Цирк

Утром в 5:49 в доме Цирка. Музыкант начал своё утро с пробуждения в прокуренной квартире, с громко играющей музыкой и бутылочкой холодного крафтового пива. С потолка начала осыпаться штукатурка от звенящих басов, а приятная вибрация под ногами лишь щекотала нервы, что позволяло полуобнажённому телу с улыбкой на лице шататься по квартире в поиске перекуса. Он не осознавал, спал ли он вообще сегодня или прилёг на пару минут/часов, но из-за плывущего мира перед глазами, так и не смог угомониться. Видимо, сегодня он успел переборщить с допингом, который потихоньку убивал и его самого, и его нервы. У Дрессировщицы кончается терпение, ведь её стены дрожали в такт каждого бита, а кровать дрожала не хуже, чем от землетрясения в Японии, да, быть соседкой этого мужчины - не самый лучший подарок. — Ты вообще со всем?! 5 часов утра! Ублюдок конченный. Объебался опять небось и слушает непонятное говно. Она рычала, металась по квартире, как волчица, и стучала в стенку соседа, что в итоге привело к победному результату. Музыка затихла, и Дрессировщица победно рухнула на диван. Ещё мгновение и она была готова увидеть свой первый сон за ночь, но радость продлилась не так долго, как она надеялась. — Поверила, что я выключу музыку? Ха, наебал, сука, — промурлыкал Музыкант, словно в микрофон, ведь его голос отдался эхом в барабанных перепонках девушки. После этих слов мужчина ещё прибавил громкости и видимо взял в руки гитару с баритоном, добавив ушам Дрессировщицы больше стресса. Девушка осознала, что видимо его любимый уехал от него, раз мужчина так издевается над её спокойствием уже с утра. Она была готова спустить на него всех собак с цепи, но было бы проще заслать крыс с чумой, чтобы наверняка, но тогда Священнику нужно будет сжечь их дом. Слишком великая цена за спокойный сон. На часах уже пробило 8:00 утра, и в комнате капитана вовсю кипела жизнь. Мужчина разгуливал по своим покоям и заказывал на завтрак новые блюда, пока на электронной плите кипятился чайник. В его кровати, почти не дыша, спал бледный Клоун, укутавшись, как в кокон, одеялом. Он совершенно не желал вставать в такую рань, особенно до того момента, пока не принесут завтрак. Заварив китайский синий чай ЧангШу, Фокусник присел на диван, взял в руки недочитанные мемуары одного комика и продолжил чтение, периодически поглядывая в свою спальню, а ,вернее, на своего любимого. На удивление, в этой любительской писанине затрагивались животрепещущие темы: «жить, как все? в чём природа счастья, и есть ли оно?…» Капитан лишь усмехнулся от этих слов, словно, по его мнению, не об этом должен думать человек. Раздался стук в дверь, на что Фокусник лишь недружелюбно дёрнул бровью и снова отложил книгу в сторону: всё на свете мешало ему в прочтении данного юмористического произведения. — Фокусник, вышиби мозги тому человеку, кто решил придти с утра, — прошипел Клоун сквозь сон. Капитан заулыбался, согласился со словами своего подчиненного, взял запасную маску со своего стола и направился к входной двери, чтобы поприветствовать незваного гостя. — Доброе утро. Я пришел, чтобы изъять документы, объяснительную после последнего Вашего задания, а так же пропуска и отчёт за каждую мертвую душу, — отчеканил секретарь прям с порога. После этих холодных слов, Секретарь невольно провёл своим взглядом по оголённому торсу капитана, что без грамма стеснения стоял на пороге и словно позволял любоваться своим телом, белизна которого резко бросалась в глаза. Под маской вырисовывалась довольная улыбка, ведь капитан наблюдал стеснительный взгляд молодого человека, что от смущения старался скрыть свой еле уловимый румянец на щеках. Фокусник доброжелательно указал жестом Марку, предлагая тому войти в квартиру и забрать всё нужное для работы самостоятельно. Пока парень проходил к кабинету, Фокусник закрыл дверь в свою спальню, чтобы не беспокоить сонного Клоуна и не рисковать жизнью столь привлекательного молодого дарования конторы Директора. — Если Вы прячете своё лицо, то ,может, ещё и тело прикроете, — осуждающе произнес секретарь, взяв со стола объяснительную от Фокусника, что была филигранно расписана на тонком листе обычной бумаги. — Да, конечно. Может,пока я одеваюсь, угостить тебя чаем? Завтрак будет готов только через минут 10-20, но я оформил заказ только на две персоны. Желаете я… — Завтрак тут ни к чему, но я не смогу отказаться от Вашего чая, — секретарь на мгновение сменил своё хмурое выражение лица, на более доброжелательное и даже в каком-то смысле милое. Фокусник взял стеклянную чашку с двойным дном и наполнил ее до половины синим чаем, на пробу Марку, а сам отправился обратно в спальню, чтобы уже прикрыть своё обнаженное тело. Секретарь проводил взглядом капитана, рассматривая каждый шрам на спине мужчины, в том числе и новенькие царапины, которые скорее всего оставила его любовница, предположил секретарь. Ведь у такого статного мужчины, с бархатным голосом и отточенными до идеала манерами, точно есть женщина, возможно это даже чья-нибудь дочка из верхушек начальства, ведь как иначе объяснить столь лояльное отношения руководства к этому альбиносу. — Как твоя работа? — любезно поинтересовался Фокусник, вернувшись из спальни уже в полном комплекте пижамы. — Усложнилась. После последнего Ваше задания, где пострадало слишком много людей, а также 25 детей в возрасте 11-12 лет… В Вас нет ничего святого. — Оу, это звучит почти, как комплимент, — Фокусник встал напротив парня на расстоянии вытянутой руки, но при этом его заигрывающие нотки в голосе чуть ли не обласкали уши секретаря.— А ты видел запись, что сделал самолично один выживший паренёк, пока на его глазах убивали его друзей? Я считаю, что его упустил Музыкант, он никогда не любил лишать детей жизни. Как я его понимаю. Тоже такое не люблю делать, поэтому для этого использую руки своих подчинённых, — капитан тихо посмеялся и покосился куда-то в сторону спальни, — Так, что насчёт видео, тебе понравилось? — Извините, но меня не интересует данные видеозаписи, — максимально холодно ответил парень, стараясь не обращать внимания на то, как мужчина сквозь маску наблюдает за каждым его движением, — Это Ваша работа, я полностью отдаю себе отчёт в этом, но… Для меня это ужасное зрелище. — Хмм, очень необычно. Ты ведь работаешь на Директора в конторе, что решает конфликт … Ай, давай не будем о грустном. Хочешь, следующее задание мы проведем без убийств и жертв? — В каком смысле? — Если это единственная причина, по которой ты не желаешь лицезреть данное видео с нашей «работой», то специально для тебя я проконтролирую свою команду так, что они никого не убьют. Секретарь выпрямился и с округлившимися глазами посмотрел на Фокусника, ведь данные слова, услышанные от безжалостного человека, выглядели слишком подозрительно. Парень с замиранием сердца ожидал ещё чего-нибудь более шокирующего от этого утра, раз убийца отказался убивать кого-то ради него. — Не нужно, пусть Ваша работа будет такой, какой её прописал заказчик, — парень сделал первый глоток этого голубого чая и от неожиданности улыбнулся, ощутив приятный молочный вкус на послевкусии. — Вкусный чай, у вас есть талант к этому. Вы долго под прикрытием работали в чайной? — Нет, что ты, в молодости я коротал скучные дни за прочтением книг по чайному мастерству. После научился проводить чайные церемонии и правильно заваривать всевозможные виды чаев. Небольшое такое моё хобби. А ещё, к моему великому сожалению, жизнь связала меня с одним гордым азиатом, что уже подразумевает неплохое такое перенятие опыта. Но, лучше бы, я никогда с ним не встречался. Секретарь даже не заметил, как сложил все пропуска Цирка в одну коробку, собрал нужные документы и подправил объяснительную, а Фокусник всё рассказывал ему какие-то истории из жизни, которых было немало, от чего зародился следующий вопрос: «сколько же лет Фокуснику?». Ещё один стук в дверь и Фокусник с удовольствием отправился к входной двери забирать свой завтрак на серебряном подносе, что состоял из: двух порций пышных сырников, тарелки с фруктами, двумя лимонадами и кофе. Марк лишь проводил взглядом капитана, поднимая коробку с документами, оказавшейся не такой уж и лёгкой. — Я тебе помогу, — лишь произнёс капитан, оставив поднос на обеденном столе и подойдя к секретарю, — Твоя работа, я всё осознаю, но такими темпами ты скоро надорвёшься, приходя ко мне без охраны. Едва коснувшись рук парня, Фокусник забрал эту коробку, что оказалась для него сравнительно лёгкой, примерно как принтер на размер А4, на котором Механики печатали шаблоны для поддельных печатей. Без лишнего дискомфорта, в пижаме и мягких тапочках, мужчина понёс коробку к выходу, пока секретарь, как собачка на коротком поводке, шёл за ним, не теряя своего гордого и хмурого выражения лица, под стать его руководителю Директору. Капитан решил донести эту «тяжесть» до самой машины парня, чему не особо был рад Секретарь, но спорить с Фокусником всегда было бесполезно, его об этом ещё начальник предупреждал. Уже у лифта они встретили Музыканта, поднимающегося по лестнице с ящиком пива. На нём были помятые шорты, рваные кеды и полосатая майка, образу военного добавляли шрамы на теле от пуль и ножей, грубая тёмная щетина, выцветшие голубые глаза и загар на коже, словно он совсем недавно бегал по пустыне. — Здрасьте, а вы кто? — недовольно произнёс мужчина, сверля Секретаря взглядом так, будто он видел в этом человеке новую жертву. — Это Марк! Он теперь, как мой личный секретарь, приезжает и помогает с бумагами, — радостно произнес капитан, словно представляя своего нового друга, — Ты, Музыкант, можешь не переживать, если увидишь его в нашем доме. Он уже на прошлом задание помог нам, выдав пропуска для чёрного входа. —  Так вот как выглядит этот некий «Секретарь». Хм-м-м. Опять херня начинается, ладно. Рад знакомству, Марк. Надеюсь ты умный мужик и не будешь больше тут ошиваться. Дольше проживёшь. Секретарь словно проглотил язык при виде этого потрепанного жизнью, загорелого и широкоплечего мужчины, который говорил таким голосом, словно хоронил Марка каждым произнесённым холодным словом. Его больше удивил не внешний вид Музыканта, который был похож на подкачанного безработного, а его взгляд: холодный, расчетливый и пожирающий, как у настоящего наемника. Музыкант неторопливо удалился в шлепанцах, как в тюрьме, он гордо расхаживал по серым бетонным коридорам в невзрачной одежде и с ящиком пива. Единственное, что чётко успел осознать Марк в эту минуту, это факт того, что команда Цирка живёт вся или частично в одном доме с их капитаном. Вот это уже вызвало мурашки в телу парня. Зайдя в лифт, Марк прислонился спиной к стене, чтобы как можно дальше стоять от Фокусника. — Испугался одного из моих подопечных? — в голосе мужчины слышалось самодовольство. — Не переживай, тебе главное не встречаться с Клоуном, да и только. Все остальные очень приветливые и хорошие люди, уж поверь моему долгому опыту в работе с людьми. — Хорошие люди не убивают и не пытают подобных себе. — Это не то, что все мы сильно хотели, но жизнь- штука непредсказуемая и любит делать больно, причём постоянно. На улице Марка уже ожидал водитель, который не редко привозил и самого Директора на эту заброшенную территорию. Фокусник, без грани осторожности, прошелся в тапочках по заснеженной тропинке до багажника машины, погрузил все документы и стал ожидать, пока Секретарь позвонит и поговорит с начальником, доложив всю нужную информацию о том, что груз он забрал и сейчас приедет в офис. — Тогда до встречи, — всё что произнес Фокусник, прежде чем начал подниматься по ступенькам обратно в подъезд. — Приятного завтрака Вам и Вашей даме, — любезно произнес секретарь, прекратив хмуриться после разговора с руководством. — Ой, я думаю, если Клоун узнает, что ты назвал его дамой, то он точно начнёт на тебя охоту, — тихий смешок, и капитан уже растворился за дверями дома, оставив Секретаря в лёгком смятение от полученной информации. Капитан зевнул, что было совершенно незаметно под маской. Поднявшись обратно в свою квартиру, он обнаружил, что Клоун уже не спит и пьёт свой утренний кофе за обеденным деревянным столом у панорамного окна с видом на дикий лес. На парне были лишь трусы и тапочки, ведь вся остальная одежда в стирке, а пижаму капитан вчера самолично в порыве животной страсти разорвал, добавив лишней работы Гримёру. Клоун косо посмотрел на своего капитана, поправляя взъерошенные тёмные волосы, что придавали ему образ утреннего домового на завтраке. Фокусник оставил свою маску на диване и, подойдя ближе к своему любимому, чмокнул его в лоб, нежно проводя своей ладонью по спутанным волосам своего Клоуна. — Доброе утро, — чуть ли не замурлыкав от нежности, прошептал Фокусник и присел рядом с любимым, — Ещё не попробовал сырники? Нежная улыбка не сходила с лица мужчины, что вызвало лишь легкий румянец на щеках Клоуна, заставив парня стеснительно отвести взгляд обратно куда-то в сторону окна. Фокусник нежно, словно хрустальную игрушку, взял одну тоненькую ножку парня под колено, положил её на свои ноги, снял тапочек и принялся массировать ступни с пальцами, будто разминал его перед тренировкой. — Кто приходил? — снова подняв свои потухшие глаза на мужчину, Клоун допил кофе и принялся за медленное поедание трёх пышных сырников. — Секретарь Директора. Теперь он будет приезжать ко мне и забирать документы, а также иногда помогать с их оформлением, если мне будет не до этого. — Интересно. — Ничего интересного, просто у молодого парня появилась дополнительная работа… — Я про другое, Фокусник. Просто, когда это секретари от Директора самолично стали приезжать? Так по мне, херня какая-то, сомневаюсь, что он задумался о сервисе и удобстве. Капитан слегка наклонился к своему любимому и чмокнул его в кончик губ, украв у своего Клоуна кусочек сырника. Парень нахмурил брови и с неудовольствием протянул один кусочек своей порции Фокуснику, будто не хотел делиться этой вкусной пищей. — Я полностью тебя поддерживаю, но я уже самолично побеседовал с Директором на этот счёт. И ещё, ты стал сомневаться в моём умение чтения людей? Я же за такое могу и наказать. — Ха, как забавно, что только ты имеешь право убивать меня, — с улыбкой на улице шептал Клоун, — Плохой из тебя мозгоправ, знаешь ли. — Но я точно заставлю тебя жить. Фокусник принял очередное угощение от Клоуна, улыбаясь как довольный кот, ведь его сейчас кормит любимый человек. Парень уже был готов обругать капитана за его слепоту в некоторых моментах, но массаж ног был столь приятен, что он промолчал и продолжил делить свой завтрак с мужчиной, периодически поглядывая на беззвучные новости в телевизоре. А капитан по привычке внимательно рассматривал почти обнаженное худое тело парня, которое всё ещё напоминало чем-то скелет, обтянутый мышцами и кожей, но уже не так критично, как было раньше, но это изобилие ран на теле любимого, до сих пор проворачивалось в душе Фокусника ржавым болезненным лезвием. Бесконечные шрамы, затянутые раны от пуль, оторванные маленькие куски плоти с ног, чёрные точки под ногтями рук и ног, подарок от иголок, что когда-то прятались под этими тонкими ногтевыми пластинами в промежуток не самого «счастливого» времени в жизни Клоуна. Но он сам был виноват в этом, по крайней мере так считал капитан. — Как скоро новое задание предвидится? — После того, как ты и Кукловод столько людей и детей убили, что не особо понравилось … 2 недели где-то. Я уже получил на руки новые документы, но нам разрешили не спешить, раз поднялась такая шумиха. Ещё от Музыканта на некоторое время съехал Семён, когда узнал о причастности его любимого человека к данной операции. — Семён? Что-то мне не верится. Мы с ним в одной школе учились, он, конечно же, ещё тот трус, но не стал бы съезжать из-за такой ерунду. Скорее всего, Музыкант преувеличивает, и Семён лишь поехал к друзьям или родным, а тот с пьяни подумал, что его бросили. Такое уже было. Фокусник самодовольно улыбнулся. Было крайне необычно слышать от этого человека о прошлом. Ещё пару дней назад он не помнил свою подругу Танцовщицу, своё истинное имя, а сейчас разглагольствует о парне, с кем он никогда не был в хороших и дружеских отношениях. — Дорогой мой Клоун, ты такой у меня проницательный, но не всё может быть так просто. Ещё один поцелуй, но уже в губы. Клоун с удовольствием притянул к себе капитана за воротник пижамы, чтобы тот точно никуда не смог отстраниться. Фокусник хищно облизнулся, стащил парня с его стула и посадил к себе на колени, накрывая тонкие и сухие губы ещё один поцелуем. Иногда капитану казалось, что его любимый хранил в себе две личности, что менялись местами всё чаще после одного случая  — это пугало. — Ты не доел свой завтрак, а если об этом узнают врачи, то мне придётся и для них объяснительную писать, — прошептал капитан прямо в губы парню, на что тот укусил его. Вкус крови на губах, сладкий запах кофе, послевкусие сырников и тёплое сплетение рук. Обстановка вокруг была умиротворяющая, спокойная. Словно убаюкивая боль внутри своей души, Клоун целовал губы своего капитана. В прошлой декаде он любил Фокусника до безумия, а сейчас он испытывал лишь лёгкое удовлетворение от близости с тем, кто когда-то дарил столько нежности, а сейчас это боль, что когда-нибудь должна пройти. Его пустые глаза было тяжело прочесть, ведь он давно потух, словно живой труп, которого всё никак не отпускал Фокусник, крепко сжимая до хруста в рёбрах и кусая. Был ли смысл убегать от этого? Пока Клоун думал об этом, его руки сильнее сжимались на шее мужчины. Раздался один единственный стук в дверь, после чего без какого-либо разрешения и предупреждений в квартиру вломился Музыкант, с открытой банкой пива. Клоун от этого немного дернулся, прижал одной рукой лицо капитана к своей груди и моментально достал из-под стола пистолет, приготовившись защищать то, что ещё принадлежало ему. Музыкант лишь недовольно поднял руки вверх и усмехнулся, заметив как хилый Клоун крепко прижимает к себе капитана, словно ревнивая жена. Он сделал глоток своего горького пива из Праги и устало посмотрел прям в безжизненные глаза убийцы. — Я не думал, что и тебя увижу с утра, — подбирая маску своего капитана с дивана, мужчина заулыбался, — Вот держи, а то как-то не особо хочется смотреть на твой затылок, Фокусник. Мужчины швырнул маску в сторону обеденного стола и одного момента хватило капитану, чтобы схватил свою маску, даже не глядя в сторону броска. Клоун отпустил своего любимого, убрал пистолет обратно под стол и встал с колен Фокусника, пересаживаясь обратно на своё место для продолжения трапезы, будто ничего и никого не видит. — Уже второй раз за утро вижу тебя, это хороший знак, — произнёс капитан, вставая из-за стола, чтобы подойти и обнять своего пьяного коллегу.— Что, до Семёна дозвониться не смог сегодня, ну ничего, я тут чай приготовил, присаживайся. Утро выдалось долгим, особенно для Клоуна, которому пришлось выслушивать как два взрослых мужчины, которым вот уже стукнуло 30 лет, обсуждают личные отношения. Он был готов закатить глаза так далеко, лишь бы не видеть данную картину, но проще было позавтракать и уйти обратно спать. Фокусник же без конца приводил примеры из жизни, книг, фильмов, что это лишь пауза и что Семён уже на этой неделе прибежит обратно, главное это скрыть от начальства, и тогда всё будет хорошо, он даже поддержал идею Музыканта о его переезде в другое место, чтобы всем было намного комфортнее жить, а не бороться с вечными потопами из-за дождей. — А какие у тебя планы на эту неделю? — прозвучал голос Клоуна из спальни. — Тебя так интересуют мои планы? — заигрывающим тембром поинтересовался капитан, пытаясь увидеть в спальне своего милого Клоуна. — Да вот думаю, куда пойти, чтобы тебя не встретить. — Я смотрю, у вас отношения наладились, он уже не через каждое слово грозится тебя убить, — еле сдерживая свой смех, бормотал Музыкант, делая глоток чая и хмуря брови от горечи на языке. — Ты тоже это заметил?! — Убейте меня, — простонал парень в подушку. Музыкант уточнил у капитана, когда следующее задание, но, услышав хорошую дату, он с радостью предложил капитану пройтись по городу пешком, выпить кофе и поесть в ресторане. Фокусник немного подумал, но не смог отказаться от данного предложения. Считанных минут хватило двум мужчинам, чтобы переодеться, привести себя в порядок и выйти на улицу, но до города ещё нужно было доехать, именно поэтому за руль своего спортивного автомобиля сел Фокусник, чувствуя проспиртованное дыхание своего коллеги и не позволяя тому взять с собой в дорогу баночку пива. Музыкант не любил ездить с капитаном в образе пассажира, ведь агрессивная езда альбиноса, а так же его любовь превышать скоростной режим, не вселяли уверенность в личной безопасности. Вопрос в выборе автомобиля: «Почему именно спорткар?-» не возникал, а после и вообще улетучивался, когда Фокусник заводил свою «малышку» в цвете утреннего тумана и нажимал на газ, срываясь с места. Когда на спидометре зависла «обычная» скорость 100-140 км/ч, Музыканта слегка укачало, а вот капитан скучающе поглядывал по сторонам, словно он желал выжать 200км/ч, но повороты и узкие улицы не позволяли такой наглости. — Ты разве не желал купить машину побыстрее? — еле сдерживая порывы рвоты, пробормотал Музыкант, наблюдая, как быстро сменяются виды за окном. — Уже, — довольно промурлыкал Фокусник, — Она стоит на даче в Германии, в Дюссельдорфе. — А разве у тебя дача не в Норвегии? — Ты полностью прав, но дом в Норвегии я переписал на Клоуна, а себе ещё прикупил деревенский дом в Дюссельдорфе, в лесу, но там отличная трасса и можно выгуливать одного чёрного зверя, а именно «Bentley Continental GT». Такой же имеется и у Садовника, но я сомневаюсь, что этот мальчик выжимает на нём хотя бы 120км/ч на спидометре, при том, что у него нет прав и он ездит только в роли пассажира. — Эмм… Ну, у тебя тоже нет прав. — Ха-ха-ха, точно. Ближе к вечеру. Дрессировщица с сигаретой в руках выгуливала своих доберманов на короткой привязи со смирительными ошейниками, чьи острые шипы плотно проникали в шею псов, заставляя их, как щенков, следовать нога в ногу с хозяйкой. Рыжеволосая девушка украдкой поглядывала на Танцовщицу, что в спортивном костюме бегала кругами по территории Цирка. Девушка восстанавливала свою выносливость и реакцию, пытаясь на бегу попасть своими ножами по мишеням, что она заранее себе расставила на разном уровне высоты. Дрессировщица не могла сдержать усмешку, видя как эта привлекательная азиатка уже закончила свою тренировку и потихоньку ходила по морозу, успокаивая своё прерывистое дыхание, вытирая рукавом кофты пот с лица. — Дорогуша, что ты дыхание тренируешь? Ты же не куришь, — словно зверь, она прорычала эти слова, докуривая сигарету и скидывая длинную полоску пепла. — Я давно не бегала, уже как пару недель, нужно было проверить свои силы, а то умереть от сбитого дыхания или усталости — слишком унизительно. — Это точно. Если хочешь, могу провести тебе личную тренировку, — Дрессировщица достаточно обратила на себя внимание, заставив Танцовщицу медленно идти в её в сторону, игриво повиливая бёдрами, — Ты выйдешь на стадион, а я за тобой выпущу пару своих доберманов или овчарок, чтобы уж точно проверить твою выносливость и скорость. — Какая забота, — азиатка поправила свой высокий конский хвост и улыбнулась хищнице, стоя уже перед ней на расстоянии одного шага, — Буду признательна тебе за такую интересную тренировку, но… У меня есть предложение поинтереснее. Танцовщица стерла пот со своего лица, сделала ещё один последний шаг к Дрессировщице и чмокнула её в щечку, в честь своей благодарности за внимание. Рыжеволосая девушка лишь закатила глаза от недовольства и продолжила свою прогулку с животными, но Танцовщица не отпускала момент этой своеобразной игры и увязалась за подругой, крепко сжимая её руку и прижимаясь к плечу, что было колким и острым. Азиатка мурлыкала и облизывала губы, подманивая Дрессировщицу обратить внимание на её покрасневшие щёки и губы от бега по территории Цирка. — Больная и извращённая девушка. Тихо пробормотала Дрессировщица, лишь едва касаясь нежных и влажных губ девушки, что ловили колыхания слов от каждого шёпота. Это было приятно, до дрожи в плечах, особенно когда столь желанные тонкие губы касались лица Танцовщицы, словно расцеловывая каждый миллиметр этой бледной мягкой кожи, имевшей солоноватый привкус.Внешний вид азиатки как всегда был безупречен, ведь эти еле уловимые синяки под глазами от недосыпаний, немного растрепанные длинные волосы, что она так бережно убирала в хвост, помятая спортивная форма и короткие ноготки — всё умиляло Дрессировщицу в этой девушке, особенно её улыбка на грани безумия, прям как у её друга, что в любой момент был готов умереть, всё благодаря лекарствам и истощённому сердцу. — Идём домой? Или у тебе ещё кормёжка? — Ха, сначала я съем тебя, а после и зверьё покормлю. — Как мило. С чем же ты меня сегодня будешь есть? — азиатка прикусила нижнюю губу, ощущая, как поцелуи спустились ниже по шее. — Ты солёная … Может, с салом, хлебом и водочкой, ха-ха-ха. — Какая ты ужасная! Наступила ночь. На улице похолодало ещё сильнее, а лёгкий ветерок разгуливал по сугробам. Священник бродил вместе с Демоном по парку, ведь его партнеру хотелось пройтись перед сном по заснеженным тропам и ощутить эту свежесть на своей щетине с еле видными первыми седыми волосками. Две мрачные, высокие фигуры бродили по парку в полной тишине, позволяя нарушать эту идиллию лишь хрусту снега под ногами, а так же шелесту веток. Мужчина коварно поглядывал на своего Святого и пожирал его взглядом, позволяя себе как можно крепче держать своего любимого за руку. — Ты что-то от меня ждёшь? — поинтересовался Святой, остановив свой шаг. — Нет, что ты. Без доли смущения, Демон притянул к своим губам ладонь любимого человека и поцеловал черную кожаную перчатку, продолжая ощущать жар от своего Святого. — Странно, у меня было четкое ощущение того, что ты хотел мне высказать своё недовольство. Священник хотел продолжить эту безмолвную прогулку, но Демон был другого мнения о продолжении этой ночи. Он властно загреб обеими руками своего Святого в объятия и нежно поцеловал его в лоб, будто для него сейчас было намного важнее держаться как можно ближе к своему источнику святого огня. — Ты такой шумный, — шептал Демон, — Единственное, что я желаю тебе сказать, что пора вернуться домой и выпить согревающего какао. — С удовольствием, как раз успеваю на ночную молитву перед сном. — Ой, давай без этого, — прошипел мужчина и выпустил парня из своих объятий, позволив тому идти рядом с ним обратно домой, — Я уж думал, ты хотя бы сегодня не будешь этой ерундой страдать. — Ты ещё со школы видел, как я в своей церкви каждый день молился по несколько раз в день. Так почему я должен именно сегодня пропустить это? Святой остановился перед Демоном и недовольно посмотрел в его чёрные глаза, словно старался увидеть что-то в этой беспросветной бездне. Мужчина лишь повторно улыбнулся, обхватил двумя ладонями лицо своего любимого и коснулся его губ, лишив Священника возможности говорить и возмущаться, спасая от разговоров их прекрасную ночную прогулку. — Я прекрасно помню каждый момент нашей первой встречи. Как я был поражён твоей силой, равной мне, а ещё ужасался твоему отвратительному характеру, пробуждающему во мне животные инстинкты, а именно желание заткнуть тебе рот и увести с собой, перевоспитать и влюбить в себя, чтобы ты больше не убегал от меня на другой конец континента. Ведь после нашего знакомства ты сразу же вернулся в свою проклятую школу и мне пришлось придти за тобой туда, никогда не прощу такое унижение. Мужчина не был зол, он лишь любовался правильными чертами парня, лаская ладонями его скулы и целуя в губы, смакуя каждый поцелуй, как любимое вино. Священник совершенно не сопротивлялся, позволяя Демону насладиться этим коротким порывом нежности. В этой темноте, лишь горящие глаза мужчины были единственным огоньком, что манили к себе так же, как свет притягивает светлячков. Возвращаясь обратно домой, капитан и Музыкант продолжали обсуждать еду и напитки из ресторана, в котором, по слухам, заведовал работой один из подчинённых Садовника, что не было удивительным. Немного подуставший Музыкант уже готов был поспорить на стоимость одной из своих гитар, что сможет повторить приготовление осьминога у себя дома, на что Фокусник с удовольствием согласился. — Ох, я думал,что споры на деньги - это в духе Механиков, — улыбаясь, сообщил Музыкант, пожимая руку своему капитану. — Когда-то и мы должны были пасть так низко. Секунда молчания, и раздался телефонный звонок. Фокусник недовольно достал свой мобильный и ответил на входящий, моментально сменив своё недовольство на приятный бархатный голос, будто стараясь простыми фразами и ответами на бухгалтерские вопросы соблазнить собеседника. Быстро окончив разговор, Фокусник сразу сменил своё игривое настроение на холодное молчание и сделал очередной поворот в сторону заброшенной территории, где уже виднелась металлическая ограда с шипами. — Клоун ещё тебе и звонит? У него же мобильного нет. — Это не Клоун. Этого сухого ответа хватило Музыканту для смены своего добродушного настроения на осуждение. Неприятное ощущение подступило к горлу, словно его подташнивало от всей ситуации. Он сам был не идеален, но никогда не менял людей, как перчатки, не играл с их чувствами ради потехи, что нельзя было сказать о Фокуснике. Капитан был однолюбом, ведь кем бы он не пользовался в своих целях, он всегда возвращался к Клоуну и тот его принимал, исправляя все его ошибки и прикрывая, как верный пёс, но после одного случая всё могло легко поменяться. — О как, — минутное молчание, что ничуть не смущало капитана, — Постараюсь сделать вид, что это не моё собачье дело, просто я не хочу оказаться рядом с тобой на задании, когда в порыве злобы у Клоуна слетит колпак и он вначале прибьёт тебя, а после, потеряв все оковы самообладания, весь Цирк, пока кто-то не остановит его пулей промеж бровей. — Музыкант, я конечно же извиняюсь, но я лучше знаю, что делаю. — Я столько раз слышал эту фразу, ох, и каждый раз это приводило к хреновому концу. Ты наверное забыл про одного художника, к которому ты ходил на все выставки, 3 года назад. И что после? Клоун не долго разбирался в вопросе, друг или любовник, он просто сделал своё дело и прислал тебе видео с его мукам, а тело скормил свиньям. Что ещё было? Да я всё помню! Каждый блядский момент, когда ты забывался, с кем имеешь честь быть связанным. Но самое классное, это события двухлетней давности… Фокусник засмотрелся в тьму, которую прорезали два луча света от фар машины. Он не желал вспоминать свои ошибки и особенно тот момент, после которого в нём поселилось семя сомнения и разочарование в своих силах. Он всегда воспринимал Клоуна как подчинённого с повышенным уровнем доступа, которым он мог спокойно управлять одним щелчком пальца, и эта игра была ему на руку. Всё было правильно, пока система не треснула по швам. После школы и основания Цирка чувства охладели, словно кто-то нажал на паузы, всё что было «до» словно стёрлось, и это осознавал не только Фокусник. Клоун стал спокойнее, покорнее, позволял капитану играть с ним как угодно, прося в замен верность Фокусника длиною во всю жизнь. Это было забавно. С каждым мучительным и однообразным годом капитан позволял себе всё большее, сдирая одежду с любимого, доводя его до слёз, что было до смеха нелепо, видеть солёные капли на бледных щеках того, кто секунду назад сидел на трупе и вырезал язык с такими уставшими и грустными глазами. Прикрыв на секунду глаза, капитан погрузился в свои воспоминания, они с Музыкантом почти подъехали к подъезду, но это маленького момента хватило Фокуснику для воссоздания того страшного месяца: «Наступил очередной день, в котором весь Цирк собирался на своей прошлой базе для совещания. Тогда ещё все участники жили в разных частях города, но это не мешало им по зову капитана собираться вместе в одном помещении для собрания. Всё такой же круглый стол, тринадцать стульев из которых половина были свободные, вот только в этот день из своей командировки возвращался Клоун с Музыкантом, чьим живым лицам тогда все обрадовались. В зале совещаний все бурно обсуждали события в мире, а Клоун лишь попивал кофе и, как обычно, ни с кем не желал вести беседу, хоть и сухо отвечал на вопросы про своё задание. — Это был детский сад, — с усмешкой произнёс парень, — Эти придурки не смогли даже ранить меня при перестрелке, а ещё наркокартелем назвались, тьфу, — парень сплюнул на прорезиненный пол и заулыбался. — Не гордись ты так собой, — гордо заявил Музыкант, разминая свои кисти, будто готовился к бою, ведь разбитые костяшки уже начали заживать. Каких-то 2 года назад глаза Клоун имели живой блеск с оттенком светлого дуба, а физический вид полностью удовлетворял его и начальство. Крепкие плечи, упругие и сильные бёдра, подтянутый сухой корпус и всё та же узкая талия, что подчёркивалась чёрной военной формой. В то время, волосы Клоуна почти всегда были коротко подстрижены, словно у военного, его лицо выражало суровость и хладнокровие, но он всё так же казался таким молодым, словно паренёк 16 лет, чей биологический возраст уже подходил к 25 годам. Ни один шрам ещё не испортил столь прекрасное и любимое лицо капитана, пальцы не поломаные, ногти не чёрные, ноги здоровые, глаза живые и пылающие, улыбка искренняя и такая живая. Раздался шорох открывающейся двери и в комнату, как всегда, пафосно шагая зашёл сам капитан. Всё так же в классическом костюме, за плечами развивался черный плащ, а лицо прикрывала безэмоциональная белая маска, но единственное, что приковало взгляд Музыкант и Клоуна в тот день, это идущая следом за Фокусником юная девушка, ещё юный подросток. У неё были ярко голубые глаза, длинные белоснежные волосы, светлые реснички с бровками, а кожа, как подобает альбиносу, болезненно светлая и тонкая, от чего можно было легко разглядеть голубоватые паутинки вен на её руках. Когда капитан присел на своё законное место, по правую руку от него села и голубоглазая подопечная, на которую никто из Цирка не обращал внимание, не считая двух вернувшихся коллег. — Так, я рад вашему возвращению в целости и сохранности, это радует мою душу, — в его голосе чувствовалась скрытая радость, — Сейчас я бы хотел раздать новые заказы остальным членам Цирка, а потом можно будет и обсудить Вашу операцию в Колумбии. Фокусник уже достал из своего плаща всего пару документов, как вдруг раздался глухой хлопок, привлекающий внимание всех участников команды. Клоун глухо ударил своей ладонью по столу, в его глазах горел огонь непонимания и озадаченности, он словно единственный, кто тут видел незваного гостя за их столом. — Я конечно извиняюсь, но кто эта блядь? Парень медленно достал из своих штанов нож и указал им на новое лицо за столом, которое решило приблизиться к его капитану. Фокусник лишь посмотрел на девушку, на которую Клоун указал ножом, тихо посмеялся и положил свою нежную ладонь, что была обернута в белоснежную перчатку, на закрытые под платьем плечи второго альбиноса, демонстрируя парню то, что это не какая-то иллюзия. — Точно, тебя же где-то полгода не было …- нотки грусти промелькнули в голосе капитана, но их уловил только Клоун, знающий Фокусника уже не первый год своей жизни, — Это моя подопечная Кристина. Можно сказать, она моя преемница. — О как, а разве у наемников могут быть приемники? В принципе, могут, только это как-то неожиданно… — озадаченно говорил Музыкант, пристально осматривая своим взглядом девушку. В неё просматривались черты капитана, не считая врождённого альбинизма и схожей улыбки до ушей, что выглядела до ужаса театрально натянутой. — Мне очень приятно познакомиться с остальными участниками Цирка, — прозвучал тихий голос девушки. Она добродушно улыбнулась новым лицам в этом зале и посмотрела на капитана, словно делилась с ним какими-то мыслями ментально и одним взглядом. Но только ей следовало положить свою руку поверх ладони Фокусника, как в неё моментом метнул ножом Клоун. Девушка аккуратно перехватила кончиками пальцев этот нож у своего плеча и недоверчиво посмотрела на парня, чьё поведение её озадачило. — Если ты сейчас не уберешь свою руку, я прямо на этом столе тебя прикончу, — прошипел Клоун, облокачиваясь на стол уже двумя руками и медленно вставая. Каждый присутствующий в этом зале ощущал его злобу и решимость в действиях, кроме нового лица рядом с капитаном. Кристина лишь снова улыбнулась и положила нож Клоуна перед собой, словно насмехаясь над подчинённым Фокусника. — А ты забавный, не зря о тебе мне так много рассказывали. — Я второй раз, шкура, повторять не буду. — Веди себя спокойно, а то скоро покойником станешь. Ещё миг, смешок девушки и все сдерживающие канаты рухнули, Клоун моментально двинулся в сторону Кристины, угрожающе похрустывая пальцами. Музыкант моментально встал из-за стола, преграждая своей широкой грудью проход парню, но на глаза Клоуна уже упала пелена гнева, делая его покорным и слепым перед своим же гневом. Как хищник, он выбрал свою жертву и желал идти до конца, именно поэтому он медленным движением стал доставать пистолет — Убьёшь дочь своего капитана? Шёпот девушки был завораживающим и жутким. Она медленно вставала из-за стола, косо поглядывая на парня, на лице которого сияла улыбка умалишённого. Глаза девушки перестали излучать доброту и невинность, остался лишь леденящий душу холод и безразличие, точно, как у капитана. Фокусник открыл глаза и медленно припарковал автомобиль на подземной парковке. Музыкант моментально покинул автомобиль, захватил свою сумку и, попрощавшись с капитаном, побрёл в свою квартиру, чтобы поскорее приложиться щекой к холодной и мягкой подушке. Капитан тяжело вздохнул, стараясь откинуть из своего разума самые страшные воспоминания. Заглушив двигатель, он покинул свой автомобиль, направляясь в одинокую квартиру, думая, что Клоун точно не остался его ждать. Капитан зашёл в свою тёмную квартиру и, лениво сняв свою маску, побрел в сторону кухни, чтобы заварить чай. Но лишь подняв свой взгляд на кухню, он заметил что у холодильника сидел на полу до боли знакомый силуэт. Присмотревшись, он признал в этом человеке своего любимого Клоуна, который по всем признакам уснул на кухне, облокотившись на стенку. — Клоун, всё хорошо? — настороженно спросил мужчина, медленно подходя к своему любимому. Ещё один шаг, миг и вот Фокусник уже стоит на одном колене перед спиной парня и нежно обнимает его за плечи. Клоун дернулся от неожиданности и задрожал, словно по его плечам прошелся холодный ветер, пронзающий каждую клетку его хрупкого организма. — Да, всё отлично, — сухо произнес парень и выронил из своих рук нож. Фокусник тут же развернул к себе лицом парня и принялся осматривать его тело на наличие повреждений. Клоун будто был в другом месте, смотря сквозь капитана и не обращая ни на что внимание, он даже не чувствовал, как из его ледяного носа потихоньку начала капать кровь на светлый паркет. Не обнаружив никаких новых травм и ранений, Фокусник тихонько поцеловал своего любимого в губы, ощущая железный привкус крови на своём языке. Осторожно приподняв на руках своего измученного и сонного Клоуна, он понес его в спальню, словно ребенка, он приговаривал ему шепотом успокаивающе фразы, но парень лишь молчал и наблюдал своими бегающими глазами за стенами, словно ловил кого-то взглядом. — Здесь никого нет. — Врешь, — всё, что смог вымолвить парень своими сухими потрескавшимися губами, которые сейчас увлажняла тонкая струйка крови из его носа.