Let me feel

       На следующий день мы встречаемся в коридоре университета, лицо парня не выдаёт никаких эмоций, как и всегда, однако он кивает мне головой в знак приветствия, и моё сердце тут же пропускает удар…второй…третий. На удивление вчера ночью я заснула без проблем, без всяких мыслей, как будто их их меня выбили… А если так подумать, то так и было — именно это со мной и сделали. Но сегодня, а точнее прямо сейчас, я вспоминаю всё в мельчайших подробностях. Как его член яростно входил в меня, как громко дышал Чон, как из последних сил сдерживала себя я. Меня охватывает та же страсть и похоть, что владел мною вчера, я мигом краснею и начинаю тяжелее дышать. Сейчас физкультура, а это значит, что Хосок будет в своей обтягивающей торс майке, в спортивных штанах, которые подчёркивают накачанные ягодицы, а его холодный взгляд пробирает до мурашек, так и хочется, чтобы в его глазах разжегся огонь, прямо как вчера, чтобы лёд боролся с пламенем страсти, а плавилась я, плавилась от его горячих прикосновений. Разве может один человек быть настолько разным? Он чертовски холоден и горяч одновременно. Мне стыдно признаться, но я безумно хочу повторить нашу вчерашнюю ночь.        Всю пару я только и делала, что кидала озабоченные беглые взгляды в сторону парня, однажды наши глаза встретились, но я очень надеюсь, что он не спалил, как я пялюсь на него почти каждую минуту. Мне было невыносимо душно, во-первых, из-за того, что помещение, а именно спортзал, находится на солнечной стороне, потому печёт, как в бане, а во-вторых, что всё моё нутро вспоминало член парня, что тренируется неподалёку, как ни в чем ни бывало, ни один мой парень не мог довести меня до состояния, когда я столь сильно хотела повторения. Я чувствовала себя похотливой извращенкой, которая гонится за сексом, но я абсолютно точно уверена, что это вина Хосока, ведь только он вызывает во мне эту бурю.        До конца пары оставалось ещё двадцать минут, я уже изнемогала и просто бы не выдержала эти минуты в столь большом, но столь жарком зале, поэтому я отпросилась у преподавателя, чтобы выйти охладиться. Я подошла к фонтанчику с водой и наклонилась, чтобы попить воды, но в этот момент сильная рука обхватила мою шею, а над ухом послышалось чужое дыхание. — Прости меня ещё раз, я правда думал, что разберусь с этим за один раз, — прошептали мне на ухо. Честно говоря, я жутко испугалась, ведь такое поведение смахивает на поведение маньяка или психа, но я расслабилась, когда узнала в говорящем Чон Хосока. Я повернула голову и правда — позади меня стоял Чон, он держал дистанцию, чтобы еле заметно касаться моего лица щекой, но наши тела были на расстоянии. — За что ты извиняешься, Хосок? — спросила я. — Никогда бы не подумал, что скажу что-то подобное кому-либо, но… Юми, твои лосины и твоя майка… Не могла бы ты не надевать их больше в универе? — Почему? — Я не уверен, но кажется, я ревную, когда другие парни смотрят на тебя так. — Ответил он. — Как это, так? — с непониманием спросила я. — Как я! Я вижу, что они смотрят на тебя так же, Юми! А я хочу тебя, всем телом хочу! Я никогда не испытывал подобного, но ты заставляешь меня испытывать дискомфорт, прямо здесь, прямо сейчас. — Чон прислоняется ко мне, и я чувствую, как член парня упирается мне в ягодицу.        Я веду его за собой, но сама не знаю, куда нам бежать, я просто бездумно иду вперёд, хотя ноги ватные, я в предвкушении, хочу Хосока так, что даже не думаю о том, есть ли у него с собой презервативы или нам снова придётся без них. Но, кажется, парень догадывается, что я не знаю, куда иду, поэтому перехватывает мою руку и вот мы уже бежим по лестнице, к выходу на крышу…        Чон запирает дверь с обратной стороны и вот мы стоим на крыше университета, смотрим друг на друга с пару секунд, а потом набрасываемся, как голодные волки, терзая губы друг друга. Он прижимает меня к двери, льнет телом ко мне и тихо стонет, когда член упирается в мою промежность. Я не дожидаясь его, спускаю его штаны, а он гладит мои ягодицы, блуждая языком по моему рту. Спускаюсь на колени и вижу его не понимающий, но ожидающий взгляд. Я беру в рот головку, провожу рукой по стволу, и чувствую, как ему нравится, как он выгибается и упирается глубже. Он первый парень, которому я делаю минет действительно по своему желанию. Вбираю в рот наполовину, потому что член Хосока большой, он не помещается полностью, но я помогаю себе руками, массирую яички и приближаю парня к развязке. Однако он оказывается непредсказуемым, он поднимает меня с колен, когда сам уже стоит на грани, он почти кончает, но держится, тянет меня за подбородок к себе и нежно целует в губы. Я даже не замечаю, как он успевает стянуть с меня лосины, а прихожу в себя только тогда, когда он закидывает мою ногу себе за спину и резко входит в меня. После моих губ его член такой влажный, такой набухший, я боюсь, что он кончит прямо сейчас, прямо в меня, но нет, парень стоит пару секунд, чтобы отойти после минета, а потом начинает двигаться. Толчки глубокие, проникновенные, я еле держусь, чтобы не закричать, к счастью, Хосок продолжает сминать мои губы, что позволяет мне тихонько стонать в поцелуй. Пару минут он проделывает амплитудные проникновения, но потом он ускоряется, движения становятся резче и чаще, а вместе с тем ускоряется и наше дыхание. Терпение на исходе, силы тоже, Хосок поднимает меня на себя, ещё глубже насаживая, а потом мы резко перемещаемся в горизонтальное положение. Он входит глубже с каждой секундой, стонет все чаще, а его тело становится все напряженнее. Я чувствую, что ещё немного и узел развяжется, так и происходит — через минуту я выкрикиваю его имя, обхватывая руками спину парня, его хватает буквально на секунду, чтобы покинуть моё тело и кончить на крышу здания университета.       И как нам не стыдно? — Как бы я хотел сделать это у всех на виду, показать, что ты моя, всем тем ублюдкам, что смотрели на тебя. — выдаёт Чон, лёжа на мне. — Что? О чем это ты? — Не знаю, то ли это чувство, но я безумно хочу, чтобы ты стала моей…девушкой. — Но…ты же не умеешь чувствовать, я не нравлюсь тебе, — мне обидно и нет одновременно, потому что в глубине души я знаю, что я особенная Для Хосока, ведь я единственная, кого он хоть и не любит, но желает. — С тобой я научусь. Я уже чувствую и понимаю, что такое ревность, желание и страсть. Пусть сейчас нами движет это желание друг друга, я уверен, что в дальнейшем я смогу от чистого сердца сказать, что люблю тебя, Юми.        И вот я вижу в глазах человека, который всегда был льдом, надежду, надежду на то, что сможет научиться любить, в вместе с тем и жить полной жизнью. И я не могу отказать, потому что верю ему, знаю, что нас тянет друг к другу, и это больше, чем просто похоть, поэтому киваю головой в знак согласия.        Мы ничего не теряем, если ничего не выйдет, мы просто расстанемся, однако в глубине души оба надеемся, что благодаря мне Чон сможет избавиться от болезни и сказать о своих искренних чувствах ко мне, чтобы я призналась ему в ответ…