глава 3
27 мая 2020 г., 22:59
Сумерки медленно сползали на город, уверенно отвоёвывая свою территорию. Сначала Хэппи думал, что девочка проснётся к обеду. Растущий организм потребует еду. Затем приготовил ужин на двоих… Но Кэтти всё спала. Изначально тревожный, с горькими всхлипываниями сон постепенно стал более глубоким спокойным. Девочка расслабилась. Даже немного разрумянилась.
Хэппи задумчиво потер подбородок и вновь уткнулся в монитор. Вот уже полдня мужчина шарился на просторах интернета, отвлекаясь на рабочие звонки да кофе. Читал. Сохранял вкладки. Делал пометки в своём рабочем блокноте, периодически почесывая карандашом кончик уха. В результате он перечитал массу статей о насилии над детьми в семье, связался со своим юристом, вкратце обрисовал проблему, но не вдаваясь в подробности, заполучил личный номер руководителя службы по делам несовершеннолетних, который уже был предупрежден и ждал звонка Хэппи. Мужчина ритмично постукивал карандашом по столу, нерешительно косясь на набранный на экране номер телефона, и никак не мог принять решение. Нажать на вызов и… Что? Сдать девочку соц.службе? Конечно, его стараниями всё будет сделано быстро и практически безболезненно для девочки. Кэтти определят в хороший детский дом, в котором она не задержится, а затем пристроят в надежную благополучную семью. Пристроят… Слово-то какое… Или… Что? оформить опеку на себя? Так будет надёжнее… Спокойнее. Но вот согласится ли на это Кэтти?
В итоге так и не приняв решение, Хеппи с раздражением отбросил карандаш в сторону и отключил телефон. Вот проснётся сопящая в соседней комнате пичуга, и вместе решат: что делать и как быть? А пока, Хэппи в этом был абсолютно уверен, лучше подождать. Авось судьба сама подкинет решение. Ну или хоть намёк на правильное направление… Он потёр переносицу и устало облокотился о спинку кресла. Живот возмущенно заурчал, напоминая о несправедливо забытом и давно остывшем ужине. Но голод вновь пришлось отодвинуть на второй план, поскольку, едва Хэппи шагнул на кухню, раздался звонок в дверь.
— И кому это дома не сидится? — раздраженно рыкнул он, открывая дверь, и опешил: — Тони? Ты чего это тут делаешь?
— Мне нельзя навестить друга? — Старк приподнял бровь и уверенно прошёл в квартиру. — Вообще, я пришёл узнать, с чего это ты выходной взял так неожиданно? Два года работал и вдруг…
— Сам Тони Старк заинтересовался моими делами? С чего бы вдруг?! Я, знаешь ли, за два года отпуск точно заработал.
— Отпуск? Так внезапно? Хэппи, я тебя не узнаю! Какая причина? — помрачнел миллиардер, филантроп и как там дальше.
Хэппи приложил палец к губам, призывая к молчанию, и устало поманил Старка за собой. В небольшой гостевой комнате, освещённой голубоватым светом ночника, спала девочка.
— Вот моя причина.
— Девочка? Но… У тебя вроде племянник только, — зашептал Старк.
— Я её утром в парке встретил. И… не смог пройти мимо. Сам не знаю почему. Она сбежала из дома.
— И? — Старк удивленно всплеснул руками. — С чего тебя потянуло на такие поступки? Такая внезапная привязанность к незнакомому ребёнку?
Тони на цыпочках подошёл к постели и, взглянув на девочку, поджав губы, сразу понимания мотивы друга. Малышке и впрямь досталось от жизни.
— Я позвоню в службу, когда она проснется, — Хэппи выпроводил Старка из спальни и притворил дверь. — Не уверен, что смогу о ней заботится…
— Что ж… Смотри, чтоб она к тебе не привязалась, — Тони развернулся, считая, что любопытство он своё удовлетворил, и делать ему здесь больше нечего.
— Вспомнил! — неожиданно воскликнул Хэппи, радостно шлёпнул себя по лбу ладонью: — Я вспомнил, кого она мне напоминает! Твою дочь!
Старк резко обернулся, сжимая руки в кулаки. Воспоминания нахлынули, словно цунами, сметая всё на своем пути.
— Нет! Нет, нет и нет! — он будто кричал… шепотом. Но эффект не терялся. — Она мертва! Она умерла 5 лет назад! Это не может быть она!
— Я и не говорю, что это она, — испугавшись реакции друга, поспешно возразил Хэппи. — Просто она мне напомнила её. И всё! Особенно глаза…
— Г-глаза? — заикаясь переспросил Старк.- Ч-что значит «особенно глаза»?
— Фиолетовые. Такой цвет не часто встретишь. Так, Тони, не бери в голову. Зря я это сказал! Пойдем, — он увлёк друга на кухню, суля самый вкусный в мире кофе и попутно уточняя перспективы получения отпуска.
— Я подумаю, — хмуро отрезал Старк, отводя в сторону покрасневшие глаза. В голове мелькали события пятилетней давности. — Кто "самым вкусным кофе" грозился меня напоить? Ты же знаешь, я к кофе люблю десерт!
— Ну… У меня есть хлопья, — невинно улыбнулся Хэппи и, посерьезнев, добавил: — Я хотел выйти за продуктами, но вдруг она проснётся?
— Так я же здесь. Я могу посидеть, пока ты ходишь. Ребёнок проснется. Чем кормить будешь? Вечно у тебя пустой холодильник.
— Ничего не натворишь? — Хэппи с сомнением взглянул на друга. Старк шутливо поднял руки в знак того, что ничего не произойдет. Хэппи подозрительно прищурился: — С чего это ты предложил посидеть с ребёнком?! Ты ведь ненавидишь детей!
— Я не люблю детей, которые надоедают, — Тони многозначительно поднял указательный палец вверх. — А эта спокойно спит и никого не трогает.
— Логично, — всё ещё недоверчиво косясь на друга, согласился Хэппи. — Тогда я пойду.
Как только лифт характерно громыхнул закрывающими дверями, Тони поспешил в комнату девочки. Крадучись, почти не дыша, Старк добрался до кровати и достал из кармана маленький складной ножик.Окинув девочку взглядом, мужчина легким, аккуратным движением откинул волосы, открывшийся участок шей не светился в свете ночника положенной белизной, а отливал чернотой. Старка передернуло. Один сплошной синяк. Он мотнул головой, словно отгоняя морок: «Нет, нет, нет! Этого не может быть! Ну, не могла моя дочь выжить! Не было у неё шансов! Ни у кого не было!» В горле застрял ком. Он провёл пальцами по волосам, отделяя одну прядь и резко её отсекая. Спрятав дрожащими руками отрезанный локон в карман, он поспешно покинул комнату, унося с собой призрачную надежду.
***
Кэтти проснулась от шороха. — Разбудил? — Хэппи улыбнулся и положил аккуратную стопку чистого белья на прикроватную тумбочку. — Выспалась? — В первые за долгое время, — девочка потянулась. — Вот замечательно. Тогда прими душ. А я пока завтрак соображу, — и вышел из комнаты, оставив девочку одну. Кэтти заинтересованно осмотрелась. Вчера ей было совсем не до того. А вот сегодня пришло время познакомиться с обстановкой. Комната очевидно принадлежала мальчишке. Видимо, тому самому племяннику, т.к. на полках нестройным рядом красовались награды по футболу, машинки и прочая совершенно мальчишеская мелочь. Стены украшали различные постеры к фильмам. Душ бодрил, а запах каши призывно звал на кухню. Девочка уселась на высокий табурет с немым изумлением рассматривая дымящуюся перед ней тарелку овсянки и стакан сока. Впервые ей кто-то готовил завтрак. Нос защипало, и Кэтти непроизвольно шмыгнула, сдерживая слезы. Хэппи сидел напротив и молча читал вчерашний вечерний выпуск газеты, прихлебывая горячий кофе. — А который час? — стараясь скрыть проступившие эмоции, спросила Кэтти. — Часов шесть утра, — и взглянув на часы на стене, поправил себя: — Половина седьмого. — Мммм… Кэтти отпила сок, думая, как ещё можно завязать разговор и, наконец, спросить о том, что её беспокоило. Словно услышав мысли девочки, Хэппи отставил чашку в сторону и заговорил сам: — Я хотел спросить: ты ведь не хочешь возвращаться к… опекунам? Так? — и дождавшись утвердительного кивка, продолжил: — Хорошо. Значит… Его перебил телефонный звонок. Хэппи взмахнул указательным пальцем, словно прося о паузе, и ответил: — Да, Тони… Но почему?.. Срочно?.. Что?.. Ла-а-адно… Хорошо… Дай полчаса. Хорошо. — И убрал телефон в карман. — Меня срочно вызывали на работу. И тебе придётся поехать со мной. Все разговоры: важные и не очень, отложим до вечера. Доедай, а я пойду тебе что-нибудь из тёплого найду. Хэппи вернулся минут семь спустя, как раз тогда, когда Кэтти домывала за собой тарелку. — А-ну, примерь-ка это, — он протянул Кэтти свою «добычу». Ей оказался мягкий пушистый свитерок в бело-серую полоску. На груди вышито слово «Quidditch» и золотой снитч. — Нормально? — Отлично! — девочка почти с благоговейным трепетом коснулась красивой вышивки. Хэппи ласково потрепал ее по голове: — Ну, тогда обувайся, и пошли.
