Спор, Желание, Вино

Fuge, late, tace*

Беги, таись, молчи

Отчаянные крики разорвали ночную тишину, подобно мечу, рассекающего плоть. Хруст костей, горящие избы, скрежет металла — шел парад смерти, во имя древних богов и новых богатств. Мое сознание не могло выдержать этой душераздирающей картины: я молниеносно, окончательно не осознав для себя почему, спряталась за тюками с вещами на носовой части корабля. Дрожь, расходящаяся по телу словно круги на воде, не унималась ни на мгновение. Я обнимала колени руками, прятала пальцы в волосах, переходила на сдавленный крик бессчетное количество раз. Эти исчезающие жизни не успели отпечататься в моем сердце, но их страдания были пыткой, отдающей пульсирующей болью в моих висках. «Прошлый раз… там была я, все это было в той деревне, когда я закрыла дверь…» Постепенно бойня стала стихать, лишь иногда слышались надрывные вопли женщин. Вытирая лицо от жгучих слез, я тяжело дышала. Не было никакого желания покидать свое укрытие. В какой-то момент мое сознание покрыла пелена, и я стала проваливаться в бредовое состояние. «Я просто не выдержу. Мне хватило…» Облокотившись на борт драккара, я посмотрела на небо. Было облачно — ни звёзд, ни луны не было видно. В воздухе витал запах гари и крови. Повернувшись на бок, я почувствовала сильную слабость. Веки налились свинцом. Сильное эмоциональное перенапряжение давало о себе знать — через пару минут я уже отключилась.

Несколько часов спустя. В это время уже становится холодно по утрам. Спросони я что-то потянула на себя, думая, видимо, что это одеяло. Осознание, что на корабле не было никакого одеяла, до меня дошло не сразу. Я широко распахнула глаза и с удивлением заметила, что была укрыта каким-то пледом. «Наверное, кто-то рядом положил, а я сонная утащила…»

***

К моему удивлению, ран у викингов не было, только небольшие ссадины. Создавалось впечатление, что они дрались с детьми или кошками, а не взрослыми людьми. Сей факт пугал ещё больше, ведь он указывал на их небывалые навыки. Силуэт Аскеладда возник по правую сторону от стола. После недавнего разговора я старалась его избегать. Конечно, это было весьма сложно: мы плыли на одном корабле. Лишь одно его появление напоминало мне, что моя жизнь в его руках. Глубокий вдох. «Александра, улыбайся». — Тебе что-то перевязать надо? — спросила я, продолжая толочь семена. — Нет, я может и выгляжу старым, но все не так плохо. Я немного ошарашено посмотрела него. В ответ мужчина засмеялся. В такие моменты он мне казался… нормальным, что ли. — Я из-за яда, — говорил он, все ещё посмеиваясь. — На это надо время, Аскеладд. На корабле его невозможно делать. — Вы делаете яд? — вмешался Бьёрн. Приход которого я даже не видела. Я вопросительно уставилась на Аскеладда. Если бы он хотел, то наверняка бы сказал Бьерну, что мы делаем. Вряд ли он мог забыть сказать о такой важной вещи. — Да, всегда пригодится то, чем она вас отравила. «Но ведь это не он…» Бьёрн, сложив руки на груди, недовольно выдохнул. — Лучше просто убить, — совершенно спокойно ответил он. «Он говорит об убийстве, как будто кофе заказывает». — Возможно. Кстати, ты что-то хотел? Бьёрн кивнул. — Припасов мало. Даже странно — деревня большая. В этот момент я вспомнила слова Елены о новых поборах армии, которые, скорее всего, были не совсем законны. Их деревня промышляла рыболовством, поэтому они не сильно страдали, прощаясь с едой, что же до золота или серебра… В какой-то момент я поняла, что настолько сильно увлеклась процессом толчения, что семена стали практически пылью. — Что такое, Александра? — первым меня спросил Аскеладд. — Я не уверена, но… — я замолчала, обдумывая своё предположение. Мне совершенно не хотелось попасть впросак. — Но? — уже продолжил Бьёрн. Я повернулась в сторону воинов, посмотрев на каждого из них, решила продолжить: — Есть вероятность, что тут недавно… армия могла собирать поборы. Поборы могут стать больше, если набеги учащаются. Мол, армии нужно больше провизии, чтобы нормально защищать население от… вас, — предположила я. — Если это так, то они должны направиться дальше в мою деревню. «Это шанс… Или меня убьют либо англичане, либо они, если поймут, что я их предала». — А увидев ее разоренной, вернутся сюда, — уже за меня продолжил Бьёрн. — Это очень хорошо! У армии есть мечи и золото, добычи больше… это очень хорошо. — Бьёрн, ты же понимаешь, что это армия, не крестьяне? Их может быть больше, чем вас в два раза! — Чем лучше! — Что? — я с надеждой посмотрела на Аскеладда. Судя по рассказам команды, он отличался поразительными умственными способностями. — Не думаю, что их будет много. Тем более, мы можем подготовиться. Моя последняя надежда рухнула. Бьёрн в предвкушении грядущей битвы потёр руки. Аскеладд бросил на меня странный взгляд и вышел вместе с Медведем. — Приплыли, — вслух сказала я.

***

В очаге было слишком много золы. Чтобы отвлечься, я решила с этим разобраться сегодня. Подготовив миску для золы, я принялась аккуратно вычищать очаг. К сожалению, в процессе работы я все равно думала о разговоре между Бьёрном и Аскеладдом. — Во-о-от так, — говорила я, аккуратно поднимая труды своей работы. Когда я стала поворачиваться к выходу, рядом со мной возникло лицо Торфинна. Испугавшись, я подпрыгнула на месте и опрокинула на себя всю ёмкость с золой. Торфинн по инерции отпрыгнул назад, оставляя меня одну в клубах золы. Когда все осело, я была чернее ночи. — Да, чтобы вас черти драли! — не выдержала уже я. Торфинн молча уставился на меня. Черт среди темноты, разрываемой светом костров и факелов, с шлейфом пыли и золы летел к реке. Некоторые викинги умудрились чуть меня не застрелить. — А неплохая маскировка. Только двигаться особо нельзя — пыль выдаёт, а вот чтобы затаиться в ночи — самое то,  — отозвался Торгрим. — Я случайно просыпала золу, — сказала я, набирая в руки воды. — Торфинн напугал. В тот момент, когда я нагнулась взять в ладони ещё воды, воздух пронзила стрела. Поднялся шум, запела сталь. «Что, уже?» Я непроизвольно рванула к кораблям, видимо, там я ощущала себя в безопасности после вчерашней ночи. Но была остановлена: Бьёрн схватил меня за шкирятник так крепко, что я услышала, как трещит ткань. — Они очень часто пытаются сжечь или обстрелять их, прячься в домах. «Да! Если я спрячусь в доме, то не сойду за приспешницу, вполне могу сказать, что я жертва». Но после этих мыслей в душе что-то скрипнуло, как будто я кого-то предала. «Моя чувствительная душонка так быстро купилась на мимолетную защиту моей жизни? Ладно Елена, но этот?!» Я кивнула воину, и тот отпустил меня.