Супружеская терапия

— Это пойдёт… Фу… это уже нет. Дин вывалил всю свою одежду на кресло, по очереди нюхал и принимал решения по-мужски: что пахло нормально, ещё можно было носить, от чего можно было задохнуться — нельзя. Он впервые так придирчиво изучал свои завалы. В итоге получилось три кучи: одна у стиральной машины (ну почему не в баке для грязных вещей? он же стоял всего в метре от машины), одна на кресле и ещё одна, самая важная, пошла прямиком в его сумку. Туда же отправились прочие нужные в поездке вещи. Кучи у стиральной машины и на кресле дожидались внимания мамы или Сэма. Дин всё равно стирать не умел. Попрощавшись с родителями и Сэмом (который уже был готов праздновать, что остался один наверху и не должен все выходные мириться с определённого рода звуками из комнаты брата; казалось, после выпускного они с Касом не могли отлипнуть друг от друга пуще прежнего), Дин забросил сумку в багажник и отправился за Касом. — Кас готов? — Готов паниковать по любому поводу, как и все мы, — буркнул Майкл. — Так плохо? — Хуже, — встрял Рафаэль, отсиживавшийся внизу, чтобы почитать книгу. Или скрыться от остальных братьев. — Но если мы с Дином поругаемся, и… — Чёрт, Касси! — не выдержал Габриэль. — Мы две недели репетировали все твои дурацкие варианты «А что если»! Я знал, что ты немного странный, даже ещё до твоей многочасовой лекции о том, почему ты путаешься в вареньях и джемах. Но сейчас выдохни и съешь шоколадку. Габриэль оказался вынужден самостоятельно сложить сумку Каса, пихнуть её брату в руки и подтолкнуть его к лестнице, чтобы тот наконец мог уехать. — Дин! — увидев Дина, Кастиэль мгновенно забыл о возможных нападениях медведей, правилах разведения огня или ловли рыбы. Дин был рядом. Дин всё это знал и умел. С Дином он был в безопасности. Им обоим хотелось куда-нибудь уехать. Просто побыть вдвоём, только вдвоём. Габриэль был того мнения, что за все выходные Кас особо ничего, кроме потолка над кроватью (ну или стены) не увидит, но об этом он помалкивал. Всё-таки до сих пор им не удавалось на самом деле побыть наедине; у Дина дома всегда в комнату мог войти Сэм (который стучался), а у Каса — Габриэль (который не стучался). Ну или Чак, которому нужно было что-то узнать. Или ещё один из пятисот (по ощущениям) братьев Каса. Люцифер сыпал непристойными комментариями, а Майкл будто переживал, что они переусердствуют. В общем, было решено. Маленький домик в лесу был у Джона и Мэри давно, и они с самого начала понимали, что в какой-то момент придётся уступить его детям. Как минимум для «времени наедине». И, в отличие от братьев Кастиэля, они понимали, что от Дина с Касом не стоит вечно ожидать воздержания. На самом деле было удивительно уже то, что они продержались так долго, но не то чтобы об этом кому-то была охота задуматься. За городом раскинулись сельские просторы. Мир будто изменился. Вместо домов и загруженных улиц вокруг тянулись леса, луга и синие небеса. Когда Дин с Кастиэлем были вместе, им необязательно было разговаривать. Они были не из тех пар, которым тяжёлые паузы нужно обязательно заполнять болтовнёй или присутствием других людей. И сейчас они просто молчали, и тишина не казалась давящей. Иногда они переглядывались, или касались друг друга, или Дин подпевал какой-нибудь песне, а Кастиэль просто улыбался. — Ты заходи, а я вещи возьму, — Дин опустил ключ в ладонь Каса и пошёл открывать багажник. Джон с Мэри собирались приехать в домик в середине недели и нагрузили Дина едой на дни вперёд. Кастиэль вошёл в деревянный домик и очутился в гостиной. Справа находилась кухня с угловым столом человек на шесть и огромным окном, из которого было видно озеро, над рабочей поверхностью. В гостиной был камин, перед ним — большой диван, справа от камина — стол с телевизором. Два больших окна открывали вид на лес и на подъезд к дому, где сейчас стояла Импала. Полку занимали книги и фотографии. У стены стоял оружейный шкаф. Над камином висело большое ружьё, по легенде изготовленное лично Сэмюэлем Кольтом в 1835 году. Это была семейная реликвия, но Дин не очень хорошо помнил её историю. У этой семьи были интересные реликвии и не менее интересные предки. Если семью Кастиэля можно было назвать состоящей из ангелов, то семья Винчестеров состояла из охотников. И книжных червей вроде Сэма, но в каждой семье есть те, кто выбирает другой путь, чтобы потом по нему же прийти всё к тому же перекрёстку. Короткий коридор вёл направо, к маленькой спальне с немаленькой кроватью, небольшой ванной комнате и чуланчику. За домом находился сарай. Дин был рад, что они остались одни, что с ними нет ни братьев, ни родителей. Только они и природа. Подойдя к Касу, он притянул его к себе и поцеловал. Внизу живота сразу начало покалывать; он давно успел представить миллион разных вещей, которые хотел бы сделать с Касом, и сейчас они были близки к исполнению этого замысла как никогда. У Каса были свои мысли; он вспыхивал каждый раз, когда видел Дина без футболки, работал ли тот с машиной или собирался поплавать. Второй вариант был даже приятнее, потому что ничьи братья там за ними не наблюдали. Никому не нравится, когда наблюдают за тем, как ты с кем-то обнимаешься… или обжимаешься, а у его братьев такта было не больше, чем у него самого. Так что Кас радовался поездке по многим причинам: побег от будничного стресса (хотя он совсем не ощущал спокойствия), от мыслей о скорой учёбе в колледже и работе Дина, а заодно от семейных дел и семейного контроля. Кастиэль был рад возможности передохнуть, особенно рядом с Дином. — Где ты хочешь спать? — тихо спросил Дин, не разрывая поцелуй. — Я думал, что в спальне. Но готов допустить, что мы заснём на диване. Каждый раз, когда они смотрели какой-нибудь фильм или ещё чем-нибудь занимались на диване, Кас успешно, пусть и непреднамеренно засыпал в объятиях Дина; у того ещё не до конца зажило запястье, и он не мог отнести Каса в кровать. Они и правда вскоре оказались на диване, ладонями блуждая по телам друг друга. Каждый хотел лучше узнать другого с этой стороны; никто не хотел останавливаться, и странно было понимать, что на этот раз им никто не помешает. Руки Дина скользили по спине Каса, медленно и осторожно забираясь выше. Припухшие губы, казалось, стали куда чувствительнее, и каждый новый поцелуй был ярче предыдущего. Не прошло и двух минут, как на Касе не осталось одежды выше пояса. Кас сместился, усевшись на бёдра Дина, и пробежался пальцами по его животу и выше. Коснувшись напряжённых мышц, он шумно вдохнул и на мгновение застыл. Раньше, глядя на Дина без футболки, он мог получить мячом по голове и не заметить этого; сейчас же он мог его касаться. Несколько секунд он просто таращился на Дина, а потом подался вперёд и снова поцеловал. Ему жизненно необходимо было касаться обнажённой кожи Дина, и он запустил руки под его футболку, задирая её, а Дин прижался к нему так сильно, как только это было возможно. Им уже было знакомо это блаженство соприкосновения кожи к коже по минутам в бассейне, когда их никто не видел, и они жаждали вновь его испытать, уверенные, что жажда эта никогда не угаснет. Кас стянул футболку Дина через голову и бросил к своей. Его парень был так невероятно привлекателен… — Ты такой красивый, — пробормотал Кас, скользя пальцами по груди Дина, и несильно прикусил его верхнюю губу. На мгновение отстранившись, чтобы заглянуть Дину в глаза, он переплёл пальцы на его загривке и снова подался вперёд, целуя. Вскоре его руки скользнули ниже, по сильным плечам и спине Дина. Это было волнительно и ново; хотя Дин уже занимался сексом, с парнем у него это было впервые. Но у него была кое-какая уверенность благодаря интернету и советам от друзей (а им-то откуда было такое знать?). Он подтолкнул Каса на диван и навис над ним, целуя. Его губы спускались ниже, к шее и груди Каса, почти задыхающегося от удовольствия. Он сжал пальцы Каса и отпустил, и руки того тут же скользнули выше, блуждая по телу Дина. Кас втянул живот, когда Дин спустился к нему поцелуями; было немного страшно, но удовольствие и предвкушение затмевали волнение. Спустившись губами к талии Каса, Дин снова поднялся выше, заглянул в его лицо и поцеловал в губы. Они смотрели друг другу в глаза, как всегда пристально и не отводя взглядов. Дин никогда не был особенно сдержанным во время секса, но сейчас это был не просто секс. Это был секс с Касом, которого он любил, с которым встречался, которого так сильно хотел, и речь шла не только о постели. — Кас… — начал он, садясь, но не отводя взгляда. Он надеялся, что Кас знает, что он приехал сюда не только затем, чтобы переспать с ним, но и чтобы просто побыть вдвоём. Но Дин всё ещё не умел нормально выражать свои мысли, особенно когда дело касалось чувств, как сейчас. Иногда взгляда оказывалось достаточно, чтобы Кас его понял, и Дин надеялся, что он поймёт и сейчас. И он не хотел делать ничего, чего бы не хотел Кас; ему нужен был ответ, особенно с учётом того, что для Каса это был первый раз. Какое-то время оба молчали, но Кас прочёл вопрос по глазам Дина.