Открытая книга

Во время одной из аномальных экскурсий Пасифика подвернула ногу. - Как можно было подвернуть ногу в кроссовках на абсолютно ровной тропинке? – поинтересовался Ламаник, глядя, как девушка хромает в сторону пруда. «Зануда». - Как можно вызывать неприязнь одним лишь своим присутствием? – съязвила она. Это происходило где-то через месяц после их знакомства, и к тому моменту Пасифика почти перестала испытывать страх перед Глифулом. - Я бы не дерзил тому, кто может облегчить твоё путешествие до ближайшего бревна, - заметил Ламаник с усмешкой. - Сама дойду, - фыркнула Пасифика. - Ну-ну. Парень с интересом наблюдал, как девушка, которая едва могла наступить на правую ногу, медленно продвигается через лес, ойкая каждые две секунды. «А всё-таки мог бы и помочь». У небольшого лесного пруда, рядом с которым случилось происшествие, валялось упавшее когда-то дерево. Пасифика с большим облегчением присела на него, вытянув ноги вперёд. - И долго планируешь отдыхать? – уточнил Ламаник, присев рядом. «Зачем так близко?». - Пока нога не перестанет болеть, - девушка пожала плечами. – Скоро пройдёт, ерунда. Я же просто подвернула, а не сломала. А что, хочешь бросить меня тут и продолжить путешествие без меня? - Без тебя экскурсия потеряет всякий смысл. Несколько минут оба молчали. Пасифика смотрела на пруд, разглядывая кувшинки и делая вид, что не замечает поведения Ламаника, который, в свою очередь, с улыбкой разглядывал саму Пасифику. Наконец, она не выдержала и сменила тактику, перейдя из игнорирования в нападение: - Ламаник, что именно ты знаешь обо мне? – спросила она, внимательно посмотрев на него. «Я знаю о тебе всё, куколка», - мысленно улыбнулся он, но сказать так не смог: нельзя было, чтобы Пасифика хоть что-то заподозрила. Поэтому он просто попросил: - Уточни. - Ты живёшь в Реверс Фолз около месяца, но знаешь обо мне такие вещи, которые просто не может знать посторонний человек, - заметила девушка. – Как будто кто-то всё тебе рассказывает. «Ты даже не представляешь, кто». - Я хочу знать, что именно ты знаешь про меня, - повторила Пасифика. - Ну, - Ламаник изобразил задумчивость, - я знаю, что тебя зовут Пасифика Элиза Нортвест, тебе 17 лет. Ты родилась в семье местных хиппи, братьев и сестёр у тебя нет. Твой день рождения – 27 декабря. Ты любишь петь и играть в мини-гольф. Терпеть не можешь Питт Колу. Твой самый близкий друг – Гидеон, смазливый блондин, помешанный на аномалиях, хотя ни одной из них не видел своими глазами. - Ого, - Пасифика была впечатлена. – Надо же… Я как на ладони. «Откуда он всё это знает??». - Не так уж и много. - Это гораздо больше того, что знают обо мне другие жители Реверс Фолз. Слушай, - она вдруг усмехнулась, - это ведь нечестно. Почему я про тебя ничего не знаю? - А ты желаешь что-то обо мне узнать? – Ламаник многозначительно улыбнулся. - Не откажусь. Для баланса. Игра становилась всё интереснее. - Ладно, - Ламаник кивнул. – Даю тебе право десяти вопросов. Ты задаёшь мне десять вопросов – я честно на них отвечаю. - Почему так мало? – нахмурилась Пасифика. - Если будешь медлить, вопросов станет ещё меньше. «Вот вредный». - Расскажи о своей сестре: как её зовут, почему ты её от меня прячешь и стараешься избегать общения с ней? Ламаник поморщился. Более неприятную тему для разговора Пасифика и нарочно бы не смогла придумать. - Её зовут Аннабель Глифул. Мы близнецы. У нас взаимная ненависть с самого рождения, поэтому я с ней не общаюсь и тебе не советую. На редкость противная барышня. - Но ведь ты всегда называешь её «малютка Мэйбл», - заметила девушка озадаченно. – Почему теперь ты говоришь, что её имя - Аннабель? - О, это отдельная история, - Ламаник усмехнулся. – Когда мы родились, папа и мама долго не могли прийти к компромиссу, выбирая нам имена. В конце концов отец настоял на именах Ламаник и Аннабель, но мама всё равно не смогла смириться с тем, что нас зовут не так, как она хотела. Всё детство она тайком называла Аннабель малюткой Мэйбл, пока однажды папа не заметил это. А сейчас сестрица терпеть не может, когда с ней сюсюкают и обращаются, как с маленькой, поэтому её ужасно раздражает это прозвище. «Ну уж нет, расскажи историю до конца». - А тебя мама как называла? – Пасифика лукаво улыбнулась. - Малыш Диппер, - Ламаник скривился. – Омерзительно. Малютка Мэйбл до сих пор меня так дразнит. - Вижу, что у вас это взаимно, - рассмеялась блондинка. - Минус четыре вопроса, Нортвест, - грубо напомнил парень, раздражённый мыслями о сестре. «Опять рассердился на пустом месте». - Откуда ты узнал про все эти аномалии в лесу? – задала Пасифика так давно волновавший её вопрос. Она пристально смотрела на парня, явно ожидая, что он откажется отвечать. Весь вид девушки говорил о том, что она готова сражаться за ответ до конца. - В книжке прочитал, - Ламаник посмотрел на блондинку и увидел на её лице сплошное недоверие. – Я не вру. Могу тебе как-нибудь её показать. Естественно, что как только я увидел все эти диво-рассказы про аномалии в лесу Реверс Фолз – сразу же пошёл проверять, так ли это. И не зря, как видишь. - Кто рассказал тебе столько всего обо мне? - задала следующий вопрос девушка. Напряжение, исходившее от неё, потрескивало в воздухе. Пасифика даже предположить не могла, кто бы это мог быть, потому что некоторые вещи, которые знал о ней Глифул, не мог знать вообще никто. - Ты сама, - он усмехнулся. - Ламаник, ты обещал честно, - упрекнула его Пасифика. В её голубых глазках мелькнуло раздражение. - Я предельно честен. Я же говорил: ты для меня как открытая книга. - И как это помогло тебе узнать дату моего рождения? – скептически поинтересовалась блондинка. - Прямо напротив окна в вашем фургоне висит календарь, в котором три даты обведены маркером. Среди них – 27 декабря. И подписано: «Пасифика». Было очевидно, что это твой день рождения. Заметил, когда провожал тебя, - Ламаник улыбнулся. Что ж, не такая уж это была и неправда. Календарь действительно был, и Пасифике пришлось удовлетвориться этим ответом. У блондинки оставалось право ещё на три вопроса, но она молчала. Она хотела узнать слишком много и не могла выбрать. «Ну давай, соберись с мыслями и спроси, - подумал Ламаник самодовольно. – Я же знаю, ты хочешь это узнать». - Почему я? – наконец, спросила Пасифика, отведя взгляд. Теперь она снова смотрела на пруд, а Ламаник с улыбкой её разглядывал. Правда, девушка занавесила лицо длинными светлыми волосами, но спрятать свои мысли она была не в силах, и это забавляло ещё больше. Все её попытки спрятаться, закрыться… Бедняжка не знала, что это бесполезно. - Почему ты - что? – уточнил он, хотя прекрасно знал ответ. Ему доставляло невыразимое удовольствие смотреть на то, как блондинка пытается собраться с силами и преодолеть своё стеснение. - Почему именно я хожу с тобой по лесам, рассматриваю все эти аномалии и прочее? – наконец, сформулировала Пасифика. - Ну а кто ещё, если не ты? – Ламаник улыбнулся и сделал то, что хотел сделать последние несколько минут: протянул руку и заправил Пасифике за ухо прядь, якобы случайно коснувшись её щеки. Волосы были мягкие, почти шёлковые, как он и представлял. Блондинка вздрогнула и резко отклонилась от его руки. Её щеки налились краской, а глаза выражали ещё больше непонимания, чем раньше. Ламаник упивался чувствами, захватившими девушку с ног до головы. Она была ужасно мила в своём смущении. Он давно хотел к ней прикоснуться. Наверное, прошло всего две или три недели с того момента, как он пожелал дотронуться хотя бы до её волос, но ему эти недели показались маленькой вечностью. Ламаник видел Пасифику каждый день, у него было много возможностей, но он терпеливо ждал. Нужен был подходящий момент, чтобы ничего не разрушить, не спугнуть её. Он не готов был потерять блондинку так быстро: парню слишком нравилось её общество. - Ещё два вопроса, - напомнил он с усмешкой, помогая Пасифике прийти в себя. - Ты не ответил на последний, - сказала она, напряжённо смотря на него. «А ты хочешь, чтобы я повторил?». - Я ответил достаточно. «Да что же у тебя в голове, Ламаник Глифул?». - Почему ты всегда носишь эту штуку? – наконец, спросила девушка, взглядом указав на амулет, висевший у него на шее – камень бирюзового цвета. – Что это вообще такое? - Ничего особенного, - сухо ответил Ламаник. – Просто побрякушка. - Впервые вижу, чтобы парень ежедневно таскал «просто побрякушку». - Тебя не касается, почему я это делаю, Нортвест. «Вот опять». - Я тебя не понимаю, Ламаник Глифул, - мрачно заметила Пасифика. – Совсем не понимаю. То ты до тошноты вежливый и учтивый, то ты дерзишь на каждом шагу, а то вдруг ни с того ни с сего выходишь из себя. С тобой общаться – всё равно что по минному полю ходить. - Тем не менее ты продолжаешь это делать. - Того, что ты ведёшь себя странно, это не отменяет. Я даже не понимаю, могу ли я считать тебя другом или всё же не стоит, - Пасифика вздохнула. – Вроде ты хорошо ко мне относишься, а потом вдруг грубишь. Вот и сейчас… - А чего ты ожидала? – уточнил он. – Разговора по душам? - Было бы неплохо. Для разнообразия. - Я так не умею, пора бы уже это понять. - А может, пора бы тебе уже этому научиться? Пасифика поднялась и попробовала перенести вес на правую ногу. - Всё в порядке, больше не болит. Пошли. - У тебя ещё два вопроса, - напомнил Ламаник. - Оставлю на будущее. «Всё настроение испортил». - Не сердись, - он улыбнулся. – Пожалуй, я познакомлю тебя с малюткой Мэйбл, - на лице Ламаника появилась усмешка. – Вот уж кто эмоционально нестабилен. Посмотришь на неё пару минут и поймёшь, что у меня золотой характер. - Это вряд ли. «Ладно я, но он ведь над своей сестрой постоянно издевается. Интересно, а он всё-таки водил её к гномам? В любом случае, нужно быть аккуратнее. Буду реже видеться с ним, к добру это не приведёт. Надо сходить завтра к Гидеону, мы давно с ним нормально не общались. Может, тогда Ламаник поймёт, что не весь мир подстраивается под его желания и настроение?». На следующий день Пасифика снова пришла.