как ты голоден до плотских утех, и поэтому глупо полагать, что ты действительно что-то испытываешь ко мне. А даже если так…       Воробей напрягся и даже сложил руки в замок.       — … Я просто тебя не люблю, и никогда не смогу любить.       — Так ты трус? — Джек приподнял бровь.       — Я трус? — видно, что это очень задело Барбоссу, и Воробей понял, куда стоит давить.       — Да, — Джек начал подходить к нему, — ты был трусом, когда зашел на борт Распутной девки и как устроил саботаж, — Воробей стал приближаться к Барбоссе, как кошка, которая готовилась к броску, — ты был трусом, когда влюбился, когда оставил свою возлюбленную беременной, потому что, дай подумать, — Джек сделал паузу, — потому что ты просто испугался.       — Закрой рот, — Барбосса начинал заводиться, — закрой свой поганый…       — Ты трус, Гектор, — Воробей подошел почти вплотную, — ты всегда им был. И единственный раз, когда ты не струсил, это когда захотел спасти свою дочь. А в остальном же… Ты не лучше трюмной крысы, которая бежит от страха…       Воробей прикоснулся губами к губам Барбоссы, но тут же почувствовал толчок в грудь и в плечо ударилось откусанное яблоко.       — Ничтожество, — прошипел Гектор, отходя от Воробья как можно дальше.       — Согласен, — ухмыльнулся Воробей, стараясь не показывать, что это действительно задело его за живое. Ведь все, чего хотел Воробей, чтобы Барбосса жил, чтобы дышал, чтобы своими фразочками сводил с ума и заставлял раздражаться по любому поводу.       Ну же, Джек, ты же получил, чего хотел.       Барбосса жив и даже целовал тебя прошлой ночью, но отчего же ты не рад?