Мошка в янтаре

      Пинстрайп давно заметил перемены в пасторе, но поначалу это его только раззадоривало. Демон много раз видел, как ломаются человеческие души, как сминается личность и вдребезги разлетаются все надежды и мечты. Тед сдается медленнее остальных. Что ж, тем слаще вкус победы. Демон растягивает удовольствие. Ему нравится эта пустота в черных как деготь глазах. Ему хочется играть с новой марионеткой вечно. Не доламывать лично, созерцать, как желание жить угасает в пасторе само по себе. И продлевать этот мучительный процесс.       Аромазависимость Теда – чудесный рычаг, прекрасная больная точка. Тед сходил с ума от пьянящего аромата виски вперемешку с дорогим парфюмом. Пинстрайп с большим удовольствием наблюдал за тем, как на лице человека расцветает целый букет эмоций. И, конечно, успешно провоцировал Теда. Сокращал дистанцию во время прогулок, следил за пастором, настигал его внезапно, устраивая выездной сеанс ароматерапии. Тед смешно протестовал, упирался руками, ругался, фырчал как еж. Но едва длинные пальцы принимались ерошить черные волосы и пересчитывать позвонки – расслаблялся и как будто сбрасывал с плеч все тяготы.       Тед воспринимал это как очередную прихоть своего палача. Пинстрайп полагал, что дело только в эмоциональной подпитке.       По-настоящему он обеспокоился Тедом совсем недавно.       Это был обычный совместный завтрак. Тед сидел поодаль и вырезал зайчиков. Демон пытался уговорить вредного ребенка съесть хотя бы одну ложку каши. Спор за обеденным столом нарастал, отец и дочь никак не могли прийти к соглашению. Обстановка накалялась, и неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы Тед не погрузился слишком глубоко в свои мысли.       Один резкий взмах – и нож по самую рукоять воткнулся в ладонь.       Хорошо, что первый зайчик уже на тарелке, а второе яблоко еще в корзине.       Пинстрайп погрузил ложку в кашу и пристально посмотрел на пастора.       - Тед?       Но тот никак не отреагировал на механический голос. Только молча потянул деревянную рукоятку и выдернул нож так спокойно, словно подобное происходило с ним каждый день. Алая кровь блестела на лезвии и каплями стекала из пореза. Завораживает. Как багровый закат.       Боль второстепенна. Важно лишь самообладание. Пастор глубоко вздохнул, медленно встал и, пошатываясь, побрел прочь из кухни.       - Он заболел, - констатировала Бо. Решив, что достаточно помотала нервы папе, она сама взяла ложку и принялась уминать кашу, краем глаза поглядывая на зайчика.       Демон оставил девочку заканчивать завтрак и беззвучно последовал за Тедом.       Мужчина брел вдоль стены, оставляя на полу тонкую красную дорожку из капель. «Аптечка наверху. Найти аптечку. Там бинты», - билось в голове, заглушая прочий сумбур мыслей. Кожа, оттененная порезом, смотрелась мертвецки-бледно. Напускное спокойствие, восстановленное было после удара, грозило вновь лопнуть как мыльный пузырь. Узкий коридор в сумраке казался еще уже, давил на пастора со всех сторон. Ноги ощущались тяжело, словно закованные в кандалы. Тед оперся о стену, немного перевести дух.       Мне не страшно. Мне ни капли не страшно.       Половина пути позади. Осталось всего лишь преодолеть несколько ступенек, а там уже плевое дело. Стиснув зубы, Тед продолжил движение.       На середине лестницы у него закружилась голова. Он оступился и навалился на перила, перегибаясь через них. Чудилось, будто в череп залили расплавленный свинец, и сейчас он перетянет вниз и утянет на дно. Лестница под ногами задребезжала и покрылась рябью, словно поверхность озера. Полосы на обоях смялись, закрутились причудливой воронкой. Темнота сгущалась и подступала все ближе и ближе. Здоровой рукой пастор вцепился в перила. Лестница была крутая, ступенек в ней было далеко не несколько. Погибнуть-то он, может, и не погибнет, но кости переломает.       Черная тень мелькнула по стенам, и что-то крепкое схватило его под руки. Незримая сила рванула вверх. Последнее, что он успел заметить – горящее янтарным кольцо. Дальше – темнота.       Очнулся пастор на двуспальной кровати, укрытый знакомым полосатым пиджаком. Ладонь саднило, и что-то чуть покачивало ее, держа на весу.       - Ты напугал Бо, - размытый голос Пинстрайпа звучал откуда-то слева. Тед осторожно повернул голову. Демон сидел рядом и тщательно бинтовал рану.       Ага, ну вот.       - Она не выглядела сильно испуганной, – отозвался пастор. Ледяная девочка вообще никак не отреагировала на эту неприятность.       Демон хмыкнул. Конечно, как же.       - Тебя в детстве не учили обращаться с ножами? – язвительный тон. Не дожидаясь ответа, Пинстрайп с треском оторвал бинт от мотка и разорвал его на две части. Завязал вокруг ладони узел, затянул его покрепче, выпрямился. Янтарные фонарики сверкнули особенно ярко.       Тед закрыл глаза и постарался снова отключиться. Он улавливал носом тонкий манящий запах, исходящий от пиджака. Господи, этот демон – настоящая заноза в заднице. Ему что, некуда больше деть излишки заботливости? Так это совсем не смешно. Не смешно было и в первый раз, и во второй… И даже в третий. Да и во все последующие. Это издевательство.       Уйди. Уйди отсюда.       - Я бы сам мог обработать рану, - возражение запоздалое, но ожидаемое.       - Ты был без сознания. Издеваешься? – злобно рыкнул демон, понизив голос. – Скажи лучше спасибо.       - Я бы не умер, - опять возразил Тед и привстал, опершись на правую руку. – Ты сам мне гово…       Резкий толчок в грудь уложил пастора в исходное положение. От неожиданности Тед закашлялся.       - А ты так жаждешь полного забвения? – хищный блеск янтарных глаз. Демон угрожающе навис над мужчиной, отчего тот сам посильнее вжался в кровать. - Маленький Эдвард хочет сложить свои полномочия?       Тед не сводил с демона взгляда. Напряженность выбивала его из привычной колеи. Контроль над эмоциями слабел. Ноздри предательски щекотало. Тед задержал дыхание, но это только позабавило демона - тот осклабился.       Насколько тебя еще хватит?       Пастор не выдержал и полминуты. Тело заставило его сделать глубокий вдох, и это стало ошибкой. Дыши он чуть чаще и вдыхай меньше воздуха – опьянел бы не так быстро. А вот так – его сразу парализовало, и он уже не мог ни говорить, ни двигаться, ни спорить, ни отбиваться.       Но у демона не было настроения играть с поверженным пастором. Он молча встал, набросил на себя пиджак.       - Оставайся здесь, - по щелчку пальцев в воздух взмыли три прислужника. – Дернешься слишком далеко – они выбьют из тебя всю дурь.       Черная фигура мелькнула в проеме, и дверь захлопнулась. Повисла звенящая тишина.       И в тот момент Тед окончательно понял, что нужно бежать. Оставаться здесь и скормить себя этому подлецу нельзя. Его дочь страдает, а Тед молча потворствует этому. Где былые силы? Где запал? Ты добрался сюда ради чего? Чтобы остаться и наблюдать гибель? Чтобы до самого конца успокаивать себя оправданиями? Тебя ждет твоя жена, в конце концов, она ждет вас обоих! Во что ты превратился, Эдвард?       Дождавшись позднего вечера, Тед вывел из строя надзирателей, осторожно выскользнул из дома и помчался в Эджвуд, к старикам.       …Было немного за полночь, когда он выбрался из пещеры, усталый и вымотанный. Левая ладонь болела. Тед осмотрелся. Хоть глаз выколи. Всюду беспробудная тьма. Дорога была отмечена только уже знакомыми светящимися цветками. Но их света явно было мало для уверенного перемещения.       - Как некстати, - с досадой произнес пастор, снимая с головы налобный фонарь.       Фонарь-то и стал причиной затянувшегося путешествия. Там, внутри, его хватило ненадолго: очередной не совсем удачный прыжок по бочкам закончился небольшим купанием, и вскоре луч заморгал и погас. Минут пятнадцать Тед промучился с ним, но безуспешно. А затем решил не сворачивать и пройти тоннели на ощупь. Это было опасно. Велик риск провалиться в очередную яму или наткнуться на тупик.       В итоге Теду удалось выбраться из проклятого лабиринта - спустя почти три часа блужданий. За это время можно было сорок раз сдаться и вернуться в Красное Русло. Но Теда подстегивала все та же мысль – найти разбитый поезд. Найти стариков и разбитый поезд. Мужчина был уверен: там, внутри ржавеющей развалюхи, должны быть подсказки. Ближе к Чистилищу – ближе к выходу.       Но дальше двигаться без света было уже крайне опасно. Если в тоннелях тебя подстерегали только тупики да бочки, то на открытой местности был шанс наткнуться на недружелюбных тварей вроде Маленькой Леди. Эта мразь черная, идеально сливается с общим мраком. Наткнешься – быть беде. Да и кто знает, какие еще ужасы бродят по этим землям, помимо нее. Тед мало изучил Проход. В погоне за дочерью как-то не представилось возможности, а после он не покидал Красное Русло. За такими размышлениями священник пришел к выводу, что лучше не торопиться и обдумать дальнейший план действий. Он присел около входа в пещеру, замотался в пальто и задумался.       Внезапно послышался треск. Тед напрягся. Рука рефлекторно потянулась к рогатке. Вдалеке появилась маленькая горящая точка. Она приближалась неуверенно, один раз даже погасла на несколько секунд. Мужчина вскочил на ноги и приготовился дать отпор кому или чему угодно.       Точка приближалась, свет становился ярче. Пастор сощурился, прикрываясь ладонью. Что бы это ни было, держаться настороже, не спускать с него глаз. Хрустнула еще одна ветка, совсем близко; зашевелились кусты. Луч света теперь бил точно в глаза.       - Тед? – удивленный знакомый голос. – Тед! – на пастора налетело что-то черное и сбило с ног. Теплый шершавый язык прошелся по бледной щеке. – Значит, я не ошибся! Это ты, Тед! Это действительно ты!       Джордж. Его светящиеся белые глазки поблескивали в темноте, словно две жемчужины.       - Джорджи-и-и, - облегченно выдохнул пастор, стискивая животное. – Как… какими судьбами ты здесь?       Пес засучил лапами от неуемной радости.       - Мы думали, ты погиб, Тед! Дикки ворчал, сказал, что мне мерещится твой запах, но я знал, что собачье чутье никогда еще не подводило!       - Все, слезь с меня, достаточно… Ух ты ж, хороший, хороший мальчик, - улыбнулся пастор. Он перекатился и поднялся на ноги. – Что вы делаете в Проходе?       - Собираем дрова для растопки, - ответил пес. – Ты лучше скажи, что с тобой произошло? Где Бо?       Бо. Ноги подкосились, но Тед удержал себя в вертикальном положении. Ничего не ответил, только вздохнул.       Джордж обеспокоенно взглянул на него.       - Тед… Где Бо?       Тишина. Слышно лишь поскрипывание снега.       - Он забрал ее, да?       Молчание.       - Но как ты тогда остался жив?       - Это что-то вроде симбиоза, - отозвался наконец мужчина, потирая виски. – Обращение вышло не полным, Бо помнила меня, и поэтому… Только благодаря ей… Она попросила, и мне сохранили жизнь.       Пес слушал внимательно. Тед рассказывал о том, как теперь уживался с Пинстрайпом под одной крышей, как соревновался с ним за внимание Бо. Как они с Бо играли в сыщиков и искали пропавшие яблоки. Услышав историю с «Вискариком», Джордж подавился смешком. Кто бы мог подумать, как все обернется.       На моменте с левитацией пес насторожился.       - Она… она скоро совсем забудет тебя?       - Похоже на то, - согласился с собакой пастор.       - Тед, что ты намерен дальше делать? Если она превратится, то Пинстрайпу ничто не помешает стереть тебя в порошок.       Пастор помялся. Рука полезла в карман и сжала Библию. Он задрал голову вверх. Крупные снежинки падали на белое лицо.       - Помоги мне найти портал.       В сопровождении Джорджа Тед благополучно достиг Эджвуда. Этой ночью было безветренно, но достаточно холодно, и Берди Бондетт была весьма шокирована, когда продрогший мужчина ввалился в крохотный домик. Добродушные старики отогрели его, и солидный кусок ночи прошел за расспросами. Кутаясь в любезно предоставленный плед, пастор поделился со стариками планом побега.       - Нужно поискать подходящий портал где-нибудь в поезде, - задумчиво произнесла мисс Бондетт. – Правда, я не уверена, что он уцелел. Удар слишком мощный, теперь это просто консервная банка, - женщина подлила горячего чая Теду в кружку.       - Может, и уцелел, хрустальные вазы и те не всегда бьются, а тут работа самого Пинстрайпа, - ответил ей Дикки. – Да и поезд крепче, чем может показаться, для путешествий через Ад-то с Чистилищем вместе. Терять надежду нельзя ни в коем случае.       - А Бо? Ты же заберешь с собой Бо? – вклинился в беседу Джордж.       Тед зябко поежился.       - Это будет сложнее, чем ты думаешь, Тедди, - стала серьезной мисс Берди. – Прошло немало времени с момента церемонии. По твоим словам, девочка постепенно теряет воспоминания о прошлой жизни. Теперь здесь ее дом. Она может не пойти за тобой. Тебе придется бороться сразу против двоих.       Это чистейшая правда.       Дикки покачивался в кресле и глядел на разгорающееся пламя. Что-то ему казалось странным в рассказе бледного парнишки. Только вот что…       - Тед, а Тед, - неуверенно начал было старик. – Ты говоришь, что в тот решающий момент именно Бо остановила Пинстрайпа?       Мужчина кивнул.       - Что-то в этом не сходится, он должен был тебя уже уничтожить, - продолжил свою мысль Дикки. – Ты сказал, девочка уже не реагирует на тебя достаточно давно. Значит, просьбой демон больше не повязан.       - На что ты намекаешь, седая кочерыжка? – перебила его мисс Бондетт.       - На то и намекаю, - отозвался Дикки. – Сдается мне, здесь замешана не только просьба девочки. По какой-то причине демон сам не хочет тебя убивать.       Все в комнате разом замолкли и уставились на старика. Первой не выдержала мисс Берди.       - Чушь, - отмахнулась она. – Что, по-твоему, в голове у этого кровожадного монстра? Девочка еще частично при памяти, полагаю, как только обращение пройдет полностью, вот тогда…       - Я не стану дожидаться полного ее обращения, - занервничал Тед.       - Но Дикки подкинул разумную мысль, - вновь влез Джордж. – Я тоже думал об этом всю дорогу до Эджвуда. Послушай, Тед, твое право не отвечать, но… Демон не ведет себя как-то странно? В смысле, не так, как обычно?       Пастор мелко задрожал. Перед глазами поплыло. Он не хотел это вспоминать. Только не сейчас. Он наклонил голову и резко втянул носом воздух. Но картинки настойчиво лезли в разум и всплывали перед глазами. Словно ощущая прикосновение невидимых пальцев, Тед съежился. Фантомный аромат свел скулы. Мужчина скрипнул зубами с такой силой, что все присутствующие услышали.       - Господи, - выдохнул Дикки, наконец заметив раненую ладонь. – Эдвард, он…       - Нет, - сухо выдавил из себя мужчина. – Я сам, - он сжал в кулак забинтованную руку. - Ненарочно.       - Да не мучь ты его уже, старый болван, - осерчала Берди Бондетт. – Чего вы набросились на парнишку? В Аду и так жизнь не лучшая, а жить бок о бок с похитителем и видеть, как умирает твоя кровь – это выше человеческих сил! Да будь это чудовище триста раз сахарное! Теду нужно бежать отсюда, пока еще не поздно. Тедди, с утра ты должен вернуться в Красное Русло. Если он спохватится, все пойдет прахом.       Тед согласно кивнул и немного расслабился. Он был бесконечно благодарен Берди. Воспоминания хоть и были клеймом выжжены в голове, будить их именно сейчас хотелось в последнюю очередь.       Разговор медленно сходил на нет, всех одолевала усталость. В ночном мраке начала намечаться краснота. Джордж свернулся калачиком около камина. Дикки и Берди уместились на одной кровати и уснули, изредка посапывая. Тед тоже разомлел. Веки затяжелели, и пастор погрузился в сон.