философия - глупая наука?

Теперь Сокджин считает, что начинать отношения с мальчишкой, который на десять лет младше - плохая идея, но назад уже ничего не вернуть. Он же взрослый мужчина с головой на плечах, профессор философии в престижном университете Сеула и за всю свою жизнь он нарушил единственное правило, перешёл единственную черту, которая у него была в приоритете - не спать со студентами. У него вообще никогда не было с этим проблем, его всегда привлекали омеги своего возраста, но ученики постоянно липли к нему. Конечно, куда же без этого, ведь Сокджин - высокий альфа с широкими плечами и в очках, которые делают его ещё куда сексуальнее, хотя казалось куда сильнее. Его запах нравился многим, потому что он был не слишком едким, но и не приторно сладким, в общем, обычный запах весеннего леса, если так можно выразиться. Но у него появилась небольшая проблемка, имя которой - Пак Чимин. Этот девятнадцатилетний первокурсник, именно его группу взял Ким, как куратор, что было совершенно спонтанным решением и не то, чтобы альфа горел желанием. Ректор просто поставил перед фактом, поэтому у обычного преподавателя выбора особо то и не было, пришлось соглашаться. Сокджин совершенно не хотел возиться с кучкой детишек, которые для него, практически тридцатилетнего мужчины совсем ещё зелёные, даже если они считают себя взрослыми, потому что закончили школу и поступили в универ, для получения высшего образования. На самом же деле они просто не видели, какими детьми являются со стороны. В общем, увидев Чимина, Ким понял, что не жалеет о том, что взял эту чёртову группу. Омега был будто...взрослым? Совершенно не похожий на своих ровесников или типа того, нет, он не выглядел старше своих лет или что-то в этом роде, он просто...отличался от своих ровесников. Сокджину понадобилось, блять, слишком много времени, чтобы понять, что это нихуя не так. Пак оказался таким же, как и все эти глупые детишки, таким же незрелым мальчишкой, который абсолютно не повзрослел, а просто строил иллюзии. Но Джин уже ничего не мог с этим поделать, потому что влюбился по самые уши, как будто ему самому только девятнадцать исполнилось. Чимин был первым студентом, который кажется, совершенно никак не интересовался Сокджином и вроде бы альфа должен был радоваться, потому что, если честно, со стороны студентов такого внимания он терпеть не мог, но когда равнодушие проявлял Пак...Сокджина это злило. А ещё этот мальчишка терпеть не мог философию, ненавидел то, что для Кима было самым дорогим в его жизни. Это бесило в первую очередь. Часто говорят, что любовь к предмету зависит от преподавателя, но Чимин к этому стереотипу явно не относился, хотя Сокджин в своём деле был просто чудесен. Все, у кого Ким вёл философию любили как и его, так и этот чертов предмет, даже те, кто нихера в этом не смыслил, его лекции посещали даже заядлые прогульщики, которых в другое время было просто не застать на учёбе, которые появлялись только на сессиях. Пак сломал эту систему, систему, которую Ким выстраивал за всё то время, что преподавал. Нет, омега никогда не прогуливал, ни разу... Он просто всем своим видом показывал, как ему скучно, как непонятно и как не интересно. Всем своим видом показывал, что ему наплевать на философию и на какого-то там Ким Сокджина. Парень плохо учился только по философии, и Ким не понимал, в чём его проблема. Пак слишком отставал в этом предмете и Киму не оставалось ничего, кроме как оставлять Чимина на, скажем так, дополнительные занятия. Раньше мужчине никогда не приходилось прибегать к таким мерам, потому что все дети всегда понимали его, и философия была их любимым предметом, но только не Чимин, нет. Он был другим, отличающимся от всех них. Возможно, в душе Сокджин ликовал, что в неделю ему теперь придётся тратить на занятия с учениками на пару часов больше, чем раньше, а главное, что они будут проведены с Пак Чимином, с этим глупым мальчишкой, не понимающим в философии ни черта. Наверное, это единственное, что действительно больше всего бесит Кима в этом, казалось бы, идеальном омеге. — я не хочу ходить на ваши занятия по философии, преподаватель Ким. —однажды заявил Чимин, прямо перед всей группой. Это было первым настолько детским заявлением со стороны этого мальчугана, что Сокджин опешил. Он не может позволить этому парню так вести себя, какие бы чувства не испытывал сам. Никаких поблажек, ни за что. Он не может потерять уважение других студентов из-за одного, на которого глаз положил. — думаю, что сейчас меня не интересует, чего хотите вы, Пак Чимин, а чего нет. Можете не ходить, но тогда завалите только мой предмет и поверьте, вас отчислят. —строгим тоном пригрозил Сокджин, скрестив руки на груди. Он знал, что вряд ли Чимина это напугает, но Ким совсем не хотел, чтобы его отчисляли... Мужчина теперь не знал, что с ним будет, если он не сможет видеть этого омегу каждый день. — тогда просто нарисуйте мне четвёрку в аттестате! — я могу нарисовать её вам только на лбу, раз уж на то пошло. Конечно же Чимину пришлось ходить на эти самые занятия по философии, которая была ему совершенно не интересна, парень просто не понимал её и на самом деле не хотел. Сокджин даже думал, что тот специально "напросился" на это, чтобы привлечь внимание альфы, но каждый раз Ким всё-таки убеждался, что это не так. И как его понимать? Чимин, этот парень с выкрашенными в блонд волосами, который не понимает философию и преподаватель по философии, который на него запал. Не кажется ли, что это целое комбо? — Чимин, ты правда не понимаешь или издеваешься надо мной из-за своего упрямства? Я понимаю, что философия - предмет далеко не из лёгких, но это же просто элементарно! У меня никогда не было таких проблем с учениками, я объясняю всё куда лучше многих, стараюсь как можно понятнее. Даже у самых глупых ребят всегда всё было хорошо с этим, а ты ведь даже не глупый, я же знаю! У тебя отлично по всем предметам, кроме моего. Скажи мне, я тебя чем-то обидел? — как бы были связанны моя обида и непонимания философии, преподаватель Ким? —омега усмехнулся, и откинулся на спинку стула, сунув ручку в рот - плохая привычка, от которой омега никак не мог избавиться, сгрызая все свои ручки. Но возможно,сейчас в глазах Кима это выглядело возбуждающе. — так, что ты теперь просто издеваешься надо мной. Я не верю, что ты не понимаешь, —старший шумно выдохнул, прикрыв глаза, после взглянув на Чимина снова, — давай я ещё раз... — Я правда не понимаю этого, преподаватель Ким, ну и ещё...—омега опрокинулся через стол, приблизившись к мужчине на уже совсем не приличное расстояние. — ещё я вам нравлюсь и мне забавно за этим наблюдать. Сокджин смотрит на Пака большими глазами, пока между ними зависает неловкое молчание, ну, по-крайней мере неловкое со стороны Сокджина. Он не понимал, как выдал себя, не понимал, как этот омега, ничего не смыслящий в философии, так легко раскусил Кима, как на раз плюнуть. Ким же не показывал этого. Не давал понять ровным счётом ничего, был словно камень, ну или так думал. Альфа не любил, когда к нему липли омеги, пытаясь соблазнить или умоляли поставить пятёрку за отсос, но сейчас мужчина чувствовал себя именно таким. Он даже понять не успел, когда омега собрал все свои вещи и встал с места, собираясь уходить. — наше занятие должно было закончиться ещё пятнадцать минут назад, больше не смею вас задерживать, преподаватель Ким. Я ничего не понял, но я обязательно буду всё зубрить, чтобы не завалить именно ваш предмет и не быть отчисленным. До свидания. —омега усмехнулся и покинул аудиторию, оставляя альфу одного. Тому теперь было о чём подумать. Теперь альфа был уверен в одном - Чимин действительно не понимает философию, но зато очень умён во всём остальном, чертовски внимателен и Кима бесит это больше всего. Этот омега нравится Киму буквально с первого дня, как давно он знает? Где же Сокджин настолько спалился? Он же был так...так осторожен, чёрт возьми. А Чимин всё равно просёк. Или это было что-то типа уловки, на которой Ким провалился? Теперь это единственное, чем будет забита голова Сокджина, что для него очень плохо, плохо для его работы. Но теперь он должен был сделать так, чтобы... Чтобы тоже заинтересовать Чимина. И судя по тому, к чему они пришли через несколько лет... У Сокджина всё получилось, хотя теперь, спустя время он не понимает, нахера ему это надо было. Паку правда не давался этот предмет, как бы он не старался, хотя он и не старался, да. Дело не в том, что он глуп или Сокджин ему как-то насолил, даже не в том, что оказывается, Пак симпатичен ему. Омега и сам не понимал, как догадался, но оно, собственно, само как-то. Прошло уже полгода с его первого дня в этом учебном заведение и вообще со знакомства с Сокджином, но об этой... Симпатии омега узнал только месяц назад, хотя в течение всего времени замечал какие-то мелочи. Взгляды, даже тон голоса Сокджина, который менялся при разговоре с Паком. В общем, тут не будет ничего слишком заумного, Чимин просто буквально два и два сложил, всего-то. Может быть альфа и думал, что незаметен, но это было далеко не так. То, что Пак глуп в философии - далеко не показатель. В общем, как бы там омега себя не вёл и что не говорил, он совершенно не хотел, чтобы его отчислили из-за одного предмета, парню и так было трудно поступить сюда, к тому же он учился на бюджете и ему нельзя было иметь тройку даже по этому глупому предмету - философии, чтобы и дальше получать стипендию. Парень конечно мог воспользоваться своим положением, но боялся, что с Кимом это не прокатит. Чимин был действительно не тем хорошим мальчиком, которым мог показаться, а может быть и за которого себя выдавал. И... Сокджин теперь так жалел, что не понял этого раньше, что влюбился не в того. Чимин разбил ему сердце, растоптал чувства и собрал, выбросив в помойку. Кима убивает это по сей день, он был глуп и наивен. Лучше бы Чимина отчислили тогда и они бы не переспали. Переспали... Ким никогда не забудет их первый секс, потому что он был чудесным, несомненно как и все остальные, но первый...всегда запоминается лучше остальных. Занимаясь с Паком дополнительно они стали узнавать друг о друге намного больше,узнавали друг о друге больше, а потом и вовсе стали совместно проводить время. Чимин ясно давал понять Киму, что ему тот тоже не безразличен. Скажем так, Сокджин стал за ним ухлёстывать, но их отношения стояли на этапе дружеских - они даже за руки не держались или типа того. Просто преподаватель и его ученик, с которым он дружен немного больше, чем с остальными ребятами. Любимчик. Но это было и к лучшему, ведь его симпатия стала взаимной, вот только Чимин флиртовал, играл со своей жертвой словно кот с мышью, которую собирается съесть, но перед этим пару раз даёт ей фору, потом всё равно лишив жизни. А Сокджин уже увяз, увяз полностью, словно забрёл в болото, которого не было видно за приятными на вид кустиками. И выбраться ему теперь не удаётся. Никогда не удастся. Оказалось, что Чимин вырос в совершенно обычной семье, не то что бы благополучной, но и не совсем бедной. Ну, на том уровне, когда Пак получал всё то, в чём нуждался и иногда даже больше, но за обучение в колледже заплатить не могли, поэтому омега отдал всего себя, чтобы заполучить бюджетное место, которых оставалось всего три на момент его поступления. Тем не менее Пак заполучил то, в чём так нуждался. Слушая эту историю Ким понял, что при всех своих принципах не смог бы поставить Чимину "неудовлетворительно". Не мог бы позволить, чтобы его отчислили и это было именно тем, что разрушало его, он боялся, что поддаться Чимину из-за своих чувств к нему, но рядом с этим парнишкой альфа забывал о всех своих принципах и так далее. Он так хотел, чтобы они были вместе. Почему Сокджин не видел очевидного тогда, когда нужно было открыть глаза, а не слепо верить в любовь? А была ли она вообще? Да, чёрт возьми, конечно была и сейчас есть. Что бы Ким не говорил и как бы не злился на Чимина. Он всё равно любил. Тот день выдался довольно приятным, светило солнце и с листьев на деревьях стекали последние капли после совсем раннего дождя, было тепло и стоял запах мокрого асфальта, что грело душу Сокджина, но тем самым чудом, которое заставило Кима трепетать сегодня по-настоящему снова был Пак Чимин, который улыбался и махал Джину своей рукой, тогда Ким помахал в ответ. Как же ему хотелось целовать эти руки каждый день своей жизни. Сегодня Чимин был одет в худи на пару размеров больше его самого на завязках которого были смешные бубенчики, а на груди было написано "Your roof is running away from you." - Сумасшедший на всю голову. Альфу это позабавило. Обычные чёрные джинсы, такого же цвета "вансы" и цветные носки с авокадо. Он мог бы подойти и поприветствовать нового "друга" объятиями, но не стал, как и всегда. Чего он боялся? Спугнуть Чимина? Вряд ли, тот ведь был не против и может быть сам хотел, но ждал первого шага от Сокджина, который с этим медлил. Боялся косых взглядов в их сторону, которые и так уже были? Блять, да он не знает. Просто не мог, хотя очень хотелось. Подойдя к Паку ближе Ким понял, что всё-таки здесь что-то не так. — Чимин, почему от тебя ничем не пахнет? Ты принял подавители? Они же вредные, —альфа обеспокоенно осматривает своего ученика, пока тот смущённо трёт рукой затылок. — да всё в порядке, просто течка скоро. Не так уж это и вредно, нам, омегам, как-то ведь нужно справляться с этим. Вы не поймёте — конечно, извини меня. Но лучше бы тебе сидеть дома в этот период, мало ли что. — а учиться за меня кто будет, тем более на философии, —он усмехнулся, — всё хорошо, правда. Как только моя участь настанет, я обещаю, что закроюсь в своей квартире и никуда не выйду. Надеюсь, что с каким-то красавчиком, —Пак невольно рассмеялся, — до встречи, мне пора на первую пару. Как же Сокджин хотел оказаться этим красавчиком, как никто другой. Философия была последней парой для группы Чимина, всё было как обычно, Пак время от времени улыбался старшему, что стало совсем недавней их традицией. А Джин не мог не улыбнуться в ответ. Всё было хорошо ровно до тех пор, пока запах Чимина не стал постепенно усиливаться. Сначала Ким подумал, что ему кажется, потом подумал, что ничего страшного - просто подавители перестают действовать, что является совершенно нормальным явлением, но когда на Чимина, его Чимина уставились все альфы в аудитории... Слава всем богам, если они есть за то, что в этот момент оказался рядом, иначе Чимину пришлось бы "обслуживать" здесь всех. Ученики смотрели на Пака голодными взглядами и в их глазах просыпался огонь. Джина это задело. Пак, понимая, в какой ситуации он находится, сидел опустив голову и разглядывал свои руки, сложенные на коленях. Омеги смотрели на него с сочувствием. — пара окончена. Чимин, идём, —мужчина подошёл к младшему, подождав, пока он встанет со своего места и выйдет из-за стола. Тогда Ким быстро вывел парня из аудитории, пока что без какого-либо намёка на пошлость, хотя голова уже начинала кружиться. У альф рядом с течными омегами крышу сносит, но Сокджин держится, он ведь не животное. Он никогда не сделает Чимину больно, не сделает ничего, если тот сам не захочет. Ведь когда-то это станет любимым хобби самого Чимина. — с тобой всё в порядке? Я довезу тебя, идём в мою машину. Тебе стоило остаться сегодня дома. Чимин молчал, смотря куда-то вниз, себе под ноги. Ему было стыдно, а ещё он чувствовал, как начинает постепенно приходить в возбуждённое состояние. Его тело окутывал жар, а промежность так и начинала зудеть, истекая природной смазкой, которая вот вот насквозь протечёт через бельё и джинсы. Хотелось провалиться сквозь землю и никогда больше не высовываться, чтобы его никто не видел. А оказаться таким жалким перед Сокджином... Чимин готов был взвыть от всей этой ситуации, но он мог только молча сидеть, продолжая разглядывать свои руки, будто не видел их до этого. — Чимин, пожалуйста, скажи мне свой адрес и я отвезу тебя домой, ладно? Всё нормально, я тебя не обижу, я просто хочу помочь. У тебя ведь не первая течка, не смущайся так - это естественно, все всё понимают. Омега так ничего и не ответил, низ его живота болезненно затянул. Тело просило хороший член и Пак ничего не мог сделать с этой прихотью. Чимину известно, как ужасно проходят течки без альфы рядом, ему снова придётся жрать подавители пачками и болезненно стонать в постели, свернувшись в положении эмбриона, будет трудно ходить и вообще делать что-либо, а парень даже ничем себя не трахал ни разу,правда. Он мучался абсолютно без каких-то подобных штук, хоть и мучения эти были невыносимы. — не скажешь? Ладно, я живу недалеко. Тебе повезло, —Ким вздохнул и завёл свой синий шевроле, направляясь домой. Жил Ким в частном собственном доме, он был двухэтажным, сделанный из сайдинга, а крыша была чёрной, также был гараж для автомобиля, из которого тоже можно было попасть внутрь дома. Окна были большие и дверь тоже была стеклянной, что выглядело очень современно и радовало глаз каждого нового гостя, которые здесь бывали, да и Сокджина несомненно. Порожки были белые, сбоку на одной из ступенек стоял горшок с фикусом, за которым Ким тщательно приглядывал, что радовала мужчину и хоть немного разряжало его однообразные деньки. Газон был идеальным, с приятными кустиками в некоторых местах, а справа росли пару берёзок. Альфа конечно мог бы похвастаться тем, что вырастил деревья, но увы и ах, они росли уже тогда, когда он купил этот дом. Задний двор был большим, просторным, там можно было бы поставить бассейн и качели... Альфа правда хотел бы семью, детей, ему уже двадцать девять. Он никогда с этим не спешил, потому что хотел чтобы всё было так, как надо, а не наобум. К тому же, мужчина не мог найти подходящего омегу, того самого, с кем можно будет провести всю жизнь, быть верными друг другу. Может быть Чимин и есть тот самый? Как оказалось...нет. В дом Чимина пришлось тащить практически на руках, потому что тому было больно идти ну и ещё он сильно тёк, всё-таки Ким не понимал полностью, как же парнишке сейчас неловко. Сокджин всегда был сдержанным и сейчас тоже, так что очень старался не наделать глупостей.. Хотя, вряд ли Чимин и сам не хотел этого. Альфа не решается мучать Пака и дальше, поэтому кладёт его на диван в гостиной, ибо подниматься в спальню на втором этаже было бы слишком трудно, хотя, Чимин такой лёгкий... Что сделано то сделано, Пак уже лежит на диване. Сокджин был бы настоящим тупицей, если бы не догадывался, к чему всё идёт, что будет, если они поедут к нему. Конечно он знал, но не хотел верить в это. — так. Я сделаю горячий чай, также у меня есть обезболивающие и постараюсь найти подавители для...для нас обоих, ладно? И ещё тебе нужно переодеться, твоя одежда...—альфа тепло улыбнулся. — подожди немного, хорошо? Мужчина сходил в свою спальню и взял рубашку самого маленького размера, которая была, также боксеры, решив, что Чимину они будут как шорты. Но вдруг они не пригодятся? Не пригодились. Сев на диван около Пака, альфа помог ему приподняться и стянул с младшего худи, пытаясь аккуратно одеть на него свою рубашку. Было неловко приступать к джинсам и нижнему белью, хотя чего Ким там не видел? Он просто боялся смущать Чимина. — прости, я не подумал, может быть хочешь принять душ? Хотя, лучше горячая ванна, как ты на это смотришь?—Ким уже дышал горячо и тяжело, прерывисто. Его рассудок уже был затуманен и глаза застилались пеленой возбуждения, аж до мурашек по коже. Кима вот-вот начнёт бросать в дрожь. А стоит ли оно того? Тогда альфе казалось, что несомненно. Он так хотел его. И Чимин хотел тоже. — Джин...—мычит омега и ёрзает по дивану - в джинсах было совсем неудобно, особенно когда они были насквозь мокрыми, как же хотелось от них избавиться. А ещё Паку казалось, что он совсем скоро сойдёт с сума от этого возбуждения, от которого никак не может избавиться. Парень приближается к Киму неуверенно, будто с какой-то опаской, а затем неожиданно бьётся своими губами о губы Кима, только так, потому что поцелуем это вряд ли назовёшь. Это было даже..чертовски мило. — ты не умеешь? —аккуратно спрашивает Ким с всё той же тёплой улыбкой и двигает мелкого ближе к себе, так и говоря своим взглядом "всё в порядке". — я могу показать, как надо. Джин получает удовлетворительный кивок и тогда наклоняется к Чимину, перехватывая парнишку за тонкую талию, он казался напряжённым. Совсем невинный мальчишка, который даже целоваться не умеет, Джину даже стыдновато стало за то, что это именно он его испортит. Но что, если Чимина не испортит уже ничто? Ким прикрывает глаза и аккуратно касается блестящих пухлых губ своими, он уверенно врывается языком в тёплый рот Пака, предварительно раздвинув его зубы, конечно же с помощью самого Чимина. Омега не выдерживает и хватается за чужие плечи, потому что так было спокойнее, Пак и сам не знает почему. Почему? Джин в это время с радостью ласкает чужой язык, переплетая со своим, будто они танцуют страстное танго. Водил шершавой поверхностью по небу, дёснам и ровному ряду зубов, пока Чимин старался повторять за движениями своего преподавателя. Ким перехватывает чужую нижнюю губу, прикусывает её и смакует, кусает сильнее и зализывает появившуюся ранку, но по приятным стонам Пака прямо в рот ясно, что тому, блять, это чертовски нравится и он не оторвался бы, если б в лёгких было достаточно воздуха. — сними их с меня, скорее, я больше не могу! —буквально приказывает младший, указывая на свои джинсы, а Ким безоговорочно слушает его. Альфа длинными пальцами касается ширинки, где выпирает небольшой бугорок возбуждения, что заставляет альфу рыкнуть, словно дикого зверя. Ширинка была расстёгнута, потом аккуратная чёрная пуговка. Омега заметно вспотел, из-за чего и без того узкие джинсы липли к соблазнительным ножкам, но Сокджин и с этим хорошо справился, оставляя омегу лишь в нижнем белье, но было ясно, что даже тонкая ткань трусиков так сильно давит на налитый кровью член младшего, неприятно натирает, заставляя Пака недовольно мычать и изнывать от нетерпения. Да Джин и сам на грани, мать твою. Альфа не спешит, накрывает омежий член рукой через ткань трусов и давит, заставляя того пискнуть. — ты точно хочешь этого, Чимин? Я всё ещё могу отвезти тебя домой. —не может. Знает, что Пак от него никуда не денется, но всё равно спрашивает. Не может показаться в глазах этого омеги ебаным извращенцем, омеги, которого ко всему этому привели лишь обстоятельства. — блять, да! Конечно я хочу, я хочу тебя, Сокджин! —омега недовольно шипел, двигая бёдрами, тем самым позволяя себе немного потереться членом о руку старшего, но тот сжал крепче, обрывая все попытки младшего на хоть что-то. — я рад. Я тоже хочу, Чимин-и. Мужчина срывает чужое бельё, открывая для себя прекрасный вид, Чимин такой красивый. Его персиковая кожа и этот шикарный розоватый румянец на щеках, длинные ноги с аппетитными ляжками, которые так и хотелось сжимать в руках вечно. Аккуратный член, как Сокджин себе и представлял - его так и хочется взять в рот, чтобы сделать мелкому как следует приятно, чтобы тот насладился. У парня пышные, совершенно девичьи бёдра, плоский живот с симпатичной впадинкой пупка, где блестела серёжка. Ким даже не догадывался, что у такого мальчишки за одеждой скрывается пирсинг. Сокджин всегда считал это невъебенно сексуальным и его член стал твёрже. Соски...такие розовые и торчащие, их хотелось кусать не отрываясь, смотря и чувствуя то, как Чимин под ним содрогается. Как же Ким его хочет, как же давно. — ты так и будешь меня рассматривать? —нетерпеливо хнычет Пак, думая, что получит всё и сразу. Ага как же. Он сгорал от возбуждения и хотел поскорее получить то, в чём настолько сильно нуждается. Но он сам подписался на секс с Сокджином, а этот альфа ценит прелюдии как никто другой. У них ещё уйма времени, успеют всё. — Чимин...мы всё ещё можем прекратить. — не могут. — что? Ты издеваешься?! Я не могу больше ждать, хён! Давай! Скорее, ну, —Чимин двигает бёдрами и раздвигает ножки, в попытке привлечь старшего, а тот ведётся, словно ребёнок на леденец. — Чимин, перестань, не так быстро. Если я начну прямо сейчас, то тебе будет больно. У тебя ведь совсем нет опыта, уверен, что ты только порнушку смотрел. —Пак ничего не отвечает, потому что это правда и теперь он краснеет ещё и от сильного смущения. — тише, всё у тебя будет. Тебе так понравится, обещаю. Альфа специально медленно снимает с себя пиджак, в таком же темпе расстёгивает пуговицы на рукавах кремовой рубашки, а Чимин так и смотрит на него убийственным взглядом, возможно, Киму стало даже не по себе и он ускорился, но совсем чуть-чуть. Избавившись только от верха, Ким услышал это "ах", сорвавшееся с искусанных губ Пака. Широкие плечи и ярко выраженные ключицы, Ким был немного смуглее самого Чимина и Пака это блядски заводило. Ему хотелось трогать накаченные руки, кубики пресса и даже грудь, но Джин явно дал понять, что в этот раз ведёт он, а очередь Чимина настанет в другой раз. Чимин всерьёз собирается провести с этим мужчиной течку, иначе ему уже никак не выкарабкаться. Длинные холодные пальцы обхватывают небольшой член и Чимин выгибается, томно выдохнув только от этого контраста холодных пальцев на горящим от возбуждения члене, он уже готов кончить и разрядку так хочется получить, но глаза Кима сверкнули так... в этот раз омега сдержался. Джин водил рукой по члену младшего, а затем, разведя стройные ножки ещё шире опустился, запустив головку в рот. — блять, ах! Джин, а...—Чимин выстанывает чужое имя, хотя Ким ещё ничего не сделал и альфе это пиздец как льстит, Пак просто ещё не знает, что такое настоящее наслаждение, но Джин обязательно покажет ему, дав возможность прочувствовать всё. Киму не составило труда заглотить весь член омеги по самые яйца, не прерывая зрительного контакта, но Чимин сделал это первым, закатив глаза от явного удовольствия. Омега стонал всё громче и громче от чего угодно и для ушей Сокджина это был рай. Стоны Пака такие высокие и хриплые, что придавало большую сексуальность атмосфере, альфа надеялся, что за сегодняшнюю ночь Чимин сорвёт голос. Судя по пульсирующему во рту члену и по виду, стонам омеги было видно, что тот прямо сейчас достигает пика и кончит с секунды на секунду, альфа с радостью мог бы ему позволить и они бы спокойно продолжили, ведь это течка. Оба будут прерываться лишь на сон и еду, конечно же и на естественные нужды. Но альфа не позволил. В самый последний момент он выпустил член изо рта и сжал своей большой рукой у основания, от чего у Пака глаза на лоб полезли. —ну блять! Сокджин, я же почти! Дай мне кончить. Дай мне кончить, твою мать, —ещё капля и Чимин разревётся. Его член возбуждён до боли, а живот в нижней части не перестаёт болеть. Ему это нужно. Хотя бы один раз сейчас и он сможет продолжать дальше. — конечно, как скажешь. Кончишь сейчас, ты так не терпелив, я же держусь. Думаешь, что я не на пределе? Повернись-ка. Ложись на живот, ладно? Сможешь кончить в любую минуту. — правда? — конечно. Чимин довольно ухмыляется, поверив альфе на слова, после чего перевернулся на живот, как Ким и попросил. Сокджин подложил под Пака подушку, которая валялась на полу, упав с дивана, тем самым он приподнял зад омеги, чтобы самому было удобнее помочь мальчишке достичь предела. Джин опускает свои ладони на аппетитные булочки Пака и сминает, довольно промычав. Ягодицы были упругие и круглые, прямо такие, как надо, в джинсах задница этого омеги всегда смотрелась чертовски привлекательно, но Джин и представить себе не мог, что может быть ещё лучше кроме того, за чем он мог наблюдать практически каждый день. Тем более в последнее время они с Чимином часто прогуливались по паркам, улицам, ходили в кафе, кино или посещали вместе торговые центры - они правда очень сблизились. И секс сблизит их ещё сильнее. Альфа разводит ягодицы в стороны, облизнув губы, ведь вид ему открылся шикарный: сжатое розовое колечко мышц, которое пульсировало, сжимаясь и разжимаясь, выделяя смазку. Прося члена или хотя бы чего-нибудь. Член Кима уже и так был болезненно возбуждён, потому ему пришлось стянуть с себя брюки и боксеры, мужчине уже самому не терпелось почувствовать эту горячую узость, но он не мог сделать Паку больно, нужно было его подготовить. Он ведь совсем не тронутый. Ким ухмыляется, в комнате было нереально жарко и атмосфера была очень возбуждающий, Чимин вообще думал, что сейчас задохнётся от этой удушающей духоты и возбуждения, которое никак не хотело уходить. Сокджин не дал этому случиться. Жилистая рука мужчины потянулась к своему ремню, который он стащил, когда снимал брюки, Ким сжал чёрный ремень в руке и ударил им по соблазнительным ягодицам, которые в ту же секунду затряслись, на что альфа только слюни мог пускать, а Пак вскрикнул от неожиданности и резкой боли, обжигающей кожу. Но ему так понравилось. — боже, Джин, ещё. —томным голосом просит младший, пытаясь взглянуть на старшего через плечо. — что ещё, Чимин? —невинно уточняет мужчина, оглядываясь по сторонам и делая удивлённое лицо, будто бы совершенно не понимает о чём Пак его просит. Он хочет услышать это. — ударь ещё раз, пожалуйста. —Пак шумно дышал ртом, от чего становилось ещё жарче, по его лбу стекал пот, а член тёрся о диван, вызывая болезненные и приятные ощущения. Чимин никогда не думал, что будет так хотеть своего преподавателя по философии. Как только в уши Кима врезается это умоляющее "пожалуйста", он, не задумываясь, второй раз ударяет по ягодицам, снова наблюдая за тем, как нежная кожа краснеет и желание трахнуть этого омегу становится только сильнее. С губ Пака снова срывается вскрик и из уретры стекают первые капли спермы, кто же знал, что ему такое понравится? Пока что альфа откладывает ремень в сторону и наконец-то принимается за дело. Он вновь разводит чужие булки в стороны и льнёт губами к сжавшейся дырочке, а красивые глаза Чимина в который раз лезут на лоб. — ты смущаешь меня, блять, —он шумно выдыхает - какой смысл уже смущаться? Это здесь совсем ни к чему, скоро хён и член туда вставит, туда, где до этого омега никогда себя не трогал. К чёрту неловкости, к тому же...это так приятно, — блять, блять, блять, —хнычет младший и закрывает лицо ладонями, хотя Ким его лица и так не видит. Языком мужчина двигает по часовой стрелке, потом против неё, а когда дырочка раскрывается, то тот торжественно вторгается внутрь, лаская узкие стенки, было так горячо и приятно, что Сокджин готов был вот вот кончить - член стоял колом и болезненно ныл, а глаза горели красным. Он сошёл с ума и помог ему в этом никто иной, как Пак Чимин, снёс этому альфе крышу. Что он скажет в своё оправдание? — боже, боже, боже, —пальцы на ногах поджимались, а сам омега как-будто был где-то не здесь. Он будто находился под куполом, слушал свой голос, но казалось, что это говорил кто-то другой, а не он сам. Парень просто хотел, чтобы его трахнули и до этого осталось недолго, но Джин так и не спешил, вылизывая его там. Альфа и правда увлёкся, слизывая выделяющуюся природную смазку, которая продолжала течь, а Ким так и продолжал вылизывать дырочку, которая сейчас сжимала его язык. — я больше так не могу. Сокджин ухмыляется этим словам, потому что смог довести омегу до оргазма только одним языком, но это далеко не предел в его умениях. К тому же, Пак ещё не кончил, а сегодня он не один раз выплеснет своё семя. Альфа неожиданно вставляет в парня сразу два своих длинных пальца, от чего тот резко сжимается и кричит, кончая прямо на чёрный кожаный диван Джина, который он купил за плюс минус два миллиона вон. Ладно, не беда, если Чимин заслужит прощения. Так и быть, можно считать, что до оргазма Ким довёл его пальцами и языком. Сейчас, трахая младшего пальцами, Ким вернул на место ещё и язык, от чего у только что кончившего Чимина перед глазами появились звёздочки и голова закружилась пуще прежнего. Сокджин, кажется, просто монстр. Пальцы альфы растягивали Пака в манере ножниц, он раздвигал пальцы в стороны и проталкивал их всё глубже, пока не вошёл по самые костяшки. Чимину было странно и немного страшно, не то чтобы неприятно и больно, нет...но и не хорошо. Просто непонятно. Тем не менее он продолжал скулить и поддаваться бёдрами навстречу чужим пальцам, ведь хотел получить больше и сильнее, хотел быть полностью удовлетворённым. И он это несомненно получит. Просто...двух пальцев ему было мало, ему нужно было кое-что покрупнее, чтобы было действительно приятно. Хотя, вдруг это больно? Чимин же не знает. Да, этот страх всё-таки проскальзывал даже через толстую пелену возбуждения - омега не хотел, чтобы ему было больно. — Чимин, кажется, у меня нет презервативов, —сообщает старший, когда в Паке уже спокойно двигались три пальца, Ким трахал ими чужую дырку, получая высокие стоны и характерные пошлые хлюпанья смазки, когда Ким двигал пальцами туда и обратно. — ты подождёшь, пока я съезжу за ними? Сокджин понимал, как же сильно проебался с контрацепцией, но презервативов у него действительно не было. Он уже давно ни с кем не спал, так что вечное присутствие резинок в доме, в каждом кармане, в тумбочке - перестало быть необходимостью. Кто же знал, что ему обломится подобное, а теперь просто пиздец, тем более когда член каменный, альфа даже не представляет, как поедет в аптеку с третьей ногой, но всё-таки оставался спокойным. — мать твою, что ты сказал? —Пак оборачивается, смотря на Кима убийственным взглядом. Он не хочет и не может больше терпеть, его живот болит, как-будто внутри разрезают органы и только альфа может ему помочь. А этот самый альфа никак не может его, блять, оттрахать, — нет, я не подожду, давай без, —Чимин кусает нижнюю губу и виляет бёдрами. Ким ведётся, как какая-то школьница и шлёпает парня по заду, обеими руками сжав его после, раздвигая в стороны и возвращая на место. — лубриканта тоже нет, но благодаря тому, что ты так обильно течёшь, всё должно пройти гладко. —он ухмыляется и тычет членом прямо в чужой зад, но пока что не входит, он ведь знает, что Паку сразу не понравится и ему нужно будет привыкнуть к новым ощущениям, пока это не заполнит всё в нём. Пока он не поймёт, как же это ахуенно и не попросит ещё. — давай уже, ну..—парень скулит и выпячивает свой красивый зад сильнее, умоляя, чтобы Сокджин наконец-то вставил, иначе омега станет таким же, как надпись на его худи. Он просто свихнётся. Ким резко входит, но только на половину, даже не во всю свою длину. Член Кима больше среднестатистического размера и Чимин явно ахуел, потому что после болезненного полу-крика полу-стона он зашипел: — стой, нет, вытащи его! —на глазах мальчишки выступили слёзы, ему было непривычно и даже больно, но уже совсем скоро он почувствовал, что это было именно то, в чём он так нуждался. — потерпи, сейчас тебе станет хорошо, просто привыкни. —Ким предвидел это, потому что знал о неопытности Пака и прекрасно понимал, что тот опирался только на просмотренную порнушку, которая хранилась в отдельной папочке на его ноутбуке. Ему ведь всего девятнадцать. — я ведь даже не полностью вошёл, —альфа поглаживал чужие ягодицы, на которых виднелись покрасневшие следы от ремня - они быстро пройдут, потому что Джин бил не слишком сильно, так что даже синяков не останется. Вскоре Чимин свыкнулся с тем, что в его зад вставили член, намереваясь отыметь, как последнюю блядь. Его анус растянулся, принимая большой размер хёна и теперь ему хотелось получить больше, как и прежде. — ты всё ещё хочешь, чтобы я вытащил? —хмыкает Ким, уже зная ответ. — нет, я хочу тебя. Альфа улыбается и хватает омегу за загривок, сжимает его волосы и тянет на себя, губами касаясь тонкой шеи, которую так и хотелось покрыть засосами, чем Джин тоже без сомнений займётся. Он пометит всё тело этого мальчишки, не оставит не одного пустого участка, заставив кричать и сорвать голос. Джин рычит и принимается неспеша двигать бёдрами, вытащив из омеги стоны, Ким пользуется моментом и впивается в чужие губы, не останавливаясь, из-за чего Мини мягко стонал прямо в Сокджинов рот, принимая в себя его член. — тебе не больно? —мужчина отрывается от чужих губ, протягивая между ними тонкую ниточку слюны, а омега качает головой. — нет, давай глубже, я больше не могу терпеть.

Для Сокджина это был бесповоротный зелёный цвет. Больше он не сможет остановиться. Мужчина перестал сдерживать себя и свои животные инстинкты, которые так и выбивались наружу, он сжимал омежьи волосы в полной уверенности, что если бы волосы Пака были бы немного длиннее, то он намотал бы их на кулак, но и так было чертовски ахуенно. Альфа вбивался в чужой зад с новой силой, целуя омегу слишком пошло и кусая его соблазнительные губы. Чёрт, в этом парне ахуенно узко, мокро и горячо, если бы Ким мог, то трахал бы Чимина двадцать четыре часа в сутки, но к сожалению это пока невозможно. Что ж, тогда он просто будет пользоваться тем, что есть. Хотя, если Пак согласится провести с ним течку, то альфа с радостью будет ебать его на протяжении всей недели, ну или сколько там у Пака будет идти течка? Плевать, если понадобится, то Сокджин останется с ним до конца. Альфа планирует предложить ему встречаться и надеется, что тот согласиться после всего этого. Скоро альфа совсем потерял самообладание, он втрахивал Чимина в испачканный его же спермой диван, он вбивался в него со всей силы и по самые яйцы, пока омега выстанывал имя господствующего над ним Сокджина и позорно раз за разом кончал, хотя Ким не излился ещё ни разу, хотя от Пака то и слышал:" боже, я кончаю, Джин, я сейчас кончу". Было бы неплохо ему запретить и может быть наказать, но сегодня он так и быть будет делать ему поблажки, но всё остальное время... Мужчина успеет многое показать этому омеге. Комната давно наполнилась звуком шлепков двух мокрых тел друг об друга, оба парня были потными, ведь здесь было так жарко, а они не собирались останавливаться. Чимину было мало. Ему нравилось, как Ким вбивается в него, вставляя свой большой член по самое основание, а когда он нашёл простату и стал долбить по ней...омега подумал, что это чёртов наркотик, а Чимин - наркоман. Ему было хорошо как никогда и он собирается задержаться с Кимом хотя бы на ближайшие шесть дней. — хён, у меня всё затекло, а-а... Ким резко выходит из растраханной дырки и переворачивает омегу на спину, откинув эту дурацкую подушку куда попало. — захотелось попробовать новую позу? Стони для меня погромче, котёнок. —альфа возвращает член на своё законное место и закидывает правую ножку омеги на своё плечо, как же хорошо что омега гибок и чувствует себя вполне комфортно в такой позе. Чимин такой красивый, у него глубокие глаза цвета шоколада и аккуратный нос, пиздецки пухлые губы, в которые Ким и влюбился с первого взгляда, а теперь мог целовать их когда захочет. Во внешности Чимина идеально было всё, идеально для Кима - он буквально не видел в нём изъянов. Конечно же не видел, ведь искать нужно было внутри, а для этого альфа тогда был слишком глуп, ведь его голова кружилась от любви..— ты так сжимаешь меня, Чимин. Я сейчас кончу. — кончи в меня. Прошу, Джин, заполни меня, я хочу почувствовать это.. Сокджин не тупой и знает, что за этим идёт, какие последствия. Но он был опьянён, слишком желал этого омегу и хотел его так, как никого другого. Дело было даже не в чёртовом сексе - все отношения строятся не только на нём. У Чимина была такая улыбка, что при виде неё Джин сгорал, омега был словно солнце. Альфа не мог отказать ему и уж тем более не хотел, да плевать. Если бы мужчина был в трезвом уме, то никогда бы не допустил такой глупости, не совершил бы такой необдуманный поступок, но сейчас он трахал течного омегу и его запах, чертовски сильный запах давил на мозг и трезвость рассудка. Джин спустил прямо внутрь, заполняя младшего своей спермой вдоволь, смотря на то, как на лице младшего меняются эмоции и как он закатывает свои красивые глазки, как стонет своим уже совсем севшим голосом и опять кончает, запачкав теперь не только диван, но ещё и торс Сокджина. Последний выходит из чужого ануса, наблюдая за тем, как из колечка мышц вытекает белая жидкость, два пальца альфы тут же собирают её до капли, ещё и внутри, после чего он подносит их ко рту Мини и вставляет туда пальцы. Омега тщательно обсасывает их, сперма кстати показалась ему безвкусной, но может быть немного солоноватой. И кажется он совсем выдохся, Джин растрахал его так, что вытряс буквально все силы и на сегодня кажется достаточно. Пак не мог осознавать даже то, что Сокджин в него кончил. И Ким тоже этого не понимал. А зря. — ты в порядке? —тяжело дыша спрашивает Ким, упав на диван рядом с Чимином. Тот весь дрожал, его ножки были разведены в сторону и омега дышал также, как и Сокджин - тяжело и прерывисто. — я не чувствую ног - это нормально после секса? — Чимин, —Сокджин рассмеялся и повернулся к Паку, после чего обхватил его руками и прижал к себе. В объятиях Кима этот омега казался совсем миниатюрным. — это очень хорошо, ты испытал оргазм. —альфа ведёт по чужой спине, чувствуя, как от прикосновений чужая кожа покрывается мурашками. Ким свободно мог бы продолжить дальше, но вот Пак уже не был на это способен, ему нужен отдых. — хочешь я...проведу с тобой течку? — да, я...хочу. Не могу больше один. —омега придвинулся, тем самым прижавшись к старшему ещё сильнее. Он уткнулся носом в чужую шею, понимая, что их запахи смешались. — я сейчас засну. — подожди, не засыпай, нам нужно принять душ. —на губах альфы сияла улыбка, тогда он был действительно счастлив, ведь это было началом чего-то грандиозного. Мужчина поднялся сразу вместе с Чимином, который повис на Киме, словно коала и Джин понёс младшего в душ. Это то, чего Сокджин хотел, то, чего так желал. Неужели мечты имеют свойства сбываться? Да нихуя подобного, просто понял Сокджин это намного позже. Течку они проводили вместе, как и договорились. Чимин в прямом смысле затрахался, но ему это нравилось, ведь это лучшее, что с ним случалось. Ему не нужно было мучиться и выть от боли, выл он только под Сокджином, пока тот вдалбливал его в любую поверхность: стол, кровать, подоконник, иногда даже пол... и на протяжении всего этого промежутка они не предохранялись. Чимин никуда не отпускал Сокджина, можно сказать "не слазил" с него, так что альфа не мог съездить даже за продуктами, хорошо, что у них в принципе всё было. Пак был очень ненасытным - в первый раз такого не было, но последующие дни Чимин мог только трахаться и ничего больше, будто у него не садились батарейки, парень больше совсем не утомлялся, а даже наоборот, выматывал Сокджина, альфа аж попутал, но против не был - ему то только в радость. Но кто будет отвечать за последствия? Отвечать пришлось Сокджину по собственной глупости. В общем, течка Чимина впервые прошла замечательно и после её окончания Пак чувствовал себя как никогда раньше, да даже во неё. Если бы омега знал, что секс - это так хорошо, то не терял бы времени зря, как бы по-блядски это не звучало. Парень настолько сильно привык к жизни с Сокджином, к жизни в его доме, что уезжать в свою квартирку было совершенно непривычно, омега по-настоящему устал сидеть там в одиночку каждый день и зубрить эту глупую философию. Но что, если теперь он спит с преподавателем по этому предмету? Джин очень принципиален и омега не знал, сможет ли в полной мере пользоваться этим или нет. Ким чувствовал себя хорошо, но с другой стороны очень сильно терзал себя за такую неосторожность. Он готовил себя к тому, что вскоре к нему подойдёт Пак и скажет эти заветные слова, что тогда Сокджину делать? Он просто знал, что это случится. А Чимин, кажется, совсем не переживал. Может быть Джину показалось, что он не такой, как все, а на деле Чимин - обычный ребёнок, каким по-сути и является? Так и было, но Сокджин всё ещё отрицал столь очевидные вещи, альфа просто свернул не туда...нужно было останавливаться вовремя, но всё зашло уже слишком далеко, бесповоротно и Джин понятия не имеет, как всё исправлять. Но его любовь к этому паршивцу оставалась и по сей день остаётся такой же крепкой, хоть эти чувства и убивают его. Прошло буквально две недели после того, как течка Пака закончилась, Сокджин не понимал, встречаются они или нет, есть ли между ними что-то помимо секса. Трахаться то они продолжали, правда теперь, на трезвую голову Сокджин брал Чимина только в презервативе, хотя было уже пиздецки поздно и думать об этом надо было раньше, думать головой, а не тем, что болтается между ног. Тем не менее никаких слабостей в университете Джин себе не позволял, он держал дистанцию учитель/ученик и ставил омеге только те оценки, которые он заслуживал, а они не то чтобы радовали. Потом, когда Ким насаживал омегу на свой член, тот без устали жаловался, но Ким не поддавался. — можно к тебе сегодня? —спрашивает Пак, подходя к Джину вовремя перерыва, когда тот пил кофе. — Чимин, ну я же просил, —Джин делает глоток крепкого напитка и смотреть на омегу - тот закатывает глаза и цокает языком, всем своим видом показывая недовольство. Но что-то с ним было...не так. Он как-будто был расстроен и потерян, Киму так захотелось обнять этого мелкого, но не на глазах у всего университета, увы и ах. — можно ли к вам сегодня, преподаватель Ким, чтобы потрахаться в вашей постели? —альфа давится кофе и закашливается, а омега заботливо хлопает его по спине. — так лучше, преподаватель Ким? —...ко мне можно. Что-то не так? Ты какой-то...озадаченный? — а..нет. Тогда я подожду тебя после последней пары? — я тебе больше скажу, ты можешь посидеть на моей паре для второго курса. Тебе не помешает. — спасибо, я откажусь. Когда альфа был свободен, то он закрыл свою аудиторию, Пак как раз ждал за дверью. Они молча прошли в авто Кима и также молча ехали, что очень волновало Джина, ведь обычно Чимин был очень разговорчивым и постоянно болтал, заставляя говорить и Сокджина. Это казалось Киму довольно забавной чертой и он мог слушать омегу вечно, хотя первые дни его голос был очень охрипшим и севшим по понятным причинам. Когда они подъезжали к дому альфы, последнему показалось, что у него глаза на мокром месте, но мужчина не принял этому значения, пока они не вошли в дом. Ким заказал еду в любимом ресторанчике Чимина и сел на диван в гостиной, расслабив свой галстук, который давил ему целый день. Пак бесшумно пришёл к Джину и плюхнулся на его колени, смотря в телевизор, кажется, в первую проведённую неделю здесь он его совсем не заметил, хотя их первый секс был именно в этой комнате. — Чимин, да что с тобой такое? —обеспокоенно спрашивает Джин и садится ровнее, после чего заглядывает Чимину в глаза, точнее старается, ведь тот кажется, пытается спрятаться и уйти от чужого взгляда. Мужчине кажется, что самые худшие его ожидания сейчас подтвердятся. — просто я...ну, я беременен. Так тест показал. Сокджин прикрывает глаза и нервно сглатывает слюну, его голова начинает болезненно ныть, но ему сейчас нельзя показывать слабость, чтобы не напугать Чимина. Нет, Сокджин хочет этого ребёнка, он готов быть отцом и у него всё для этого есть. Он боится лишь отношения Чимина к этому и к тому, как всё пойдёт. Джин ссаживает омегу со своих колен на диван, а сам слазит на пол и садится перед Паком на корточки, взяв его руки в свои. Ким просто был к этому готов, а вот Чимин, кажется, нет. Он как-будто не знал что бывает, когда в омегу кончает альфа, тем более во время течки. Да, сцепки у них не было - этого уж Ким не допустил, а вот насчёт остального... Шанс залететь и так всегда есть и это сыграло против них. — И что ты собираешься делать? — думал... ну, понимаешь, мне ещё рано, хён. Я не думаю, что готов,да и что хочу... ну и ты... мы... — Чимин, послушай. Я понимаю и это только твой выбор, ты сам должен решать, что делать со своим телом, но просто выслушай меня. Мне скоро тридцать лет и я готов к этому, я смогу дать нашему ребёнку всё, что нужно и тебе тоже. Я хочу ребёнка, и...я люблю тебя, причём давно. Так что ты можешь принять любое решение и я поддержу тебя в любом случае. Вместе мы совсем справимся. Ты всегда можешь на меня положиться. И Сокджину удалось получить того результата, на который он рассчитывал. Но вот только надо ли это было? Нет, Сокджину надо было...его ребёнок - лучшее, что случилось с ним в жизни. Это не надо было Чимину.