Цирк

Акробатка только вернулась с задания и её первым же делом отправили в частную больницу, на прохождение реабилитационного периода- ведь травма плеча, колена, выбитые пальцы ног - могли очень сильно мешать ей в подготовке к следующей работе. Девушка с уставшими глазами слушала врача, одновременно держа на телефоне своего командира, чтобы тот мог тоже услышать весь полный список полученных травм и срок её восстановления. «Не так уж и много», подумал Фокусник, но попросил прислать ему в бумажном виде, через Секретаря, заключения обследования. В это время рядом с девушкой находился Садовник, покорно и молчаливо выслушивающий заключение врача, поглядывая на изможденное и загорелое тело Акробатки, но это был не тот загар, как у моделей на его частных вечеринках, а что-то между загаром дальнобойщика и военных : загорелые полосы на теле , обгоревший нос, темные и грязные ладони, на которых из-под кожи буквально просвечивала вся эта грязь, а всё остальное тело белое, как сметана. — Спасибо вам, — улыбнулась девушка, спрыгивая с кушетки для осмотра на кафельный пол. — Могу я тогда взять копию отчёта о лечении и отправить своему руководству? Эта девушка всегда задавала вопросы так, что они звучали больше как утверждение. Врач кивнул головой, расписался, где нужно,и отдал Акробатке её карту, где не были заполнены графы с её именем, фамилией, датой рождения, городом и т.п. Лишь диагноз, пол и пару особенностей строения тела. — Вообще-то, я тут руководство, — Садовник посмотрел на девушку сверху вниз, но скрывая в этот момент своё недовольство под фальшивой улыбкой, только не здесь. — Это безусловно, но я должна передать эти данные Фокуснику, а после и тебе отдам их, если желаешь. Акробатка поправила свой халат, в котором ей предстояло две недели ходить по больнице и восстанавливать свой потрепанный организм. Больше всего недовольства у Садовника вызывало то, что из-за обилия стрессовых ситуаций, ухудшения среды, питания, у девушки сбился естественный цикл, на что та лишь захихикала, махнула рукой и продолжила своё шествие вдоль просторных белых коридоров. А что ещё мог ожидать тот, кто лишь является спонсором команды, где она работает? Ничего иного. Только деловые отношения, с повышенным уровнем доступа к телам друг друга, да и только. Акробатка полностью привыкла к данным отношениям, за столько лет работы, а вот Садовника периодически до дрожи выводило её хладнокровие. — Это лишь работа, — безразлично добавил Садовник, следуя за девушкой следом, словно охраняя её со спины, хотя кто кого ещё охраняет. — Так точно, — прозвучало это так, словно Акробатка ещё не отошла от правил в том военном женском лагере, где она проживала короткий срок. — Это на копию и запечатать. Документы заберет секретарь Директора, Марк Морозов, для передачи их Фокуснику. Девушка, работающая на ресепшене ,качнула головой, пошуршала листами, заполнила пакет для запечатывания документов и принялась делать копии страниц анализов, затем вернула оригинал Акробатке через защитное стекло. — Интересный этот персонаж Марк, не находишь? Садовник облокотился на это защитное стекло, разглядывая внимательнее длинные волосы девушки, успевшие слегка выгореть под палящим солнцем, хотя, как такое могло произойти, раз она практически никогда не снимала защитный шлем во время того задания. Её тонкая шея, римский профиль и острые скулы поистине покоряли взор этого мужчины, хотя ничего особенного не было в этой особе, так мог думать Садовник, пока их общение не переросло в каждодневный флирт и обсуждения работы. — Мне ничуть не интересно. В мои обязанности не входит изучение нового круга лиц капитана или других участников команды, так что, увы. — она артистично пожала плечами, посмотрела на Садовника своими яркими глазами и повела его дальше по коридору. — А тебе всегда интересны слухи вокруг других? — Давай просто сделаем вид, что это моя работа, знать всё обо всех вокруг себя, — мужчина подошёл чуть ближе, положил свою ладонь на талию девушки. — Так вот, этот паренёк мне интересен тем, что в отличие от остальных, он совершенно чист. Закончил адвокатское дело, работал не по профессии в одном из офисов, потом смерть родителей и пару манипуляций спустя он в нашей песочнице. Разве не забавно? Особенно тот факт, что для вашего капитана он, как диковинная игрушка, которую он тоже решил к себе держать к себе поближе. — Капитан ничего не делает ради кого-то или просто так, — девушка глянула через плечо, рассматривая проходящих мимо медсестер, не сводивших свои восхищённые взгляды с её спутника. Они остановились у палаты девушки, где она проведёт следующие пару недель на восстановлении. Садовник убрал свою ладонь с её талии, но вместо этого нежно подхватил её ладонь и поцеловал в костяшки, на которых не было ни следа от ударов и ушибов, только парочка маленьких царапин от песка и грязь на подушечках пальцев. — Мой цветок жизни не бьёт людей лично? — коварно улыбнувшись, он повторно поцеловал пальцы Акробатки, словно пытаясь избавить эти руки от застывшей грязи. — Зачем кого-то бить кулаками, если для этого есть люди с уже набитыми костяшками? Даже полицейские бьют ладонью в нос. А когда я производила допрос, там были специальные люди, отвечающие за пытки — это ведь тяжелый труд. Моё дело — лишь психологическое давление и правильные вопросы, чтобы подопытный дожил до казни. Её хладнокровие моментами, пугало сильнее, чем ночные тени в лесу, что завывали под дуновение ветра. Мужчина лишь улыбнулся, помогая своей прекрасной наёмнице прилечь на койку, оснащенную по самому высшему классу. Такие дорогие и приятные подарки могли легко вскружить голову любой девушке, но Акробатка лишь мило улыбалась и мрачно отводила свои глаза, что горели огнём жизни, но были полны грустью. Она могла быть самой доброй и любящей девушкой на свете, но вместо этого она проводит психологические пытки, пока её подопечные наносят уже телесную боль тому, кто уже заранее был мёртв. Глядя на эти утончённые черты истинной красавицы, Садовник невольно вспоминал слова своего влиятельного отца, за чей счёт он мог бесконечно радоваться жизни. «Она лучший вариант, для тебя. Красива и страшна в гневе»,- короче про эту девушку не сказать.

***

Дни пролетали друг за другом, словно кто-то бегло пробегал глазами по страницам заурядного романа. Каждый из Цирка готовился к новому заданию, не зря же капитан вернулся раньше поставленной даты и проверяет каждый день подготовку каждого из своих людей. В один из ранних дней в Цирке проходили последние приготовления к наступающему заданию. Особой суматохи не было, только слаженная последняя доработка, поправки от капитана на собрании. Фокусник внимательно сканировал взглядом каждого из своих подчинённых, постукивал пальцами по столу и поглядывал в документацию по заданию. — Ещё раз повтори, — спокойным тоном спросил Фокусник, вставая из-за стола. — Мелодию я записал, вот только сомневаюсь, что именно такой лад подходит для нашего задания. Обычно у нас не какая-то там похоронная музыка, ведь так? — разведя руками спросил Музыкант. — Ну там, 8 такт, в мажоре. — Хорошо, после собрания я зайду к тебе на студию, и мы вместе сядем и доведем до ума это твоё произведение. Следующий. Они ещё несколько часов смотрели на карту, разбирали тактику, обязанности каждого из участников операции и кто кому может помочь в экстренной ситуации. Капитан молчал, он лишь слушал общение своей команды, где каждый вносил свою точку ясности в общий монолог Механиков. Эта парочка периодически демонстрировала на большом экране оружие, которое будет выдано каждому из участников вместе с определенным количеством патронов. Всё это сделано для того, чтобы, если кого-то они убьют во время задания с помощью выстрела, то придется отчитываться за это в письменном виде, а также головой перед капитаном. Убийство ножами, ядами, нитями и другими способами тоже под запретом. Максимум — оглушить, вырубить, усыпить, за исключением тех моментов, когда на кону стоит одна из жизней участников Цирка. — М-да, дожили. Мы теперь как большевики, едем раскулачивать народ. Патроны под опись, люди под опись, а если кто-то умер, то это или вычитается из зарплаты, или потом дедушка Сталин тебя в Гулаг отправит, — недовольно бормотала Гимнастка, скрестив руки на груди. — Для опыта и разнообразия — это прекрасный шанс, — капитан медленно провел рукой по столу, отодвигая от себя часть бумаг. Механики продолжили свой монолог о задании, разжевывая каждую маленькую деталь этой миссии, ведь если неправильно донести информацию до прямолинейных наёмников, то вся операция заиграет другими красками ,и могут быть потери, особенно при такой экстремальной погоде в месте операции. Ещё один 3D модуль и тут, без стука, как обычно, в зал заседаний ворвался с двумя охранниками Садовник. Он был в малиновом пиджаке, с букетом лилий в руках, а у парочки нового пушечного мяса за его спиной было по пистолету под пиджаками. Мужчина с удовольствием вручил этот букет своей восстановившейся Акробатке, нежно провёл своей ладонью по её плечу, чтобы едва коснуться этих нежных волос, вдыхая этот неповторимый аромат индивидуального парфюма. — У меня для вас новость, — улыбаясь сказал Садовник, оторвавшись от Акробатки и получив в свободные руки синюю папку с документами от одного из охранников. — Садовник, прошу тебя, уйди. Наш капитан сегодня не в духе, — мрачно поглядывая на мужчину, сказала Танцовщица. — Нервы, ну ты понимаешь. — Это его работа, слушать начальство и принимать указания от них. Через неделю официально начнутся тренировки сборной России на острове, где через год будут проходить летние Олимпийские игры… Кукловод замотала головой, словно искала в своих соседях по столу ответ на непонятные слова Садовника. Дрессировщица хищно заулыбалась, похлопала юную девушку по спине так, что Ева уткнулась носом в стол, как во время допроса. — Что, кукла не в курсе, что такое Олимпиада? Ха, это такое место, где вертятся большие деньги, это «шоу», замаскированное под традицию Греков. Олимпиада — по сути, место, где разные страны выдвигают лучших представителей в определенных видах спорта, чтобы те соревновались между собой за большие деньги, с условием не опозорить свою Родину и своего президента, короля. — Молодец, Дрессировщица, что объяснила незнающей нашей Еве, что это такое. Ну, так вот, так как я спонсор этой летней Олимпиады на островах… — Что, вообще не жалко пару миллиардов? — с усмешкой спросил Музыкант, даже не смотря на мужчину, который так и остался стоять за плечами Акробатки, лишь слегка облокачиваясь на её стул. Сейчас образ Садовника был невероятно слаб в глазах Цирка. Мужчина, что прятался за плечами своей девушки, дрожал в страхе перед капитаном, но это не удивительно. Фокусник вызывал дрожь и боязнь не только у подобных жалких людей, но и у более могущественных личностей, во многом это заслуга его верного Клоуна, безжалостно расправляющегося с конкурентами при первой же просьбе его любовника. Про болезнь Клоуна знали лишь директора Цирка, остальные уже давно гнили где-то под землёй. — Всего-то парочка миллиардов, не так уж и много я отдал им на строительство спортивных комплексов. Уже совсем скоро начнётся Олимпиада, а пока что там проводятся сборы. Многие страны уже отправили половину своих спортсменов туда, чтобы потренироваться на спортивных новых снарядах и в залах… — Садовник, дружески и мирно прошу тебя, выйди отсюда. Сейчас слышать твой довольный голос, это как яд для моего сознания и ушных раковин, — сонным голосом говорил капитан, поглядывая куда-то по сторонам. — Но твоё предложение отдохнуть на островах, где будет проходить летняя Олимпиада, звучит очень заманчиво. Мы это обсудим, когда вернёмся после этого задания, хорошо? Садовник недовольно зыркнул на капитана, но позволил тому продолжить совещание, оставаясь стоять где-то за плечами своей возлюбленной. Мужчина внимательно выслушивал рассуждения команды Фокусника о подготовке, всевозможных раскладах развития ситуации, причем, когда обозначались обязанности Акробатки, он невольно дёргал бровью, от чего капитан лишь шире улыбался под маской. «Тебе только в покер и играть, с таким читабельным лицом», - думал мужчина, пару раз стукнув по столу, и Музыкант сам тихо посмеялся, хотя разговор сейчас шёл о ядовитом покрытии на ножах Танцовщицы. Музыкант извинился, и собрание продолжилось, никто же и подумать не мог, что эти двое, за столько лет совместной работы, внесли изменения в азбуку Морзе, чтобы общаться на заданиях или при посторонних не говорить о лишнем. Собрание закончилось. Все, кого Фокусник не попросил остаться, решительно покидали зал совещания, унося с собой свои документы, в которых подробно были прописаны поминутные действия на территории задания. Садовник с миловидной улыбкой провожал свою спутницу, которая смущённо отводила глаза в сторону, ведь хождение под охраной отнюдь не радовало её. Лишь Танцовщица, Механик 1 и Музыкант остались. Механик 2 недовольно зыркнула на капитана, думая, что она не должна была что-то знать, но Фокусник торопливо объяснил другую задачу, которую она должна будет выполнить до вечера: — Это мелочи, для тебя-то. Машину ты отлично водишь, если хочешь, можешь взять служебную и с ней отправиться за комплектующими на базу к Директору, там тебя встретят. Если у этого чопорного старика не будет чего-то, то я свяжусь с поставщиками. Девушка кивнула головой, забрала документ со списком нужного оборудования, взяла номер телефон Секретаря и охранника пропускного пункта, после чего поспешно покинула зал заседаний. Дальше беседа была короткая, лишь пару деталей и обозначение позиций, которые записывал под диктовку Механик 1, стуча по клавиатуре своего ноутбука. — А теперь моя личная просьба. Если произойдет форс-мажор с Клоуном, то у каждого из вас будет с собой по транквилизатору. Вы сможете его одним уколом усыпить, а я уже заберу его тело. Все с пониманием отнеслись к этой просьбе, получили на руки новые документы с распоряжением, а «личную просьбу» удалили из протокола, чтобы капитан лишний раз не объяснялся перед директорами за этого молодого парня.

***

Уже наступил вечер, а Фокусник с Музыкантом всё так же сидели в кафе. Их беседа о вечном, о работе, политике, музыке, книгах, сериалах, не прекращалась ни на минуту. Темы для беседы скакали с таким же ритмом, как чилийская блудница, примерно так пошутил Музыкант, когда сам заметил сколько они за час сменили тем разговора. Музыкант жадно глотал алкоголь, даже не получая алкогольного опьянения, а Фокусник пил крепкий чай, который в этом кафе был приятным, но без лимона пить было невозможно. Вскоре Фокусник опомнился, увидев срочные новости, прямой эфир - обрушившаяся школа в Лос- Анджелесе, множество брошенных и не найденных детей под обломками, но это только первый час после проишествия. Посмотрев на часы, капитан улыбнулся и предложил Музыканту пойти домой. Мужчина, пошатываясь, облокотился на капитана и продолжал что-то рассказывать, приподнимая упавшее настроение уникума. Но вскоре беседу Музыканта с молчаливым и улыбчивым загадочным собеседником прервал телефонный звонок. Капитан ловко и быстро достал телефон из кармана в штанах и дружелюбно сказал: — Я вас слушаю, мой любимый информатор. — «Закрой свой рот скотина! Где наша зарплата?! Ты её задержал на целых два месяца! Мы не ели нормально уже целый месяц, подъедая крошки за Зверем и Женей!», — кричал в трубку напыщенный недовольный голос девушки. — Хорошо, хорошо, я всё вам предоставлю. И зарплаты выплачу с бонусом, и, может быть поездку в Европу,куда захотите, вам оплачу. Заслужили полноценный отдых от Цирка и от своих «домашних животных». Кстати, как там фильм, который снимает она? — «Ах, ну да, выучить наши имена это та-ак трудно для уникума вроде тебя! Но спасибо тебе, что хоть с первого раз согласился нам ещё бонус выплатить. А насчёт этого фильма… Она взорвала весь «Мосфильм» и решила поехать ненадолго в США, чтобы там доснять, нашла спонсоров… Да, из-за этой твари теперь я скорее всего буду в коробке на улице жить, так как сколько же она денег просадила в этот фильм», — уже перестав кричать на капитана, девушка недовольно высказалась о своей подруге. — У нас информаторы женщины? Как только информатор услышала эту пугающую новость, то тут же закончила разговор по телефону. Музыкант начал расспрашивать Фокусника на её счёт, но уникум, отходя от темы, поверхностно намекал на то, что это всё неправда, и что их информатор парень, который мастерски с помощью пару продвинутых программ может без затруднений менять себе голос. Это звучало, как настоящая правда, ведь примерно таким же способом Механики меняли голоса Цирку при записи их «выступлений» или для записи пыток, чтобы потом требовать выкуп за избитого в мясо бедолагу. Они довольно быстро дошли до дома Цирка, ведь Фокусник практически тащил на себе тушу Музыканта, пока тот веселился, что-то рассказывал, а капитан снисходительно слушал. Зайдя внутрь, они пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны, ведь у каждого была своя квартира в разных углах этого серого и жуткого этажа. Фокусник прошёлся мимо квартиры своего любимого и заметил, что дверь лишь прикрыта, а не закрыта до конца, это вызвало интерес уникума, и он решил навестить Клоуна. В зале, кроме Клоуна ещё был Священник с Демоном. Клоун сидел с прямой спиной на стуле, в сером свитере, который казался очень просторным. Священник с серьёзным лицом ходил вокруг него и читал лекции по исповеди, правильному мировоззрению и любви к ближнему. Демон, еле поместившись на диване, с усмешкой смотрел на своего Святошу, изредка бросая хищные взгляды. — Ну что, что-нибудь понял из этого?! — громким голосом спросил Священник, ожидая результата от своей громкой и правильной речи. — Особо нет. И этот язык… Ты уверен, что вырезки из текста, на старославянском языке, будут мне понятны? — с равнодушным лицом спросил Клоун, смотря уже не такими ясно-серыми глазами на Священника. — Не суть, я знал, что ты, Грешник, ничего не поймёшь, ибо грехи и дьявол настолько близко пробрались к твоей душе, что ты… — Ну и отлично. По пятому кругу расскажи, насколько я порочен. Священник заметил стоящего на пороге Фокусника, который выглядел со стороны, как третий темный столб в этой квартире, но лишь хозяин этой квартиры осознавал, что уникум в глубине души улыбается в тридцать два зуба от комичности этой сцены. — Скажи что мы репетировали! — приказал Священник, указав пальцем на Клоуна. Клоун прищурил глаза, оскалился, стиснул зубы и отвернулся от Священника. Вздохнув, он снова повернул своё лицо к Святому и смог силой выдавить из себя: — Я больше не причиню вреда людям, вне задания. Начну принимать лекарства по расписанию. Перестану. Перестану «вызывать дьявола»…и… — И? Я слушаю. — Надоел, мразь, я тебя убью после этого… Эм… Прошу прощения. Я даю слово, соблюдать эти правила. Секунда тишины, и вот Фокусник быстрым, решительным шагом направился к тому, кто так сдержанно, сквозь оскал, что-то там мямлил про обещание, которое, конечно же, он не сдержит. Падая на колени перед единственной любовью, Фокусник нежно приобнял Клоуна за талию, словно сам был готов на исповедь, но не перед Священником, а перед человеком, ради которого он был готов терпеть все адские муки этого мира. В душе завывало кладбище надежд, а в руках теплилась последнее чудо, что вызывало желание жить дальше. Клоун с равнодушием посмотрел на мужчину, не понимая, кто посмел его так крепко и нагло обнимать, стоя как виноватый грешник на коленях. Узнав своего капитана, спустя пару секунд, Клоун изменился во взгляде, сменив своё равнодушие на мягкость, сдержанную улыбку и открытые глаза, которые даже успели заблестеть от теплоты рук на спине. Священник в нескрываемым шоком отшатнулся назад и с недоумением отвёл взгляд в сторону, увидев такой жалкий и слишком мягкий взгляд Клоуна, который он прежде никогда не мог лицезреть вживую. — Какая отличная дрессировка, Фокусник. Дрессировщица тебе бы позавидовала. А то мы тут битый час лекции читаем, — с усмешкой сказал Демон, вставая с дивана. — Ну, в принципе, этим занимался только мой Святоша, а я лишь наблюдал. Как только Демон заметил гневный взгляд Клоуна, которому было неприятно, что на них смотрят, он тут же схватил Священника за руку и повёл к выходу. Священник упирался, что-то возмущенно кричал, но, выйдя из квартиры Клоуна к нему резко развернулся его мужчина, чмокнул в губы и повёл дальше, в сторону их временного жилья. — Ты неисправим, — злобно проговорил Святой, смущаясь,отведя взгляд в сторону. — Знаешь, лучше этих двоих оставить лишний раз наедине. Да, Клоун с 17 лет практически не изменился, только оброс шрамами, но его взгляд… Даже я бы с таким спать не смог. Он словно одним взглядом убивает… — Он — грешник, в нём нет пламени жизни, он уже давно угаснувший человек, стоящий на коленях, объятый в безумии. Ему даже не светит проснуться в земле под крестом… Он вовсе никто. — Забавно, не правда ли, ты ведь тоже стоишь на коленях, просто не замечаешь этого. Да, да мой Святоша, тебе тоже нужно иногда помогать подняться. Демон утащил Святого в комнату, словно украл его из темноты коридора этого дома. Самая центральная квартира, что находилась прямо напротив лифта и лестницы, по праву принадлежащая Священнику, но он предпочитает жить отдельно от всех, вместе с Демоном, ведь парень не особо желает выставлять свою личную и небезгрешную жизнь на показ остальным грешным душам в этом доме. Демон с хищным взглядом прижал его к стене, жадно впился в губы и провёл одной рукой вдоль поясницы Святого, заставив дыхание парня тут же пропасть на мгновение, словно тот разучился дышать. Священник понимал, что скрыться от этого исходящего жара похоти, который излучал Демон, будет невозможно и проще позволить ему делать всё, что он хочет, так будет безопаснее и приятнее. Оторвавшись от губ парня, Демон повёл его к кровати, одновременно расстегивая на своей чёрной рубашке пуговицы одной рукой. Толкнув Святого на кровать, мужчина практически сразу же навис над ним с обнаженным торсом. Он медленно поцеловал его в шею, нежно провёл ладонью по талии, добрался до ремня на штанах, которые через пару манипуляций уже улетели в угол спальни. — Я тут подумал. Сегодня я тебя связывать не буду, — прорычал Демон, облизав ухо Святого, — Так что, не разгорайся так сильно. Священник вздрогнул, почувствовал обжигающее пламя на своей коже, от этого огня потихоньку сгорала его ряса, обнажая светлую кожу под руками мужчины. Чёрное пламя погасло, как только тело Священника лишилось последнего лоскутка ткани на своём теле, что скрывало тонкие шрамы на спине и руках от самонаказания во имя искупления грехов. Демон облизнулся, словно собирался не только завладеть своим Святым, но и в этот раз поглотить его душу, чего он конечно же не сделает, ведь тогда вся забава закончится, да и Священник хорошенько огреет его по голове за такое. Спустив свою руку ниже пояса, мужчина медленно стал водить своей ладонью вдоль члена Святого, позволяя своему любимому извиваться под ним и тихо постанывать, пока Демон усыпал его шею поцелуями и покусываниями. Священник крепко цеплялся одной рукой за шею мужчины, стараясь как можно ближе притянуть его к себе и полностью раствориться в этих приятных ласках. Температура в комнате потихоньку начинала превышать. Градусник отбивал информацию о температуре 39 градусов. Через пару ласковых укусов и ритмичных движений руки Демона, спальня превратилась в самую настоящую баню. Святой пытался сдерживать не только своё тело, объятое похотью, но и своё пламя, которое неустанно хотело выйти наружу вместе с эмоциями, которые волнами накрывали его рассудок. С закрытыми глазами, всё длилось невероятно долго, но чувствительность от касаний рук Демона увеличивалась, и вот Святой уже постанывает на ухо мужчине, двумя руками хватается за его спину и чуть ли не вдавливает его в себя. Демон с хитрой усмешкой расстегнул свои штаны, спустил свои трусы до колен и приставил возбужденный член к бёдрам Святого, от этого парень тут же распахнул свои глаза. Мужчина, на глазах у своего любимого, облизнул свои длинные пальцы, провёл увлажнённой рукой вдоль бёдер Святого, а после продолжил целовать покрасневшие губы Священника, медленно входя внутрь него. Первый короткий толчок, и парень уже застонал прямо в губы Демону. Второй толчок, и загорелись шторы в спальне. Священник, хватая ртом воздух стонал, пытаясь сдержать уже только свои стоны. Голова затуманена в наслаждении, перед глазами только хищный взор Демона, что переливался адским пламенем, а вокруг потихоньку разгоралось алое пламя. Демону совершенно не вредило это красное пламя.Святого, оно его только ещё больше заводило, словно ловкие и тёплые прикосновения. Священник притянул к себе Демона и ,крепко прижимаясь к нему, сжимая пальцами рубашку на спине порочного соблазнителя. — Что я могу сделать? — съехидничал мужчина, проводя своим тёплым языком вдоль кадыка своего праведного и послушного Святоши. — Всё, что пожелаешь.

***

В это время, Клоун краем глаза заметил, как красными огоньками замерцала пожарная система безопасности. Фокусник не обращал на это внимания, он смотрел лишь на лежащего под ним Клоуна. Уникум с наслаждением целовал парня в шею, скользя рукой под свитером, касаясь нежно его рёбер и худых ног. Парень уже был весь красный, тяжело дышал и сам хотел, чтобы Фокусник поскорее взял его, а не мучил нежными прикосновениями и поцелуями. — Ф…Фокусник, пожар, — дрожащим голосом сказал Клоун. — Да, жарко, не спорю… — Нет, правда, посмотри. Клоун указал пальцем на пожарную сигнализацию. Фокусник вздрогнул и поник, так как кто-то решил устроить пожар в доме Цирка, именно в тот момент, когда под ним лежит такой соблазнительный и готовый к разврату Клоун, что было большой редкостью для капитана. — Фокусник, ты собираешься что-нибудь делать? — с равнодушием спросил Клоун, поправляя свой свитер. Капитан наклонился к Клоуну и поцеловал его в губы, не желая отпускать из своих объятий любимого. — Я никуда не хочу идти, а ты? — А я вот, хочу уйти от сюда, пока здание не охватил огонь. Знаешь, в моих планах не было сгореть заживо. — С тобой я готов и заживо сгореть, лишь бы не отпускать из своих объятий. Обезумевшая сигнализация завопила на всех этажах дома, выводя спокойным темпом каждого персонажа из Цирка, только один Семён с криками: «Мы горим, спасайся кто может!» убегал в одной пижаме и тёплых тапках. Музыкант спокойно набирал телефон Директора, чтобы тот вызвал свою личную пожарную бригаду, а капитан недовольно поглядывал на происходящее, ведь осознавал, что скорее всего Священник сорвался и будет должен отчитаться ему утром за это происшествие. Из окон спальни Священника уже вовсю бушевало пламя и, пока весь остальной сонный Цирк стоял на улице, эти двое развлекали себя и уничтожали казённое имущество, купленное за счёт Фокусника. Обидно и несправедливо, поджимая губы, думал капитан, крепко обнимая за плечи своего хрупкого любимого наёмника, что был спокойнее самого камня. Прозвучал неожиданный звонок на мобильный телефон капитана, который, не торопясь, готовился ответить на этот вызов. — «Доброй ночи, извините за столь поздний звонок, но тут произошла одна неприятность…» — Доброй ночи, Михаил, Клоун находится у меня под наблюдением и, если что, я только послезавтра смогу его завести к вам. — «Я звоню насчёт аварии…» Из динамика лился сладкий яд информации, что заставила капитана улыбнуться. Для него это что- то и могло бы значить, не будь он эгоистом и бездушным существом. Только к 5 утра Механик узнал, что случилось с девушкой, которая покинула совещание с личным заданием от капитана ещё утром. По камерам наблюдения можно было четко увидеть ужасную картину происходящего: как грузовая машина на полном ходу, на красный свет протаранила служебный автомобиль Цирка и ещё пару соседних таких машин на полосе. Половине пострадавших повезло гораздо меньше, чем Механику 2, летальные исходы прописали в их карточках. А вот водитель грузовика оказался жив-минимум травм, лишь алкогольное опьянение и полное отрицание совершённого преступления. Механик 1 смотрел на повторе запись этой аварии, словно пытался мысленно удалить эти события из реальности. Вот снова удар в пассажира, бронированная машина лишь переворачивается, ударяется о другие автомобили, а грузовик продолжает напирать как бесконтрольный зверь, словно пытается подмять все под свои колёса и проехаться ещё сверху. Сердце билось в такт со скрежетом железа об асфальт. Доехав до больницы, он тут же выбежал из салона автомобиля, вбежав в больницу и ища глазами палату девушки. Отпихиваясь от санитаров, он точно знал, где без сознания лежит его израненная, единственная любовь. Переведя дух, он переступил порог двери, рассматривая, как в светлом помещении, под кучей проводов лежит в искусственной коме его вторая половина- Механик 2. Перебинтованные руки, торчащие штыри из правой ноги, длинный шов на лице в области челюсти, гипс на руке, перемотанная голова - всё это выглядело, как кошмарный сон для парня, но не для остальных сотрудников Цирка. Для всех — это сущая обыденность. Ещё один взгляд на общую картину произошедшего, и сердце у парня замерло, дыхание перехватило, а глаза предательски заблестели, но не от счастья. Он был готов прямо тут упасть на колени перед девушкой, но его под руки подхватили санитары и вывели из палаты, посадили в зале для ожидания и попросили подождать, пока подойдёт врач. Парень держался за голову, пытался придти в себя, мечтал о том, что этот дрянной сон заканчивается, что все эти события - лишь обман его зрения. Он уже от отчаяния был готов не просто поменяться местами с девушкой, а даже лечь рядом с ней, без шанса на пробуждение, просто лежать рядом, вдыхая с помощью проводов искусственный воздух, но недолго, пока не отключат эту машину, а это случилось бы скоро, ведь он был готов умереть с ней одновременно, чтобы всегда быть вместе. От стресса он почти заснул на кресле, его разбудил Фокусник, потрепав по плечу. Механик 1 тут же вскочил с места, схватил своего капитана за воротник фрака и, гневно смотря на него, не мог сдержать эмоции. — Зачем вы её отправили на это задание?! Что, мало у нас посыльных для такого?! И неужели трудно было мне это сказать?! — Что бы ты ещё ночью кричал? Я и так плохо сплю, а слышать твои крики мне просто не хотелось, — с лёгкой улыбкой ответил Фокусник, похлопав Механика 1 по плечу. Фокусник с равнодушием оттолкнул от себя парня и направился по коридору к палате, где лежало израненное тело Механика 2. Капитана вполне дружелюбно принял врач, они начали долгую беседу о состоянии девушки и, не удержавшись, в их разговор вклинился Механик 1. Парень в основном молчал, изредка что-то говорил, смотря в пол. — Так, я считаю будет лучше, если вы пригласите её родителей или мужа, чтобы подписать этот документ об отключении аппаратов, — сказал врач, протягивая бумаги Фокуснику. — О, хорошо. У нас тут как раз родственник есть. Они хотели пожениться, но увы, не успели. Родители мертвы, а я её руководитель, можно и так сказать — улыбаясь говорил Фокусник, читая документ, — Механик 1, подпиши здесь и пойдём уже, — протянув в руки парня документы, Фокусник заметил, злой, разгневанный взгляд Механика 1. — Только не начинай. — Ни за что в жизни, я её не отключу! А если она проснётся?! — Не проснется она уже, если только фея не наколдует, — сказал с равнодушием Клоун. Клоун со стуком вошёл в личную палату Механика 2. На нём был врачебный халат и небольшая белая папка с историями болезни, на груди было написано его не настоящее имя и фамилия. Волосы убраны в тугой хвост, а под глазами уже не видны те самые жуткие мешки от недосыпания, видимо Гримёрша постаралась, но он всё так же был сильно истощён, хоть выглядел не столь убито. — К…Клоун? Что ты тут делаешь? — нервничая,спросил Механик 1. — Доктор, как вы и просили, я всё исправил. На снимках видны перелом двух рёбер, осколки в плечевом суставе…- начал зачитывать Клоун, но его остановил пожилой доктор, взяв из рук парня эти документы. — Спасибо за помощь, — коротко ответил врач. Клоун с равнодушием посмотрел на улыбающегося капитана, чья улыбка была скрыта под белой маской, и на взбешенного, слегка удивленного Механика 1. — Что, я теперь не могу и медбратом раз в жизни поработать? — спросил Клоун, направляясь к выходу. — Причём, мой лечащий врач разрешает примерять халаты у них. — Как же тебе идёт этот костюмчик. Я прям таки хочу…- начал говорить Фокусник, пойдя за Клоуном, но тут капитана потянул резким рывком назад Механик 1. — Ты же отменишь тот факт, что её отключат, да? — спросил Механик 1, грозно смотря исподлобья на Фокусника. — На всё твоя воля и желание. Будешь плохо стараться на «выступлении», девушка заснёт. Будешь «выступать» за двоих, всё будет наилучшим образом, — улыбчивый капитан, коротко обмениваясь репликами со своим подчинённым, тут же направился к выходу. — Чего только не сделаешь ради любви. Кстати, до отправки осталось меньше 17 часов. Поторопись.

***

Эти 17 часов как будто увеличили свой обычный темп на стремительный. Время просто летело с невероятной скоростью, так как все из Цирка были в полной работе, отрабатывая и отшлифовывая свою работу до совершенства. Танцовщица уже пару раз неправильно подворачивала ногу, из-за чего раз за разом доводя свой организм до пиковой формы. Каждое её движение, будь то резкий прыжок, наклон или удар, приносил ей боль, но уколы и лекарства от Директора были к допингом, позволяющим телу игнорировать всю ноющую боль и усталость. Прозвучала тихая сирена по территории Цирка. Все тут же схватили своё снаряжение, заранее упакованное в рюкзаки, и оружие и выдвинулись на посадку в самолёт, что приземлялся в лесу на песчаном аэродроме. У девушек костюмы были сделаны из эластичной плотной ткани, не пропускающей воду и анти-возгорающейяся. У парней же всё было по стандарту : бронежилет, множество вшитой брони, автоматы, ножи, Гримерша любила классическую моду, в ее таком понимании. Все надели свои костюмы для задания., кроме Фокусника, ведь капитан, как обычно, был в классическом костюме, лишь только новый плащ развивался за его спиной. Быстро собравшись они выехали на двух машинах за город, где их ждал личный самолёт. Самолёт принадлежал армии страны, его, как и всю военную базу, выкупил Директор, чтобы не было проблем с перелётом у его дорогого Цирка. Погрузившись на борт самолёта, Музыкант тут же направился к пилоту этой машины, чтобы отдать приказ об отбытии на задание. — Клоун, ты уверен, что хорошо себя чувствуешь? — обеспокоенно спросила Танцовщица, подойдя к Клоуну, который стоял у своего снаряжения, перепроверяя его. — Всё отлично. Я давно уже не ездил на такие задания, где в одно время мы пытаемся спасти часть культуры Японии, при этом уничтожая каждого на своём пути, даже животных. Что может быть лучше этого? — парень закинул свой рюкзак, положил автомат на крюки и ещё раз глянул на свою подругу, которая уже надевала металлические щиты на локти.— Не бойся, я уже пообещал капитану, что никого не буду убивать. Буду лишь наносить пару ударов, чтобы они мучились в конвульсиях, испытывая ,как каждая клетка в их организме сжимается от боли, ноя и прося о долгожданной смерти… Да, этого будет достаточно, чтобы возбудить во мне желание хотя бы выйти из самолет и посмотреть на разрушенный мир. — Я рада, что в этот раз с нами будешь самим собой - истинный ты.