А что дальше

Промозглая погода пробирала до костей. Небо заволокло тучами, и изредка срывались капли дождя. Младший лейтенант Уманова поежилась от холодного ветра. Я исподлобья взглянул на неё, но промолчал. Мы оба, уставшие и замерзшие, наблюдали, как бойцы грузят только что обезвреженную нами банду торговцев оружием. Уманова же ещё продолжала допрашивать одного из них с целью выяснить, где скрывается заказчик. — Ну я закончила, — она подошла ближе. — Есть адрес. Можем ехать. — Да, давно пора, — с энтузиазмом отозвался я, потирая руки и направляясь к машине. В машине я покосился на Уму: она натягивала рукава, пряча в них побелевшие от холода руки. Включил печку и продолжил краем глаза рассматривать её. Её волосы слегка намокли от дождя, на рабочей одежде грязь, а настроение, кажется, хуже некуда. — Сейчас бы сидеть где-нибудь у камина и смотреть на огонь, как это положено у аристократов. А не вот это вот всё, — вырвалось у неё. — Насчет аристократии не обещаю, а вот камин есть у меня на даче, — незамедлительно отозвался я. — Это рассматривать как приглашение? — Ума резко повернулась ко мне, усмехаясь. Её глаза, кажется, прожигали меня и видели всего насквозь. — Эээ… ну я… — Было неожиданно услышать такое от Умы, и я на секунду потерялся. — Бизон, да расслабься, — она слегка хлопнула меня по руке, опять отворачиваясь к окну. — Пошутила я. Я же посмотрел на неё. Она расслабленно откинулась на сидении, радуясь, что хотя бы полчаса или час, пока мы едем до места, можно отдохнуть. Уставшая, ну ещё бы. Мы третьи сутки на ногах, больше никого в КТЦ не осталось: Кот, Мура, Физик улетели на задание на Дальний Восток ещё четыре дня назад, а тут пришлось разбираться нам вдвоём. Ну не без помощи Багиры, конечно. Ума согрелась, чуть прикрыла глаза, а я не стал мешать ей отдыхать. Задумался снова над коротким разговором. И почему-то идея с камином на даче показалась мне просто гениальной. Я давно уже мечтал пригласить Олесю к себе. Может, в домашней обстановке мне удастся, наконец, сказать ей о своих чувствах? Осталось только придумать, как ей об этом сказать. Я и сам не понял, как влюбился в неё. Просто в один момент осознал, что мне её мало. Мало нашего сугубо делового общения, мало её взглядов, её улыбок, её смеха, который так заразительно звучал, но который не так часто услышишь. Не того колючего и саркастичного, которым она может одарить любого, кто попадется под горячую руку, а искреннего и радостного. Когда я впервые его услышал, то понял, что пропал. Её глаза, которые вдруг осветились такой теплой, эта едва уловимая улыбка, что пару секунд витала на губах. Хотелось, чтобы она никогда не исчезала, а еще хотелось, чтобы Ума была такой только со мной. Но это всё исчезло за несколько секунд, и она опять вернулась к обычному образу. А я с тех пор потерял сон. Я наблюдал за ней каждый день и злился, когда нас разделяли! Она уходила с Котом, затем приходила с Физиком, пару раз я даже видел, как они смеялись вместе, и в моей душе поднималась буря эмоций. Я не то, чтобы ревновал: у Кота есть Мура, а насчет Физика… вряд ли у них с Олесей что-то есть, но сам факт, что эти она проводит много времени с другими, что они могут узнать её лучше, чем я — вот что сводило меня с ума и заставляло сжимать кулаки всякий раз, когда я наблюдал за ними. Утренний звонок Бати в четыре часа… Я думал, что день испорчен, поднять в такую рань, зная, что ни Кота, ни Физика нет, а Ума вообще-то в отпуске была, значит, придется мне одному работать, с каким-нибудь аналитиком может, толку от которого… Но едва я прибыл в КТЦ, как сразу же увидел знакомую фигурку, и всю мою злость как рукой сняло. Даже моросивший дождь не мог испортить моего настроения: я наслаждался каждой секундой с ней рядом и плевать, что это всего лишь работа. Для меня она стала всем. — Ума, а ты что здесь делаешь? — я попытался подобраться незаметно со спины, но она ничуть не удивилась, а значит с «незаметностью» у меня возникли проблемы. — Да не хочу я дома сидеть, Бизон, — пожала она плечами. — А тут Батя звонит, спрашивает не могу ли я пораньше выйти. Так я и с радостью! — улыбнулась она. Путем бессонных ночей, своевременной информации от Багиры и долгой погони мы за два дня вышли на торговцев оружием, а Уманова выбила из них информацию о заказчике. Заказчика тоже взяли «тепленьким», и сейчас сидели в КТЦ, слушая благодарность от Бати и Багиры. Нам дали выходной за то, что мы двое суток не спали, не ели, а Уму ещё и из отпуска выдернули. И мои мысли снова возвратились к прозвучавшему днём предложению. — Что собираешься делать в этот выходные? — спросил я у Умы, едва мы оказались в комнате отдыха. — Поеду домой, завалюсь на кровать и буду спать, — отозвалась она. — Сутки? — Сутки, — без тени улыбки ответила она. — А что, если предложения получше? Вот уже второй раз она говорит какими-то намёками, но на этот раз я был готов, и она не застала меня врасплох. — Да есть. Ты ещё не передумала насчет камина? Олеся подняла на меня глаза, и я увидел, как в них помимо усталости промелькнуло и любопытство. — Бизон, ну какая дача в такую погоду? Ты посмотри, осень, холодно, дождь идет, — она хоть и покачала с сомнением головой, в её голосе я уловил совсем другие нотки. — Ну так то на улице, — подмигнул я. — А мы в доме будем. Поверь, там не так всё плохо, как ты думаешь. Ума еще раз оценивающе посмотрела на меня, а потом вдруг кивнула. — Ну дача, так дача. Когда поедем? — Сейчас, — с готовностью воскликнул я, вскакивая из-за стола. В этот момент я ликовал. Первый шаг сделан, а дальше, я уверен, найду, как рассказать ей о своих чувствах.