Демонические игры.

— Глупышка. Мы, демоны, не можем заразиться от людей, — поглаживая тёмные волосы, низким голосом прошептал он. — И всё же! Не стоит рисковать. — Так переживаешь за меня? — рассматривая розовые, словно роза, губки, парень сглотнул слюну, отчего кадык незамысловато дёрнулся, выдавая небольшое волнение, видимо, сдерживает себя. — Конечно, идиот, — заботливо улыбнулась Мари, вызывая смешок парня. — В таком случае, мне сейчас просто необходим твой поцелуй, иначе я потеряю сознание. — Размечтался! — гордо усмехнулась она, рывком выскальзывая из-под мужского тела. Нет, не то чтобы она не хотела целовать его, но подразнить всё-таки хотелось. Она прекрасно понимала, что просто так он её не отпустит. Немного остринки в отношениях никому не помешают. У них это было что-то вроде игры. Она — беззащитная мышка, которая пытается сбежать, а он — грозный кот, которому всегда удаётся затащить добычу в своё логово. Как Мари и подозревала, далеко уйти не получилось. Кошачьи инстинкты сделали всё за парня, отчего он резко дёрнул женскую руку, возвращая её на кровать. Мари даже вскрикнула от неожиданности, когда почувствовала резкий рывок с его стороны. Он бы никогда не упустил возможности произвести на неё впечатление, но в этом случае он явно переборщил. Дюпен-Чэн не могла не признать, что хотела бы, чтобы он делал это почаще. — Знаешь ведь, что не уйдёшь от меня, так зачем сопротивляешься? — Просто захотелось подразнить одного непослушного котика, — быстро придя в себя, язвит, но с нескрываемым обожанием, девушка. — Я же прекрасно вижу, что ты тоже хочешь этого. — А я и не скрываю, — только Кот хотел вцепиться в её губы, как в дверь настойчиво постучали, затем послышался голос Нино. — Ребят, завтрак готов. И предупреждаю, мы не будем долго ждать, — Нуару хотелось лишь прорычать на незванного гостя, который прервал такой прекрасный момент, но ему с сожалением пришлось признать самому себе, что вставать с постели всё-таки надо. Нескрываемые нотки злости и грусти отпечатались в его глазах. — Не делай такое лицо, иначе я заулюлюкаю тебя, — вновь посмеялась брюнетка, растрепав и так беспорядочные пряди блондинистых волос. — Вот вернёмся домой, можешь хоть день и ночь меня целовать, — с лёгкой улыбкой пробубнила она, натягивая на себя бриджи. — Ну знаешь, одними поцелуями я бы не ограничивался, — загадочно добавил парень, поиграв бровями. — Тем более, скоро у тебя день рождения… — А причём тут… — не договорила Мари, пытаясь переварить, как пошлые мысли Нуара связаны с её днём рождением. Но потом её словно током прошибло. Точно, и как она могла забыть о их маленьком условии? Щёки от осознания того, какой подарок он может подарить ей на праздник, медленно расцветали красным оттенком. Парень уже с нескрываемым наслаждением наблюдал за её мыслительным процессом. Всё новые и новые фантазии посещали её «невинную» головушку, отчего лицо уже становилось похожим на помидор. — Извращенец! — крикнула Мари запуская в кота подушку и стыдливо прикрывая лицо ладонями. Ох, что она там напридумывала… Думаю, это даже комментировать не следует, иначе придётся ставить ограничение NC-21. — Не знаю, что ты там себе такого нафантазировала, но я не виноват! — смеясь, заверил Нуар, понимая, что его девушка, видимо, перепутала свои фантазии с реальностью. Да и она сама определённо сообразила, что кинула в него подушку буквально ни за что. — Это было явно что-то… Сильное. Не поделишься своими извращёнными мыслями? — Нет! — отрезала девушка, вскакивая с кровати и желая как можно быстрее удалиться из комнаты, лишь бы не ощущать на себе этого насмехающегося взгляда. Завтрак был, думаю, самым стандартным. Яичница с овощами. И вкусно, и сытно, и быстро. Все молчали, тишину разрезали лишь звуки соприкосновения столовых приборов о керамическую посуду. Первым этой тишины не выдержал Оскар. — Ребят, нельзя оттягивать решение. Мы должны что-то сделать, потому что прятаться здесь в ожидании того, что всё само разрешится, бесполезно. — Он прав. Нам нужно решать проблему, пока всё не стало ещё хуже, — поддержала Алья, отложив завтрак. — Но что мы можем сделать? Если мы пойдём напрямую, то все ополчатся против нас. Обществу проще найти того, кого можно во всём обвинить, и скинуть на него своё негодование. Сейчас ими управляет страх, а не здравый рассудок, — заключила Мари, присоединяюсь к разговору. — Как я уже говорил, нам нужно сделать так, чтобы все перестали доверять мэру. Чтобы они нашли того, кому можно доверять. — Хэй, а разве твой отец не был знаком с мэром? Они были довольно хорошими приятелями, я думаю, Габриэль может знать больше, чем кто-либо другой, — от слов Нино Нуар едва не поперхнулся, видимо, эта идея была ему не по душе… — Что! Нет! Даже не думай! Я могу справиться и без помощи отца. Мне его услуги ни к чему! — как-то слишком резко и злобно произнёс он. У них явно не самые хорошие отношения, ведь в ином случае зачем так бурно реагировать? — Ну вообще-то идея неплохая. Он в самом деле может нам помочь. — Алья, и ты туда же?! Даже не думайте. — Но почему? У нас нет других идей. — Да! Придётся довольствоваться тем, что у нас есть, — подключились остальные. Коту явно не нравилось, что никто даже не пытается его послушать. — Я уже сказал нет! Надо придумать что-нибудь другое. — Слушай, бро, я, конечно, понимаю, бунты в подростковом возрасте и всё такое, но может ты засунешь свою гордость куда подальше и просто обратишься за помощью к отцу? — Пф, и не подумаю. Я скорее сгнию в тюрьме, нежели попрошу его о чём-нибудь. — А о нас ты совсем не думаешь?! — с криком вскочил из-за стола Нино, отчего все, кроме Нуара, разом подскочили. — Снова включаешь безмозглого и эгоистичного придурка, который думает только о себе! — Так вот как ты обо мне думаешь, — с язвой в голосе утвердил парень, сверля взглядом янтарные глаза. — Я не думаю, а говорю начистую! Ты сам не понимаешь, как отвратительно ведёшь себя?! Тебе самому не противно осознавать свои поступки?! Я просто не могу понять, как можно быть таким! — Ну уж простите, что не угодил вашему величеству! — Эй-эй! Ребят, спокойнее. Ссоры не помогут нам решить проблемы! — поднялась из-за стола Алья. — Я просто пытаюсь вдолбить в его тупую башку, что наша жизнь важнее его бессмысленной гордости! Но он, похоже, так совсем не считает! Ему просто плевать, что с нами произойдёт! — Я никогда так не говорил! — Если ты не говорил, то это не значит, что тебе не наплевать! Сейчас я прекрасно вижу это. Ты возвышаешь свою гордость выше наших жизней! Ты просто самовлюбленный придурок! — Что ты сказал?! — Что слышал! — Нуар уже вышел из-за стола, дабы наглядно показать другу, что иногда лучше держать язык за зубами, но Оскар, явно устав от бессмысленного спора, остановил блондина. — Так! А ну-ка успокоились! Вы оба полные идиоты, раз спорите в такой ситуации! — Нуар лишь грозно прорычал, пытаясь успокоить внутренних демонов, что желали поскорее выпустить всю злость наружу. — Да пошли вы все к чёрту! — проорал он, ретируясь из кухни в их с Мари комнату. В кухне воцарилось гробовое молчание. Все как ни в чём не бывало продолжили завтракать. Кот с силой хлопнул дверью, чувствуя, как острые когти злости царапали полости сердца, оставляя неровные порезы. Адреналин закипал в крови, хотелось врезать кулаком в бетонную стену или просто истошно прокричать на весь этот чёртов мир, но он сдерживался. Если сильно разбушуется, то добром это точно не кончится. Не только для Нино, но и для всех остальных. И как бы он не был зол на брюнета, он не хотел причинять ему боль. Эта мысль заставляла голову оставаться хоть в каком-то здравом уме. Тяжело дыша, блондин зарылся в свои волосы, с силой сжимая растрёпанные локоны, отчего капля слезы, то ли от боли, то ли от обиды, прокатилась по щеке, заменяя демонов ненависти на демонов обиды. Теперь они не только царапали сердце, но и разрывали душу. Остатки адреналина прокатывались по всему телу, заставляя конечности беспорядочно трястись. Открывшаяся рана возобновила старые воспоминания. Нуар пораньше возвращается со школы, как всегда сбежав с последних уроков. Да, он любил время от времени пропускать занудные занятия. 16 лет как-никак. В этом возрасте у всех просыпаются внутренние бунтари. И Кот не был исключением. Он всегда считал, что лучше потратить время на что-то более полезное, чем заучивание никому не нужных формул. «Нет, ну серьёзно, кому это надо? Мне это не пригодится, » — именно так оправдывал себя парень, сбегая с очередной тройки уроков физики, химии или географии. Я думаю, каждый рано или поздно рассуждал именно так. Непонятные уравнения, способы нахождения X, Y и ещё многое другое. В большинстве моментов это в самом деле кажется чем-то бесполезным. Нуар осторожно проскользнул через гостиную, поднимаясь на второй этаж в свою комнату. Родители вряд ли одобрят его порывы доказать, насколько бесполезны уроки. Небрежно скинув с плеча рюкзак, он поднял глаза и сразу встретился со взглядом явно недовольного отца. М-да, всё должно было быть как обычно. Габриэль отчитает сына, последний лениво выслушает нотации о том, что ему нужно браться за голову, чтобы нормально закончить учёбу и поступить в ВУЗ, в общем, по мнению самого Нуара — полная скукотища, которая, кажется, длится вечность. Во избежание наказания он скажет, что такого больше не повторится, но все знают, что эти слова он бросает на ветер. Но в этот раз всё явно пройдёт по-другому, ведь есть одна маленькая, на первый взгляд, деталь. Личный дневник парня в руках отца. М-да, не лучшая картина. Нуар начал вести этот дневник ещё год назад, когда понял, что терпения на постоянные ссоры у него уже нет. Он мельком где-то слышал, что такие дневники помогают справиться с эмоциями. Изначально парень считал, что это полная ерунда, но решил всё-таки попробовать. А что ему терять? И с удивлением осознал, что это в самом деле помогает. Он мог просто выплеснуть все эмоции на страницы бедной книжки. Она не была какой-то особенной. Обычный тёмно-зеленый дневник с чистыми листами, которые вскоре заполнились гневными проклятиями и негодованием по отношению к отцу. Именно к нему, ведь постоянные ссоры были только с ним. Да, и с другими тоже были ссоры, но не такие серьёзные, и бывали они очень редко. А вот отец — это отдельная история. Он всегда требовал от сына того, что последнему добиться было трудно. Вечно высказывал своё мнение о том, какой его отпрыск безответственный и невежественный. Сначала эти слова делали больно, но затем парень привык к постоянным пререканиям в его сторону и уже не скрывал своего пофигизма. Когда отец пытался как-то донести до несозревшего сознания, что в этой жизни не стоит расслабляться, что нужно всегда быть на чеку, что учёба должна быть превыше всего, блондин откровенно игнорировал. В таких случаях ему приходилось терпеть придирки к тому, какой он безмозглый и несозревший. Обычно Нуар просто надевал наушники, показывая, что этот разговор его вовсе не интересует. А стоило Габриэлю закатить глаза и развернуться, дабы выйти, как Кот показывал в его спину средний палец, упиваясь своей победой. Короче говоря, настоящий подросток-бунтарь. Именно в дневнике он писал всё, что сказать был просто не в силах. И вот сейчас, Агрест-старший сидит на его кровати, явно прочитав больше половины всего написанного и наверняка узнав о себе много нового… — Какого чёрта?! — грозно прорычал парень, подбежав и выхватив дневник из отцовских рук. — Ты не имеешь никакого права брать мои личные вещи! — Ну вообще-то я твой отец. — От отца одно слово, — пробубнил Нуар, закидывая дневник в самую глубь тумбы. — Что ты сказал? — Ничего. Убирайся отсюда подобру-поздорову. — Знаешь, а я и не думал, что мой сын такой трус, — неожиданно произнёс Габриэль, заводя разговор в другую сторону. — Оболтус, безответственный мальчишка — так я называл тебя раньше, но теперь осознаю, что на самом деле ты настоящий трус. — Почему ты так решил? — Ты же боялся сказать мне всё в лицо, верно? Писал всё в этой бесполезной книжонке, вместо того, чтобы нормально поговорить, — Кот медленно закипал, осознавая, что сейчас его читают, как раскрытую книгу. Неприятное, очень неприятное чувство. — Если бы кое-кто нормально относился ко мне, то я, может быть, и поговорил бы. — А как мне ещё относиться к тому, кто никогда не воспринимает мои слова всерьёз? Вечно ведёт себя как маленький, капризный ребёнок? — А как мне относиться к отцу, который только и делает, что покрывает меня оскорблениями? — Если бы кое-кто вёл себя нормально, то не слышал бы оскорблений. — А если бы кое-кто был нормальным отцом, а не последней сволочью, то я бы и вёл себя нормально, — повернувшись лицом к собеседнику, парень уверено подошёл к нему. Габриэль завёл руки за спину, сжимая руки в кулаки. Злится. — Не маловат ли ты, чтобы на отца скалиться? — Не маловат. — Мне не нравится твоё поведение. — Я тоже от тебя не в восторге, знаешь ли. — Что вы себе позволяете, Адриан Агрест? — Что хочу, то и позволяю. — Эх, в очередной раз убеждаюсь, что из тебя не вырастет ничего стоящего, — грозно пробубнил мужчина, смотря на сына холодным взглядом. Эти слова… Тогда они ударили по самому больному. — Может, мне тогда уйти? Зачем тебе такая обуза? Только стыд и ничего другого. Сам же мне это сотни раз повторял. — Я же знаю, что ты не уйдёшь. Так что оставь свою гордость и успокойся. — Почему ты так уверен, что я не уйду?! — Потому что ты только и умеешь, что бросать слова на ветер. — Я…! — парень не успел договорить, потому что его сразу же перебили. — Что ты? Собираешься доказывать, что это всё ложь? Сам же прекрасно понимаешь, что я говорю правду. Сколько раз ты говорил, что возьмешься за голову? А сколько раз обещал, что не будешь прогуливать? И каждый раз мне приходится осознавать, что ты просто патологический лжец! — эти слова выбили Нуара из колеи, заставляя злость копиться в глубине души. — Что ж, раз у нас сегодня вечер серьёзных разговоров, то я скажу то, что мечтал сказать всю свою жизнь. Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, — отчеканил он по словам, чувствуя невероятное удовольствие от сказанных слов. — И я никогда не пойму, за что мама полюбила такого холодного демона, как ты! — Можешь утверждать всё, что угодно, но я знаю, что рано или поздно ты придёшь ко мне, чтобы извиниться и попросить помощи. — И не мечтай! — Я и не мечтаю, я знаю что так всё и будет, — всё. После этого разговора они не общались вообще. Нуар просто переехал в дом, который купили им с друзьями их родители. Кот был не в восторге от того, что отец вложился туда, но это лучше, чем жить в одном доме с ним. С тех пор прошло два года, а они не обменялись даже парой слов.