Изменить все (Свое отражение)

Светало. Каллисто открыла глаза, но еще какое-то время лежала, не шевелясь, желая сохранить эти ощущения в памяти. Сколько лет прошло? Почти сорок… Да, много. А, кажется, все случилось вчера. «Как же, вчера… на дочку на свою посмотри» - мысленно сказала она себе и улыбнулась. Незаметно подошедшая Зена села рядом: - А говорила, что не спишь… - Редко… но сегодня и не спала… Зена улыбнулась: - И как это теперь называется? - Как бы объяснить… ты слышала про путешествия души вдали от тела? Хотя… ты видела… Зена понимающе кивнула: - Виделась с родителями? - Да. Мне ведь теперь можно… это раньше меня считали самоубийцей рецидивисткой… - Не зря… хотя убить тебя не просто, признаю! Девушки снова улыбнулись друг другу: - Встать поможешь? - Конечно… - Зена подала Каллисто руку и помогла сесть, заметив, что девушка пока неуверенно двигается. - Что, ощущения как после возвращения из тартара? - Вроде того… слава всем богам, я была в другом месте! Знаешь, теперь я понимаю Геракла, уходящего к жене и детям… Зена кивнула: она видела Солона всего два раза, но тоже… понимала. - Ты сейчас похожа на довольную кошку, - пошутила Зена, отчасти чтоб не говорить о родителях Каллисто. Что тут можно сказать? - Все вы меня кошкой называете… какая же я кошка, когда вокруг меня обычно множество собак, и они меня пока не съели… - Да ладно… наверное, это особенные, специально обученные собаки! - Да ну тебя! Вот так бывает. И вроде бы все нормально, и вроде они совсем не враги. Но все равно найдутся темы, которые навсегда останутся запретными. Следующей проснулась Дея, и тут же, бесцеремонно разбудила Еву и Идию. До Габриель она просто не успела дотянуться. Ева, еще не совсем проснувшись, увидев Дею хотела схватиться за меч… которого не было. - Спокойно, свои! – прокомментировала Дея. Ева встала и потянулась: - А я и забыла обо всем… - Что и не удивительно, - заметила Зена, которая после одного из воскрешений тоже все забыла. Но вспомнила не сразу. – Кто-нибудь разбудит Габриель? - Давай лучше ты, а то мало ли, - ответила Дея, радуясь, что у Евы не оказалось оружия. – А кто завтрак готовит? - Не я, - Идия шутливо отошла назад. - И не я, - подала голос Ева. – Я вообще не умею готовить. - Эх, хоть с костром таких споров не возникает, - прокомментировала Дея, взглянув на Каллисто. – Хотя с готовкой, честно говоря, не лучше… - Ну ты же знаешь, я специализируюсь на особых блюдах… - Последних? – поинтересовалась Габриель и получила положительный ответ: - Да, я готовлю и яды, и завтраки… но вот что получится – заранее сказать сложно. Дее пришлось сдаться. Про себя Зена отметила, что она в этой семье самая серьезная. Хотя чего ожидать от ребенка, изменившего Каллисто? Ева, сначала участвующая в общих делах, вдруг сникла и ушла в сторону. На просьбу Деи помочь просто отмахнулась, после чего сказала: - Давно надо было тебе меня убить. - Ева, все изменилось, - Зена подошла к дочери и хотела обнять ее, но Ева отстранилась. - Прошлого не изменить! – коротко ответила Ева. - Можно, но не нужно, - прокомментировала Каллисто, один раз попробовавшая изменить прошлое… и что из этого вышло? - Элай учил прощать, - отозвалась Габриель. - А что Элай говорил об убийстве тысяч его последователей? - Все так плохо? – шепотом спросила Идия, Каллисто только кивнула: Идия еще о ее «подвигах» не слышала. - Он говорил, что любовь и прощение изменят мир, - продолжила Габриель. - А Геката считает, что все вернется втройне… интересно, кто прав? - Дея, не сейчас… Каллисто прекрасно понимала, что чувствует Ева. И как глупо сейчас рассказывать ей об Элае с его прощением. Это для них, наблюдателей, вчерашняя встреча с Гекатой была счастьем… Ева же пережила такой кошмар, который большинству и не снился. Простят ли Еву, как простили ее? - Любовь и прощение – для крестьян! Думаете, если Октавиан уверует, он спасется? Думаете молитва прощает ваши грехи? «Хороший вопрос, Ева…» Каллисто протянула Еве руку: - Прогуляемся? Ева удивленно взглянула на нее, но кивнула в знак согласия. Зена отступила: что поделаешь, ее тут не слушали! Когда девушки ушли на достаточное расстояние, Габриель спросила, зачем Зена позволила Еве уйти. - Их обеих спасла религия… может, есть шанс. - Значит, хочешь умереть? – Ева кивнула. – Ты хоть знаешь, что такое Тартар? - Я заслужила… - Понятно… - «я так не думала… уже сложнее» - А ты не хочешь сначала сделать что-то здесь? - Что я могу? - Ты воин… можно защитить кого-то. Слышала, что сказала Дея? Все окупается втройне. - Это у вас! А я на нее даже взглянуть не могла от страха, в то время как Идия радовалась встрече. - Думаю, это работает всегда, - «Идия радовалась встрече… вот это раз… стоп, я что, ревную?» - Не хочешь – так можно стать лекарем. Или просто нести веру людям, хотя в пользе последнего я очень сомневаюсь. - Я тоже… думаешь, есть шанс? - У меня ведь был… Девушки какое-то время молчали. - Зачем ты хотела убить Идию, - Каллисто спросила о том, что волновало ее в последний день… да прошли всего сутки! - Я принял а ее за тебя. Хотела подойти к вам ближе, и увидела Дею с девушкой-блондинкой… вы очень похожи… - Значит меня… тогда все понятно. - Что? - Это наследственное, - пошутила Каллисто. - Нет, к тебе у меня были другие претензии… - Какие же? - Что я не делала – все сравнивали меня с тобой. Я не хотела быть второй… глупо! - Хорошее качество, но не в этом случае. Значит, все еще сравнивают? - Еще как. Зачем ты скрываешь свое имя? Возможно, люди поверили бы… - Не скоро. Да и мне было не так просто справиться со злом внутри меня. Наша жизнь – борьба. Но теперь придется бороться еще и с собой. - Спасибо… Оставшийся путь девушки молчали. После завтрака все стали собирать вещи. - Куда вы теперь? – поинтересовалась Габриель у Каллисто. - Вернемся в Виеру. Как бы нас там не сочли умершими. А вы… что собираетесь делать? - Пока не решили. - Можете пока побыть с нами… если хотите, конечно. Думаю, Еве стоит увидеть храм Гекаты снова… - Есть в этом что-то истинное, - Габриель подозвала Зену и кратко пересказала ей разговор. – Что думаешь об этом? - Ева сама не своя, но ей лучше. Если мое присутствие никого не смущает… - Уже все нормально. За недели, проведенные в пути, девушки еще больше привыкли друг к другу. Дея и Ева общались намного спокойнее, Идия не считала Зену и Габриель чужими. Но Зена по-прежнему думала, что остальным в их компании намного легче. И только их с Каллисто вражда построена на крови… на святом… В последние дни пути непогода преследовала путников. Усталость и общее напряжение передалось даже Каллисто, которой было почти все равно. Хотя холод она чувствовала, как и все остальные. - Мы не доберемся до Виеры засветло, - заметила Дея на привале. – Еще и дождь… судя по небу там ливень… - Есть предложения? – хмуро ответила Габриель. - Сирра намного ближе. - Нет, - коротко ответила ей Каллисто. – Я против! - Мама, это совсем другое место. Тебе давно пора побывать там. - Ты это нарочно? - Нет. Но взгляни на Идию! Что мы, потерпим, а это ребенок! Зена опустила глаза: интересно, Дея понимала, на что толкает свою мать? И вообще, а почему ее мнение не спросили? Ведь королеве воинов тоже не очень то хотелось видеть восстановленную Сирру. Хотя решать только Каллисто… - Ладно… но только на одну ночь! Каллисто направилась к лошадям. - Ну что вы? Вперед! В привале нет смысла при такой погоде! Вот-вот снова ливанет, и что тогда? – пришлось повиноваться. Тем более, что лошадь Евы боялась грозы. Храм стоял на въезде в город, что порадовало Зену: не придется видеть то, что было восстановлено из пепла. Повзрослевшая Кирка, теперь тоже считавшаяся ведьмой, радостно встретила их: - Ой, а я думала, только Рекки не меняется! Заходите скорее, сориентируетесь быстро: этот храм точная копия Виерского. Зена кивнула: и правда, похоже. Кирка провела их в жилые помещения и развела огонь. - Секунду, я только найду Тришу. - Я здесь, - отозвалась рыжеволосая девочка, напоминавшая маленькую Дею, но не настолько, насколько была похожа Идия на Каллисто. Триша была женственной и нежной, в то время как Дея в ее возрасте была сорванцом в юбке, что становилось понятно при первом взгляде на подростка. - А вот и моя дочь, - Дея улыбнулась. – Принесешь нам чего-нибудь согревающего? - Ты ведь не пьешь… - Я те дам! – девочка убежала, притворившись, что боится матери. – Подростки, - прокомментировала Дея. «Многое же я пропустила… у кого-то дети, у кого-то уже почти внуки» - подумала Габриель. - А где Каллисто? – спросила она, оглядевшись. Дея остановилась: - Может в храме? Кирка сама огонь разжигала… - А мы и не заметили, - испуганно сказала Идия, завернувшаяся в овечью шкуру, выданную Киркой. Ребенок… - Окна темные, - сказала Габриель, выглянув в окно. – Она всегда зажигала факелы? -Для нее это – секундное дело, - пожала плечами Дея. – Пойдем искать… - Не надо, - остановила их Зена. – Я знаю, где она. Оставайтесь здесь… «Правильно ли я поступаю?» - думала королева воинов, выйдя за ворота храма и направляясь к городу: «Может, ей нужно побыть одной?». Но в ту же секунду вспомнились их объятия на поле боя, шепот «ты нужна мне…». Когда, если не сейчас? И в то же время: это только ее, Зены, вина, что Сирры не стало. Что сейчас говорить? Что делать? Королева воинов увидела Каллисто еще издалека. Найти девушку не составила труда: раньше на этом месте был ее дом, теперь же там сделали подобие парка. Казалось, она не замечает ливень. Даже капюшон не накинула. Девушка стояла, опустив голову, и почти не шевелилась. Зена тихо подошла к ней: - Наверное, я не вовремя… - Останься, - прошептала Каллисто. Зене вдруг показалось, что она плачет. Что было не удивительно в такой момент и в таком месте. - Надо было позвать с собой Дею… - Нет. При них я не могу… - Что? - Не могу быть слабой! – почти выкрикнула жрица. – Они видят во мне опору, они приходят за советом… считают всесильной… ведь я не только глава семьи, а еще и верховная жрица сразу дух храмов… Кирка не умеет управлять, планировать… Зена подошла ближе, почти касаясь девушки: - Но ты тоже человек… - Я забыла об этом после смерти Эзея… Знаешь, это правильно. Но сейчас… слишком тяжело! - Со мной ты можешь быть слабой… Я понимаю, - Зена коснулась плеча девушки. – Хотя я не имею права быть здесь и говорить что-то… но, может, тебе станет хоть немного легче? - Уже стало, - Каллисто снова обняла ее. Совсем как тогда… Зена прижимала девушку к себе, даже не решаясь пошевелиться. Что делать дальше? Что говорить? И нужны ли ей слова… Перед глазами стоял полыхающий город… да, не хватало тогда такого ливня! Но что же вспоминает она? И снова, как будто прочитав мысли, Каллисто ответила: - Я боюсь закрыть глаза. Снова вижу то пламя… слышу треск горящих деревьев… «Она не сказала про жуткий запах горящих людских тел… про крики…» - подумала Зена. - Постарайся вспомнить другое. То, что было раньше. За месяц, год… родителей, еще живых и здоровых, которые заботились о тебе. Друзей, которых, я уверенна, было много… или тихий семейный вечер… ведь было много всего хорошего. Девушка прижалась к ней еще сильнее: - Спасибо… «Если б я могла сделать большее! Если бы вернуть все… но как? Да и нужно ли это теперь?» Сердце разрывалось. Каллисто… прости, если сможешь… Дождь лил уже с меньшей силой. Но промокшим насквозь девушкам было все равно. - Пойдем в храм? – прошептала Каллисто. - Если хочешь… остаться с тобой ночью? Пока мы не уедем? - Тебе нужно отдохнуть… - Завтра отдохну. - Спасибо… Хочешь снова увидеть Солона? - Зена лишь кивнула. – Тогда помогу тебе, как только придем в Виеру… здесь не могу, сил просто нет. - Понимаю. Тебе бы тоже не мешало отдохнуть… - Нет. Не здесь. Иначе кошмары вернутся… ведь я перестала их видеть, когда родился мой сын… перестала думать о Сирре… так часто. - Я понимаю. Ева стала моим спасением. - Она справится. Мы обе справились… и у нее получится. - Сколько времени? Они еще огонь не погасили… - заметила Зена, подходя к храму. - Так у них служба, не удивляйся. Далеко за полночь лягут… это я сегодня все пропускаю. - Ты ведь здесь не бывала? - Нет… но дома я ни дня не пропустила. У меня привилегии: не было случая, чтобы мне хотелось спать во время ритуала… Кстати, дождь почти закончился. Погода шутит… Зена взглянула на небо, заметив, что несколько звездочек уже виднелись сквозь тучи. - Она подстраивается под настроение… твое настроение, - Зена улыбнулась. – Зачем ты сбежала от нас? Могла бы предупредить… - И кто бы меня отпустил, - Каллисто взглянула на Зену, рассматривающую звезды. – Не ищи луну, сегодня самая темная ночь месяца… - А я и не ищу… просто думаю, что после тьмы всегда становится светлее, а после грозы дышится легче. - Ты о нас? - Да. Кто бы мог подумать, что мы будем так спокойно общаться. Что мне захочется обнять тебя… - Зена осеклась. - Ты хотела сказать, «после того, как я убила Солона»? - Я видела его воспоминания. Ведь это сделала Надежда. - Сирру тоже не именно ты подожгла… - От этого не легче, - продолжила Зена, поняв, что снова сказала… не то. – Ты назвала домом Виеру. Приятно слышать, что у тебя появился дом! - Когда становишься матерью, понимаешь, как это необходимо, - Каллисто открыла дверь. В комнате было пусто: видимо, в этот раз на службе были абсолютно все. Зена вошла и села возле огня: промокшая и замерзшая девушка слишком долго ждала этого момента: - Когда родился Солон, я не почувствовала этого. - Ты не была готова. Не только жрицы, но и все женщины проходят путь от охотницы к ведьме. Охотница дерзка, своенравна, ее душа рвется на свободу… примерно такой меня помнят люди. - Я тоже была такой. - Верно… Мать уже зависит не только от себя, появляются дети и их желания… хотя для того, чтобы стать матерью, не обязательно иметь детей. Дело скорее в готовности отвечать еще за кого-то, заботиться… как ты заботилась о Габриель, - Зена улыбнулась: верно подмечено. – А я стала меняться, встретив Дею… - Кто же ведьма? - Пока не поняла. Я еще в начале этого пути. Скорее всего, та, кто может объяснить многое, поддержать, посоветовать… как тут поддержишь, когда сам срываешься? - Думаю, этого никто не замечает. Сегодня ты напомнила мне совсем девочку, того подростка, плачущего посреди горящей деревни. Как часто этот образ возвращался ко мне во снах. Поначалу хотелось обнять тебя, попросить прощения… - Я не позволила бы… тогда. - Зато позволила теперь. Кем бы ты стала, если б я не… - Чтобы увидеть свет, надо знать, что такое тьма. Не вини себя. - Ты тоже… Девушки кивнули друг другу, понимая: не получится. Можно принять оправдания, когда ненавидишь всем сердцем. Но не сейчас… Жрицы вернулись уже на рассвете. Зена удивилась, поняв, что Габриель была с ними. - Вы уже здесь? – удивилась Кирка. - А ты как думала? Кстати, почему огонь не погасили перед тем, как уйти? – «Роковая ошибка» - подумала Зена, услышав это от Каллисто. - Так пол каменный… - Не важно! Думать надо перед тем, как делать. И желательно головой думать! Кирка хотела что-то ответить, но, поймав на себе взгляд Зены, замолчала: что толку спорить, когда твой оппонент прав? Вскоре Зена заметила, что пора идти дальше. Сирра угнетала ее: город-феникс, город, восставший из мертвых… Воскресший после того, как она убила всех жителей… почти всех… нет, все же всех, но кое кто оказался сильнее смерти. Все согласились, но Габриель лишь хмуро взглянула на Зену. Дея, сказавшая, что давно не была в Виере, снова оставила все дела на Кирку и отправилась с ними. Ева была только рада вновь увидеть Виеру, которую помнила очень смутно. Идия не отходила от матери: вот уж кому было все равно, куда идти, лишь бы быть рядом… На все вопросы Идии о Сирре Каллисто лишь коротко ответила, что в Сирре погибли ее родители. Зена была весьма благодарна за это: девочка была слишком доброй для того, чтобы понять все произошедшее… Да кто может понять, почему так случилось? Зена, заметив странное настроение Габриель, решила поговорить с ней по пути в Виеру: Каллисто все равно будет занята Идией, а Дея и Ева снова о чем-то спорили: судя по обрывкам фраз, все еще не могли определиться, чья вера правильнее. Габриель вела свою лошадь на расстоянии от всех, поэтому Зене было не сложно остаться с ней… почти наедине. Главное быть в пределах видимости, а в остальном… поймут. - Что с тобой? Почему такая хмурая, - спросила Зена, улыбнувшись. - Да так… - Рассказывай! - Что-то быстро вы сошлись, - заметила Габриель, мельком взглянув на Каллисто, о чем-то рассказывавшую Идии, которую взяла на свою лошадь: Идия боялась ездить одна после того падения. - Ты что, ревнуешь? – удивилась Зена. - Я чувствую подвох. Каллисто не может так измениться. - Сколько лет прошло. Поверь, теперь она – совеем другой человек. - Не поверю… - Когда-то и я изменилась. Изменилась благодаря тебе. Ей тоже помогли. - Ой, кто ей помогал – так… - Габриель отмахнулась, давая понять, что и этот аргумент не принят. Зена замолчала на какое-то время, после заметила: - Не ты ли в прошлый раз говорила с ней всю ночь? Не ты ли плакала, когда все подумали, что она погибла? - Я не верю ей. Она против Элая! - Нет. - Она молится другой богине. Элай говорил, что боги погрязли во лжи… - Олимпийцы, Габриель. Геката не особо дружна с олимпийцами. - Не важно. - Каллисто уже дважды спасла мою дочь. Я просто не могу ей не верить. - Она убила твоего сына! - А я убила ее родителей, сделав ее такой, какой ты ее помнишь. Это я виновата, я, а не она… - Хватит! Ты постоянно рядом с ней. Это уже слишком для врагов, Зена. Та Каллисто еще жива в моей памяти. Зена помедлила: - Попробуй сама стать к ней ближе. Тогда ты поймешь меня. И перестань ревновать: ты для меня значишь куда больше. - Не заметно! Габриель направила свою лошадь вперед, дав понять, что разговор окончен. Прошлой ночью девушка уговорила жриц пустить ее на службу, и до сих пор была в ужасе от происходившего: как легко Дея заколола жертвенное животное… как ярко горело пламя во время проведения ритуалов… и как же страшно там было. Но жрицам, кажется, там нравилось: все, даже Идия, которая была просто гостьей, улыбались. Этого Габриель не понимала. Жуткий вой собак за стеной храма… голоса людей, приглушенные, как будто мираж. Шепот Идии: «не оборачивайся, если боишься»… А когда в знак верности жрицы делали надрез у себя на ладонях… такой же порез она видела у Зены двадцать пять лет назад, когда ее подруга спасла Каллисто… а на ладони Каллисто уже шрам был, именно в том месте. Это у почти богини! Да и жуткие эриннии, появившиеся после смерти Евы и Идии… а ведь Дея была рада этим жителям Тартара. Зена догнала Еву и Дею, теперь уже мирно беседовавших. Дея рассказывала что-то о правилах проведения ритуала, Ева говорила, что не считает это обязательным. - Верно, но эти правила помогают нам настроиться на нужный лад, - пояснила Дея. – А дни, в которые идет работа, намного благоприятнее для общения с Богиней: никто не может помешать. - А если обратиться не в тот день? - Мама говорила, что один из ее учеников сошел ума после такого эксперимента. Хотя она сама нарушала правила, но только по необходимости. - То есть, иногда можно? – спросила Ева, Дея кивнула. Зена слегка усмехнулась: она помнила Федра, воткнувшего себе в горло перо для письма. И остальных учеников, которые «толпа идиотов»... Как же давно это было! Чего стоило тогда подойти к Каллисто, заговорить с ней, постараться поверить. И ведь не зря поверила. Сколько раз Зена спрашивала себя, сможет ли ее враг опомниться. Сколько винила себя в ее смерти… и вот, когда она совсем перестала ей верить, настал тот самый момент. Наверное, каждому дается второй шанс. Кому-то предназначен верный друг, способный помочь, а кому-то руку помощи протягивают боги… Вскоре девушки уже были в Виере. Каллисто сразу пригласила всех во дворец: незачем лишнее время проводить в храме, особенно тем, у кого другая вера. Первым делом она познакомила всех со своим сыном, Эзеем. Молодой мужчина, немного младше Евы, что, впрочем, не бросалось в глаза, был похож и на отца и на мать. Он хорошо принимал гостей, легко заговаривал с новыми людьми, как и его отец. Но в манере общения со слугами угадывалось влияние матери: горе тому, кто ослушается… - Ну, вот он, Эзей - младший. - Каллисто явно гордилась сыном. Эзей улыбнулся: - А если и я назову так своего сына, то кем стану я… а он… а тебя как называть? – он хитро взглянул на мать. «Наверное, это уже их стандартная шутка» - подумала Зена, отметив, что Каллисто выглядит как ровесница своего сына. - Ладно, располагайтесь. Слуги отведут вас в комнаты… а меня ждет один очень нужный человек, поэтому я извиняюсь, - Эзей удалился. - Зена, ты не передумала? – спросила Каллисто, как только Эзей вышел. – время благоприятно… Зена кивнула: конечно, не передумала. Кто же откажется увидеть давно умершего, но все еще любимого сына? В храме их встретила новая жрица, девушка лет пятнадцати, может даже младше: - Привет, Рекки… ну наконец-то. У нас тут столько сложных случаев… - Я займусь ими чуть позже, Ариопа. Сейчас у нас есть дела. Предупреди всех, чтобы не заходили в храм, могут помешать. - Что ты задумала? - Путешествие в мир мертвых… не волнуйся, мы обе там были. - Я тоже хочу… - Не так сразу, - Каллисто улыбнулась девушке, и, чуть отойдя от нее, пояснила: первый год при храме, а уже все хочет знать и уметь. - Помнится, ты через пол года лечила… - Мне сохранили божественные силы, - пояснила Каллисто. – А у нее их нет. Кстати, она тоже не знает… и вторая, Агамеда, тоже думает, что я и та Каллисто – разные люди… - Почему ты не рассказала им? - Не поверят. Эзей поверил мне, потому что любил. Дея… ей помогала сама Геката. Ведь я чуть не убила Дею, но посланник Гекаты помешал мне. - Кто? - Волк. Достаточно большой, надо сказать. Хотя я раньше думала, что это была собака… я видела его еще пару раз, умнейшее животное. - Понятно… ну а остальные ведь тоже принимали? - Ученики не поняли. Кирка думала, что ты наговариваешь, а после приняла меня. Филис не всегда доверяла, хотя и поддерживала, когда было нужно. А Канака… она была моей наставницей, помогла не сорваться… Она знала все с самого начала. Каллисто вошла в храм, поклонившись. Зена последовала ее примеру. - Запри дверь, - попросила жрица, а сама зажгла факелы. – Прохладно… это плохо. - Почему? - И так замерзнешь, ты ведь смертная. Ладно, надеюсь, что обойдется. Помнишь свое обращение к Богине? - Да. - Сейчас все делай так же. И обращайся со всем уважением… верь ей. - Я верю. Ведь она спасла моего ребенка. - Вот и хорошо. Девушки встали на колени. Каллисто зажгла огонь на Алтаре: - Великая Богиня, прошу, позволь нам сегодня пройти во врата мира мертвых, а после вернуться сюда, к живым... Зена повторяла ее слова, отмечая, с каким уважением и любовью обращается к богине Каллисто. .. Каллисто взяла в руку кинжал и одним движением провела острием по ладони. Порез был не сильный, но Зена отметила, что в этом месте, чуть ниже указательного и среднего пальца, уже было несколько шрамов-линий. Тем не менее, королева воинов последовала ее примеру, взяв свой кинжал и даже удивившись этому: ведь в храме не получалось достать оружие. Несколько капель крови в огонь… пламя метнулось вверх, и Зена еле успела отдернуть руку. - Теперь закрой глаза и доверься нам… Закрыв глаза, Зена почувствовала, как Каллисто взяла ее за руку. В следующий момент они уже были в другом месте… Снова луг, заросший различными цветами. Где-то вдалеке деревня…сзади лес… Здесь Зена уже бывала: - Что это? Здесь происходят свидания с мертвыми? – удивилась она, вспомнив, что именно здесь она виделась с Солоном в тот раз. - Нет, но мне здесь нравится… а вот и он. Солон, заметно изменившийся, уже совсем взрослый мужчина, подошел к ним и обнял мать: - Здравствуй, мама… давно я тебя не видел. - Здравствуй… - Зена не смогла сдержать слез, прижавшись к сыну, который теперь был выше почти на голову. Каллисто улыбнулась и хотела уйти, но Солон взглянул на нее: - А ты куда, блондиночка? Не составишь компанию? - Вот только не надо со мной заигрывать! - Ну что ты… я тебя боюсь! - Правильно делаешь, - Каллисто усмехнулась, подыгрывая Солону. - Ну так… к такой лучше не подходить, можно и обжечься. Верно, дикая кошка? Каллисто притворно оскалилась: как знакомо! А еще спрашивает, за что ее называют кошкой! Зена удивленно отметила, что общаются они легко, хотя и поддразнивая друг друга.. - А я думал, вполне ручная, - Зена отстранилась от Солона и приветствовала Эзея… Эзея - старшего. Каллисто удивленно замерла на месте: не верила… Эзей сам подошел к ней и обнял: - Ну, что такое? Почему не рада? -Очень рада… я думала, ты переродился… - Нет. У меня были дела здесь… я дождусь тебя… Эзей нежно поцеловал жену, после чего прижал к себе: - Знаете в чем ваша проблема? Вы обе не можете отпустить мертвых… отпустите - и вражде конец. И нам здесь будет намного легче. - Не будем им мешать, - заметила Каллисто, отведя Эзея в сторону. Про себя Зена отметила, что рядом с ним жрица вела себя, как женщина, даже позволяла себе быть слабой, не то, что с детьми. Зена расспрашивала Солона о жизни в мире мертвых. Сын рассказывал о многом, а сам спрашивал о сестре, о Габриель… обо всем, что изменилось за почти тридцать лет… Каллисто поцеловала Эзея на прощание, а после подошла к Зене: - Нам пора… иначе ты можешь не вернуться. Готовься к возвращению.. Жрица исчезла. Зена в последний раз обняла сына… Водоворот событий закружил ее. Сирра… смерть Педрикуса… смерть солона… Веласка… Надежда… и во всех событиях она видела Каллисто. Озлобленную, ненавидящую всех, стремящуюся причинить как можно больше боли… - Зена… Зена в ужасе открыла глаза: она? - Зена, ты в порядке? – Каллисто осторожно похлопала ее по щекам. Да как она смеет… Зена хотела вскочить и выхватить меч, но тело не слушалось. - Тише, не вставай… что-то пошло не так… кто-то вмешался… я тебя еле вытащила оттуда… не шевелись пока. Память постепенно вернулась. Они уже не враги… - Прости… - За что? – Каллисто улыбнулась. - Первым желанием было убить тебя… - Ты… забыла? Это плохо… - Прости… - Ты не при чем. Кто-то пытался стереть твою память. Странно… кто решился только. Зена попыталась встать, и Каллисто тут же подала ей руку: - Пока посиди, если встать резко – можно потерять сознание. - Но ты… - Я уже пол часа здесь. Как же ты напугала! - Я сама испугалась… - Все, можно идти… - Тебе еще к больным надо. - Да. Спасибо, что напомнила. - Можно с тобой? - Если хочешь… В своеобразном лазарете была всего одна больная: женщина лет пятидесяти, судя по всему - без сознания. Рядом с ней сидела женщина лет тридцати, судя по всему – ее дочь. - Вот она. Тяжелый случай. Не приходит в себя третий день… - подбежавшая Ариопа хотела сказать еще что-то, но Каллисто остановила ее: - Опухоль? - Да… - Что давали? - Аконит… - Соблюдали дозировку? – Каллисто обратилась к дочери умирающей. - Я следила, но тетя говорила, что хорошо себя чувствует… помогите ей, у меня больше нет никого. Вы ведь Рекки? - Верно, это я. Что-то подсказывает мне, что тут передозировка… Каллисто наклонилась к женщине и коснулась ее висков: - Ариопа, принеси легкого вина. Торопитесь вы все… Женщина зашевелилась, после нерешительно открыла глаза. - Вроде ей легче. Следите за ней теперь, чтобы все по правилам, иначе и умереть можно. Женщина приподнялась и внимательно посмотрела на жрицу: - Каллисто? - Тетя, она мертва. Тише… - Нет, я помню, это она! Это она напала на Агафу… - Вы извините ее, - сопровождающая подняла глаза на жриц, но Каллисто кивнула ей: - Не надо. Она права. Ариопа замерла на месте: видно было, девочка уже слышала истории про «опасную женщину». Девушка, сопровождавшая больную, встала: - Значит это ты… я думала, ты в Тратаре, а ты жива да еще и здоровее меня. Женщина изменилась. Если раньше она смотрела с уважением и благоговением, то теперь в ее глазах была ненависть. Каллисто промолчала. Зена понимала ее: слова «Помнишь Сирру?» навсегда сохранились в ее памяти… твоя очередь, Каллисто. Вот только злорадствовать не хочется… - Это ты убила всех! Я была маленькой, поэтому не помню… ты сломала мне жизнь! – женщина ударила Каллисто по щеке. Жрица лишь схватилась за щеку, даже не попытавшись оттолкнуть нападавшую. - Она спасла твою тетю, - вступилась Зена. - Тетя еле выжила! Значит, жрица… не зря говорят, что Геката одна из самых темных богинь, богинь зла… - Не смей трогать богиню! – Зена узнала этот взгляд… холодный… бесчувственный… На щеке Каллисто Зена заметила кровь. Откуда? Секунду спустя королева воинов поняла: порез еще кровоточил. - Что? Да ее с Олимпа изгнали! Не зря… и вот кто оказался знаменитой Рекки… Зена решила вмешаться, обняв Каллисто одной рукой: - Все меняется, поверьте. Каллисто, нам лучше уйти… Девушка кивнула. Выйдя за ворота храма, Зена спросила: - Почему ты не ответила ей? - А ты знала, что сказать мне? Зена осторожно стерла кровь с щеки девушки, нежно коснувшись ее ладонью: - Надо было давно рассказать… Что Ариопе скажешь? - Ее дело. Меня только Идия беспокоит. Она не переживет. - Расскажи ей сама. Желательно сегодня. Каллисто кивнула. «Габриель… потом странное возвращение из мира мертвых... а теперь эти гости из Агафы… что она сделала не так?» - думала Зена, глядя на жрицу. Каллисто думала о чем-то своем… хотя Зена прекрасно знала, о чем она думает… Чуть позже выяснилось, что во время их отсутствия Идии стало плохо. Габриель сказала это с таким видом, что даже Зене стало не по себе: но неужели их присутствие что-то изменило бы. - Где она? – Каллисто взглянула на сына, который тут же подошел к матери и взял ее за руку: - У себя в комнате. Ей уже легче. Проводить тебя? - Лучше пусть Зена проводит. Я решила рассказать ей обо всем… медлить нельзя. Мне нужен человек, который тоже прошел через это. - Может завтра? – предложила Дея. - Нельзя ждать! Так сложились обстоятельства… Ты со мной? Зена кивнула. Идия, бледная и явно ослабшая, лежала на своей кровати. Каллисто подошла к дочери и села рядом с ней, взяв девочку за руку: - Прости что не была с тобой… - Ничего. Хорошо, что ты теперь здесь. - Идия… прости… но я должна сказать тебе кое что. Прямо сейчас. Лучше, если это буду я. - О чем ты? – девочка нежно коснулась челки своей матери. Зена невольно улыбнулась. - О себе… о своем прошлом. - Я все знаю. Ты – та самая Каллисто. Но это не важно. Казалось, Каллисто потеряла дар речи: но откуда она знает? - Геката рассказала мне обо всем. Тогда, когда Ева… -Да, я понимаю. - Я рада, что ты изменилась. И я люблю тебя. - Я тоже люблю тебя… Зена почувствовала себя лишней. Но кто знал, что будет именно так? - Я пока посплю. К тебе скоро придет женщина, и ты должна быть готова к встрече. - Кто это? - Не знаю. Она сейчас в храме. «Та самая женщина из Агафы» - поняла Зена, готовясь снова быть рядом и поддержать. Так же, как ее поддерживала Габриель. - Что с ней? – осторожно спросила Зена, когда девушки вышли из комнаты. - Падучая. Это моя вина. - Не думаю. - Не сочти за исповедь, я и так рассказала слишком много, но виновата я. Зена удивленно взглянула на жрицу: слишком много? Да ее все интересовало. Абсолютно все. - Я не просто не хотела ребенка, я пыталась прервать беременность. Вот и поплатилась… - Как? Разве возможно? - Да, с помощью крепкого отвара некоторых трав. Он ядовит для младенца. Но на каждый яд есть и противоядие, я вовремя опомнилась. Боялась гнева Гекаты, ведь она любит детей… Зена ненадолго замолчала, после добавила: - Это не значит, что ты виновата. Причин может быть сотня. Может, это как раз и не повлияло… - Спасибо. Не говори никому, они не знают… - Ты столько держишь в себе. - Я должна быть сильной. Женщина из Агафы, племянница больной старушки, уже была во дворце. Она о чем-то рассказывала Габриель и Дее, Ева держалась чуть в стороне. - Вот она, - женщина повернулась к Каллисто. – Вот что, мы уходим, но я скажу тебе все! -Можешь говорить, если тебе станет легче. - Легче? Да как тут может стать легче, если меня воспитывала одна тетка? Если в свои семь лет я видела смерть родных? Я не помню тебя, но их крики я запомнила… Зена взглянула на Каллисто: ответит ли? Что скажет? Но девушка была на первый взгляд спокойна. Только глаза выдавали ее чувства. Как много было в них… слишком много. - Ты обрекла нас на смерть! Мы… мы с трудом выкарабкались! Ты хоть знаешь, как это, быть совсем одной, только с больной теткой на руках? - Я знаю, что такое одиночество… - Да? Не удивительно, даже странно, что теперь ты не одна. Надеюсь, ты еще почувствуешь, что значит – потерять родных! Зена видела, как Каллисто сжала кулаки. Видела, и готова была броситься на нее в случае чего, чтобы предотвратить еще одну смерть. Ведь эта женщина играла с огнем, и именно тогда, когда Идия, любимица, радость и надежда, была в таком состоянии. - Знаешь, я все сказала. Я уйду. И чтоб тебе втройне отозвалась наша боль! Ведь ты вряд ли знаешь, что чувствует маленькая девочка, когда на нее нападает несколько мужчин с известными целями… - Я знаю и это… Слишком тихо… хотя услышали все. Даже в глазах Габриель читался шок. Женщина вышла, хлопнув дверью. Зена тут же подошла к Каллисто, коснулась ее руки и хотела сказать что-то, но Каллисто остановила ее: - Не спрашивай ни о чем! Не надо, – снова этот ледяной тон. Да, лучше будет промолчать… - Это правда? То, что она сказала? – Дея вопросительно взглянула на Зену, когда Каллисто уже не могла слышать их: жрица попросила оставить ее одну и удалилась. Зена не знала, что ответить: ходило много слухов… и эти слухи казались правдой тогда, но абсурдом теперь. Теперь, когда Зена знала ее чуть лучше. Сумела понять некоторые ее поступки, увидеть отчаяние, так тщательно скрываемое за ненавистью. То, что увидела Зена во взгляде Каллисто… это не боль, не ненависть… даже не отчаяние… - Правда ли? Да она была шлюхой! – грубо ответила Габриель, и тут же получила пощечину от Деи. Зена даже не стала вступаться за подругу, лишь подумала, какова будет реакция Евы, услышь она такое о матери. Хотелось бы, чтобы такая же, как у Деи. - Габриель, не надо так. Даже если часть тех слухов – правда, она была совсем другим человеком, - вмешалась Ева. – Обо мне многое говорят, и только я знаю, где начинается вымысел. - Ты тоже? – девушка вспыхнула и отошла от всех. Дея и Ева переглянулись: - Да что с ней такое? - Сама не понимаю, - ответила Зена. – Это началось в Сирре… - Но во время ритуала она была в порядке, - заметила Дея. – Значит, чуть позже… Зена, тебе все же следует пойти к Рекки… - Почему именно мне? - Сама не понимаю, но она, кажется, тебе доверяет. Уж нам она про Габриель ничего не скажет… Зена тихо вошла в комнату. Каллисто лежала на каменном полу, и даже могло показаться, что девушка была без сознания. Но Зена уже видела подобное: - Можно к тебе? – тихо спросила она. - Если пообещаешь не задавать вопросов. - Только по делу и о настоящем, - уточнила Зена. - Тогда заходи. Все равно не получается оторваться от тела… Зена села рядом, так же на пол, с удивлением отметив, что камень был не таким уж холодным. - В чем дело? - Мешает кто-то. Куда я не пытаюсь попасть – вижу горящую Сирру… так что зайди ты минутой раньше… - Да уж, повезло, - ответила Зена, вспомнив свои кошмары. – Как думаешь, кто это? - Явно кто-то сильный. И очень недовольный тем, что мы вместе. Эта женщина… приступ Идии… наши кошмары… Габриель… - Ты тоже заметила? - Давно. Кстати, можешь сказать ей, что я не обижаюсь. Хотя это ее только разозлит. Знаешь, похоже, кто-то не хочет видеть нас вместе. Может вам даже стоит уйти… Зена отрицательно покачала головой: - Не сейчас. Я все так не оставлю. - Не хотелось бы, чтобы кто-то из вас пострадал. - Это вызов не тебе, Каллисто. Я думала даже о Еве… но все, похоже, сложнее. Кому-то нужна наша вражда. - Ну, тогда все ясно: это Арес. У него и с Гекатой отношения сложные, решил все совместить. В его стиле! Хотя… в храме мы были под защитой стражей, а ему все равно удалось… силен! Зена ненадолго задумалась: - Скажи, Геката ведь сильнее его? - Однозначно. Но я пока не стану просить помощи у нее. Она и так делает для меня слишком много. Да и… е хочу переводить вражду на другой уровень. Повисло неловкое молчание. Зена осторожно взяла руку Каллисто в свою, взглянула на ладонь с еще свежим, не зажившим, порезом: - Как ты это делаешь? Ты ведь богиня… - Я могу ранить сама себя. А убить не могу: боятся, что воспользуюсь этим и уйду за родными. - Самоубийца-рецидивистка? - Да, точно. Если б я могла убить себя после смерти Эзея – точно сделала бы это. Мне ведь сказали, что он нужен там… а это обычно значит перерождение. Зена все еще держала руку девушки в своих руках. «Совсем детская ладонь. И такая нежная… как будто ни дня не работала» - отметила она, невольно взглянув на свои покрытые мозолями руки. Каллисто улыбнулась: - Обычно режут пальцы… но ведь мне приходится оперировать. Нельзя терять чувствительность. Вот, нашла выход, а остальные последовали примеру… - Тебе не идут шрамы, - заметила Зена. – Ты слишком нежна для этого. И красива… особенно когда улыбаешься. Знаешь, я понимаю воинов, которые шли за тобой. - Ни один из влюбившихся в меня не выжил, - заметила девушка. – Никто, кроме Эзея. - Почему именно он? - Он не требовал ничего взамен. Просто был рядом, когда был нужен… хотя и когда не нужен тоже. Просто старался приласкать, если я позволяла. Но не требовал отдачи. Не спрашивал, что я думаю об отношениях с ним. - А что ты думала? - Ничего. Ждала, когда договор закончится. После привыкла к его заботе. С ним я могла быть слабой, и знать, что он защитит, а не воспользуется этим. Зена улыбнулась: - Как сейчас со мной? - Это другое. Ты всегда будешь сильнее: первое впечатление не стереть. Только теперь ты не опасна. - Ты тоже. А ведь ты была бы хорошим союзником… - А разве мы не союзники? Сейчас… Девушки улыбнулись друг другу. - Ты могла стать Евой? - Должна была стать. Где они взяли душу, похожую на меня? Даже движения те же… - Я заметила. Хорошо, что в ней не твоя душа, а то странно получилось бы. - Что-то вроде общего ребенка? Зена рассмеялась: а об этом она еще не думала. Поздно вечером все разошлись по своим комнатам. Дея осталась на ночь с Идией: после своих видений Каллисто боялась быть рядом с девочкой всю ночь: ребенок мог испугаться. Зена осталась с Евой и Габриель, которая все еще была не в духе. Каллисто же снова попросила оставить ее, что было не удивительно после всего произошедшего. Зена еще помнила, как путались мысли после первой встречи с Каллисто. Королева воинов снова пыталась поговорить с Габриель и объяснить ей все, но бард лишь заметила, что Зене бывший враг дороже старого друга и отвернулась к стене. Пол ночи Зена не сомкнула глаз, думая, что же происходит, и что задумал Арес. Под утро девушка услышала крик ужаса. Нет, она не могла ошибиться. Быстро поднявшись, Зена, как была, в ночной рубашке и босиком, прибежала в комнату Каллисто. Девушка сидела на кровати и сжимала в руке кинжал. - Каллисто, все хорошо. Это просто кошмар, - Зена осторожно подходила к ней, жрица не реагировала. Зена боялась, что в любой момент на нее могут напасть. – Каллисто, все нормально. Это в прошлом, слышишь, - наконец Зена увидела глаза Каллисто: пустые, словно стеклянные. Взгляд устремлен в никуда… «Она не проснулась» - подумала Зена, осторожно забрав кинжал у девушки, после чего обняла ее: - Рекки, проснись. Рекки, - что, если это не сон, и ее душа сейчас далеко? - Зена… «Голос испуганный. Что ей снилось?» - Ты ведь помнишь, что мы не враги? Сирра уже восстановлена… - Зена, я все помню. Я видела другое… наши дети в опасности. - Это тоже в прошлом. Это просто сон, - Зена осторожно поглаживала девушку по волосам, успокаивая ее. Что такое кошмары, посылаемые богами, она знала и сама. В комнату вбежала Дея: - Мама… Зена? - Все уже хорошо, - ответила Зена. - Нет, все плохо! Идия исчезла! – прокричала Дея. – Я не слышала, как она ушла… - Дея, она не могла встать! – Каллисто уже была на ногах, от сна не осталось и следа. – Зена, где Ева? Зена хотела сказать, что Ева спит, но решила проверить, и обнаружила, что Евы тоже нет. Наскоро надев доспехи и разбудив Габриель, Зена вернулась к Каллисто и Дее, тоже уже собравшимся. - Что думаешь? – спросила Дея у Каллисто. – Где они? - Думать нечего: это Арес… Выйдем отсюда. Он сам найдет нас. Так и произошло. Появившийся Арес с усмешкой сообщил, что Ева и Идия у него, и любезным тоном предложил идти за ним. Каллисто держала руку на рукоятке кинжала, готовая напасть в любой момент, но что кинжал против Ареса? Зена тоже была готова атаковать. Дея, не привыкшая общаться с богами, кажется, испугалась, но не подавала виду, Габриель же иронично заметила, что давно знала: от этой дружбы одни проблемы. Идти пришлось не долго: на то самое поле, где когда-то Каллисто учила Дею и Кирку сражаться. Но как же изменилось это место… На поле стояло странное сооружение из перекладин, на которых за руки, на достаточной высоте были подвешены обе девушки. Идия была без сознания, Ева же от боли сжимала губы, но не просила о пощаде. Под ними был разведен огонь, так, чтобы не причинить серьезного вреда, но стать опасным в случае падения. - Ну, девочки, выбор за вами, - Арес усмехнулся, показав на веревку, связывающую Еву и Идию. – Спасти можно только одну, тогда вторая погибнет… что будете делать? И ведь силы одной полу жрицы полубогини тут не помогут… - Увидишь, кого она выберет, - усмехнулась Габриель, взглянув на Зену. Зена тоже понимала смысл ситуации: чтобы спасти свою дочь, придется… снова стать врагами. - Арес, зачем тебе это? – выкрикнула она. - Мне не нравится ваш союз… и твоя дочь тоже. На Олимпе она многих не устраивает… Каллисто сделала шаг вперед: - Арес, если тебя не устраиваю я, забери меня вместо них. Зена хотела отстранить ее, но Арес тут же метнул в королеву воинов огненный шар: - Наша исправившаяся злодейка, ослабшая богиня…думаешь, я не готов? Видишь это? – Арес продемонстрировал кинжал. - Кинжал Гелиоса? Пусть так, я готова, если ты отпустишь их… «Смерть для богов» - мелькнула мысль у Зены: - Каллисто, не надо! Жрица лишь мельком взглянула на нее и улыбнулась: «все нормально». - Я убью тебя… а потом подумаю… - Убей, если это нужно тебе. Сколько раз ты хотел сделать это, причиняя мне лишь боль? – Зена увидела, как Каллисто сцепила руки за спиной. Заметила, как несколько капель крови упали на землю: видимо, волнуясь, девушка зацепила свежую рану. Арес засмеялся: - Думаешь, будет иначе? Но ты стала слабее, отдав свою силу в обмен на умение лечить. Тебя будет просто победить. Огненный шар сформировался в руке Ареса. Он сдул его с ладони, как будто посылая воздушный поцелуй Каллисто. Девушка не шевельнулась. Зена хотела оттолкнуть ее, но была слишком далеко, и огонь сбил жрицу с ног. Подбежав, Зена услышала лишь сдавленный крик от боли и шепот: «мама…» «Совсем ребенок…» - мелькнула мысль у Зены. А Арес, переместившись к Каллисто, уже занес кинжал… - Мама… «Только бы вытерпеть это… как же больно…»… и гнать прочь мысли о том, что родные чувствовали то же самое… Только не кричать… только бы успеть… Арес занес кинжал и усмехнулся: - Ну что, имеет смысл твоя жертва? - Тронешь – в порошок сотру, - кажется, кое-кто может чувствовать себя увереннее Ареса… Страх на лице Деи сменился ликованием, Ева приподняла голову, и, кажется, тоже улыбнулась. Арес от неожиданности опустил кинжал: - Ты здесь откуда? - Думаешь, я позволю сделать больно моей любимице? Лучше отойди от нее, - Геката улыбнулась, и было в этой улыбке что-то… такое, что придавало уверенность. Зеленые глаза светились в темноте, что придавало ее лицу демонический вид. Но девушка была необычайно красива. Настолько, что ни один смертный не смог бы устоять… - Угрожаешь? – Арес сделал шаг назад, но тут же, усмехнувшись, метнул кинжал в богиню. - Нет! Словно время на миг остановилось. Остановилось, чтобы снова пойти, в разы медленнее, чем обычно: Дея, стоявшая ближе всех, бросилась к своей покровительнице, закрыв ее. Ева закричала от ужаса. Арес растерялся, поняв, что план, кажется, провалился… - Не выйдет… Спокойный голос Гекаты… даже удивительно, что в такой ситуации… Впрочем, кинжал она сжимала в ладони, поймав его, казалось, за секунду до того, как он мог убить Дею. В следующий миг богиня мягко оттолкнула Дею в сторону. - И что? Ты забыл, что я титанида? Меня не берут такие штучки… «Надеюсь, это правда… но, похоже, не совсем» - подумала Зена, увидев кровь на сжатом в ладони Гекаты кинжале. Веревка, связывающая Еву и Идию, оборвалась, и девушки упали в огонь. Дея бросилась к сестре и легко вытащила ее, крикнув Зене: - Огонь не обжигает, иди… Зена помогла Еве выбраться: веревка, связывавшая ей руки, тоже не сгорела… «Даже огонь меняет свойства? Потрясающе…» - отметила Габриель, восторженно смотревшая на Гекату. Девушка вмиг забыла свой страх во время ритуала, как, впрочем, и все остальное, произошедшее за последний день. - Ты бросила вызов всем нам… объявишь войну Олимпу? – Арес усмехнулся. - Зачем? Олимп остался без королевы… как думаешь, кто теперь пойдет против меня? - Когда речь пойдет об их смерти – все! Геката лишь улыбнулась: - Артемида и Диана вне опасности, царству Аида смерть не страшна, Афродита будет на стороне Зены… так уж вас много, Арес? - Эта новая религия… - Они признают нас… придется… а вот тебя – сомневаюсь… Зена помогла Каллисто подняться и отвела девушку чуть дальше от места сражения. Жрица все еще не могла отдышаться, и Зена даже представить боялась, что она пережила. Арес исчез, практически сбежав… но, кажется, это никого не волновало. - Рекки, - Геката улыбнулась Каллисто и протянула ей руку. Зена заметила, что ладонь богини на самом деле была в крови: значит, она рисковала. Рисковала ради своих жриц. Или все же… Каллисто сделала шаг к ней, осторожно коснулась ее ладони. - Не бойся, Рекки. Это нормально. Иди ко мне, - другой рукой Геката осторожно обняла Каллисто, прижав к себе, как плачущего ребенка. – Теперь мы, можно сказать, родственники. Общая кровь… Зена улыбнулась, поняв, что порез на руке Каллисто тоже кровоточил. Получается, их кровь смешалась. Мелочь для смертных, но для богов, наверное, нет… - Только не надо забирать мою боль, - прошептала Каллисто. - Для меня в этом нет ничего нового. - Не хочу, чтобы тебе было больно из-за меня. - Чудо мое, - богиня нежно улыбнулась. – Бывало, что меня хотели защитить, но чтобы двое в один день… - Мы любим тебя. - Я тоже вас люблю. Все будет хорошо, Рекки. Ты мне веришь? Каллисто кивнула, и, неожиданно для всех, тоже обняла богиню. Обняла, как обиженный ребенок обнимает мать-защитницу. - Я здесь, дорогая. Можешь плакать, в этом нет ничего такого. Все уже хорошо... "Она на самом деле плачет?" - подумала Зена, вспоминая все годы, которые знала Каллисто: минута слабости? Или... "А ты как думаешь? Арес заставил ее почувствовать всю ту боль, которую она когда-либо чувствовала" - услышала Зена. Это были даже не слова, а полуэмоции, как будто пришедшие из неоткуда. Значит, боги общаются еще и так? Зена заставила себя снова взглянуть на Гекату, и. неожиданно для самой себя, встретилась с ней взглядом. Теперь уже глаза отводить было нельзя... "Ты ненавидишь меня? Ненавидишь, потому что это я виновата?" - мысленно спросила Зена. "Я могу понять обеих, но виновата и правда ты. Это не искупить" - от последней фразы становилось жутко. "Мне уйти? Как только будет возможно?" - богиня лишь кивнула, а после вновь взглянула на Каллисто и улыбнулась. С ней она была добра... - Ты справишься, Рекки. Несколько секунд они еще смотрели в глаза друг другу. Кажется, договариваясь о чем-то, что больше никого не касалось... Теперь уже Зена знала, что и такое возможно. Через секунду богини уже не было рядом. - Ты знала? – Зена удивленно смотрела на Каллисто: но почему не предупредила? Не подала знак? - Надеялась… Надеялась, что никто из хранителей не сможет отразить его атаку, - Каллисто взглянула на свою руку, провела пальцем по тонкому шраму, оставшемуся от затянувшейся раны. - Призвать ее я не могла: Арес был бы готов… оставалось надеяться на последнюю защиту: она чувствует нашу боль, когда уже больше никто не может помочь. Когда противник силен… как Арес, например. - Хороший сюрприз получился, - заметила подошедшая Габриель, улыбавшаяся впервые за последние два дня. – Прости меня за… за вчерашнее… и за то, что не верила тебе. - Это не важно, - Каллисто коснулась ее щеки и улыбнулась девушке. Идия обняла мать… Это ощущение счастья и безопасности… на первый взгляд новое, необычное, но такое знакомое… хотелось сохранить его как можно дольше. - Что это за чувство? Откуда оно мне знакомо? – удивилась Ева по пути ко дворцу. - Это чувствует младенец на руках у матери… ты просто забыла, - объяснила Дея. – Интересно, почему сироты тоже зовут маму, когда им плохо? - Может они зовут не свою мать, а именно Гекату… я сегодня пыталась позвать ее, - заметила Каллисто, улыбнувшись девушкам. - Попытка была удачной… а как быть с последователями Элая? - Думаю, это не осознаешь… Зена заметила, с каким восторгом ее дочь смотрела на Каллисто, и даже ощутила укол ревности: неужели Ева не могла найти кумира… с более чистым прошлым? - Нам надо продолжать путь, - заметила Габриель. - Сама об этом думала, но не хотелось вас отпускать, - Зена удивленно взглянула на Каллисто: это после всего, что было? Хотя в последние дни они и очень сильно сблизились, иногда казалось, что лучше не видеть друг друга. - И мне не хочется уходить, - заметила Ева. - У тебя свой путь. Главное помни сегодняшний день… - Да, я знаю. Я ее должница… Зена задумчиво взглянула на дворец: - Как Арес похитил Еву и Идию, если дворец защищен? Дея засмеялась: - А ты видела тех защитников? Это ведь простые собаки! - Кто? - Собаки, но из мира мертвых! Проследили, наверное. А уж потом… Идию они знают, вот и не заметили подвоха. Кстати, одна из них, - Дея указала на крупного серого пса, ожидавшего их на тропе. - Это волчица, и ты обязана ей жизнью, кстати говоря, - Дея удивленно взглянула на мать, Каллисто подошла к волчице и погладила ее. – А еще она не зря пришла, придется нам… отдать долг за спасение жизней. Зена удивленно взглянула на Дею, ожидая пояснения. Но, видимо, к общению с собаками тут привыкли. - Крипит в опасности. Там стало слишком много сторонников Элая… - взгляд на Зену. – Ладно, просто много! В общем, это повод для нападения. Причина же: деньги. Армия большая, человек триста… Богиня поручила нам защиту города. - Это он тебе сказал, - удивилась Габриель. - У него мозгов побольше, чем у некоторых богов… - На Ареса намекаешь? – Зена усмехнулась. – Помочь Элаю – мой долг… но каков план? Каллисто задумалась: - Перенести туда я смогу максимум двоих… значит остальные пойдут к Эзею и расскажут все. Не волнуйтесь, он привык… так, кто еще с нами? Нужен воин… Ева или Дея? - Я не пойду… не смогу убить… Каллисто взглянула на Еву и ободряюще улыбнулась: - Позже понадобится и другая помощь. Значит, Дея? - Я согласна! Там страдают невинные, пусть даже и последователи Элая… - Отлично, - последнее замечание было как- будто не замечено. – Идия, ты остаешься во дворце, тебе на сегодня хватит. Отдай свой оберег Дее, яды нам понадобятся, - девочка сняла с шеи кулон -бутылек и протянула сестре. – Идем… Каллисто взяла Зену и Дею за руки… Миг – и они уже в совсем другом месте. Небольшой город, наверное очень красивый… был когда-то, а теперь уже были заметны следы разрушений, был похож на сотни других. Но Зена привыкла спасать простые города… но не от такой ведь армии! - Ах ты ж… это за два дня? – Каллисто осмотрелась. – Дея, тебе задание: отравишь источник возле лагеря войска. А лучше, если их посуду: вероятность выше… какой яд с собой? - Аконит и белладонна… - Отлично… если получится - подлей яд в еду. Вот, возьми и мой, - еще один пузырек… К этому Зена уже привыкла. Когда Дея ушла, Зена вопросительно взглянула на Каллисто: - А нам как быть? - Тянуть время. Огонь тут пока опасен… мирных жителей много. Здесь часов пять пути, если не очень гнать лошадей. Час на сборы… такое количество яда их не обезвредит, разве что ослабит некоторых… идеи есть? - Осмотрим дома на окраине? Обычно они страдают больше других… В первом доме никого не оказалось, во втором один из солдат решил обосноваться, сделав жильцов своими слугами… за что и был убит Зеной, выяснившей привычным способом, а точнее – перекрывшей ему кровоток, сколько солдат в армии и когда наступление: наступление планировалось на следующий день, но армия насчитывала триста пятьдесят человек… Армии Виеры придется не легко! Выяснилось, что в городе выставлен патруль, поэтому местные жители боялись бежать. Да и куда? Ближайший крупный город – Виера, но туда еще дойти надо… - Куда дальше? – Зена огляделась: слишком много домов, явно подвергшихся нападению. Девушки услышали приглушенный крик, как будто кому-то зажали рот рукой… сомнений не осталось. В доме, в который они вошли почти незамеченными, оказалось трое солдат и девочка… ребенок лет двенадцати… девочка была без сознания, одежды на ней не осталось… «Опоздали» - мелькнула мысль у Зены, выхватившей меч. Но Каллисто опередила ее, с криком напав на одного из мужчин. Он хотел взять инициативу в свои руки и сделал выпад на нее… роковая ошибка! Мужчина сам налетел на меч… Двое других, опомнившись, схватились за оружие. Одного из них Зена взяла на себя, загнав в угол и перекрыв кровоток: - Кто командует армией? – имя не было знакомо… бесполезно. В это время Каллисто сражалась с другим солдатом. Удар – и меч был в его шее… Не самая лучшая смерть, но они заслужили… Зена перерезала горло оставшегося воина. - Сволочи, - зло прошептала она. Каллисто присела рядом с девочкой. В первую секунду Зене показалось, что жрица пытается помочь. И лишь после она поняла: Каллисто хотела задушить ребенка, закрыв ей рот и нос ладонью. Зена села рядом и осторожно убрала руку Каллисто: - Не надо… у нее есть шанс. - Она сама захочет умереть. Поверь, так лучше. Снова это отчаяние в голосе… Как будто она знает, что чувствует девочка. Или… она на самом деле знает? - Значит, ты не обманула? Девушка кивнула: - Их тоже было трое… трое против одной. Шансов не было. После я хотела убить себя… но не смогла. А чуть позже, став воином, нашла их… - Не продолжай, сама знаю, что было дальше, - остановила ее Зена, понимавшая, какая расправа ждала мужчин. - Но ты ведь справилась. - Не скоро. Эзей нашел нужные слова, хотя и не знал. А до того… смерть ждала любого, посмевшего лишь намекнуть. Отсюда и сплетни, как не странно. Зена прикусила губу: а они верили этим слухам… вот как еще бывает. - Такое сложно забыть, я верю. Но все же… не бери на себя еще один грех. - Грехов и так много, одной жертвой больше, одной меньше… - Каллисто поглаживала девочку по волосам. – Я мало что помню. Только их смех, и то, как болели связанные руки. Шрамы от веревок долго сходили. И помню, как было страшно… остальное уже стерто, забыто… Тогда я как будто на несколько минут перестала существовать. Не умерла, а… меня просто не было. Более страшной смерти я желала только… - девушка осеклась, и Зена предпочла сделать вид, что не заметила последних слов. - Она тоже забудет. Ты сможешь помочь ей забыть. Ведь есть травы, отнимающие часть памяти. Не надо… Каллисто кивнула в знак согласия. Зена встала и подала ей руку: - Надо найти одежду… И куда-то прятать ее, пока армия не прибудет. Помоги ей, и станет легче. - Откуда ты знаешь? - Мои кошмары уходят, когда я пытаюсь помочь тебе. У нас общие кошмары, но… может, это подействует? - Ладно… если ты просишь… место для нее найдется… Чуть позже нашли Дею… или она нашла девушек. Понять было сложно. Дея, рассерженная, но все же довольная собой, сказала, что источник портить не пришлось: удалось подлить яд в еду. Остается надеяться, что солдаты решат пообедать перед наступлением. - Правда доза там явно не смертельная, - заметила девушка. – Человек на тридцать – да, но их там триста… - Надеюсь, что хоть испугаются, - ответила Каллисто. – Армия уже должна быть близко… вот уж когда Идии не хватает! Армии дождались только через час. Радовало, что наступления как такового не было, иначе пришлось бы удерживать город…. Втроем. Бывало, конечно, но ситуация не из лучших. Разведка неприятеля работала хорошо, солдаты были готовы. Хотя некоторые из них и выглядели… неважно. Бой был тяжелым, и, к счастью, армии встретились вне стен города. Но и в городе начались беспорядки, устраиваемые патрульными. Некоторых воинов даже пришлось переправить туда, потеряв еще часть солдат и без того малочисленной армии. Ева была в стороне, и с ужасом наблюдала за битвой. На глазах девушки блестели слезы. - Ева, ты понадобишься, - Каллисто оказалась рядом с ней. - Неужели я… я тоже была… такой… - И я была. И Зена. Подумай, скольких ты сможешь спасти сегодня. Нам в город, Ева… Ева подчинилась. Она все еще не поняла своих чувств: девушка, которой она завидовала, будучи воином… Девушка с похожей судьбой… и в то же время – убийца ее брата. Как относиться к ней? Но сердце начинало биться чаще, когда она обращалась к Еве. «Я не Каллисто» - когда-то не раз говорила Ева, подразумевая, что она превзойдет ее… а сейчас… сейчас хотелось сказать: «Я хочу быть такой, как ты». Осколок красного камня, похожий на каплю крови, который Ева носила с собой, сколько себя помнила, тоже принадлежал ей… Ева помнила, как ей подарили эту подвеску. Но тогда она еще не знала, кем была та девушка с такими выразительными газами… В городе было сложнее: приходилось действовать так, чтобы не причинить вреда мирным жителям. Один из солдат грубо схватил Еву за волосы… Каллисто убила его одним ударом: церемониться было некогда. Обернувшись, жрица увидела знакомое лицо: та самая женщина из Агафы тоже была в городе… может, остановились на ночевку, или искали там помощи… кто знает. Женщина смотрела на нее с ненавистью, но не вмешивалась. Этот взгляд… Они смотрели друг другу в глаза всего пару секунд, но для Каллисто это уже было вечностью. Она понимала, что уже ничего не изменит. Ненависть не уйдет… или уйдет, но не скоро. Боевой крик Зены… на королеву воинов кинулись сразу пятеро. Она справится, но… Каллисто вмешалась, взяв на себя двоих. Один из них оказался весьма ловким, и даже сумел ударить ее мечем, что лишь разозлило девушку: это вам не кинжал Гелиоса. В следующую секунду воин уже был на земле, со вспоротым животом, но еще живой. Добивать его никто не стал. Битва была завершена. Армия Виеры, отправленная на помощь, несла серьезные потери. Среди мирных жителей тоже было много тяжелораненых и убитых. Раненых относили в ближайшие дома и вызывали своих лекарей. Зена с горечью отметила, что жрицам не доверяли. Каллисто помогла одной женщине, но та, не поблагодарив, заявила, что спасется молитвой и любовью… - Элай? Где был ваш Элай, когда вам понадобилась помощь? Вы что, всерьез собрались лечить раненых молитвами? – почти выкрикнула жрица. Зена решила не вмешиваться: она права… слишком права… Неподалеку Ева говорила сразу с несколькими последователями Элая, как не странно, рассказывая им о Гекате. Люди поняли Еву не совсем верно, но услышав, что Геката олицетворяет мать для всех, в том числе и для Элая, успокоились и доверились Дее. «Да, так и рождаются легенды» - усмехнулась Зена. Чуть позже, когда смерть уже не так ощущалась, Эзей все же решился сказать матери одну немаловажную деталь: - В Виере тоже проблемы: Ариопа покинула храм, сказав, что не признает бывшую убийцу. Агамета одна, а она уж очень молода… - Там все хорошо, поверь. А замену Ариопе я уже нашла, - Каллисто улыбнулась Зене, так, чтобы та поняла, что речь идет о той самой спасенной девочке. - Скажи ей все, только сразу, - заметила Зена. Темнело. Жрицы не решались войти в город, не признававший богов: не хотели смущать жителей. Вреда им бы никто не причинил, но… Ева уже час успокаивала спасенную девочку, которую, как оказалось, звали Селена. Удачное совпадение. - Куда вы дальше, - спросила Каллисто, снова оставшись наедине с Зеной. - Многие города пострадают за веру. Надо им помочь… - Это твой путь. Было понятно: они снова не вместе. Не вместе, но рядом. Не враги друг другу. - Мы еще увидимся? – зачем-то спросила Зена. - Так или иначе, но обязательно увидимся. Спасибо тебе за все… - И тебе спасибо. Я многое поняла. - Я тоже. Габриель, наблюдавшая за ними, все же подошла к девушкам: - О чем разговор? - О будущем… присоединяйся, - Каллисто улыбнулась ей. Было сказано еще много. Девушки не раз говорили, что хочется увидеться снова, что они хорошие союзники… но в глубине души каждая знала, что это – их последняя встреча. И только Идия знала причину. Но не могла бы сказать им об этом, даже будь она рядом: есть вещи, о которых нельзя предупреждать. Это и называется судьбой.