Падение Атланты

      — Джоанна! Остановись! — позвал откуда-то знакомый голос, но тут же утонул в шуме сильнейшего за всю историю Атланты ливня.       Горячие брызги крови ударили в лицо, но тут же багровыми остывшими каплями скатились по щекам вниз. Я стёрла рукой воду с лица, будто смахнула пот. Взглянув злорадно вниз, на тело, которое прижимала собой, я прерывисто выдохнула и снова замахнулась ножом.       Сильные руки схватили меня за мокрые холодные плечи и потащили назад. Упираясь промокшими насквозь ботинками в землю, я неотрывно смотрела вперед на человека, которого я убила. Как так получилось? Что мною управляло? Грудь вздымалась так часто, что, несмотря на сильный ливень, в горле быстро пересохло.       Бессильно повиснув на его руках, я тихо говорила ему: «Пошёл ты!». Едва ли он расслышал, но я повторяла снова и снова, яростнее и злее, будто это помогало мне избавиться. Избавиться от того дерьма, что произошло со мной и с этим миром.

* * * * *

ДЖОАННА

      — Эй, Джо!       Я обернулась. Парень в клетчатой рубашке с натянутой под неё белой майкой и в тёмных джинсах смахивал на потрёпанного жизнью торчка. Но это был всего лишь мой друг - Гарри.       — Привет, а… Что ты здесь делаешь? — спросила я, чуть нахмурившись.       — Так я тебя жду. Есть кое-что на сегодня, — он выудил из большого кармана старый блокнот и пролистал в нём несколько страниц, — тебе сегодня может тоже перепасть. Пару грамм.       — Что? — я усмехнулась и, воровато оглядевшись по сторонам, отвела его за локоть в сторону. — Мы ведь уже говорили об этом. Я больше не «веселюсь».       Гарри поджал губы и, сдвинув брови, посмотрел на меня. Он так жалостно сверлил меня взглядом, что я едва не передумала.       — Даже не вздумай меня снова в это втягивать. Сегодня мы едем с родителями на пикник, если погода не ухудшится, — я опережала ответами его неозвученные вопросы, — и завтра я занята. И через неделю экзамены. А потом я улетаю в Кливленд.       — В Кливленд? Ты решила лететь? — Гарри жмурился от внезапно появившегося солнца, но мне-то было понятно, что он пытается скрыть. Я улыбнулась и обняла его. Он был чуть ниже меня и часто комплексовал, но я находила это милым.       — Ну, я же вернусь, — я ободряюще хлопнула его по спине и поправила рюкзак на плече. — Мне надо идти, я позвоню.       — Ну-ну, я понял. Но предложение всё ещё в силе, — последнее он крикнул мне вслед, на что я усмехнулась и, уже шагая прочь, показала средний палец.       Пока шла до автостоянки, сложила руки на груди. Как-то незаметно похолодало. Под ногами шелестела полусухая опавшая листва. Осень — унылое начало зимы, сказал бы кто-нибудь, но не для меня. Я смотрела на серое небо и едва проглядывающее сквозь облака солнце и видела мистику в пасмурной погоде и стремительно пустеющих улицах…       Увидев свой старенький «Хёндай», я улыбнулась. Да, машина у меня, конечно, не отличалась современностью, но за такой развалюхой вряд ли даже увяжутся копы. Это часто спасало моих друзей. Точнее, это были не мои друзья, а Гарри.       Так уж получилось, что в старшей школе я была оторвой. Не специально — я просто боролась за справедливость: вступалась за слабых, мстила их обидчикам. Не могу назвать себя пацифистом — иногда цель оправдывает средства. Граффити на машине — там, ведро сливочного сыра в школьном шкафчике — здесь. Поэтому я стала популярна в рядах стереотипных изгоев среди школьников. Такая популярность подарила мне ещё и пару личных врагов, одним из которых стала противная, но популярная девчонка старшей школы Дугласа, которая к тому же по совместительству являлась дочкой мэра одного городка где-то на отшибе… Хейпвилля, кажется. Из-за неё мне пришлось сменить школу за год до окончания, но даже после этого я всё равно поступила в колледж.       Мой друг детства, Гарри Флинн, чьи родители тесно дружили с моими, увлёкся лёгкими наркотиками — марихуаной. Из-за этого то и дело попадал в передряги, из которых мне приходилось вытаскивать его чуть ли не раз в месяц. То он тратил деньги на компьютерную игру, вместо того, чтобы отдать долг дилеру, то наезжал на последнего за его неторопливость и угрожал местью, которую мы вполне могли учинить. В последнем случае он буквально угрожал мной! К счастью, окружение Флинна — к слову, такие же торчки, как и он — не успокоилось на одной только травке, и вскоре, к моему большому облегчению, наши пути разошлись. Тогда мы остались вдвоём. Иногда он уговаривал меня покурить этой волшебной дряни, но после того, как он полез языком ко мне в рот, пока я не могла ему особо сопротивляться — бросила это занятие.       Я провернула ключ в зажигании, завела мотор и выехала на дорогу в сторону своего пригорода. В городе некоторые улицы были необыкновенно пустыми, а некоторые прямо полнились людьми. Я нахмурилась и резко посигналила, когда темнокожая женщина едва не бросилась мне под колеса. Однако она успела отскочить и испуганно запричитала, в то время как её муж, распихивая чемоданы и сумки по салону, не отпускал от себя ни на шаг их дочь.       «Ничего себе, даже по сторонам не смотрят» — подумала я и покачала головой.       Вскоре солнце пропало насовсем, и небо заволокли тяжёлые тучи, окунув Атланту в атмосферу загадочности. Мимо меня, заливая улицы синим светом проблескового маячка и характерным громким звуком, пронеслась колонна машин скорой помощи.       Я с подозрением уставилась в зеркало заднего вида. Стало жутко интересно, куда они всей компанией так мчались? Это же Атланта, а не Нью-Йорк. Я ехала дальше, с наслаждением рассматривая примелькавшиеся домики, сменившие многоквартирные и офисные высотки. Всё вокруг было каким-то тихим, мирным и в общем обычным, но… Что-то меня настораживало. Наверное, это из-за погоды.       На выезде я снова увидела собиравшую у гаража чемоданы семью.       «У нас что, за пару часов резко вырос уровень преступности?» — подумала я.       Задумавшись, я притормозила перед поворотом на шоссе в пригород, как из него круто вылетела машина, едва не зацепив мне бампер. Водитель, похоже, даже не потрудился притормозить.       — Ты охренел? — закричала я. Но машина оказалась полицейской, и я стыдливо прикусила губу, надеясь, что меня не услышали.       По радио началась моя любимая песня, и я выкрутила звук погромче. Подпевая, полезла в бардачок за сигаретами. Да, и такое за мной тоже водилось. Всякий раз, как что-то натягивало мои нервы до предела, я тянулась к пачке. Не то чтобы меня это успокаивало, наверное, просто отвлекало. Это… как делать дыхательную гимнастику, только мама мне не верила. Вставив в зубы сигарету, я продолжила рыться в бардачке в поиске зажигалки.       — Ну где ты, — я перекладывала непонятно откуда накопившиеся бумаги и фантики, — Гарри точно клал тебя куда-то сюда…       Изредка поглядывая на дорогу, я увлеклась и продолжала перебирать хлам, попадавшийся под руку. Но вдруг зазвонил ещё и мобильный.       — Ах, чёрт! — выругалась я. С трудом достала свой смартфон со дна рюкзака и приложила его к уху, не взглянув на дисплей.       — Да, алло, кто это? — я продолжила искать зажигалку.       — Джо? Джо, с тобой всё в порядке? — мне показалось, что мамин обеспокоенный голос был едва ли не на грани срыва.       — Конечно. Всё хорошо, мам. В чём дело? — я усмехнулась её тону и посмотрела на дорогу, но вместо машин впереди, увидела стоящую на дороге девушку, расстояние до которой стремительно уменьшалось.       Выронив телефон, я резко выкрутила руль, не отпуская педаль тормоза. Машину тряхнуло в одну сторону, в другую, бампер вильнул на встречную полосу, и вскоре «Хендай» крутануло полукругом. Чудом избежав удара о руль, я переводила дыхание и широко открытыми от ужаса глазами смотрела перед собой. Я взглянула в зеркало заднего вида — девушка стояла на месте, словно ничего не произошло, лишь медленно повернулась в сторону моей машины, а пыль от обочины медленно летала в воздухе возле колёс.       — Джоанна! Что случилось? Джоанна! Ответь мне! — услышала я из динамика телефона.       Я с трудом сглотнула, затем похолодевшей рукой нащупала мобильный и приложила его к уху, не сводя глаз с зеркала.       — М-мам, — мои губы дрожали, как осенний лист, — я чуть… чуть не сбила человека.       — Джо! Послушай, мне нужно тебе кое-что сказать! Срочно, немед…       — Хорошо, дома поговорим, — я отключилась прежде, чем она сумела закончить фразу. У меня были проблемы посерьёзнее.       «Ладно, для начала узнаю, какого чёрта эта сумасшедшая вдруг разгуливает по дороге» — решила я.       Со скрипом открылась дверь моего авто, и я вышла наружу. Женщина выглядела, по меньшей мере, не здорово.       «Не уж-то это я её так умотала?»       — Мэм, с вами всё в порядке? Извините, я не заметила вас, — я виновато оглядела чёрные следы от шин на асфальте, — Почему вы здесь? Вам нужна помощь?       Я пригляделась к девушке повнимательнее: её кожа будто посерела, волосы выбились из спутанного хвоста, пуловер вовсе был перепачкан грязью от шеи до ремня коротких шорт. Ну, разумеется, ни на один вопрос она не ответила.       — Мэм, вы слышите меня? Я могу вам помочь?       Незнакомка наводила на меня жуть, но, пересилив свой страх, я сделала два осторожных шага вперёд.       Женщина издавала неразборчивые глухие стоны, будто пыталась что-то сказать одним языком, не используя губы, а вперемешку с прерывистым и хриплым дыханием это выглядело крайне неженственно. Я остановилась и чуть повернула голову, прислушиваясь к звукам, которые она издавала. Но женщина вдруг стала медленно шагать в мою сторону.       Я быстро взглянула на её ноги, и мне стало ясно, почему каждый шаг давался ей так нелегко — она шла босиком. Мысли в моей голове перепутались. С трезвой точки зрения, мне следовало бы отвезти её в больницу, но я с сомнением попятилась назад. И тогда лёгкий осенний ветер донёс до моего носа исходивший от леди запах. Меня едва не стошнило прямо на дорогу. Держа ладонь у рта, я снова заговорила с незнакомкой:       — Извините… Э-э… Не могли бы вы остаться там, где стоите? — женщина хромала и будто постаралась идти быстрее. — Нет? Ладно. Тогда я позвоню в скорую и вам помогут, — сказала я и, понизив голос, добавила: — Наверное.       Но, очевидно, меня не слышали. Я всё отступала назад, пока не упёрлась спиной в дверь своей машины.       — Вот дерьмо, — выругалась я, когда она практически бросилась ко мне. Я едва успела заскочить внутрь и заблокировать двери. Незнакомка тут же ударилась о стекло, хищно поедая меня глазами. Вблизи она выглядела ещё хуже: зубы, как и её губы, были перепачканы чем-то красным.       — Это что? — я прищурилась, и догадка вдруг осенила меня. — Кровь?!       Безжизненные глаза девушки были покрыты белой плёнкой, точно как у мертвеца, хотя дававшиеся ей с трудом движения опровергали моё сравнение. Незнакомка пыталась впиться грязными поломанными ногтями в стекло и шипела на меня.       — С меня хватит, — стук сердца отбивал ритм в ушах, и, не желая больше выплёскивать адреналин, я резко дала по педали газа и сделала полукруг. Стараясь шагать за мной ещё какое-то время, женщина вскоре замерла, не спуская с меня глаз. Мне казалось, будто она решила, что я её обед.       «Надеюсь, это всё просто какой-то розыгрыш» — подумала я и глубоко вздохнула.       Развернувшись, я с нарастающей скоростью поехала в сторону дома, постоянно поглядывая в зеркала. Женщина так и осталась смотреть мне вслед в странной кривой позе.