Какой же длинный вечер!

Cмена Раэлль заканчивалась в семь. До блеска начищенные рюмки и кружки под пиво перехватывала у нее ее сменщица Эллен — миловидная темноволосая всегда улыбающаяся девчушка, только закончившая школу и сейчас подрабатывающая в этом баре, чтобы скопить на учебу. Ее маленькие ручки ловко работали со всеми принадлежностями бармена, справлялась с заказами она быстро и место после себя всегда оставляла чистое и прибранное, что Раэлль очень нравилось. Да и вообще эта кареглазая красавица к себе располагала. Иногда им приходилось работать в одну смену и бывало, что они вместе выпивали, болтая о жизни и делясь смешными историями. Если бы Эллен не была такой юной, думала Коллар, то, наверное, она бы точно за ней приударила. Впрочем, в сложившейся ситуации, Раэлль воспринимала ее младшей сестрой и не более. Наливая очередному красному как рак парню пятую, по подсчетам Раэлль, кружку пива, девушка нетерпеливо поглядывала на наручные часы. Сегодня смена не заладилась: несколько полупьяных амбалов настойчиво выпрашивали ее номер, что жутко отвлекало и что вследствие послужило причиной ссоры с администратором, с которым отношения и так были натянуты. Плюс к этому, разбила две рюмки, а какой-то вдрезги пьяный джентельмен опрокинул на нее свой "Секс на пляже". Наконец пробило семь. Не прошло и минуты, как чья-то рука легонько тронула девушку за плечо - рядом появилась всегда пунктуальная Эллен, уже собирающая волосы в пучок. Девчушка расплылась в своей фирменной "все-так-потрясающе" улыбке и перехватила у Коллар грязный стакан. — Домой? Раэлль, развязывая еще мокрый от "секса..." фартук, отрицательно качнула головой. — Договорилась посидеть с друзьями, — произнесла она, недовольно глядя на огромное пятно на белой майке: что на вид, что на запах — одно разочарование. Впрочем, настроение, несмотря на все сюрпризы сегодняшнего дня, испорчено не было. Все же не так часто все ее друзья собирались вместе: в свободное от университета время Эбигейл подрабатывала в компании матери, а Талли все свое время проводила со своим "вселенским душкой" Геритом, о котором, казалось, Раэлль знает больше, чем о самой подруге. Ну а Байрон полигамный самец, и этим, собственно, все сказано. Он был хорошим другом, но эти его многочисленные любовные увлечения занимали в его мозгу и сердце особенное место. — Тут? — повысила голос Эллен, после того как парочка больно веселых друзей, не вписавшись в поворот, врезались в барную стойку прямо рядом с девушками. — Да, — проверяя телефон и читая сообщение Талли, кивнула Раэлль, — должны подойти через пару минут. Эллен сгребла сразу три пустых шота с поверхности стойки и как-то непонятно, то ли шутя, то ли с долью недовольства, хмыкнула: "Надеюсь, в этот раз твой развеселый друг будет поскромнее". Она имела в виду именно Байрона. При прошлой их мимолетной встрече в этом же баре, парень, будучи жестоко брошенным по смс-ке, залил в себя больно много спиртного, но, так и не заглушив свою вселенскую боль, полез к молоденькой барменше с историями о своем уже бывшем молодом человеке. Эллен, не питавшая теплых чувств к пьяным нытикам, довольно жестко ставила его на место весь вечер, а после в разговоре с Раэлль пожаловалась шутя: "Хоть бы ко мне парни так приставали, как этот пьяный гей". Коллар неопределенно весело хмыкнула: она не была так уверена, что случай с Байроном не повторится. Она второпях протерла стойку, бросила тряпку под стол, потрепала подругу по плечу и скрылась в комнате персонала. Это помещение, к слову, больше походило на подсобку: все это узкое помещение было завалено вениками и швабрами, ведрами и тряпками, средствами для уборки и запасными фартуками для работников, и, только продравшись сквозь эти джунгли, ты мог выйти к старой обшарпанной стенке, вдоль которой в ряд стояли десять узких потрепанных жизнью шкафчиков. Их дверцы с трудом открывались, а после протяжно и истерично скрипели, из-за чего казалось, что этот душераздирающий звук слышен всем посетителям заведения. Бар был, конечно, редкостной дырой, но знал об этом только персонал. Стоя рядом с маленьким грязным зеркалом, Коллар натянула на пропитавшуюся алкоголем майку серую толстовку. Далеко не новые кеды, потертые джинсы и эта старая байка являлись ее повседневной одеждой в рабочие дни в баре; в выходные все это барахло, не считая обуви, закидывалось в стиралку, болталось там с час, после сушилось, гладилось и снова надевалась на работу. Сегодня не нужно было беспокоиться об идеальном внешнем виде: собирались старые друзья, при том еще и пить; а приглашенного гостя в лице Герита Раэлль кем-то особо значимым не считала. Телефон тихо звякнул — друзья уже зашли в бар. На секунду задержавшись возле зеркала, Коллар быстрым движением руки торопливо кое-как поправила растрепанные волосы и поспешила к выходу из подсобки. После холодной свежести комнаты персонала бара дыхнул в лицо Раэлль своим спертым воздухом, а уши тронул шум множества голосов и приглушенная мелодия песни в стиле кантри, которую девушка почти выучила наизусть: так часто ее тут включали. На секунду задержавшись подле стойки, светловолосая тихо шепнула Эллен о духоте. Девчушка кивнула и исчезла в толпе — пошла искать администратора. Раэлль тем временем оглянулась. Людей стало чуть больше, все места у стойки и большинство столов были заняты, и, не спеша осматривая каждый из них, девушка нашла, кого искала. Возле ее любимого столика (он был чуть чище остальных, и, полагаясь на свою память, Коллар не помнила, чтобы на него когда-то кто-то блевал, в отличие от других) мялась небольшая компания. Во главе ее стояла Эбигейл с поднятой в воздух рукой и сдержанно улыбалась, рядом с ней стояла Талли со своей широчайшей головокружительной улыбкой, Байрон копался в телефоне. Уже подходя к столику, Раэлль увидела Герита — парень как всегда скромно улыбался, не выпуская руку Крейвен, будто боялся, что потеряет ее в толпе. За спиной Байрона, который благодаря толчку Эбигейл все же оторвался от телефона, стоял незнакомый парень. Он не улыбался, но лицо его, какое-то по природе мягкое и умиротворенное, выражало приветливость и дружелюбие. Талли первая полезла в объятия. Ее объятия всегда были такие мягкие, что из них не хотелось уходить. Не человек, а солнце. Бэллвезер была менее эмоциональна, но только потому что не так давно они с Раэлль выбрались на прогулку в парке в ее - Эбигейл - обед и ее - Коллар - выходной. С Байроном они обменялись притворно чинным рукопожатием, а после тоже, смеясь, обнялись. Герит не претендовал ни на что большее приветливой улыбки: они встречались третий раз в жизни, и, понимая уровень авторитета и Раэлль, и Эбигейл в глазах Талли, парень держался при них чуть ли не как настоящий солдат. Девушка помедлила перед незнакомцем. Чуть выше Бэллвезер, то есть на добрые пятнадцать сантиметров выше Коллар, парень с добрым невыразительным лицом, только представ перед Раэлль, вспомнил об улыбке, которая вышла сдержанной, но все равно приветливой. В мыслях девушка уже окрестила его "слоном" в хорошем смысле этого слова. Большой, спокойный, где-то в своих раздумиях — вылитый слон. — Адил, — голос его был мерным и глубоким. — Раэлль, — она протянула руку. Адил на миг растерялся, но тутже немного неуверенно с улыбкой пожал ее. — И ты... — протянула девушка, обводя компанию взглядом. — Он со мной. Работает на мою маму, — ни единый мускул не дрогнул на лице Эбигейл. Девушка стояла, вытянувшись в струнку, точь в точь как рядом стоящий Герит. Раэлль заметила это и улыбнулась, а после мимолетом бросила взгляд на Талли. Рыжая подруга, казалось, только и ждала этого: ее глаза блестели — и, только обменявшись более чем красноречивыми взглядами, она немного успокоилась, хотя было видно, как она давит улыбку, которая, казалось, блуждала по всему ее лицу. В баре тем временем стало легче дышать. Видимо, Эллен все-таки отыскала администратора, и тот починил кондиционер. Несмотря на свою преувеличенную требовательность к персоналу, управляющий слыл человеком ответственным, и при нем ни к чему в баре нельзя было придраться — все было идеально. — Тогда садимся, — легонько хлопнула рукой по столу Коллар, пользуясь правом "хозяйки". Все, не торопясь, начали рассаживаться, и только Байрон оставался на ногах. Парень уже не пялился в телефон и, спрятав его в карман, вглядывался в толпу за спиной Раэлль. — Байрон, может, перестанешь тормозить? Твои мальчики не любят этот бар, тебе нечего тут ловить, — не упустила шанса съехидничать блондинка, потянувшись за стулом. Но ее тут же остановили. Лицо друга просветлело: кажется, он нашел того, кого искал. Его рука мягко, но требовательно легла на плечо Раэлль и оттянула от стула. Девушка успела поймать на себе два жадных, каких-то игривых взгляда обеих своих подруг и с нарастающей тревогой отметила, что именно такими взглядами обменялись они с Талли, когда узнали, чьим спутником оказался Адил. — Наверное, надо было сказать раньше, — голос Байрона звучал не то, что не виновато, а очень заискивающе, — но я тоже осмелился привести с собой кое-кого. Последнее слово прозвучало так выразительно, что все, предшествующее ему, казалось, не имело никакого смысла, будто выкинь все слова до этого несчастного местоимения — и фраза все равно будет звучать законченной. — Вижу, я как раз вовремя, — прозвучал голос сзади. Глубокий и мягкий, как у кота, он коснулся ушей Коллар и будто застыл в воздухе, аукнувшись где-то в голове. Прозрачная, еще не до конца понятная мысль загуляла в голове: "Этот олух точно сделал что-то дерьмовое". Глаза стрельнули в сторону девочек: а вы, красотки, почему на меня смотрите? Впрочем, медлить больше было нельзя, или обладательница этого прекрасного голоса посчитает это неуважением. Раэлль торопливо обернулась. Если она и хотела сказать что-то извинительное по поводу своих друзей и аккуратно попросить незнакомку уйти, то это желание покинуло ее в мгновение ока. Будто ветер, то, что она увидела, сдуло эту мысль из ее головы, словно ее и не было. Перед ней стояла миловидная, а может, даже слишком, невысокая брюнетка. Видимо, она только что мыла руки и сейчас потряхивала ими, суша. Волосы еле касались ее плеч и слегка вились, мягкие черты лица стали еще мягче за счет легкой то ли кокетливой, то ли лукавой, то ли совершенно обыкновенной улыбки. И глаза. Кристально голубые, как вода из природного источника, они поглощали, заставляли нырять в них и теряться в пучине яркой радужки и узких зрачков. И в то же время глаза эти были пронзительными: Раэлль, глядя в них, почти терялась в трансе, а их обладательница словно изучала девушку напротив изнутри, взглядом проскользая под кожу, мышцы, кости... Может, Коллар показалось, но что-то в выражении лица незнакомки на мгновение дрогнуло. Только это помогло блондинке вконец не потеряться во времени, пространстве и этих голубых глазах, и в ту же секунду ее облило волной стыда от понимания, как ничтожно мало изменилось лицо напротив и как, кажется, ее собственное лицо выразило в три раза больше эмоций, чем за весь прошедший день. Байрон и компания за столом тактично выжидали. Или, может, еще не успели решить, как реагировать: Раэлль потеряла счет времени и не могла сказать точно, сколько времени они молчали. Может, секунду, может, больше. Понадеявшись на первое, девушка протянула незнакомке руку, молясь всем известным ей богам, чтобы ладонь не оказалась потной. — Раэлль, — маленькой победой можно было считать довольно обыденно прозвучавшее имя. — Коллар, — а вот фамилия еле заметно дрогнула. Голубоглазая брюнетка улыбнулась чуть шире, и на ее щеках заиграли милые ямочки. Ее рука коснулась руки Раэлль, и последняя почувствовала на ладони остатки прохладной влаги. Кажется, все-таки не потная. — Сцилла. Рамсхорн.