Дом лающего енота

В тот день Эдгар Аллан По проснулся с предчувствием. Он не мог точно сказать, хорошее оно было или плохое, но с самого момента пробуждения ожидание нависло над ним, лишь еле заметно давя на плечи, но всё-таки мешая сосредоточиться на рутинных делах. Из-за этого утро получилось скомканным и непривычно странным. Это ощущение неправильности не смогла развеять ни привычная яичница с тостом, ни гигантская кружка зелёного чая, которую По влил в себя практически залпом, чтобы наконец разлепить глаза и сорвать с сознания мутную пелену сна. Окончательно проснуться Эдгару помог телефонный звонок. По так и подскочил на стуле, едва заслышав мелодию, раздававшуюся в его квартире не чаще пары раз в месяц, и то лишь в случае, когда он забывал позвонить приёмным родителям. Агент из издательства, где печатались его рассказы, предпочитал связываться по электронной почте. Университетские товарищи По – Люси и Марк - обычно писали ему в чатах, так что сейчас он даже и представить не мог, кто звонил. Ручной енот Карл мигом соскочил с его колен и осуждающе зашипел. В качестве извинения По отдал ему остатки тоста и, лишь заслышав довольное урчание, поспешил к телефону. Пару секунд Эдгар таращился на телефонную трубку как на ядовитую змею – только нажми кнопку, и она тут же впрыснет свой яд, который мгновенно проникнет в кровь, распространяя по всему телу едкий страх. С тяжёлым вздохом По всё-таки принял вызов. Но на том конце провода царила абсолютная тишина, не нарушаемая даже лёгким звуком дыхания. Выждав на всякий случай ещё несколько секунд молчания, По повесил трубку. Казалось бы, на этом всё и должно было закончиться. Но предчувствие не отпускало, всё ещё обнимая за плечи и заставляя терять терпение. По снова поставил чайник и включил телевизор. Обычно он находил канал, где крутили музыку, неважно какую, главное, что был шумовой фон, который помогал отвлечься от посторонних звуков, и доставал блокнот. Вне дома По мог писать на чём угодно, иногда притаскивая в квартиру целые карманы исписанных мелким почерком салфеток или делая заметки даже на собственной руке. Но если была такая возможность, Эдгар предпочитал сначала использовать именно блокнот, чтобы позже не путаться в собственных записях, а уже потом перепечатывать тексты для отправки в издательство в электронном виде. В этот раз музыкальный канал всё никак не желал отыскиваться, и По остановился на каком-то чёрно-белом фильме. После пары исписанных страниц блокнота фильм прервался выпуском новостей. Эдгар краем уха перехватывал информацию о растущем курсе йены, тающих ледниках в Антарктике и каком-то громком процессе, где оппоненты с завидным постоянством таскали друг друга по судам вот уже несколько лет, но закон до сих пор не сумел рассудить, кто прав, а кто виноват. Но даже воспринимаемая лишь фоновым шумом, эта информация проникала в сознание По, мгновенно рождая там всполохи мыслей и образы новых идей, пока ещё не оформившихся в фабульное единство. Они до поры до времени вызревали в его блокнотах, распиханных по всем углам квартиры, чтобы однажды стать частью чего-то большего, найдя своё место на страницах его новелл или проникнув очертаниями смыслов в стихотворения. «А что если…» - проносилось в голове у По. Он быстро перелистывал пару страниц блокнота и записывал новые мысли на чистом листе, чтобы вернуться к ним позже. Первые идеи для новелл преследовали Эдгара Аллана По ещё с детства. Он засыпал с ними, прислушиваясь к тихим шепоткам в ночи, а утром открывал глаза от их назойливого шебуршания. Вокруг него, сколько он себя помнил, кружились отголоски других миров и чужие судьбы, страстно желающие быть преданными огласке. Но обычно они вели себя довольно мирно и не доставляли особых хлопот, если По уделял им достаточно внимания, прилежно записывая в блокнот и год за годом набивая руку в сочинительстве. Эдгар привык сравнивать их с маленькими юркими рыбёшками. Идеи ненадолго выныривали на поверхность из заросших тиной вод тихого прудика, пару минут маняще блестели чешуёй на самом краю сознания, а потом снова уходили на глубину. И если не успеть их вовремя поймать и перенести на бумагу, может статься, они больше никогда и не вернутся. Но мирное сосуществование продолжалось относительно недолго. Спокойное течение утра вскоре было вновь нарушено. На этот раз звонили в дверь. По отнёс Карла на диван в комнате и пошёл открывать. Если енот был не в духе, то мог вести себя с гостями просто отвратительно. После нескольких его проделок Люси и Марк наотрез отказались приходить к Эдгару домой, предпочитая встречаться где-нибудь на нейтральной территории. Но они не хотели обижать По, поэтому у Люси неожиданно обнаружилась аллергия на шерсть, хотя от своей кошки девушка и не спешила отказываться. А у Марка, который лишь время от времени баловался фрилансом, по особым праздникам помогая старшему брату с газетой, прямо перед встречами вдруг обнаруживался завал на работе. Кто же знал, что именно выходками, доводящими всех гостей По до белого каления и панической боязни енотов одновременно, Карл однажды спасёт своего хозяина! За дверью к вящему удивлению Эдгара стояли двое полицейских. Предчувствие сдавило лёгкие тисками, мешая вздохнуть свободно. Но дверь всё равно пришлось открывать, пока в голове стучала одна-единственная мысль, возникающая в голове у каждого законопослушного гражданина при виде стражей порядка: «и где я накосячил?!». -Родителей нет дома, - ляпнул По, лишь бы не молчать. -Эдгар Аллан По? – спросил один из полицейских, стоя в дверях. Эдгар быстро кивнул, весь обратившись в слух. Полицейские, неправильно расценив его молчание, достали свои удостоверения и протянули ему. По покрутил их в руках, даже не запомнив чужих имён и вернул хозяевам. Ему ещё больше стало не по себе. Вчерашний студент, а теперь нелюдимый писатель, он толком и не знал, как ему поступить в такой ситуации. -Это я, - наконец проговорил Эдгар, покрепче сжав в руке блокнот. Струна предчувствия беспокойно зазвенела у него в груди, уже натянутая до предела и готовая в любой момент лопнуть. -В таком случае, это именно вы подозреваетесь в убийстве. Просим проследовать за нами в участок для ознакомления с предъявленными вам обвинениями! В ушах По раздался грохот. Струна порвалась, обдав пространство вокруг себя печальным звоном и холодным дуновением потревоженного воздуха. Вот и всё. Этого Эдгар и ждал с самого утра. Предчувствие именно этих слов щекотало его нервы и тихонько нашёптывало в самое ухо какую-то бессмыслицу. От нелепости происходящего По чуть не хихикнул совершенно неподобающим образом. И лишь то, что оба полицейских вздрогнули от разрезавшего тишину звона, дало Эдгару возможность понять, что они тоже его услышали. Значит, это не было плодом его воображения, а тогда… -Карл! – воскликнул он и рванул в комнату, ощущая у себя за спиной тяжёлые шаги. Щекочущее ощущение предчувствия вернулось и побежало ему наперерез. Эдгар выронил блокнот из ослабевших пальцев и остановился.