Послевкусие

Наконец осознав весь ужас ситуации, Тони прижимает руки к себе, вжимая ногтями полумесяцы в ладони. — Я... могу все объяснить... — Уж постарайся, молодой человек. — Дотти оборачивается на сына, приподнимая одну бровь. Что означает такое выражение лица Тони не знал и не горел желанием узнать. Гнев? Вопрос? Ненависть? Блондин вжался в сидение, переводя глаза на отца, надеясь получить поддержку, ведь Боб всегда был более снисходительный и добрый... и в отличие от Дотти его эмоции были более понятны подростку. Боб держался за руль, иногда что-то хмыкая себе под нос. Он перевёл взгляд на жену, а потом обернулся к сыну. Было страшно, пока он мягко не улыбнулся. — Не волнуйся... — начал глава семейства, но его перебила блондинка. — В смысле не волнуйся? Ты вообще видел, что произошло? Это же... это же!! — возмущалась Дотти, вскидывая руки. — Я... — хотел вставить слово Тони, но его перебил Боб. — Ничего плохого не случилось, мальчик растёт, влюбляется. Ты же сама понимаешь, что мы бы не смогли удерживать его вечно. А то, что его выбор — Рудольф... ну... мальчик тоже не плохо. — Да при чем тут мальчик или девочка! Рудольф — вампир! Ты вообще понимаешь, в какой может быть опасности наш сын? А если он захочет... захочет.. — И это будет его выбор, Дотти, и мы должны его поддержать, если он решиться на это. — Ч-что? О чем вы? — Весь спор Тони сидел до сих пор вжатый в кресло, быстро перекидывая свой взор с мамы на папу. Родители обернулись на сына, прекращая спорить. Боб перекрутился в кресле и положил руку на плечо сына, дружески похлопывая. — Давайте поговорим дома? Нам ещё двенадцать часов ехать.. нужно беречь силы на дорогу. — Хорошо... мы обязательно поговорим дома. — Дотти отвернулась к своему окну, нервно постукивая пальцами по щеке, пока Боб снова завёл машину и семья тронулась с места. Только тогда Тони смог в какой-то степени расслабится и смотреть в окно на отдаляющийся замок.

***

Рудольф не мог прятаться вечно от своей семьи... как минимум потому, что замок был единственным по близости местом, где можно было укрыться от солнца и не бояться проснуться от диких животных или случайно взявшегося будто из-ниоткуда лучика света. Но можно было запереться в комнате своего друга... то есть теперь парня, и не выходить три месяца. А если Тони больше не приедет? Только сейчас вампир задумался, какую глупость он совершил. Он в прямом смысле выложил все карты на стол рубашкой вниз, а ему ещё ими нужно играть.. Залетев в открытое окно и зашторив занавески, вампир взвыл, падая на кровать. Как не странно она все ещё пахла Тони. Парень полностью укутался в ней, вдыхая чарующий аромат как можно сильнее и глубже. Ну чтож, Рудольф, три месяца без семьи, лишь бы только не начинать этот неприятный разговор. Парень кротко вздохнул, прикрывая глаза.

***

Замок щёлкает, и дверь с тихим скрипом открывается. У Тони рой мыслей в голове, что связанны с возвращением. Да, он давно не видел дом, много всего пропустил в своём городе за лето, и конечно же он скучал по морю... но в то же время это лето стало самым лучшим в его жизни, и он уже скучал по замку, а в частности по Рудольфу, что больше никогда не выйдет из его сердца и разума. Ещё его одолевали сомнения на счёт родителей и предстоящего разговора. Что же будет, если ему запрещай приезжать в замок? Это будет ужасно! От таких раздумий Тони стало ещё хуже, чем ему было до этого. Скинув с плеча тяжёлую сумку, парень уже хотел направиться в свою комнату, но его окликнули родители: — Тони, ты не забыл, что нам нужно поговорить? Сейчас. Блондин рвано вздохнул, меняя своё направление с комнаты на кухню. Он сперва мялся в дверях, а после тихо сел за стол, около которого стояли родители. Несколько секунд было тишина, пока Дотти не выдохнула, скрещивая руки на груди: — Можешь рассказать, что у вас там произошло? Может мы не так поняли? — Думаю вы все так поняли... — врать было бесполезно. Во-первых это было бы некрасиво по отношению к родителям. Рано или поздно правда вскрыться, поэтому лучше сказать сразу... а во-вторых... Тони просто не умел врать. Его выдавали косящие влево глаза, которые он не мог контролировать. Дотти снова выдохнула, присаживаясь за стол. Ее примеру последовал и отец. — Расскажи нам все по порядку... пожалуйста.

***

Долго продержаться Рудольф не смог. Он был не тем вампиром, что могут затворничать по несколько десятков лет. Время от времени Руди общался с Анной и Грегори, которые не упоминали про Тони и о том прошествии, а лишь докладывали общую обстановку в клане и просто общались ни о чем. Фредерик не раз пытался поговорить с сыном, стучался в дверь и ловил в коридорах, когда тот спускался за чем то важным, но кроме криков и ругани он ничего не добился. — РУДОЛЬФ СЕКВИЛБЕКК! Ты должен немедленно зайти ко мне в кабинет и объясниться за случившееся! — Ты и сам все видео, отец! Отстань от меня! — Парень отлетел наверх и в окно, только бы не разговаривать с Фредериком. — Ну уж нет юноша! Я тебя скоро поймаю и мы поговорим как следует!

***

— ...И потом он признался. Поэтому поцеловал. Все.. — Тони смущенно рассказывал все, что происходило у них с Рудольфом, опуская некоторые моменты, которые бы хотел оставить при себе. — И ты ответил? Я же правильно поняла. Ты бы не целовал его, если бы не любил — Дотти и Боб слушали внимательно, не перебивая сына. — Конечно! Я его л... ну нравится... а может люблю. Это сложно, но я точно хочу быть с ним! Но я так понимаю мы больше туда не поедем, так? — блондин опустил голову, пытаясь сдерживать слёзы. Родители переглянулись и улыбнулись. — С чего ты взял? Мы пообещали Фриде приехать на зимних каникулах... — Боб наклонился к Тони, похлопывая его по плечу — но все зависит от того, насколько ты уверен в себе и Рудольфе. Все же ты должен понимать, что это не просто мальчик. Он вампир, а значит он может дать тебе вечную жизнь взамен на солнце и тепло. Если ты согласишься, то ты больше не сможешь передумать. Пообещай, что ты будешь умным и рассудительным, будешь взвешивать за и против... это очень важно, сынок. Тони посмотрел на родителей с улыбкой, поднимая брови — То есть вы не против моих отношений с Рудольфом? — Конечно против! — вздохнула Дотти — но мы не против тебя и твоего выбора. Это твоя жизнь. Но все же не руби с плеча, задумайся, твоя ли это судьба? Хочешь ты так жить? — Я обещаю, что всегда буду думать, прежде чем принимать решения. Да и думать о таком как вампиризм ещё рано... — Улыбка с лица Тони не сходила весь оставшийся день. Осталось только прожить эти три долгих месяца...