Открытая книга

Ламаник лежал на кровати и листал дневник – толстую бордовую книгу, на обложке которой сверкала шестипалая рука с цифрой два. Звучало ужасно нелепо, но он хотел найти что-то безобидное или даже милое: после всего пережитого Пасифике нужно было показать что-то хорошее, не вызывающее чувство ужаса. Почему-то позитивные эмоции блондинки стали нравиться ему гораздо больше, чем негативные. - Что ты там хочешь найти, малыш Диппер? – язвительно поинтересовалась Аннабель, зайдя в комнату и упав на свою кровать. – Разве появилось что-то новое? - Не твоё дело, Мэйбл, - процедил сквозь зубы Ламаник, раздражённый идиотским детским прозвищем. Сестра не умела понимать намёков. - Пытаешься придумать, куда ещё сводить свою подружку? – девушка хитро улыбнулась. – А бедняжка уже знает, что ты используешь её как подопытного кролика? - Если ты ей ещё не растрепала, то не знает, - хмуро ответил Ламаник. – И на твоём месте, сестрёнка, я бы и дальше хранил молчание. Это в наших же интересах. - В наших интересах? – Аннабель рассмеялась. – С каких-то это пор ты говоришь о нас вместе? - С тех пор, как ты сунула свой нос в мои вещи и чуть не разболтала родителям о дневниках. В тот день Ламаник очень сильно хотел ударить сестру. Мерзавка рылась в его вещах, нашла оба дневника и вовсю издевалась над ним: «Вы только посмотрите, малыш Диппер начитался сказок». Лишь поняв, что каждое слово в дневниках – правда, Аннабель поумерила свой пыл. К сожалению, возникла новая проблема: девчонка тоже хотела ту силу, которой обладал брат. Пришлось делиться. Наверное, эта тайна – единственное, что могло их объединить и не давало поубивать друг друга. Хотя желание возникало у каждого. - Не одолжишь мне её на пару дней? – продолжала издеваться девушка. – Надо бы попрактиковаться в моём умении манипулировать. Дядя Стэн прост как таракан, там даже стараться не надо, чтобы что-то внушить. - Ищи себе другу жертву, - резко сказал Ламаник. – Нортвест – моя. - Для любимой сестрёнки жалко? Жадина. И тут парня посетила прекрасная идея. Он широко улыбнулся. - Займись её дружком, малютка Мэйбл, - предложил Ламаник. – Гидеон – приторный блондинчик, помешанный на мистике. Такие балбесы как раз в твоём вкусе. - Звучит слишком просто, - протянула Аннабель задумчиво. – Скучно. - Зато он терпеть меня не может, - близнец усмехнулся. – Сможете целыми днями сидеть и вместе меня ненавидеть. Кроме того, парень упрям как баран, а всё, что связано со мной, вызывает у него отвращение. Если ты сможешь его очаровать вопреки всему этому, я публично признаю, что ты не такая бестолковщина, какой кажешься, - Ламаник с вызовом посмотрел на сестру. Малютка Мэйбл никогда не могла устоять перед вызовом и легко велась на провокации. - Что-то тут нечисто, Ламаник, - сестра приняла сидячее положение и пристально посмотрела на брата. – Ты преследуешь какие-то свои цели, - она глядела ему прямо в глаза. Зрачки девушки расширились, из-за чего глаза из голубых стали чёрными, а голос вдруг стал тягучим и низким. - В чём твоя цель, Ламаник? Расскажи мне. - На меня твои штучки не действуют, - напомнил он, гневно сверкнув глазами. – Не забывай про это. - Стоило попробовать, - Аннабель пожала плечами, отвернувшись. – Но ведь я же права, так, братишка? Парень тебе чем-то не угодил, и ты решил убить двух зайцев сразу: если я займусь Гидеоном, у тебя с дороги уйдут сразу два раздражителя. - Всё верно, сестрёнка, - кивнул Ламаник. – Взаимовыгодное сотрудничество. Как ты на это смотришь? Ты получаешь игрушку и возможность практиковаться в манипуляциях, при этом не мешаешь мне заниматься своими делами. - Что ж, - Аннабель широко улыбнулась, - пожалуй, я согласна. Хоть какое-то развлечение. Но у меня условие. Парень молча посмотрел на сестру, ожидая продолжения. - Что бы я ни делала – ты не станешь мне мешать, - заявила она. - В рамках разумного, Аннабель, - напомнил Ламаник. – Ты знаешь правила: никто не должен знать о нас. - Ну конечно, - улыбка девушки стала ещё шире. – Не сомневайся. Ламаник был бы рад не сомневаться, но слишком хорошо знал свою сестру. Он дал себе слово быть начеку. Впрочем, приятный бонус в этом был: что бы ни творила Аннабель - Гидеон уберётся с дороги и не будет ему мешать. Кроме того, была ещё одна причина, по которой идея заслать малютку Мэйбл к дружку Пасифики казалась хорошей. После похода к гномам Ламаник отчётливо уловил в мыслях блондинки слово «дневник». Пасифика вспомнила, что в каком-то дневнике Гидеона была запись о гномах. Что, если это ещё один дневник? Его необходимо заполучить. Если это правда, то Аннабель блестяще справится с задачей. Несколько дней всё шло довольно гладко. Пасифика постепенно приходила в себя и перестала смотреть на Ламаника с опасением, когда он снова предлагал отправиться в лес. Как-то раз, когда он проводил её до дома, она сказала: - Давай не пойдём завтра в лес. Ламаник было напрягся, но заметил одну деталь: она не сказала «Я не пойду», она сказала «не пойдём». Вместе. Дело принимало интересный оборот. «Скажи что-нибудь». - Тебе надоели аномалии? – Ламаник позволил себе усмешку. - Хочу взять от них выходной. Давай лучше завтра просто прогуляемся. - Как скажешь. Даю тебе право одного дня, - сказал он по аналогии с правом десяти вопросов. – Завтра весь день ты будешь решать, куда и зачем мы идём. В конце концов, ты местная жительница, и это твоя работа – проводить для меня экскурсии, а не наоборот. Вообще не понимаю, почему этим до сих пор занимался я, - фыркнул он. - Договорились, - Пасифика усмехнулась. На следующий день Ламаник сам пришёл к фургончику, где жила девушка. Пасифики видно не было, но на улице, расстелив плед, сидела женщина в салатовых бриджах и тунике. Её длинные каштановые волосы украшала голубая повязка, а на груди болтался какой-то кулон. Ламаник присмотрелся и понял, что это был Пацифик – международный символ мира. Он почти рассмеялся, поняв, что именно ему Пасифика обязана своим именем. - Добрый день, миссис Нортвест, - сказал он. – Пасифика дома? Ламаник знал, что она дома, но требовалось соблюдать приличия. Женщина открыла глаза и окинула юношу взглядом. «Странный мальчик. Мрачный». - Да, - женщина кивнула, дружелюбно улыбнувшись. - Солнышко! - крикнула она в сторону окна. - К тебе пришли. «Наверное, мне показалось. Пасифика умеет выбирать друзей». Вопреки ожиданиям, в дверях вместо юной блондинки показался взрослый мужчина: усатый, с длинными волосами, в джинсах-клёш и лёгкой рубашке. - Ко мне? – с улыбкой спросил он. - Нет же, Престон, - рассмеялась женщина. – К Пасифике. - Пап, пропусти, - мимо отца на улицу протиснулась Пасифика. – Не стой в дверях. Привет, - она улыбнулась Ламанику, немного смущённая поведением своих родителей. – Мам, пап, это мой друг, Ламаник Глифул. Племянник Стэна Пайнса. - Тебе не тяжело жить с мистером Пайнсом? – поинтересовался отец девушки. - Нет, - Ламаник пожал плечами. – А должно быть? - Просто он всегда такой сердитый, - с улыбкой пояснила миссис Нортвест. – Это должно быть так трудно: жить, когда вокруг постоянная ругань. Ламаник усмехнулся. Интересно, что сказали бы родители Пасифики, если бы узнали, как он общается с Аннабель? Пасифика, опасаясь, как бы разговор не зашёл слишком далеко, поспешно попрощалась с родителями и увела Ламаника за собой. - Ты всё-таки решила признать меня своим другом? – с усмешкой спросил он. Пасифика недоумённо посмотрела на него. - Ты как-то сказала мне, что не знаешь, можно ли считать меня другом, я ведь то ругаюсь, то вдруг становлюсь вежливым. И всё такое. А сегодня сказала, что я твой друг. Противоречия улеглись? - А, ты про это, - поняла она. – Надо же было как-то представить тебя маме с папой, - девушка усмехнулась. – Не могла же я им сказать, что ты мой персональный экскурсовод по аномалиям. - Сегодня роль экскурсовода исполняешь ты, помнишь? - Ну разумеется. И Пасифика справлялась с этой ролью прекрасно. Сначала она привела его в Исторический музей Реверс Фолз. Ламаник был уверен, что экспонаты там такие же настоящие, как и у дядюшки в лавке, но промолчал, просто иногда вставляя ироничные комментарии в речь девушки. Потом они сходили в городской парк и бродили там около двух часов. Ламаник предложил устроить на пруду соревнование по готовке «блинчиков» на воде и, разумеется, победил. Пасифика была уверена, что сжульничал («С таким-то талисманом на шее»), но не могла это доказать. Затем они немного прогулялись по городу, а ближе к вечеру блондинка привела его на озеро Реверс Фолз. - Ты уверена, что хочешь отдохнуть от аномалий здесь? – уточнил Ламаник, когда Пасифика уселась на песок. Пляж был пуст: местный праздник – день всеобщего помешательства на рыбалке – уже прошёл, поэтому вокруг не было никого и можно было спокойно говорить обо всём, о чём угодно. - А что? – девушка напряжённо на него посмотрела. – Тут тоже кто-то есть? - Да, - кивнул Ламаник с усмешкой, но присел рядом. – И не один. - Оно опасно? - Нет, если оставаться на берегу. Но ты забыла, что сегодня я не вожу экскурсии. Просто решил предупредить. - Я ведь с самого детства в этом озере купаюсь, - задумчиво пробормотала Пасифика. - Оно редко выползает - только если его изрядно достать. Туристы, отдыхающие и рыбаки его мало интересуют. Да и солнце оно не любит. - Ты ужасный интриган, Ламаник Глифул. Раздразнил моё воображение, но ничего толком не сказал. - В другой раз, Нортвест. - Меня зовут Пасифика. - Я знаю, - парень вспомнил кулон на шее у миссис Нортвест и рассмеялся. «И что смешного я сказала?». Они некоторое время посидели в молчании, после чего Пасифика вдруг встала и, оставив балетки на песке, зашла в воду по щиколотку. - Я думал, ты испугалась, - хмыкнул Ламаник, наблюдая за ней. Волосы блондинки на закате отдавали золотом. - Ну, - она обернулась с усмешкой на лице, - ты же меня защитишь, если что? Не могу ничего с собой поделать: хочется постоять в воде. Она такая тёплая. - А дальше зайти? Слабо? – Ламанику было интересно, можно ли спровоцировать Пасифику вызовом так же легко, как Аннабель. - Слабо, - спокойно признала она. – Не хочу портить одежду. Да и твои загадки про озеро мне не понравились. А у берега мне вряд ли что-то грозит. Так ведь? – на всякий случай уточнила девушка напряжённо. - Именно так, - Ламаник кивнул, хитро улыбнувшись. Пока Пасифика отвечала, ему в голову пришла идея. Очередной безобидный эксперимент, который вызовет у блондинки бурю эмоций – то, ради чего он и начал общаться с ней несколько недель назад. Он должен был увидеть её реакцию. - Если быть точнее, - парень поднялся, скинул кроссовки и подошёл к воде, - у берега тебе не грозит ничего, кроме меня. Пасифика не успела понять смысл его слов, как вдруг он резко подхватил её на руки, подняв вокруг массу брызг. Девушка вскрикнула и машинально обхватила руками его шею, боясь, что парень в любой момент её отпустит, и она плюхнется в воду. «Лёгкая как пёрышко». - Ламаник, что ты творишь?! – спросила Пасифика. Парень почти слышал, как бешено колотится её сердце. «Только не в воду». - Проверяю, действительно ли ты испугалась или просто меня разыгрываешь, - он усмехнулся и начал идти всё дальше и дальше от берега, отслеживая эмоции спутницы. - Ламаник, нет! – воскликнула блондинка. – Пожалуйста, не надо. Это нечестно! - Ты мне не доверяешь? – он изобразил удивление. – Ты же знаешь, что я смогу тебя защитить. Вода уже была парню выше колена. - Я не хочу отходить от берега. Ламаник, пожалуйста, вернись, - интонация, с какой она это сказала, отозвалась у него где-то глубоко внутри. Парень остановился и посмотрел на Пасифику. И снова что-то пошло не так: что-то внутри оборвалось и упало. Голубые глаза блондинки не просто просили, они умоляли его остановиться. Её лицо было так близко, и она была так напугана… Ламаник почувствовал, как теряет контроль над ситуацией. Вся власть сейчас была не у него, сильного и обладающего многими тайнами. Власть была у неё – у напуганной девушки, которая дрожала в его руках и умоляла вернуть её к берегу, хотя они и двух метров не отошли. И опять он сделал то, чего никогда не делал по собственной воле. - Прости, - выдавил из себя Ламаник. Он развернулся, за пару шагов дошёл до берега и поставил девушку на землю. Она тут же отошла от него на расстояние метра. - Почему это каждый раз происходит? – спросила она с непониманием. – Каждый раз, когда я расслабляюсь, когда позволяю себе считать тебя другом, когда начинаю тебе доверять – каждый раз ты выкидываешь что-то подобное? - Натура такая, - мрачно усмехнулся парень. – Невыносимая. Будешь сердиться? «Хотелось бы». Пасифика не ответила, лишь смотрела на него. «Почему ты такой?». - Обещаешь больше так не делать? – наконец, спросила она. - Обещаю. На обратном пути Пасифика по-прежнему держала дистанцию. Если Ламаник старался незаметно приблизиться к ней, она тут же отходила. Парня это бесило. Но ещё больше он злился на себя: понимал, что, в общем-то, сам виноват. Раньше поведение Пасифики его бы только раззадорило: Ламаник бы не стал с ней считаться, нарушил бы эту мнимую дистанцию и забавлялся бы, глядя на её реакцию. Но там, на озере, что-то случилось, и он просто не мог так сделать. Какая-то невидимая преграда ему мешала. С того момента, как он взял Пасифику на руки и посмотрел ей в глаза, вся власть так и осталась у неё в руках. Теперь она решала, подойти ему или стоять на расстоянии. Решение было не в его пользу. Как она это сделала? «Надо зайти к Гидеону». - Я не пойду домой, - сказала она, когда невдалеке показался фургончик. – Я обещала зайти вечером к Гидеону. Ламаник промолчал. Ему не нравилось, что Пасифика собирается туда, но он не мог об этом сказать: тогда девушка точно на него обидится. Он не хотел этого. Когда они подходили к домику, где жил Гидеон, то увидели, как из дверей выходит девушка. Ламаник тут же узнал её и напрягся. Эта неуравновешенная девчонка могла сейчас выкинуть что угодно и испортить всё окончательно. - Кто это? – озадаченно спросила Пасифика и присмотрелась повнимательнее. «Каштановые волосы, голубые глаза, эти черты лица… Да она, должно быть…». - Это моя сестра, - сухо сказал Ламаник. – Аннабель Глифул.